Она, он и хот-дог в форме Омеги

      Ярмарка Гравити Фолз гремела какофонией звуков — визг детей, смех, музыка каруселей и аппетитный треск жарящихся хот-догов. Эмили, в своей привычной чёрной юбке и топике с полумесяцем, шла за Диппером, широко раскрыв серебристые глаза. Её пальцы то и дело тянулись то к блестящим шарикам для игры, то к плюшевым игрушкам на лотках. — Диппер, а почему у того мужчины голова как арбуз? — она указала на силача, разбивающего молотом арбузы на своей голове. — А эти разноцветные шарики — они волшебные? — Почему у этой женщины борода длиннее, чем у дяди Стэна?       Диппер, с гордостью исполняющий роль гида, едва успевал отвечать: — Это… э-э… местная традиция… Нет, это просто гелий… Ну, это же Гравити Фолз…       Когда они подошли к аттракциону, Эмили замерла, глядя на шатающиеся кабинки, поднимающиеся высоко над землёй. Её пальцы непроизвольно вцепились в край футболки Диппера. — Мы… мы точно должны на это залезать? — её голос дрогнул, выдавая страх.       Диппер уверенно, слишком уверенно, улыбнулся: — Абсолютно безопасно! Я просчитал все параметры: прочность тросов, скорость ветра, коэффициент…       Его научное бормотание прервалось, когда кабинка дёрнулась в начале движения. Эмили вскрикнула и схватила Диппера за руку так крепко, то она у него начала неметь.       По мере подъёма Эмили сначала просто крепко держалась за сиденье. Потом прижалась к Дипперу, пряча лицо у него в плече. В конце концов вцепилась в него, как кошка на шторке. — Диппер, — её шёпот был едва слышен над скрипом кабинки, — она не упадёт, правда?       Диппер сглотнул, он почему-то только сейчас заметил, что болты крепления выглядят подозрительно ржавыми: — Конечно нет! Это же… АААААА!       Кабинка внезапно сорвалась с троса. Ветер свистел в ушах, когда они падали. Эмили зажмурилась, но странным образом чувствовала себя… спокойно. Рядом был Диппер, а значит, всё будет хорошо.       Удар о землю отозвался во всём теле. Эмили осторожно открыла один глаз: — Мне… можно смотреть?       Перед ней предстала картина: разбитая кабинка, разлетевшиеся в стороны доски и… абсолютно белый от шока Диппер. Его кепка съехала набок, а глаза были круглыми, как у совы. — Мои… расчёты… — он бормотал, — коэффициент трения… угловая скорость… не учёл усталость металла…       Эмили, к своему удивлению, не чувствовала страха. Она методично осмотрела Диппера — руки, ноги, голова, всё на месте, затем осторожно потыкала его пальцем в щёку: — Ты… ты жив?       Диппер медпенно пришёл в себя: — Технически… да. — он посмотрел на разрушенную кабинку. — Хотя этот аттракцион явно нет. И, кажется, мои косточки тоже.       Она встала и протянула руку мальчику, помогая подняться.       Но впечатление от ярмарки у нее все равно было положительным. Она трогала всё руками, как ребёнок. Попробовала вату впервые в жизни — и морщила нос от сладости. Танцевала под уличную музыку.       Дополнительные детали: Во время пребывания в кабинке, она вцепился в предплечье Диппера так, что у него остались следы от её пальцев. В момент падения инстинктивно попыталась защитить его своим своим телом.       После падения:       Её чулки порваны, но ее это не беспокоит.       Первым делом проверила, цел ли кулон-полумесяц и Луна, все это время находящаяся у нее в кармане.       Неосознанно поправила чёлку, пряча шрамы от зевак.       Диппер вел себя как «всезнайка», красуясь перед ней, хотя явно не проверял аттракцион перед их поездкой. В момент падения инстинктивно прикрыл Эмили. После приземления долго не мог поверить, что ошибся.

***

      Хижина Чудес превратилась в штаб по фальсификации безопасности. Стэн, в своём вечно мятом костюме, размахивал пачкой поддельных сертификатов как фокусник картами. Эмили, утопая в огромной чёрной толстовке, осторожно перебирала бумаги, оставляя на них лёгкие отпечатки мороженого. — Дядя Стэн, — Мэйбл прищурилась, подозрительно разглядывая документ с печатью «Одобрено комитетом по абсолютной небезопасности», — это вообще легально?       Стэн хитро подмигнул, поправляя галстук: — Детка, в Гравити Фолз всё легально, пока тебя не поймали за руку. А если поймают — просто скажи, что ты турист!       Эмили, до этого момента тихо облизывавшая ванильное мороженое, которое она, конечно же, «временно позаимствовала» у соседнего ларька, вдруг оживилась: — То есть… если я возьму ещё одно мороженое, пока никто не видит… это тоже законно? — её серебристые глаза расширились с детской непосредственностью, а кроссовок на босу ногу невинно постукивал по полу.       Стэн расхохотался, хлопнув её по спине так, что она чуть не уронила своё мороженое: — Ха! Вот она — моя настоящая наследница! Вся в меня!       Эмили засияла от такого сравнения, поправляя сползший капюшон. В этот момент Зус, скрепя зубами, пытался прикрутить к шаткой бочке табличку «100% безопасно (нет)». — Теперь хоть ураган — не сдвинет, — провозгласил Стэн, гордо осматривая своё творение. — Я — неприступная крепость!       Эмили наклонила голову, её чёлка скользнула вперёд: — На самом деле… ты упадёшь. Я видела во сне — яркий луч попадёт в мишень, и… буль! — она сделала маленький всплеск руками, отчего капли растаявшего мороженого брызнули на Стэна. — Эй! — он отряхнул пиджак. — Хватит читать Дипперовы страшилки! — Эй! — возмутился Диппер из-за стопки фальшивых документов, которые он подписывал «Доктор Безопасность».       Стэн нежно подтолкнул Эмили к выходу, поправляя её капюшон как заботливый дед: — Иди-ка развейся с ребятами. И… э-э… может, верни мороженое, пока тебя не объявили в розыск, ладно?       Дополнительные детали:       Эмили и мороженое:       Она держит его как драгоценность, осторожно облизывая по кругу.       Когда Стэн хлопнула её по спине, она инстинктивно прикрыла мороженое свободным рукавом.       Оставила сливочные следы на всём, к чему прикоснулась.       Работа Зуса:       Он явно использует в три раза больше шурупов, чем нужно.       Периодически бросает взгляды на Эмили, ожидая новых «предсказаний».       Реакция Диппера:       Покраснел, когда Эмили упомянула их «совместное чтение».       Тайно подрисовал сердечки на сертификатах, которые передавал ей.       Его нога случайно касается её босой ноги — и оба сделали вид, что не заметили.       Мэйбл в очередной раз незаметно положила в карман Эмили деньги за мороженое.       Капюшон Эмили то и дело съезжает, когда она активно жестикулирует.       Её чёрно-белые кроссовки оставляют забавные следы на пыльном полу.

***

      Ярмарочная суета постепенно утихала, оставляя после себя лишь аромат жареного теста и сладкой ваты. Эмили шла рядом с Диппером, аккуратно переступая через разбросанные бумажные стаканчики. В руке она сжимала булочку в форме знака вопроса, с которой капала ярко-жёлтая горчица. — А как их сделали такими… изогнутыми? — она повертела угощение перед глазами, словно пытаясь разгадать секрет его формы. Её глаза отражали огни гирлянд, а чёлка слегка колыхалась на вечернем ветру.       Диппер, с собственной булочкой в руке, ухмыльнулся: — В Гравити Фолз лучше не задаваться такими вопросами. В прошлом году тут продавали хот-доги в форме буквы «Ω», и никто так и не понял, зачем.       Эмили осторожно надкусила край булочки — и тут же морщинка восторга пробежала по её лбу. — Она… сладкая! — она облизнула губы, оставив на них золотистый след горчицы. — И острая одновременно!       Диппер засмеялся, наблюдая, как она ест с детским любопытством. Но тут…кап, горчица попала на рукав её огромной толстовки, оставив жёлтое пятно. — Ой… — Эмили замерла, разглядывая пятно с таким ужасом, будто это было предзнаменование апокалипсиса. — Не переживай! — Диппер махнул рукой в сторону бочки с водой. — Смой у бочки Стэна. Он, конечно, будет ворчать, но поможет.       Эмили кивнула и побежала к бочке, её чёрные хвостики подпрыгивали в такт шагам.       Как только она скрылась из виду, Диппер пробормотал ей вслед: — Люблю тебя…       Мэйбл материализовалась из ниоткуда, как призрак, но в розовом свитере. — Ну что, голубчики? — она подперла подбородок руками, сияя как солнце. — Вы уже как две половинки одного бутерброда! Когда ей признаешься? Интересно, как она отреагирует? Она же знает, что такое «любовь» не семейная или дружеская, да?       Диппер улыбнулся, глядя в сторону бочки, где Эмили что-то оживлённо объясняла Стэну, размахивая испачканным рукавом. Её лицо светилось такой искренней радостью, что у него ёкнуло сердце. — Она ранее согласилась на свидание.       Мэйбл схватила его за плечи и потрясла: — Ты пригласил её на свидание, и она сказала «ДА»?! — Да! — Диппер засмеялся, но потом понизил голос. — Хотя… я не уверен, что она понимает, что это значит. — Оооо, это даже лучше! — Мэйбл схватила себя за голову. — Представляешь, ваш первый поцелуй! Он будет таким неловким и милым, что я, наверное, умру! Диппер фыркнул: — Мэйбл, перестань. Я ещё даже не знаю, куда её вести. — На карусель! — воскликнула Мэйбл. — Или в «Тайную комнату ужасов»! Ой, нет, она же может испугаться… Тем временем у бочки       Эмили тщетно пыталась оттереть пятно. Стэн, скрестив руки, смотрел на неё с преувеличенной строгостью, но уголки его губ дёргались. — Ну и дела, малышка. Испортила свою фирменную толстовку? — Я не хотела! — она потянула рукав под струю воды. — Она такая удобная…       Стэн вздохнул и неожиданно мягко потрепал её по голове: — Ладно, ладно. Дам тебе новую, когда эта окончательно развалится.       Эмили засияла. Обычно это делали Венди или Мэйбл со всей ее одеждой, а теперь еще и Стэн.

***

      Ярмарочный шум внезапно смолк для Диппера, когда в его поле зрения вошла слишком знакомая фигура. Джек Нортвест, безупречный в своей белой рубашке с расстегнутым воротником, медленно приближался, поправляя галстук с непринуждённой грацией хищника. — О, какая неожиданная встреча, — его голос был гладким, как масло, но в глазах читалось холодное любопытство. — Эй, малышня, не видели тут мою любимую готическую фею?       Мэйбл тут же встала между братом и Джеком, её розовый свитер казался бронежилетом против его аристократичного вида. — Если ты ищешь Пасифику, она ушла плакать в особняк, — язвительно бросила она.       Джек лишь ухмыльнулся, его взгляд скользнул мимо них, выискивая в толпе чёрные хвостики и серебристые глаза. — Я ищу кое-кого… особеннее. — Джек щёлкнул пальцами перед его носом. — — Повторяю для тугоухих — свидание. Она свободна, я свободен… — Его глаза сузились, — Или у тебя есть возражения, профессор? «Она была не такой, как все. Не визжала при виде меня, не бросалась на шею. Всего лишь тихая девочка в чёрном платье, с глазами цвета лунного света. Но когда она встала между мной и этим ботаником… о, тогда я увидел огонь. Буквально.»       Его пальцы непроизвольно коснулись шрама на запястье — ожога в форме отпечатка её ладони. «Она оставила на мне след. Как метку. Почему это так… возбуждает?»       Диппер почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Он знал этот взгляд. — Эмили не хочет тебя видеть, — твёрдо сказал он, сжимая кулаки.       Джек рассмеялся — звук был мягким, но ядовитым: — А ты её официальный представитель? Мило. Где же тогда твоя маленькая готическая тень?       Мэйбл фыркнула, скрестив руки: — Ой, да иди ты к чёртовой… — она резко замолчала, заметив приближающуюся фигуру.       Эмили возвращалась, неуклюже перебирая ногами в своих чёрно-белых кроссовках. Её огромная толстовка болталась на ней, как палатка, а рукав теперь сверкал неестественной чистотой — видимо, Стэн использовал какие-то сомнительные ярмарочные растворители.       Увидев Джека, она замерла. Её серебристые глаза расширились, а пальцы автоматически потянулись поправить чёлку — нервный жест, который Диппер узнал сразу. — О… — её голос был тише шелеста листьев, — ты…       Джек мгновенно преобразился. Его осанка стала галантной, улыбка — ослепительной. Он сделал театральный поклон, словно перед принцессой, а не девочкой в перепачканной горчицей толстовке. — Моя луна! Как раз вовремя. Я как раз приглашал тебя… — Она занята, — Диппер вклинился между ними, случайно (или нет?) наступив Джеку на лакированный ботинок. — Навсегда.       Джек не моргнув глазом выдернул ногу: — Малыш, тебе бы в песочницу играть, а не… — Его слова утонули в визге Мэйбл. — ВОН! — она замахала руками, как отгоняя назойливую осу, — Убирайся к своей сестрёнке, мажор вонючий!       Эмили, тем временем, незаметно схватила Диппера за рукав. Её пальцы дрожали, но когда она заговорила, голос был удивительно твёрдым: — Я… я не хочу с тобой разговаривать. Ты плохой человек.       Джек замер. На секунду его маска спала, и все увидели подлинное выражение — ошеломлённое, почти детское. Затем он резко выпрямился. — Как мило, — его голос звенел, как надтреснутый хрусталь, — Трое против одного. Но игра только начинается…       Он сделал прощальный жест рукой — и Диппер с ужасом заметил, что на внутренней стороне запястья у Джека красовался знакомый полумесяц. Не татуировка… а ожог. Точная копия метки Эмили.       Прежде чем кто-то успел среагировать, Джек растворился в толпе, оставив после себя шлейф дорогого парфюма и тяжёлую тишину. — Фух, — Мэйбл вытерла лоб, — Ну и тип! Эмили, ты в порядке?       Эмили кивнула, но её глаза были прикованы к тому месту, где исчез Джек. Она неосознанно терла свою татуировку, будто чувствуя какую-то связь.       Диппер решительно взял её за руку: — Эй, смотри! — он указал на лоток с розовыми плюшевыми монстрами, — Там можно выиграть того… э-э… чего-то пушистого!       Эффект был мгновенным. Глаза Эмили загорелись, она забыла про Джека и буквально потащила Диппера к прилавку, её кроссовки весело шлёпали по пыльной земле. — Они такие мягкие! — она тыкала пальцем в стеклянную витрину, оставляя жирные следы от булочки, — Смотри, у этого шесть глаз!       Диппер улыбнулся, наблюдая, как она прижимается носом к витрине. Джек мог подождать. Сейчас важнее было только это — её смех, её сияющие глаза и то, как её чёрные хвостики подпрыгивали в такт каждому движению.       Где-то в толпе Джек наблюдал за ними, поглаживая свой шрам. Его губы шептали что-то — может быть, обещание. Может быть, угрозу.       Но пока что это не имело значения.       Диппер расправил плечи с важным видом, поправляя кепку: — Один розовый уродец уже почти твой. — Он повернулся к продавцу, чья футболка с надписью «Я ♥ странности» казалась особенно уместной в Гравити Фолз. — Дайте-ка мне мяч!       Мяч оказался в его руках — потрёпанный, липкий от сладкой ваты и подозрительно тёплый. Диппер сделал несколько разминочных взмахов, стараясь выглядеть профессионально. Эмили замерла, её губы приоткрылись в ожидании чуда. — Приготовься встречать нового друга, — торжественно объявил он и замахнулся.       Мяч полетел… И совершил идеальный промах. Вместо бутылок он ударился о край стола, с жутким звоном отскочил и — ТЫК! — А-АЙ! — Эмили вскрикнула, больше от неожиданности, чем от боли. Её руки мгновенно закрыли правый глаз, а левый широко распахнулся от шока. — М-мой глаз…       Диппер застыл, его лицо стало маской ужаса. Мяч беззаботно покатился под прилавок, будто ничего не произошло. — Эмили! Я… я не хотел! — его голос сорвался на визг. Он рванулся к ней, но остановился в полушаге, боясь сделать хуже. — Это был несчастный случай! Ты… ты в порядке?       Эмили медленно опустила руку. Её правый глаз был плотно закрыт, а из-под века сочилась тонкая струйка крови, смешиваясь со слезами. Она выглядела призрачно бледной даже для себя. — Н-ничего… — она попыталась улыбнуться, но гримаса боли исказила её лицо. — Просто… немного жжёт…       Продавец лотка ахнул: — О чёрт! Малышка, тебе нужно к доктору!       Диппер почувствовал, как земля уходит из-под ног. Кровь. На лице Эмили кровь. Его руки задрожали, а в ушах зазвенело. — Лёд! Нужен лёд! — он закричал так, что несколько прохожих обернулись. — Эмили, держись! Я сейчас!       Он бросился прочь, толкаясь сквозь толпу. Где-то позади он услышал голос Эмили, тихий, но твёрдый: — Я… я подожду здесь…       Пока Диппер носился в поисках помощи, Эмили стояла, прижав ладонь к глазу. Кровь просачивалась сквозь пальцы, оставляя алые пятна на рукаве её любимой толстовки. — Детка, садись, — продавец суетился вокруг, предлагая грязную тряпку. — Ты вся дрожишь.       Эмили покачала головой: — Всё хорошо… — её голос был тонким, как паутинка. — Диппер… он скоро вернётся…       Она знала, что должна быть сильной. Ведь если расплачется — Диппер будет чувствовать себя ещё хуже. Но боль была острой, жгучей, будто кто-то вонзил ей в глаз раскалённую спицу.       Диппер примчался через три минуты, хотя для него это была вечность, сжимая в руках пакет со льдом и руку Мэйбл, которую схватил по дороге. — Я здесь! — он чуть не сбил Эмили с ног, пытаясь одновременно приложить лёд и обнять её. — Прости, прости, прости! Я идиот! Я никогда больше не буду бросать мячи! Я… — Дыши, братик, — Мэйбл аккуратно отстранила его и взяла ситуацию в свои руки. — Эмили, милая, давай посмотрим…       Когда она осторожно отвела руку девочки, все трое ахнули. Глаз был красным, веко опухшим, но… — Он… на месте, — прошептала Эмили, почувствовав облегчение. — Я думала…       Мэйбл резко обернулась к продавцу: — Мы забираем этого шестиглазого уродца. Бесплатно. За моральный ущерб.       Продавец, не споря, сунул игрушку в руки Эмили. Та автоматически прижала её к груди, как талисман. — Всё будет хорошо, — прошептала Мэйбл, обнимая подругу. — Мы отведем тебя к Стэну. У него есть… э-э… специальная водка для дезинфекции.       Диппер молча взял Эмили за руку. Его пальцы дрожали. Сегодня он хотел сделать ей приятное, а вместо этого…       Но Эмили, словно почувствовав его мысли, слабо улыбнулась: — Спасибо… за игрушку. Она мне правда нравится.       И в этот момент Диппер понял — даже если весь мир рухнет, он будет рядом с этой удивительной девочкой. Чтобы защищать. Чтобы искупать свою вину. Чтобы больше никогда не видеть кровь на её лице.

***

      Эмили стояла, сжимая розовую игрушку в одной руке, а другой прижимая ладонь к поврежденному глазу. Кровь просачивалась сквозь пальцы, оставляя алые дорожки на ее бледной коже. В ушах звенело, а в голове крутилась одна мысль: «Опять я всем мешаю… Из-за меня кабинка упала, теперь вот это… Дипперу точно стыдно за меня…»       Ее мучительные размышления прервал резкий вскрик. Чья-то рука грубо впилась в ее плечо, заставив вздрогнуть. Перед ней возник Джек — его всегда безупречная прическа была растрепана, а на обычно самоуверенном лице читался неподдельный ужас. — Ты идиотка?! — его голос треснул на высокой ноте. — Твой глаз чуть ли не висит на ниточке, а ты тут стоишь как статуя!       Эмили инстинктивно отшатнулась, но его хватка была железной. Ее голос дрожал, когда она пробормотала: — Д-Диппер пошел принести еще льда… Он с-скоро вернется… Все будет х-хорошо…       Джек фыркнул, и его лицо исказилось в гримасе, где смешались злость и беспокойство: — Лед?! ЛЕД?! Твоему глазу нужен хирург, а не кусок замерзшей воды!       В этот момент подбежал Диппер, запыхавшийся, с пакетом льда в дрожащих руках. Увидев Джека, его лицо побелело: — Отпусти ее! Сейчас же!       Джек повернулся к нему медленно, как хищник. Его голос стал опасным шепотом: — Ах, это ты устроил ей такой макияж? — он указал на окровавленное лицо брюнетки. — Интересно, как бы ты выглядел с дырой вместо глаза?       Диппер сглотнул, но не отступил: — Это был несчастный случай! Я… я не хотел! — В твоей жалкой жизни слишком много «несчастных случаев», — Джек сделал шаг вперед, сжимая кулаки. Его ноздри раздувались, как у разъяренного быка. — Может, тебе стоит держаться подальше от тех, кого ты не заслуживаешь?       Эмили, несмотря на адскую боль, вдруг рванулась вперед. Ее маленькая ладонь с силой ударила блондина по груди: — Оставь его! — ее голос, обычно такой тихий, прозвучал на всю площадь. — Это мой Диппер! Мой!       Джек замер, пораженный. Впервые за все время его высокомерная маска полностью спала. Но через секунду он снова схватил Эмили за руку: — Прекрасная речь, но твой глаз все еще вытекает. Мы идем в больницу. Сейчас.       Диппер бросился вперед: — Я сам отведу ее! — Отлично! — ядовито улыбнулся Джек. — По дороге ты сможешь объяснить врачам, как именно ты выбил девушке глаз.       Эмили застонала, наконец осознавая серьезность ситуации. Ее колени подкосились, и она бы упала, если бы Джек не подхватил ее на руки. Перед тем как сознание помутнело, она успела увидеть лицо Диппера — искаженное ужасом, виной и… чем-то еще. Чем-то, что заставило ее сердце сжаться сильнее, чем болел глаз.       Дополнительные детали:       Эмили:       Ее мысли скачут от самообвинения до страха стать обузой       В момент, когда она называет Диппера «своим», ее татуировка-полумесяц слабо светится       Перед потерей сознания она инстинктивно ищет Диппера глазами       Диппер:       Его руки дрожат так сильно, что лед выпадает из из них       В глазах читается не только ужас, но и ревность, когда Джек берет Эмили на руки       Он кусает губу до крови, сдерживая слезы       Джек:       Впервые проявляет искренние эмоции, а не играет роль       Взгляд становится почти человеческим, когда она теряет сознание       Окружающие:       Продавец лотка в ужасе звонит в скорую       Мэйбл, вернувшаяся с хот-догами для утешения подруги, застывает на месте, роняя еду при виде потерявшей сознание брюнетки на руках Джека       Толпа начинает шептаться, некоторые достают телефоны