Глава 1: Последний день Кувиры

Тяжёлый, промозглый воздух судебной палаты, казалось, давил на плечи всех присутствующих. В этом величественном, глухом зале собрались влиятельнейшие люди мира. Президент Райко сидел с прямой спиной и каменным выражением лица. Рядом с ним — Тензин, спокойный, но явно напряжённый. Асами держала руку Корры, которая смотрела вперёд твёрдо, хоть и с лёгкой тенью сожаления в глазах. Мако и Болин обменялись коротким взглядом — в этот день не было места шуткам. Тяжёлые двери распахнулись. Двое полицейских, ввели Кувиру — руки и ноги которой, сковывали кандалы. Несмотря на оковы, она держалась гордо. Её не сломало то, что весь мир видел в ней диктатора. Она вошла, будто шла по парадному ковру на военном параде, а не по суду, что должен решить её судьбу. Судья заговорил. Сначала — сухое изложение преступлений: захват власти, развязывание войны, применение сверхоружия в густонаселённых районах. Голос был ровен и спокоен, но каждое слово звучало как удар. Потом последовал приговор. — Кувира, за содеянное вами, суд приговаривает вас к пожизненному заключению. Без права на амнистию. На мгновение — тишина. Кувира прищурилась, будто не веря в услышанное. Затем вспыхнула. — Вы осуждаете меня? — резко произнесла она, взгляд метнулся в сторону Корры, потом к Суинь Бейфонг. — Я навела порядок в Царстве Земли, когда вы все только совещались! Без меня страна бы погибла! Судья не ответил. Никто не ответил. Только глаза — одни сочувственные, другие суровые. Решение было окончательным. И изменить его уже не мог никто. Тем временем, в далёком Ба-Синг-Се, где радиопередача судебного вердикта только что завершилась, чайная лавка наполнилась приглушёнными голосами. Люди шептались, переглядывались, кто-то качал головой, кто-то вздыхал. 22-летний чайный мастер Наомори медленно выключил радио. Он молча стоял за стойкой, вытирая чашку. Он не удивился приговору — но и не согласился с ним. Покуда Кувира стояла у власти, эта чайная жила спокойно. Никаких поборов, никаких угроз от мелких банд. Город засыпал и просыпался без тревоги. Для Наомори, Кувира была не чудовищем — она была опорой, пусть и суровой. В углу чайной сидела троица — двое юношей и девушка, одетые в лёгкую городскую одежду, с беззаботными лицами. Они громко обсуждали приговор, не стесняясь в выражениях. — И слава духам! — крикнул один из парней. — Кувира — настоящая ведьма. Всех бы под корень вырезала, если бы ей позволили! — Такой, как она, только в тюрьме и гнить, — поддакнула девушка. Чайный мастер поставил чашку на стойку, выдохнул, и в следующую секунду шагнул к их столику. — Я попрошу вас покинуть моё заведение, — спокойно, но твёрдо произнёс он. — Ты кто такой, чтобы указывать? — фыркнул парень. — Чай разливай, а не приказы раздавай. Наомори не ответил. Его нога, ступила на пол, и в тот же миг земля под столом дрогнула. Стол перевернулся, чашки с грохотом разбились. Молодые с криками отшатнулись, но не успели и пикнуть, как из пола вырвались три острых каменных шипа — и замерли в сантиметре от их горла. — Прочь из моей чайной, — всё тем же ровным голосом сказал Наомори. Молодёжь, побледнев, тут же вскочила и, не оглядываясь, выскочила за дверь. В чайной вновь воцарилась тишина