Часть 2

– Ненавижу тебя!! Руми швыряет свое тело на кровать и кричит в воздух, самую чуточку переживая, что реагирует чересчур… (секундочку, “ненавижу” – на “н”... по-корейски это “спасибо за помощь, джину”?) …слабо. Она реагирует чересчур слабо. Это не овер-реакция, это недореакция, микрореакция, антиреакция и вообще никакая не акция, а практически праведное спокойствие! Руми ныряет головой под подушку, как страус в песок. (ты знала, что на самом деле страусы не прячут голову в песок? иначе отшибли бы себе все мозги) Руми тихо стонет. – Иногда я думаю, что иметь в голове Гви-Ма – не так уж и плохо... Выпад обеспечивает ей пару секунд тишины и острый укол вины. Такой острый, что даже хуже тупой болтовни Джину. – Я не то имела в виду, Джину. Тишина. – Ты что, обиделся? Тишина. – Ой, знаешь, что? Ты не имеешь права обижаться, ясно? Это ты здесь агрессор, ты выставил меня идиоткой, ты мне чуть всю битву не сорвал, а я просто реагирую на твое дерьмо, как нормальный живой человек!.. Тишина. – Ну извини! Извини. Я не права, окей? Я знаю, что ты спас весь гребаный мир, и что тебе ужасно скучно сидеть в моем мече, или в моей голове, или где ты там сидишь! Но просто… Это не очень-то легко, делить свою голову с другим человеком. И ты тоже мог бы попробовать меня понять. Как считаешь?.. Джину? (черт, сбился. что там было после “я не права”?) У Руми больше нет сил злиться. Руми может только закрыть глаза и дышать. Не так, как дышат в ярости за секунду до убийства, а размеренно, спокойно, как на медитации. Неплохая идея, кстати. Медитация. (мне не нравится молчать) Это Руми уже поняла. Она переворачивается на спину и смотрит в потолок. Ей нечего ответить, и она даже не уверена, что Джину нужен ее ответ. У Руми болит голова и что-то еще, чему нет ни названия, ни объяснения. (я просто) (мне все время кажется, что, если замолчу, то) (я хочу сказать) (с чего мне быть уверенным, что я потом вспомню, как говорить?) У Руми на секунду перехватывает дыхание. Она впервые задумывается о том, каково стать душой, заточенной в чужом духовном оружии, ничего не ощущать, не видеть, не слышать – ничего, кроме собственных мыслей… И ей совершенно не нравится, что Джину в курсе ее чувств. Поэтому она не дает себе совсем размякнуть. – По-корейски это “извини, Руми”? (один - один) Повисает долгожданная тишина. Руми страшно, что она не закончится. (...you're my soda pop, my little soda pop…) – О, иди к черту, Джину, это просто невозможно!! Они должны найти ему тело. Пока оба не сошли с ума.