Поклонник

Я искала тишину. Не ту, что бывает в библиотеке, а настоящую — без глухого шума бассейнов, без голосов, без чьих-то ожиданий. Ушла дальше, чем разрешено, просто чтобы побыть одна. Прошла сквозь разрушенный тоннель за старым спортзалом, туда, где когда-то был склад снастей, а теперь — полутемно, прохладно и пахнет плесенью. Он стоял возле разбитого терминала. Свет от аварийных ламп ложился на его лицо, делая его похожим на фрагмент из затонувшей картины. Не маска, не пафос — просто он. Оборотень, которого ищет половина совета, сбежавший эксперимент. Эндрю Миллинг. Я знала его по архивам, по запретным файлам, к которым Администратор Уиггинс когда-то не уследил за доступом. Мне не нужно было подтверждения — тело говорит всё: спокойная осанка, вены, идущие как трещины под кожей, взгляд, будто у хищника, замершего перед прыжком. — Ты знаешь, где ты? — спросил он, не поворачиваясь. — В зоне хранения списанных данных. За пределами допустимой карты. — Нет. — Он медленно повернулся. — Ты в точке, где реальность начинает терять форму. Я сглотнула. Хотела сказать что-то дерзкое, как обычно, но слова казались бесполезными. Он говорил тихо, просто. Как будто каждое слово уже было сказано кем-то до него. Мне не хватало воздуха. — Ты Адэль Уайт, — произнёс он, будто это не вопрос. — Косатка, но не просто. Ты носишь в себе потенциал, который твоя школа боится. А твоя сестра подавляет. Мне не нравились такие слова. Они цепляли. — Ты следишь за мной? — Я наблюдаю за многими, — спокойно ответил он. — Но ты... ты одна из немногих, кто может вырасти выше своей формы. Он подошёл ближе. У него не было запаха — ни соли, ни крови, ни металла. Только ощущение: давление. Глубокое, внутреннее, как если бы кто-то смотрел в душу снаружи. — Я не собираюсь убеждать тебя, — сказал он, — но когда ты поймёшь, что мир требует от тебя больше, чем сестринскую верность и школьные нормы — я буду рядом. Он положил небольшой свёрток на обломок терминала — крошечная звёздочка, выточенная из оникса, с гравировкой, которую я не могла прочесть. И исчез, оставив за собой пустоту. Я стояла, не в силах пошевелиться. В груди билось — не сердце, а ощущение, что я на грани чего-то, чего не могу назвать. И тогда я поняла: этот "поклонник", о котором я буду шутить с Алишей… уже отравил мою реальность.