песок

Я блевал какими-то странными штуками, смахивающими на кусочки кожуры помидора, перемешанные с моей слюной или желудочным соком, в любом случае, в этой жиже было слишком соды и на вкус она даже не была кислой, только горькой, как тоник. Мне приходилось снова и снова сувать в горло себе походную ложку — это было неприятно, но иначе не избавиться от хреноты, забившей мой желудок и возможно часть кишечника. Блевотина текла по чистому прибрежному песку, превращаясь вместе с ним и с псевдокожурой в какой-то жидкий коричневый бисквит. Еды особо не осталось, не считая мета, которым я планировал обхуяриться донельзя, как только я проблюю всё, что во мне есть. Ох, как же я, блять, ненавижу, блять, людей! Содовая жижа текла по рукам, и похуй, что затекала за воротник. Специально выехал на велике хуй пойми куда, чтобы тихо у речки обхуяриться, и тут лезет, блять, весь додстер утренний наружу. Я мать трахал повара. Я в шаге от того, чтобы начать жрать песок. Метом не нажраться. Я жрал песок. Ебучую преблевотную бисквито-коричневую жижу, наверное, уже нахуярился метом, ну и слава богу.