Когда всё пошло не так

- То есть, ты просто присвоишь мою работу себе? - Спрашивала в недоумении Аля, глядя на уже бывшего. - Я спонсировал твои хотелки, да и потом - вдохновлял, мы были в отношениях, - спокойно парировал мужчина, ставя сумку с вещами перед Алей, - Точнее сказать, в отношениях, видимо, была ты. Правда, трудно понять, с кем или с чем - со мной или с твоими научными статьями и приложением. - Раз уж на то пошло, мы не были женаты, это не совместно нажитое, - возразила Аля, - Ты ведь ничего не говорил, тебя всё устраивало, мне казалось... - Вот именно, Аль, - отрезал мужчина, - Я устал, правда. С тобой даже было не поговорить толком. Ты фанат своего дела и отличный специалист, но... - он пожал плечами, не желая продолжать мысль. От предложения подвезти Александра отказалась. "Может, правда увлеклась работой?" Хотя, какое это сейчас имеет значение? У него ведь уже завязалось что-то новое. Всё равно паршиво. Кто тут реально виноват, однозначно не сказать, но присвоение прав на приложение по теории музыки - это уже как-то не достойно мужчины. "Популярностью оно всё равно пользоваться не будет, едва ли это кому-то надо". Такси везло Алю по серому от тёмных туч городу. Ещё этот дождь, барабанивший в окно, дополнял идиотскую картину: мужик бросил, выставил с вещами, присвоил многомесячный труд. Але казалось, что в свои 28 она проживает наилучшую жизнь - столько удалось добиться - диплом консерватории, кандидатская степень по искусствоведению, уважение в научной среде, независимость. А сейчас? Со всем этим ощущалось только одиночество. Родители давно развелись и жили с новыми семьями, у них-то всё было нормально. Взрослая дочь твёрдо стоит на ногах и со всем, видимо, справится. Бросив сумку в прихожей, Аля шагнула в свою пустую квартиру. "И зачем я только съехалась с ним? Даже выпить нечего. А ведь всё так хорошо начиналось". Повалившись на кровать, девушка уставилась в экран смартфона. В социальной сети мама выставила свежие фото с семьёй где-то на морях. "Надо же, уже несколько дней там. Даже не сказала". Швырнув смартфон на тумбу, Аля перевела взгляд в потолок. "Жизнь свернула явно куда-то не туда". Пустота. "Дача, наверное, пустует, раз они не там" - вдруг пронеслось в её голове. Начало неплохое - съездить за город, сходить в лес, нарочно оставить ноутбук дома, ничего не делать. Всё. Никаких исследований и писанины. Перезагрузка. Хотя бы на то время, пока мама с семьёй не вернутся.

***

Оставив ключи, пакет со свежей свининой и бутылку вина на столе, Аля осмотрелась. От прежнего облика дома уже ничего не осталось - отчим был при деньгах и неплохо вложился в ремонт. Вместо сарая - летняя веранда, вместо грядок - мамины обожаемые цветы и подросшие деревья. Мангальная зона вместо заглохшего угла за забором. Подходя к участку и волоча из леса сухостой, Аля вдруг ощутила аромат свинины, которую явно уже готовили на огне. И дым. Он точно шёл с мангальной зоны. Аля оставила сухостой и направилась к источнику дыма. "Это ещё кто?" Спиной к ней стоял статный мужчина. Вид у него был крайне странный - серая мантия-не-мантия в пол, шляпа остроконечная, палка в руке. Он курил, видимо, наблюдая за мясом, которое тихонько шипело над углями. "Угли-то когда успели прогореть? Свои что ли принёс? Бред какой-то". - Прошу прощения, - проговорила Аля, пристально глядя на пришельца. Он тотчас же обернулся. Молодой мужчина лет 35 с хитрым, вроде открытым, но каким-то неоднозначным взглядом. Симпатичный. И курил трубку. "Серьёзно?" Аля даже не знала, что спросить, оценивая косплей-не-косплей... Точно. - Это косплей, да? - нахмурилась она. - Нет, я Гэндальф, - будто спохватился мужчина, чуть кланяясь. Затем он снова невольно взглянул на Алю. Майа пришёл из спетого мира, где буквально у всего было своё звучание, у каждого существа. Здесь было совсем не так, но сейчас... Он вдруг ощутил незнакомую музыку, и она звучала где-то совсем рядом. "В ней", - подумал Гэндальф, но продолжил: - Я приношу свои самые глубокие извинения за вторжение. Не смог удержаться, мясо выглядело превосходно. Позвольте загладить вину. Бутылку без Вас не открывал. С этими словами назвавшийся Гэндальфом протянул Але шампур с ароматным мясом. Справедливости ради стоит сказать, что оно было приготовлено идеально. - Я Аля, - проговорила девушка, дожевав кусок мяса, - Вы сказали, что Вы... Гэндальф. Это шутка? А в миру кем будете? - О, - понимающе кивнул мужчина, - Мне не стоило надеяться, что Вы сразу же поверите в то, что видите перед собой того самого Гэндальфа, о котором писал в книге дружище Толкин. - Ну... - поморщилась Аля, - Возрастная категория не сходится, для начала. - Возраст в Арде не всегда проявляется внешне, - с улыбкой возразил майа. Аля хотела сказать что-то ещё, но Гэндальф молча сделал небольшое движение посохом, и угли в мангале мгновенно затухли, а дым рассеялся без следа. - Предположим... - напряглась Аля, пристально глядя на Гэндальфа, - Фантазий на тему реального существования вашего мира уже было много и на любой вкус. - Я отличаюсь от книжной версии? - догадался майа. - И что ещё в реальности отличается от книг? - добавила девушка. - Книга не одна? Вы читали? - Не одна... Но я не читала, только фильмы смотрела. М-да... Без бутылки тут никак. От заката по небу размазало красно-розовое нечто. Ветер куда-то сдуло. Завернувшись в плед, Аля сидела у мангала с Гэндальфом. Оба потягивали вино, наблюдая за пламенем. - То есть, тут недалеко в лесу есть какая-то брешь в пространстве, и через неё можно переходить между мирами? - Аля всё ещё не очень верила в то, что это могло быть правдой. И уж больно симпатичным был Гэндальф. - Да, время от времени он открывается. Пространство дало трещину под натиском мощи Моргота и его желанием уничтожить Арду. Но проходить через брешь не так просто - надо точно знать, где она именно, - вздохнул тот. - И когда она открывается? - Нельзя предугадать. Но кое-кто пытался открыть, чтобы проникнуть сюда. - Кто? Саурон? - Аля ощущала себя тупой, но не могла воздержаться от вопросов - всё было слишком экстраординарным. - Да. И он может попытаться сделать это снова. - А что ему тут надо? - Ваш мир ушёл далеко по своему материальному развитию. Он почувствовал, что здесь работают с чем-то разрушительным. И пожелал это заполучить. - Атомная бомба что ли? - нахмурилась Аля, - Когда там вышла книга Толкина..? Где-то перед второй мировой, кажется. Рановато, - девушка подозрительно взглянула на майа. - Люди здесь обнаружили мельчайшие частицы материи, а затем научились каким-то образом разрушать их, - отвечал тот, - Нечто подобное было под силу только Морготу. Видимо, Саурон решил, что так он сможет превзойти его. - А Толкин, получается, побывал у вас? Когда? Гэндальф нахмурился, задумавшись. - Примерно сотню лет назад. - Первая мировая, - заключила Аля, - А как его занесло в эти-то края? - Назгул был послан сюда Сауроном, - начал рассказывать Гэндальф, нехотя, - Мы бросились за ним. - "Мы" - это... - Я, Саруман и Палландо. Назгул схватил Джона как первого попавшегося заложника. Угрожал ещё бóльшими жертвами, если мы не прекратим преследование. Но нам удалось спасти Джона и разрушить планы Саурона. Так мы познакомились... Он был очень хорошим человеком. Майа замолчал, вглядываясь в языки огня. Казалось, что от взгляда Гэндальфа пламя стало ярче. Аля решила больше не расспрашивать истари о Толкине, улавливая в глазах гостя какую-то тоску. - А сейчас что случилось? - Зло расползается повсюду, - то, как Гэндальф сказал это, прозвучало пугающе, Аля вздрогнула. Но тут, будто опомнившись, майа добавил, - Нельзя оставлять брешь без присмотра. - Саурон что ли опять объявился? - догадалась Аля. - Да, - коротко кивнул истари. "Ну и денёк", - Аля продолжала вглядываться в черты лица Гэндальфа. "Вряд ли психопаты могут запросто управлять огнём с помощью какой-то палки". - На нижнем этаже есть диван, плед, подушка... - молвила неуверенно Аля, всё ещё сомневаясь в разумности намёка остаться на ночь. - Благодарю, - улыбнулся Гэндальф. Было видно, что он пребывал в своих мыслях. Утром Аля надеялась выйти на крыльцо дома, пройтись по участку и не обнаружить гостя. Облегчённо выдохнув, можно было бы сделать вывод, что произошло какое-то глупое недоразумение, от которого после ночи не осталось и следа. - Доброго утра, - Гэндальф встретил девушку с его обыкновенной доброжелательной улыбкой. Курил трубку, придавая дыму причудливые фигуры. "М-да", - подумала Аля, проводив взглядом прозрачный кораблик. - Доброго, - натужно улыбнулась девушка, - Завтрак? - Не откажусь. "Вот тебе и отдых на даче. Стоило поехать куда-нибудь в другое место. В какую-нибудь Европу", - думала Аля, ставя на стол блюдо с бутербродами. - Чудесный напиток, - с неподдельным удовольствием Гэндальф наслаждался чашкой свежесваренного кофе, - Я часто вспоминал этот аромат, ничего подобного не встречал в Средиземье. Разве что у хоббитов, но... - Это арабика, считается лучшим сортом, - Аля тоже пристроилась за столом. - Как Вы относитесь к путешествиям? - вдруг спросил майа, пристально глядя в глаза девушки. - Э..., - та от неожиданности отложила бутерброд, - В целом положительно. А что? Вы же не просто так спросили, да? Вообще, в ближайших планах у меня не было... - Вы были в Италии? - продолжал Гэндальф. - Нет, - отвечала Аля, ошарашенно глядя на мужчину. - Джон мечтал побывать там, называл это место одним из самых прекрасных в мире, - мечтательно проговорил майа, вдохнув аромат кофе и отпив немного из чашки. - Вам зачем-то туда нужно? - догадалась девушка, уронив голову на руку. "Отдохнула на даче", - Аля кое-как собрала небольшую сумку. Аргумент " Старина Толкин очень хвалил Италию, я хотел бы туда попасть и просить Вас помочь мне добраться. Вы ведь и сами там ещё не были... " показался Александре не очень убедительным. Конечно, персонаж из произведения и реальный прототип не обязаны быть идентичными. Что-то угадывалось знакомое - Гэндальф так или иначе располагал к себе, ощущалась доброжелательность, галантность, некая степенность. Толкин, возможно, изобразил майа пожилым из-за того, что его манеры как-то шли вразрез с молодым обликом. Да и потом, сколько ему уже было сотен лет? - Этого хватит? - Аля положила перед Гэндальфом небольшую стопку бумаги и свои документы. - Вполне, - улыбнулся тот. Через несколько мгновений вместо чистой бумаги на столе уже лежали такие же документы, оформленные на Гэндальфа. - Гэндальф Серый? - Аля была в полном шоке, но старалась сохранять самообладание на случай, если на этом потрясения не закончатся. В какой-то мере она уже свыклась с мыслью, что Гэндальф был настоящий. - Да, это ведь я, - майа уселся на стул, дыша так, будто пробежал стометровку. - Таких имён здесь не бывает, нужно другое, - возразила Аля, надеясь, что не придётся объяснять почему. - В таком случае, полагаюсь на Ваше усмотрение, - слегка поклонился майа, отдышавшись. - Геннадий Иванович Серов, - нахмурилась девушка, выпалив то, что ей показалось максимально похожим. - Премного благодарен. - Одежду тоже надо будет сменить.

***

- Я очень рад отправиться в путешествие с Вами, - молвил Гэндальф, когда они с Алей уже устроились в самолёте. - У меня есть несколько вопросов, - девушка укоризненно взглянула на майа, поломав всю атмосферу. В этом взгляде Истари прочел абсолютно всё, что Александра в него вложила: "Я не хочу никаких чудес, у меня были другие планы". - Я весь внимание, - майа немного опешил. - Язык... - Несколько здешних языков я успел постичь, для меня это не составляет большой трудности. - Допустим, - нахмурилась Аля. - Как устроен ваш мир? В смысле, меня интересует разница между тем, что нам известно от Толкина, и реальностью. - Я не читал книг Джона, могу лишь в общих чертах обрисовать историю, а о разнице судить Вам, - Гэндальф вытащил трубку, собираясь закурить. - Здесь не курят, - поморщилась Аля. - О, прошу прощения, - спохватился майа, пряча трубку. Девушка продолжала смотреть на Гэндальфа. - Ах да, - майа начал рассказ, - Всё сущее и происходящее в нашем мире - это замысел Эру Илуватара, нашего Всеотца и Создателя. Все мы его дети. Первыми были созданы Айнур, высшие духи. Прекрасная музыка должна была родиться, а исполнить её Отец доверил именно Айнур, но среди них был тот, кто пожелал быть равным Эру - Мелькор. Он ослушался Отца, и музыка обрела совершенно иное звучание. Эру воплотил то, что вышло, так появилась Арда. Она всё равно должна была стать чудесным домом для детей Эру, но Мелькор, которого теперь называют Морготом, преисполнился завистью и ненавистью к замыслу. Он захотел творить сам, уничтожив Арду. Кто-то из низших духов перешёл на его сторону. Саурон один из них. Изначально его знали по имени Mâyronāz, он был лучшим из майар. После поражений Моргота он продолжил дело своего повелителя и учителя. Всё, что происходит в Арде - это, по сути, борьба народов за свободу. Эльфов, людей, гномов, хоббитов... - Ну, приблизительно понятно, - задумалась Аля, - Местами напоминает некоторые наши верования. Но если вы дети Эру, то кто мы? - Я знаю только то, что вы не эрухини, не дети Эру. - Даже не знаю, может быть, мне не стоит вникать в это? - Аля шумно выдохнула, - Становится сложно. И я не поняла первоначальное имя Саурона, это... - На валарине, на языке Валар, - пояснил Гэндальф, - Mâyronāz, на квенья проще - Майрон, то есть, восхитительный. - Все думали, что Толкин просто изобрёл эльфийский язык, - Аля устало выдохнула. - Отнюдь, - возразил майа, - в Арде звучат многие языки. - Как иронично. Из восхитительного в отвратительного, - проговорила Александра, - А что, поражения этого Моргота и неудачи самого Саурона ни о чем не говорят? То есть, Саурон продолжает добиваться своего, надеясь, что хоть с какого-то раза повезёт? - Это могущественные духи, - молвил серьёзно Гэндальф, будто принял слова Али и на свой счёт, - Полегло неисчислимое множество воинов, чтобы не дать осуществиться замыслам Моргота и Саурона. Народы Арды тоже не находятся в единстве. У Саурона, к сожалению, достаточно поводов надеяться на успех. Александре в какой-то момент стало совестно за свой эгоизм и раздражение, что отдых пошёл не по плану. Гэндальф ведь всегда олицетворял добро и дружбу, он, конечно, при всех отличиях от киношного, не мог не ассоциироваться с отчаянной борьбой против зла. Аля почувствовала себя неловко. "Ну, хорошо, что хоть хватило ума согласиться помочь ему посмотреть Италию. А то было б совсем позорище перед самой собой. И так-то паршиво". - Джон говорил, что нужно попробовать капучино, - нетерпеливо заговорил Гэндальф, почувствовав запах кофе, когда они с Алей вышли из отеля в Риме. - Уже час дня, в такое время его здесь не пьют, могут что-нибудь даже высказать, - возразила Аля. Выражение лица Гэндальфа мгновенно сменилось на удрученное. "Курить в самолёте нельзя, кофе по расписанию". - Точно не знаю, но, может быть, можно спокойно выпить что-то другое, например, раф, - Аля поспешила успокоить расстроенного майа, - Это тот же кофе, но с сиропами тоже вкусно. Гэндальф выглядел забавно и даже мило в процессе поедания различной итальянской выпечки, которой набрал на полстола. У Али особого аппетита не было. Какое-то внутреннее чувство того, что Гэндальф не из праздного любопытства сюда прилетел, так и не покидало девушку. Она боролась с этим чувством, стыдила себя за недоверие к этому доброму майа, но едва ли что-то могла с этим сделать. Это мешало и полностью отвлечься от дурных мыслей о расставании. "Это всё кризис среднего возраста". Аля всячески пыталась объяснить себе противное ощущение какой-то неполноценности собственной жизни, но не находила адекватного обоснования. Чего-то не хватало. Бывший не был родной душой, это однозначно, но легче от этого не становилось. Появление Гэндальфа, казалось, не просто нарушило ближайшие планы, произошло что-то ещё. Будто всё это не было случайностью. "Бесит это". Аля зареклась попытаться спокойно выспаться и понаблюдать, как будут развиваться события.