Глава XXXII. Ебучие оборотни, Лес и т.д.

Утро ударило слишком резко. Не светом — он, наоборот, был тусклым, ленивым, пробивающимся сквозь занавески. А ощущением. Кэсс даже не сразу поняла, что именно не так. Просто открыла глаза — и мир качнулся. Глухо, неприятно, будто кто-то внутри неё резко дернул за нитки. Тошнота накрыла мгновенно. — Чёрт… — выдохнула она, уже срываясь с кровати. Пол под ногами был холодный, слишком реальный. Каждое движение — тяжёлым, вязким. Она едва успела добежать до ванной комнаты, как её буквально скрутило. Кэсс упёрлась ладонями в край туалета, тяжело дыша, чувствуя, как по спине стекает холодный пот. — Отлично… просто отлично, — пробормотала она хрипло. — Спасибо, вчерашний бургер из подозрительной дыры. Она криво усмехнулась самой себе, выпрямляясь. Холодная вода обожгла лицо. Кэсс задержалась над раковиной чтоб прийти в себя, собрать мысли, заставить тело снова слушаться. Когда она подняла взгляд, зеркало встретило её честно. Бледная. Чуть потемневшие круги под глазами. Блеск, вот только заболеть сейчас не хватало! Она медленно выдохнула. — Ну и утро… — тихо сказала она своему отражению. Вытерев лицо полотенцем, Кэсс хотела уже выбираться из ванной, как вдруг в тишине раздался стук в дверь. Кэсс даже не вздрогнула. Только устало закатила глаза, словно уже знала, кто стоит за дверью. Конечно. Она вышла из ванной, на ходу проводя рукой по влажным волосам, улаживая в более-менее нормальную форму, и распахнула дверь. Клаус стоял, как всегда, слишком уверенно для человека, который появляется без приглашения. Чуть наклонил голову, изучая её лицо — внимательно, почти лениво. — Доброе утро, любовь моя, — произнёс он с тем самым пафосным спокойствием. — Боюсь, нам придётся выдвигаться. Мои дорогие оборотни ждать не станут. Кэсс уже собиралась ответить чем-то едким, привычным… но что-то в его взгляде заставило её на секунду замереть. В миг он стал слишком внимательно смотреть. — Ты в порядке? — вдруг спросил он, и тон стал тише. — Выглядишь… не лучшим образом. Кэсс медленно приподняла бровь, скрестив руки на груди. — О, прошу тебя, — протянула она с лёгкой насмешкой. — Не начинай изображать заботливого джентльмена. Тебе не идёт. Закрыв на ключ дверь номера, Кэсс шагнула мимо него, даже не обернувшись, направляясь к лифту. — Я просто отравилась, — бросила через плечо. — Ничего драматичного. Уголки его губ медленно поползли вверх. Он развернулся и пошёл следом, наблюдая за её походкой — уверенной, несмотря на усталость. За тем, как она держит спину. — Если ты собираешься упасть в обморок по дороге, — лениво заметил он, догоняя её у лифта, — я бы предпочёл знать об этом заранее. Кэсс нажала кнопку и повернула к нему голову. — Если я упаду, — спокойно ответила она, — считай это подарком судьбы. У тебя появится шанс спасти меня и почувствовать себя героем. Двери лифта тихо открылись. Она зашла внутрь первой. Клаус усмехнулся, заходя следом. — О, поверь, — тихо произнёс он, наклоняясь ближе к ней, — я и так чувствую себя героем. На это Кэсс лишь закатила глаза, всучяя ему ключи от номера. А сама как только двери лифта открылись шагнула в сторону выхода из этого богом забытого места. Направляясь к машине. Отель остался где-то позади, а машина снова разрезала пустую дорогу, унося их всё глубже — туда, где заканчивались города и начиналось что-то дикое, старое. На передних сиденьях царила привычная картина. Стефан сидел с таким выражением лица, будто лично собирался похоронить весь мир и себя заодно. Клаус же выглядел подозрительно довольным. Слишком довольным. Он буквально барабанил пальцами по двери в такт какой-то мелодии у себя в голове, иногда смотрел в окно и едва заметно улыбался. — Ты сегодня слишком счастливый, — наконец сухо заметил Стефан. — А разве есть причины не быть? — невинно ответил Клаус. — Прекрасный день. Прекрасная компания. Мы почти нашли то, что искали. — Ты раздражаешь. — Благодарю. Кэсс только закатила глаза и снова отвернулась к окну. Она даже не слушала их по-настоящему. Только все больше погружаясь в свои мысли. И желание по скорее оказаться одной и осуществить свой план. Машина наконец остановилась. Перед ними был лес. Лес выглядел настолько старым, будто стоял здесь ещё до первых дорог, городов и имён. Ветер проходил между деревьями, и от этого казалось, что они шепчутся. Клаус вышел первым и довольно вдохнул воздух. — Ну что ж, — произнёс он. — Отсюда ещё примерно пять километров. Кэсс медленно повернула голову. — Пять километров? — М-м, да. Она смотрела на него секунды три. Потом перевела взгляд на Стефана. Тот уже стоял возле машины, глядя на бессознательного Рэя так, будто прикидывал, насколько далеко сможет закинуть его в ближайшее озеро. Кэсс молча вышла. Молча прошла мимо Клауса. Молча пошла вперёд. — Даже жалобы не будет? — удивился он. Она не обернулась. — Нет сил. — Пугающе. Сзади послышалось недовольное: — Почему я вообще его тащу?! — Потому что я не хочу, — с лёгкостью ответил Клаус. — Ты серьёзно?! — Абсолютно. Кэсс позволила себе еле заметную улыбку. Ну главное что ее не заставили. Хотя против того чтоб ее тоже потащили она не имела ничего против. Лес встречал прохладой. Под ногами хрустели ветки, листья шуршали под ветром, а воздух здесь был совсем другим — живым. Свежий воздух, запах травы после дождя. Так и хочется лечь на землю и заснуть. Путь, к счастью, оказался без происшествий. Никто не выпрыгнул из кустов. Никто не попытался убить их. Никто не начал очередной драматичный монолог про судьбу и предательство. И Кэсс уже готова была назвать этот день подозрительно нормальным. Лес постепенно редел, деревья расступались, открывая старый лагерь — несколько домиков на колесах, потухший костёр, брошенные вещи и запах… оборотней. Много оборотней. Почти сразу они появились в поле зрения. Сначала один. Потом второй. Потом ещё. Тени выходили между деревьями молча, настороженно, словно стая волков, почуявшая чужаков на своей территории. Стефан молча шагнул вперёд и буквально уронил Рэя перед ними. Тот с болезненным стоном открыл глаза. — Ох,… — Рэй! — сразу раздался женский голос. Из толпы вышла женщина — светлые волосы, резкий взгляд. Она уже приготовилась броситься вперёд, но остановилась, увидев Клауса. Клаус же… О боже. Кэсс уже знала это выражение лица. Эту улыбку. Сейчас начнётся. Он сделал шаг вперёд. Расправил плечи. Оглядел стаю так, будто уже владел ими. — Посмотрите на себя, — начал он спокойно, но голос разнёсся по лагерю удивительно легко. — Бегаете по лесам. Скрываетесь. Живёте от полной луны до полной луны. Он медленно прошёлся взглядом по лицам. — Вы называете это жизнью? Тишина. — Вы сильны… — продолжил он. — Но даже не представляете насколько. Он усмехнулся. — Я могу дать вам больше. Шаг. — Новую жизнь. Ещё шаг. — Новую силу. Ещё. — Вы больше не будете рабами луны. Теперь его глаза буквально сияли. — Вы станете моими воинами. — Моей армией. — Моей силой. Кэсс не слушала. Вообще. Потому что пока Клаус устраивал свой очередной спектакль “Я древнее зло и ваш спаситель одновременно”, она медленно отошла немного в сторону. Никто не заметил. Ну… кроме Клауса, который наверняка замечал вообще всё. Но пока был слишком занят собой. Она нашла старый пень и просто села. Устало. Закинула локоть на колено и подпёрла щёку рукой. Взгляд лениво скользнул по происходящему. — “…новая эра…” — доносилось откуда-то. — “…величие…” — “…история…” Кэсс медленно моргнула. Боже… Он вообще выключается когда-нибудь? Она опустила голову. И впервые за долгое время подумала только об одном: Как мне, чёрт возьми, свалить? Хотя бы ненадолго. Она уже почти представляла: тихое место, кровать, тишину… … — Дорогуша. Она медленно подняла голову. Клаус стоял прямо перед ней. Руки в карманах. Улыбка на лице. Она оглянулась позади него. И поняла насколько она долго зависла. Она пропустила даже то что все оборотни сейчас лежали с вывернутой шее. — Даже спрашивать боюсь, — опять привлек ее внимание Клаус. — Но судя по выражению твоего лица, ты сейчас планировала побег. Кэсс медленно посмотрела на него. — Планировала не блевануть от твоей до боли пафосной речи, хотя бы ближайшие пять минут.. — Это считается прогрессом? — продолжила она после небольшой паузы. Клаус посмотрел на неё секунду. А потом неожиданно для нее рассмеялся. Клаус ещё несколько секунд смеялся, качая головой, будто Кэсс только что сказала что-то действительно забавное. — Знаешь, дорогуша, — наконец произнёс он, вытирая несуществующую слезу смеха из уголка глаза, — иногда мне кажется, что твоё терпение — самая недолговечная вещь в этом мире. Кэсс посмотрела на него тяжёлым взглядом. — А иногда мне кажется, что если бы ты говорил хотя бы в два раза меньше, мир бы стал спокойнее. Он усмехнулся и посмотрел в сторону спокойного леса. — М-м… возможно, ты права. А возможно, — он снова посмотрел на неё, — тебе сейчас неприятно смотреть на всё это. Она ничего не ответила. Клаус наклонил голову чуть набок, будто разглядывал её. — Иди прогуляйся, — неожиданно сказал он. — А то у тебя сейчас такое лицо, словно ты выбираешь между убийством меня и убийством всех вокруг. Кэсс подозрительно прищурилась. — Просто так? — Не льсти себе. Мне ещё нужна моя дорогая спутница в сознании и относительно хорошем настроении. И прежде чем она успела начать искать подвох, он добавил: — Только не потеряйся. Это было всё. Вот он. Шанс. Кэсс даже не ответила. Она просто встала, развернулась и пошла. Главное — запомнить дорогу обратно. Но об этом не сейчас… Сейчас ей было всё равно. Она шла куда глаза глядят, пока наконец не почувствовала, что достаточно далеко. Достаточно. Кэсс остановилась посреди небольшой поляны. Солнечный свет падал между ветвями деревьев, золотом ложась на траву. Она медленно опустилась на землю. Закрыла глаза. И впервые за тысячу лет перестала пытаться быть человеком. Глубокий вдох. Тишина. Ещё один. Она позволила себе отпустить всё. Не мысли. Не воспоминания. А внутренние стены. И сначала не происходило ничего. Только тишина. Только ветер касался кожи. Но потом… Что-то шевельнулось. Где-то очень глубоко. Будто в самой сердцевине души кто-то осторожно коснулся её сознания. Тёплое. Живое. Древнее. Кэсс почувствовала, как это поднимается выше. Сначала лёгким теплом по груди. Потом по плечам. По рукам. По позвоночнику. А затем — резко. Словно прорвало плотину. Её глаза распахнулись. И мир изменился. Трава вокруг зашевелилась без ветра. Листья поднялись в воздух. Камни у ног дрогнули. А сама Кэсс вдруг поняла, что больше не чувствует земли. Она парировала над поляной. Красное свечение окутывало тело мягкими волнами, словно живая энергия текла по коже. Оно не было яростным или разрушительным. Нет. Оно было… красивым. Густые алые потоки двигались вокруг неё, как дым, как огонь, как сама магия, обрётшая форму. Кэсс смотрела на свои руки. И чувствовала. Боже. Она чувствовала это. Почувствовала это вновь, спустя стольких лет пустоты.. Не маленькие вспышки ведьмовства. Не обрывки. А силу. Настоящую. Древнюю. Она текла через неё как река, бесконечная, горячая и свободная. Тысячи лет. Тысячи чёртовых лет она была отрезана от этого. И сейчас это ощущалось так, будто человек, который всю жизнь не дышал полной грудью, вдруг впервые вдохнул воздух. Будто после вечной зимы по телу наконец разлилось солнце. Она подняла руку. И деревья вокруг медленно качнулись. Ещё движение пальцами. И листья поднялись вверх целым вихрем. Ещё. И красная энергия прошлась по поляне мягкой волной. Ничего не разрушая. Только откликаясь ей. Она не управляла магией. Она танцевала вместе с ней.