Глава 11. Операция по спасению

      Лилианна выдохнула с облегчением – Женя не блокировал, телефон просто выключен. Она опустилась на кухонный стул, уставившись в окно. Кухня была маленькой, уютной: стол у окна, холодильник напротив, плита и шкафы вдоль стены. Бежевый гарнитур наполнял комнату мягким светом, создавая ощущение отдельного, светлого мира. Лилианна любила это пространство. Особенно осенью, когда деревья за окном сбрасывали листву, открывая вид на огоньки в чужих окнах – она размышляла о жизнях за этими светящимися квадратами. Сейчас поздняя осень: голые ветви, серые облака. Она уставилась на них, пытаясь угадать формы – слон? Корабль? – и на полчаса забылась. Звонок телефона заставил её вздрогнуть.       – Лилианна?.. Привет... Это Женя, – голос звучал устало, надтреснуто.       – Да! Привет! Прости, пожалуйста! – она затараторила, охваченная виной. – Вчера дошла до дома и отрубилась. Совсем забыла написать! Мне ужасно жаль!       Тяжелый вздох в трубке заставил её похолодеть. Ладони вспотели. Сердце заколотилось. Ком сдавил горло.       – Понимаю... – пауза. – Наверное, не моё дело, но... что у вас с Кириллом? – Женя выдохнул вопрос, который грыз его всю ночь. Он готов был услышать правду, даже горькую. Главное – чтобы она доверилась. Невыносима была мысль, что она лжет.       – А? О чём? – она не поняла сначала. Осознав, поспешила: – С Кириллом? Ничего! Мы немного посидели в машине, прояснили недоразумения, и я пошла домой.       – А он?       – Что он? Уехал. Домой, наверное. Мне всё равно, – Лилианна насторожилась. В его тоне было что-то нездоровое.       – Лил... Я не мог до тебя дозвониться... Позвонил Кириллу. – Женя сделал вдох, грудь стянуло болью. – Он сказал... что ты спишь. Устала.       – Ну да, я уснула... но... – щелчок в голове. Он знал. Он слушал. – Ты что, думал, я с ним... Женя, Господи, не неси чушь! То, что он знал... это наверное от... – она резко замолчала, чуть не выдав про слежку.       – От чего? – он подловил паузу, голос стал жестче.       В голове Лилианны метались варианты ответов.       – Просто ляпнул первое, что пришло в голову! И совпало! – выпалила она, вытирая мокрую ладонь о колено, перекладывая телефон. – Жень, я говорю честно! И вообще, ну его! Меня волнует только одно – ты не злишься на меня за вчерашнее? Это... связано с плохими воспоминаниями из детства. Не хотела рассказывать. Но не сдержалась. Мне ужасно стыдно.       С каждым её словом камень на сердце Жени таял. Он чувствовал недоговоренность, но главное – она не с Кириллом. Остальное можно пережить.       – Всё в порядке, Лил. Я понимаю. Рад, что с тобой всё хорошо. Не обижаюсь, просто очень волновался, – голос становился тише, слабее. Тошнота подкатывала снова.       – Ты как? Голос... больной, – отбросив благодарности, она вцепилась в тревожную ноту.       – Отравился... Ночью была температура. Сейчас... не оч... – не договорив, он бросил трубку. Слышны были приглушенные звуки – он бежал, прикрывая рот.       – Жень! Женя! Ты слышишь?! – Осознав, что ему реально плохо, Лилианна вскочила. Она знала, где он живет. Рассказывал как-то – семья не близка, девушки нет. Он один. Температура, отравление, обезвоживание... В таком состоянии можно умереть. Помочь себе невозможно. Страх за него ударил в два раза сильнее.       Она схватила ключи, телефон, выскочила из квартиры. Приложение такси глючило. Выбежав во двор, оглянулась – как быстрее добраться? На автобус? Метро? Не успела шагнуть, как к тротуару плавно подкатила знакомая машина. Тонированное стекло опустилось, открыв лицо, вычерченное в её памяти до мельчайшей детали.       Кирилл не уехал. Проснувшись, первым делом проверил её телефон. Увидел, что она проснулась, позвонила ему ... Услышал её крик (от бессилия, не от боли – успокоил себя), а затем этот разговор... Фраза «Ну его!» взорвала его изнутри.       – Нет, дорогая моя, – его голос был низким, опасным. – Никакого «ну его». Я тебе не дам забыть меня. Ни за что. – Он сжал кулаки так, что побелели костяшки, ударил раз, другой по рулю. Ярость пульсировала в висках. Хотелось крушить. Но потом он услышал её панику за Женю. И понял.       – Что ты здесь делаешь?! – её крик сорвался с губ. Нервы были оголены, тревога за Женю лишала остатков самообладания.       – Мимо проезжал. Увидел – подъехал, – попытка улыбнуться вышла кривой гримасой.       – Ты меня за дуру держишь?! – голос её набрал громкости. Плевать на выглядывающих соседей.       – Давай так: ты торопишься. Время дорого. Я подвезу. Заодно... извинюсь, – маска дружелюбия упала. Говорил ровно, без притворства.       Лилианна понимала абсурд: он знал, куда ей ехать. Но счет мог идти на минуты. Выбора не было.       – Хорошо. С условием: ни слова всю дорогу. Если попробуешь ехать медленнее или задерживать – пожалеешь. Клянусь, – её взгляд впился в него, обещая ад, если он ослушается.       Кирилл узнал этот взгляд. Грусть кольнула на секунду. Он кивнул, сжимая ключи так, что острые края брелка впились в незажившую ранку на ладони (след утренней ярости). Кровь проступила сквозь пластырь (наспех наклееный), капнула на белоснежные штаны спортивного костюма. Он не заметил. Его взгляд был прикован к ней, садящейся в машину.       Поездка прошла в тишине. Кирилл выполнил свое обещание и молчал всю дорогу. Лилианна смотрела в окно и кусала губы, пытаясь себя успокоить, хоть на немного и не прокручивать в голове мысли о самом худшем, что могло случиться с Женей.       Только успел автомобиль остановиться, как девушка дернула ручку двери и побежала к входной двери. Сам дом представлял собой большую стеклянную башню в семьдесят этажей. Вход был оформлен прозрачной дверью; на первом этаже находился консьерж, который пропускал жильцов и посетителей только после предоставления разрешения. Лилианна подбежала к стойке, за которой стояла женщина лет сорока в строгом костюме, с пучком, стягивавшим все волосы. На груди слева был бейджик с её должностью и данными.       – Здравствуйте, вы к кому? – Женщина окинула взглядом Лилианну и сразу поняла, что это не житель здания, значит, она к кому-то пришла.       – Здравствуйте, извините, – немного приводя дыхание в порядок, начала девушка, – подскажите, пожалуйста, в какой квартире живёт Евгений Сергеевич Пшинский?       – Простите, но я не имею права разглашать информацию о собственниках апартаментов, – женщина сказала без каких-либо эмоций на лице.       – Я понимаю, но это срочно! Ему плохо, он там один. С ним могло что-то произойти, – тараторила девушка, всё больше уходя в панику.       Аккуратно дотронувшись до её плеча, он заставил её резко обернуться. Лилианна увидела Кирилла, который мягко улыбался ей, а его рука всё сильнее сжимала её плечо в немой поддержке.       – Лил, я знаю номер его апартаментов. Давай, я тебя проведу.       – Откуда тебе известно? – начала она, но что-то осознав, продолжила: – Ладно, мне не до этого сейчас. Веди.       – Извините, но вы не можете пройти, если у вас нет приглашения, – вмешалась консьерж.       – Всё имеется, – бросив на женщину уже более тяжёлый взгляд, без улыбки, что была секунду назад, когда он смотрел на Лилианну.       – Тогда прошу предъявить, – ни одна мышца на лице работницы не дрогнула.       – У вас всё есть на компьютере. Взгляните.       Лилианна наблюдала за всем происходящим с непониманием на лице. Она понимала, что счёт идёт на минуты; её всё больше и больше охватывало волнение. Но почему-то от руки, что сжимала её плечо, паника немного притуплялась, и уверенность, что им удастся пройти, увеличивалась.       – Да, вы правы. Можете проходить, – женщина указала рукой в сторону лифта.       Лилианна, не стыдясь своего поведения, побежала в указанном направлении. Кирилл шёл медленно, сжимая руку, что недавно покоилась на плече девушки.       – Кирилл, быстрее! Я же не знаю номер! – Подбежав к лифту, она осознала, что не знает, куда дальше идти.       Парень не ускорил шаг. Зайдя в лифт, он нажал на нужный этаж. Лилианна нервно стучала ногой и наблюдала за циферблатом, показывавшим номера.       Подойдя к нужной двери, она стала стучать. Но в ответ – тишина. Ей пришлось приложить больше силы; рука стала пульсировать и немного болеть, но девушка не обращала на это внимания. Кирилл, наблюдая за ней, стиснул зубы; вена выступила на лбу. Он резко схватил ту руку, которой девушка с завидным упорством пыталась достучаться.       – Что ты делаешь? Ты видишь, до чего доводят твои действия? – Голос так и сквозил чистой агрессией и недовольством.       – А что ты прикажешь делать? Может, он не слышит! – Лилианна пыталась выдернуть руку из захвата, но у неё ничего не выходило.       – Ты не знаешь, что здесь есть звонок? – Парень кинул взгляд в сторону двери, рядом с которой была небольшая чёрная коробочка – звонок.       Лилианна, увидев её, немного покраснела и почувствовала себя очень глупой, но говорить ничего не стала. Ещё раз попытавшись силой выдернуть руку из захвата, она нажала на звонок. Спустя пару минут дверь потихоньку стала открываться. На пороге стоял Женя в тёмно-синем шёлковом халате. Он выглядел очень бледным и еле стоял на ногах.       – Лилианна?.. Что ты здесь делаешь? – Мужчина был удивлён её визиту и не мог оторвать от неё взгляд.       – Потому что нечего было говорить, что у тебя отравление, и бросать трубку! – грубо ответил Кирилл.       Только после его слов Женя понял, что Лилианна не одна. Он посмотрел на парня, и радость в его глазах быстро потухла. Лилианна ударила локтем парня и гневно взглянула на него.       – Не слушай его бред! Я очень о тебе беспокоилась. И не зря – ты выглядишь очень болезненно. Можно я войду и немного побуду, пока тебе не станет легче? – начала она мягко, с улыбкой, глядя на Женю.       – Да... Конечно, проходи, – медленно стал отходить от прохода, чтобы пропустить девушку.       Лилианна начала заходить, но вспомнила про Кирилла, который следовал за ней, видимо, тоже намереваясь зайти. Остановив его рукой, упёршейся в грудь парня, произнесла:       – Спасибо за помощь. Но дальше я справлюсь сама.       – Всегда пожалуйста, милая. Но я не уйду. Он же и мой друг тоже, – с ухмылкой произнёс парень.       – Кирилл! – Угроза в голосе так и сквозила.       Но, увидев, что парень не намерен отступать, а время идёт, Женя стоит и наблюдает, хотя ему необходим покой, девушка смирилась. Она опустила руку и продолжила движение. Кирилл потёр место соприкосновения руки девушки с его грудью и пошёл за ней, закрывая дверь.