Глава 12

Как только мы вышли из кинотеатра, я поспешила застегнуть куртку. Холодный ветер, растрепавший мои волосы, привёл меня в чувство. Я покосилась на Андрея, начиная осознавать, что натворила. Бросила подругу, оторвала его самого от просмотра кино, и теперь мы вместе стоим на улице, не зная куда идти. Внутри меня заплясала паника, но я постаралась затолкать её поглубже, не позволяя завладеть моим телом и разумом. – Куда хочешь пойти? В ответ я просто пожала плечами, пряча руки в кармане куртки. Мне до сих пор было сложно понять, сожалею ли я о том, что осталась с ним наедине, или же нет. Но чем дольше я смотрела на его профиль, тем смелей признавалась самой себе в том, что не жалела. Я хотела остаться с ним наедине, просто очень боялась. Стеснялась себя, своих реакций, своих красных щёк и того, что могу быть нелепой, неуклюжей и просто недостаточно прекрасной девушкой, на которую может обратить внимание такой парень, как Андрей. Я хотела быть с ним наедине, но боялась, что привяжусь ещё сильней, а потом причиню себе ещё больше боли. А разочарований в моей жизни и так достаточно. – Ты голодная? – Перестань кормить меня, - рассмеялась я. – Хочу накормить тебя за компанию, потому что я дико голодный, - признался он, помещая руку себе на живот. – Ладно, может, я бы выпила чай. – Отлично. Мы спустились по ступеням и зашагали по улице. Людей было мало, но впереди была довольно большая толпа, окружившая уличную группу. В этой части улицы витало особое настроение: уюта и любви. И мне даже захотелось улыбнуться, потому что я почувствовала себя лучше. Мы с Андреем молчали, но бесконечно переглядывались, от чего становилось смешно и неловко. Мы медленно шли минут десять, пока Андрей не указал на кафе. Он первый взбежал по ступеням и открыл передо мной дверь. Внутри было тепло, а еще вкусно пахло кофе, что даже закружилась голова. – Займёшь столик? Мне снова пришлось кивнуть в ответ и отступить назад. Я бросила мимолётный взгляд на витрину с десертами, а затем осмотрела небольшое помещение. В глаза тут же бросился самый дальний столик, и я поспешила туда, на ходу снимая куртку и рюкзак с плеч, оставляя вещи на вешалке рядом. Андрей вернулся через несколько минут. За ним шла официантка с большим подносом, на котором стояли две чашки чая, чизкейк и кусочек несладкого пирога. Она расставила еду на столик, а затем улыбнулась и молча ушла обратно. Андрей придвинул ко мне торт, и я едва подавила улыбку. – Я же сказала, что выпью только чай. – Ты просто так смотрела на этот торт. – Я лишь прошлась по нему взглядом. – Я правильно читаю намеки. – Ты знаешь, что нельзя быть таким идеальным? – я взяла вилку и отрезала кусочек торта, отправляя его в рот. Хотелось прикрыть глаза от блаженства, но я сдержалась, продолжая смотреть на Андрея, который вдруг замолчал. – Ты чего? – Ты первый человек в жизни, кто сказал мне такие слова. – Я не виновата, что все вокруг идиоты и не замечают очевидных вещей. – Могу сказать то же самое о тебе, - он подмигнул мне, хватая вилку и придвигая к себе свой пирог. И теперь настала моя очередь молчать, прокручивая последние сказанные фразы. Я сказала ему комплимент, он сделал это же в ответ. И теперь этот разговор отдаленно напоминает флирт. Мы словно бы перешли на какую-то новую стадию общения, хотя я до сих пор не понимала, что между нами происходит. В отношении меня все было ясно – он мне нравился. Что касается Андрея, здесь мне приходилось лишь гадать. И сердце подбрасывало самые смелые варианты, а вот разум приземлял, напоминая не быть наивной. – Так что у вас случилось? – С кем? – С подругой. – Ааа, ты о Ксюше, - я отправила в рот ещё кусок торта, чтобы не отвечать сразу. – Она из-за чего-то разозлилась? – Из-за тебя, - выпалила я. Не знаю почему, но мне захотелось быть честной. Не было желания сочинять какую-то нелепую историю о нашей тупой ссоре. Мне захотелось поделиться с ним, и я это сделала. – Из-за меня? – его брови удивлённо поползли вверх. – Ей не понравилось, что ты подошел, что предложил сесть рядом. Но больше всего ей не понравилось, что я тебе не отказала. – Она ревнует тебя? – Она… Я не знаю, - я откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. – Она постоянно куда-то ходит с ребятами из класса, и я никогда не высказывала своё недовольство. А она так странно себя повела… Я замолчала, начиная изучать остатки торта на тарелке. Настроение снова опустилось вниз, потому что я вернулась к нашей ссоре с Ксюшей. Я все пыталась проанализировать ее слова, но как бы не старалась, не могла прийти к нужному выводу. – У тебя есть предположения? – прервал Андрей мои мысли, доедая свой пирог. – Если честно, то нет. Мне просто стало очень обидно. А ещё я устала. – Устала? – Все от меня чего-то хотят. У мамы куча требований, про сестру я вообще молчу, - усмехнулась я. – В школе куча дел, тупые соревнования, ещё и Ксюша со своим кино. Я пошла, потому что не хотела её обидеть, и в итоге она обидела меня. Я просто устала под всех подстраиваться, загоняя себя в яму. Уже не могу вспомнить, когда получала от чего-то удовольствие, - уныло проговорила я, делая глоток чая. – Серьёзно? – Андрей подался вперед, помещая руки на небольшой круглый столик. – А как же наша математика, картошка на кухне, бургеры и вот сейчас? Я снова густо покраснела, пряча взгляд. Конечно же, времяпровождение с Андреем превратилось в самые яркие и долгожданные события за последние недели. Но сказать об этом прямо – это словно выпалить откровенное признание, к которому я была не готова. – Это не в счёт. Это что-то особенное, - тихо пролепетала я, понимая, что эти слова недалеко ушли от того самого признания. Мы пробыли в кафе ещё около часа, разговаривая о какой-то ерунде. Я много смеялась, не узнавая себя. И мне было так хорошо, что совсем не хотелось думать о возвращении домой. Но этот момент был неизбежен. Так что я надеялась, что мы будем идти домой помедленней, чтобы его немного оттянуть. Я была счастлива, когда Андрей предложил пойти пешком. И я увлечённо рассказывала ему о соревнованиях. Остановившись на светофоре, я повернулась к Андрею лицом, продолжая рассказ. Он увлечённо слушал меня и улыбался. Его глаза смотрели прямо в мои, от чего у меня по позвоночнику поползли мурашки. И я запнулась, вдруг сбиваясь с мысли. Посмотрела в сторону, чтобы собраться, а когда снова посмотрела прямо, то поняла, что Андрей не сводил с меня глаз, словно бы стараясь изучить каждую чёрточку на моём лице. И я снова замолчала, желая сделать то же самое. Даже приблизилась на шаг, не отдавая отчёта своим действиям. А затем вдалеке засигналила какая-то машина, от чего я быстро отступила обратно, заливаясь краской от стыда. – Зелёный, идём, - Андрей вдруг взял меня за руку и пошёл вперёд. Конечно же, я последовала за ним, стараясь не споткнуться, потому что мои глаза были полностью сосредоточены на наших соединённых ладонях. Меня тут же бросило в жар, от чего захотелось расстегнуть куртку или же вовсе отбросить её в сторону. Я с трудом дышала, больше не соображая. Просто таращилась на наши пальцы, вслушиваясь в стук разбушевавшегося сердца. Когда мы добрались до противоположной стороны, он не отпустил мою руку, а продолжил идти как ни в чём не бывало. Даже задал какой-то вопрос, и мне пришлось переспросить, потому что мозг всё ещё отказывался функционировать. Он держал меня за руку. Мы шли по улице, держась за руку и ведя диалог, как все те парочки, что были вокруг нас. Мне хотелось остановиться. Но не для того, чтобы расцепить наши руки, а чтобы взять пару секунд паузы и осознать реальность происходящего. Осознать, что моя ладонь находилась в его ладони. И эти прикосновения были такими мягкими и теплыми, что становилось страшно. Я не знала, что делать дальше. И очень боялась, что ладошка начнёт потеть, от чего станет совсем неловко. Но мне так хотелось продлить это мгновение, окутанное дымкой волшебства, что я боялась пошевелить пальцами. – Так что там дальше с соревнованиями? – ещё раз спросил Андрей, чуть сильней сжимая мою ладонь. И в этот момент я поняла, что он собирается идти так до самого дома. И поэтому вместо ответа я улыбнулась ему, наплевав на то, что могу выглядеть как настоящая идиотка, которая поплыла перед парнем от простого прикосновения. Но всё так и было, и скрывать это становилось всё сложней. Потому что внутри порхали бабочки, щекотя все мои внутренности и заставляя улыбаться. Перед домом мы быстро перебежали дорогу, не сговариваясь сбавляя шаг. Оставалось повернуть во двор и зайти в подъезд. Я начала гадать, как пройдёт момент прощания. Кто именно первым расцепит руки, и что стоит сказать после этого. Но все мои предположения не понадобились. Потому что наступая на вторую ступеньку лестницы у подъезда, я чувствую, как моя нога вдруг начиная ползти вниз и подворачиваться под неестественным углом, от чего голень прознает от жгучей боли. Я начинаю заваливаться назад, и если бы не рука Андрея, что продолжала удерживать меня в вертикальном положении, я бы точно рухнула на землю.