Глава 19

Когда он так целовал меня, я понимала, что не продержу оборону слишком долго. Не то, чтобы я делала это специально. Но мы с Андреем только начали встречаться, и мне не хотелось поддаваться возникшим желаниям без какого-либо анализа. Желание оставаться здравой девушкой перевешивало. Вот только когда его губы скользили по моей шее, а пальцы пробирались под кофту — весь мир вокруг мерк. Просто хотелось, чтобы он больше не останавливался, продолжая исследовать меня и демонстрировать то, о чем я раньше читала только в книгах, но так сильно мечтала испытать на себе. И в реальности всё было лучше. Всё внутри меня трепетало. Это можно было сравнить с падением с большой высоты, когда дыхание перехватывает, а внутренности скручиваются узлом. Страшно, но непередаваемо круто. Восторг, который хочется испытывать снова и снова. Мне хотелось трогать его. Чувствовать перекатывающиеся мышцы, водя руками по плечам, пропускать короткие, но мягкие волосы сквозь пальцы, впиваться ногтями в обнажённую спину. И всё это Андрей мне позволял, отдавая в сто крат больше. — Если ты продолжишь… — прошептала я, поворачивая голову так, чтобы Андрей продолжил ласкать мою шею своим горячим языком. — То, что? — я чувствовала, что он улыбается, и это так расслабляло меня, что мозги продолжали плавиться со скоростью света. — То… Я не закончила, откровенно не зная, что следует сказать. Просто обняла его крепче, шире разводя ноги в стороны и позволяя Андрею устроиться между моих бёдер. Отголосок здравого ума визжал изо всех сил, напоминая о том, что мы находимся в квартире у Андрея. И что его мать или же Егор могут вернуться в любую минуту. А мы так шумно целуемся, что можем упустить этот момент. И тогда нас застанут в провокационной позе, где у Андрея задрана футболка до самой шеи, а мой свитер практически подобрался к груди, обнажая лифчик. Но, боже, я совсем не могла остановиться. Мне хотелось ещё и ещё. Чтобы он целовал меня везде, давая желанию внизу живота стать совершенно невыносимым. Я так тяжело дышала, что не слышала собственных мыслей. И стоны отчаянно рвались наружу, но я сдерживала их из последних сил, кусая губы. Телефон Андрея завибрировал под подушкой, возвращая к реальности. Я ненавидела его и в то же время была благодарна. Мне хотелось парня, лежавшего на мне секунду назад, но мне так не хотелось новых проблем. Андрей схватил телефон и сел ко мне спиной. Я так же поднялась, быстро поправляя кофту и трогая лицо ладонями. Щёки горели огнем, и оставалось надеяться, что к тому моменту, как я вернусь домой, они придут в норму. Но я не облегчала ситуацию. Встала на колени, придвигаясь ближе к Андрею. Положила руки ему на плечи и поцеловала в шею. Почувствовала, как он напрягся, а затем повернул голову, чтобы встретиться с моими губами, слиться в ещё одном страстном поцелуе. — Ты совсем не облегчаешь задачу. В курсе? — Да, — рассмеялась я, заставляя себя вскочить на ноги и сесть подальше, чтобы больше не поддаваться соблазну. На следующий день я пришла на учебу в прекрасном настроении. Даже если бы Ксюша снова оказалась со мной за партой и начала говорить весь тот бред, что несла вчера, я бы опять рассмеялась, не позволяя сомнениям закрепиться в моей голове. Но я и представить себе не могла, что всё может быть ещё хуже. После урока химии я была выжата как лимон. А впереди был английский и математика, и эти предметы так же не улучшали моего настроения. Я испытывала дикое желание вернуться домой, упасть на кровать и проспать часов десять. Но впереди ещё была репетиция, и от мысли о ней мне становилось совсем дурно. За пару недель я отвыкла от бешеного ритма жизни, зато успела привыкнуть к наличию парня, который погружал меня в другой мир. И мне очень не хотелось его покидать. Но впереди было ещё несколько месяцев подобного ритма жизни, и я должна их выдержать. Зато после школы я всё возьму под свой контроль и, наконец, всё изменю. Это было моей целью, и я держалась за неё, потому что только она позволяла мне держаться и вставать по утрам. Хотя с недавнего времени в этом мне больше помогал Андрей. Не зря ведь говорят о том, что любовь окрыляет. Я улыбнулась своим мыслям, хотя слово «любовь» меня немного напугало. Не гоню ли я лошадей, размышляя в этом ключе? Но сердце радостно пело, а улыбка не сходила с лица. Прямо как у всех принцесс Диснея, на которых я так любила смотреть в детстве. Их избранники появлялись в их жизни в самый непростой момент, становились щитом и оберегали от опасностей. И Андрей стал таким человеком для меня. Он влетел в мою жизнь так внезапно, что становилось страшно. С первого дня пытался изменить мое мышление, чтобы я начала жить для себя. Принято это было сложно, но у него с каждым днем всё больше получалось разбивать мою броню неуверенности в себе, через которую мне как можно скорей хотелось переступить окончательно. И я верила, что смогу, когда он находился рядом. Он был моим принцем, вне всяких сомнений. И я не сожалела, что доверила ему свое сердце. Ведь он совсем не был похож на коварного злодея, который предаст или же оставит в нелегкий момент. Он был тем, кто закроет тебя и не позволит нервничать. Так что всё, что я чувствовала к нему, было великим и настоящим. И пусть хотелось кричать об этом на весь мир, я всё равно намеревалась хранить эту тайну внутри себя, как самое драгоценное сокровище. — Привет, Самонина, — Егор догнал меня в коридоре и вальяжно закинул руку на плечо, продолжая шагать вперёд. — И тебе привет, — я отошла в сторону, от чего рука Егора соскользнула с моего тела. — А раньше мы ходили так по коридору, — обиженно проговорил Егор, хотя в искренность его эмоций я совсем не поверила. — Сейчас я так идти не хочу, — поправив лямку рюкзака, я всё ещё пыталась понять, чего Головин от меня хочет. — Дело в моём братишке? — он скривил губы в приторной улыбке, и я уже знала, что это не сулит ничего хорошего. — При чем тут Андрей? — Не строй из себя дуру, Самонина, — Егор обхватил мой локоть ладонью, не позволяя двигаться дальше. Отошёл к окну и потащил меня за собой. — Чего ты хочешь? — мы стояли у окна, выходившего во двор школы. Было отлично видно серое небо и потемневшее футбольное поле: всё потому что когда-то яркая зелёная трава уже успела окраситься в коричневый цвет. — Поговорить. — Так говори, скоро звонок. — Ладно, — он усмехнулся, скрещивая руки на груди. — Так долго ты ещё будешь корчить из себя дурочку недотрогу? — Во-первых, задавай вопрос более конкретно, а во-вторых, мне совсем не нравится твой тон и фразы, что вылетают из твоего рта. — А ты стала более дерзкая, знаешь? — Короче, мне надоело участвовать в этом цирке, — я сделала шаг назад, но Егор снова удержал меня на месте, слегка наклоняясь вперёд, будто бы собирался сообщить страшную тайну, которую никто не должен был узнать. — Уже придумала план, который поможет тебе избежать скандала? — Какого ещё скандала? — мое сердце пропустило удар. — Она наверняка устроит его, когда узнает, что ты обжимаешься с моим дорогим братом по углам. Вам следовало бы более осмотрительными. Я окаменела, сканируя лицо Егора. Как в замедленной съемке наблюдала за тем, как на его лице появляется эту дурацкая самоуверенная улыбка, от чего желание поднять кулак и врезать по ней зашкаливало. Однако я уже думала. Позволяла колёсикам в своей голове крутиться и размышлять, придумывая пути отступления. Но я уже заранее знала, что их нет. Буря неизбежна, мне не спрятаться. — Теперь догнала, Дашка? Твоя мать устроит такой скандал, что весь дом будет его обсуждать ещё месяц. А если уж подключиться моя мама… — Егор цокнул языком, снова улыбаясь. А я дышала всё чаще, борясь с желанием просто развернуться и сбежать. — Я так понимаю, что ты сделаешь всё для того, чтобы твоя мать подключилась. Я права? — процедила я сквозь зубы, совсем забывая о том, что я нахожусь в школу и что нужно спешить на урок. Сейчас на горизонте маячила проблема разоблачения наших с Андреем отношений, и мне нужно было это как-то решить. — Ну, ты всегда можешь уговорить меня этого не делать. — Что-то мне подсказывает, что простой просьбы будет недостаточно, так? — Ты всегда была умной, Даш. Правда, в выборе парня ошиблась. — Не тебе решать. Чего ты хочешь? — Ну, думаю, что придумаю парочку желаний. — Серьёзно? — усмехнулась я. — На самом деле думаешь, что сможешь играть в эту игру? — Естественно. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя опять гнобили? — Думаешь, я к этому не привыкла? — А к такому привыкают? Лично я не знаю, я ведь любимый ребёнок в семье… — Какая же ты скотина, — перебила его, делая шаг в сторону Егора, вплотную приближаясь к его лицу. — Прошу без оскорблений, хорошо? — Ты не представляешь, как сильно я хочу плюнуть тебе в рожу. Что я плохого тебе сделала? Мы ведь дружили. — Меня просто очень бесит мой брат, и ты теперь тоже. Я хмыкнула и отошла назад, смотря себе под ноги. Мне требовалось несколько секунд, чтобы обдумать произошедшее. Беда была в том, что прямо сейчас у меня не было этого времени. — Я не поведусь на твои угрозы. — Поведёшься. — Откуда такая уверенность? — Она просто есть, Самонина, смирись. Я расскажу нашим мамам, и ваша с Андрюшей жизнь превратится в ад. — Где гарантия того, что ты сдержишь слово? — Будешь выполнять мои просьбы, и мы снова станем друзьями. — Это вряд ли, придурок. — Так ты согласна? — Уже не терпится посмотреть на список твоих ограниченных интеллектом желаний. — Мне совсем не нравится то, как ты со мной разговариваешь. — Плевать. — А не должно. Раздался первый звонок, от чего ученики вокруг ускорили свои шаги, а кто-то и вовсе побежал, чтобы успеть на урок. — И ещё кое-что, — Егор придал своему лицу задумчивости, но от этого смотрелся до ужаса нелепо. Но прямо сейчас карты были в его руках, и поэтому я слушала. — Что ещё? — Если скажешь Андрею, наша договоренность аннулируется. — Знал бы ты, как смешно звучишь, — я всеми силами старалась не показывать своего испуга. И очень верила, что это получилось. — Однако ты меня слушаешь. — Я иду на урок. — Эй, так мы договорились? — Давай сегодня обойдёмся без желания, ладно? А то у меня тренировка, — проговорила я, начиная пятиться спиной в лестнице. Я желала обмануть Егора и, кажется, у меня это получилось. — Ладно, Самонина, начнём завтра. — Ага. — С тобой приятно иметь дело. — Чего не скажешь о тебе. Ответа Егора я уже не услышала. Быстро развернулась и помчалась по лестнице в класс. Я знала, что он следует за мной. Но оборачиваться не хотелось. Мы ввалились внутрь, когда учительница уже отмечала отсутствующих. Я извинилась и плюхнулась на стул, доставая учебники и незаметно вытащила телефон, сунув его в карман широкой толстовки. Пока все суетились и боялись быть вызванными к доске, я склонилась над партой, делая вид, что записываю что-то в дневнике. Сама же быстро набирала сообщение, стараясь выстроить в голове хоть какой-то план. Даша Самонина: Нужно поговорить. Мне оставалось лишь молиться о том, чтобы Андрей прочитал мое послание как можно быстрей. К счастью, мобильник тихо завибрировал уже через десять минут. Андрей Головин: Что-то случилось? Даша Самонина: Встретимся после тренировки? Андрей Головин: Я тебя встречу. Последующие несколько часов я была как на иголках. Жалела, что в мире не существует машины времени, которой я могла бы воспользоваться. На оставшихся занятиях я витала в облаках, нервничая и выкручивая себе пальцы. И каждый раз, когда оборачивалась, натыкалась на насмешливый взгляд Егора. Тренировка прошла не лучше, и я всерьёз винила себя за то, что приняла решение её не прогуливать. Выйдя из здания, я тут же начала озираться по сторонам. Увидела Андрея на остановке. Он пинал небольшие камни кроссовками, время от времени подпрыгивая на месте от дикого холода. Я тут же поспешила к нему, даже не попрощавшись с ребятами. Всё потому что мне казалось, что в моих руках находится взрывчатка с неисправным механизмом. Промедление или же неосторожное движение — она взорвётся. — Привет, — я потянулась к нему, легко целуя в губы и отстраняясь. Порой всё ещё не верилось, что между нами всё так изменилось. Совсем недавно я мечтала о поцелуях, и вот сейчас без проблем делаю это. — Привет, — Андрей притянул меня к себе, зарываясь холодными пальцами в волосы. — Что случилось? — Нужно поговорить. — Это я уже понял. — Не хотелось бы на улице. — Домой тоже не вариант, там ад, — Андрей редко говорил так. В этом мы были разные — я плохо переносила все скандалы, а он же предпочитал их не замечать. Но сейчас в его глазах сквозило расстройство, и меня не могло это не беспокоить. — Что произошло? — Мама ругалась с папой по телефону, а потом сорвалась на мне. В общем, не бери в голову. — Прости, но я не могу не брать это в голову. — Я уже давно не беру это в голову. Сам не знаю, почему в этот раз расстроился, — проговорил он, проводя рукой по волосам. И в этот момент он выглядел слишком уязвимо. Таким я его раньше никогда не видела. — Расстраиваться — это нормально. Мне ли не знать. — Ты единственная меня понимаешь, — улыбнулся он, от чего мне стало немного легче. — Если ты хочешь поговорить об этом… — Позже, ладно? — перебил меня Андрей. — Ладно, просто не хочу, чтобы ты всё это носил в себе. — Давай сначала обсудим то, о чём ты хотела мне рассказать. — Хорошо, но давай куда-нибудь пойдём. — Ты спешишь? — Я всегда спешу, ты же знаешь, — горько усмехнулась я. — Я устал от скандалов, Даша, — вдруг сказал он, устало прикрывая глаза. Мне так много хотелось ему сказать. Попробовать успокоить и как-то приободрить. Но вспоминая себя и собственные ощущения, я знала, что это бесполезно. Поэтому я просто сделала шаг вперёд и крепко обняла его, не произнося никаких слов. — Хочу тебе кое-что показать, — произнес он, сильней прижимая меня к себе. — Что? — Пойдём, — он взял мою ладонь в свою и пошёл вперёд. И мне ничего не оставалось, кроме как следовать за ним. — Скажи хотя бы вкратце. О чем хотела поговорить? — Егор знает, — выпалила я, больше не в силах держать это в себе. — Что? — Андрей затормозил, от чего я едва в него не врезалась. — Да, он подходил ко мне в школе. — Чёрт, откуда? — Не знаю. Но разговор был малоприятным. — Мелкий говнюк. — Теперь ты скажи вкратце, куда мы идем? — Туда, где сможем поговорить, — ответил Андрей, сильней сжимая мою ладонь и продолжая путь.