Глава 3

Так мы провели ещё почти час в штабе, листая голографические схемы и перебирая варианты того, кто, как и с какой стороны будет действовать в случае полномасштабного нападения Евы. Я очень надеюсь, что в случае чего наши дражайшие Серафимы всё-таки не зассут и помогут, но, признаться честно, я в очередной раз был глубоко разочарован в их бездействии. Я всё понимаю – Тьма, опасность, риск «заражения»… Но слишком уж они… пассивны, что ли? Никогда сами в бой не пойдут, первыми не ударят, вечно чего-то ждут, высиживают. Эта их «мудрая» тактика выжидания, может, и работала раньше, но сейчас она была совершенно неуместна. Особенно в ситуации, когда противник, который откровенно хочет уничтожить все Небеса, ещё и, скорее всего, доминирует в голой мощи над ними всеми. В общем, кроме Люцика, о котором мы поговорим попозже, реально помогать в бою мне, похоже, никто и не сможет. Когда же основной скелет стратегии был наконец собран, а вся нудная работа по наращиванию на него «плоти и кожи» была благополучно переложена на широкие плечи Авеля и мудрую голову Иакова, я уже хотел было закругляться и лететь заканчивать одно очень важное, но относительно несрочное дело, но тут, как обычно, Гера обрёл красноречие сотого уровня и подговорил всех снова немного набухаться… Ох, ну что за человек… то есть, ангел? Как только нужно важные дела обговаривать, так он из себя двух слов связать не может и общается, как «пьяный батя» из мемов, а как всю компанию подговорить на очередной бухич, так он любого, сука, политика из моего прошлого мира за пояс заткнёт! И это при том факте, что здесь все, по сути, наивные простачки в сравнении с теми прожжёнными, циничными ублюдками, что населяли мир меня-Богоубийцы. Да… Короче говоря, после пары кружек райского пивка я всё-таки унёс свои ноги, ибо на меня-то алкоголь, как я уже говорил, почти не действовал, а если бы и действовал, то я его просто не очень-то и люблю, в отличие от прошлого Адама. Который, пусть и не пьянел от него, всё равно пил вёдрами. Потому что «Главный Хуй Имеет Право». Это, если что, его прямая цитата… Я же отправился… в Башню Серафимов. Это была огромная, многоэтажная башня недалеко от центра Столицы, но при этом самим Серафимам она не принадлежала – там жили самые обычные души, попавшие в Рай. Да, есть такой термин «winners», дословно – «победители», но мне он кажется крайне тупым и пафосным, как, в принципе, и прошлому Адаму, который использовал его всего пару раз за всю свою долгую жизнь, и то – чисто для красоты звучания. Так что я это дерьмо не использую, обходясь простым «ангелы». Ибо «ангелы» – это уже и пафосно, и красиво, и бла-бла-бла. Называли же эту Башню «Башней Серафимов» не без причины. Ведь каждый Серафим, как это ни странно, тоже должен был где-то спать, есть и заниматься прочей бытовой хернёй (сам в шоке, если честно. Зачем Бог вложил в них такие примитивные ограничения, если они буквально из ничего себе еду создавать могут? Какой в этом вообще смысл?). Так что и дома у Серафимов тоже были. Но если тот же Гавриил жил в Херувим-Тауне, а Саракаэль – недалеко от Зала Совета, в своей кузнице выстроенной в средневековом стиле, но с кучей всяких высокотехномагичных приблуд внутри (говорит, что ему «нравится этот вайб»…), то вот многие другие Серафимы просто не нуждались в отдельном доме. В их число входила и наша юная Эмили, которая как раз и проживала в этой самой Башне. А называли эту башню так потому, что именно в ней и жили многие Серафимы, которые по тем или иным причинам не нуждались в собственном доме. Короче говоря, это было такое народное название, которое, к тому же, было довольно пафосным и немного выделяло жителей этой башни на фоне остальных, так что купить там квартирку было крайне сложно. В первую очередь потому, что деньги в Раю, как я уже неоднократно говорил, по сути, были фикцией, которая не особо-то и нужна. Зачем же я летел туда (и почему просто не телепортировался)? Всё просто. По дороге я обдумывал свои дальнейшие действия и просчитывал то, что я должен буду сказать и сделать, чтобы наша милая Эмили… не съела тот сраный плод, который ей передала Ева. Никто ведь не думает, что я полный идиот, да? Я ведь уже говорил о том, что Саракаэль сейчас параллельно работает над созданием специальных дронов-шпионов, которые смогут улавливать Тьму Евы, не так ли? А куда, спрашивается, девать уже существующие, старые модели дронов? В общем, благодаря тому же Саракаэлю я смог высвободить некоторую их часть и дать им новое задание – патрулировать Рай. А Серафимам, которые, естественно, не могли не заметить этих мелких засранцев даже в режиме невидимости, я просто сказал, что таким вот образом провожу патрулирование большей территории, при этом не вызывая лишней паники у мирных жителей. И ведь не соврал! Но основная моя цель была, конечно же, другой – наблюдение за самими Серафимами. Раз уж Ева способна своей Тьмой даже на моего сына, Сифа (который, на минуточку, буквально полубог), так сильно воздействовать, то и на Серафимов это вполне может сработать. А уж про характер одной молодой Серафимки… Серафимихи? Короче, про Эмили я уже говорил. И именно за неё я переживал больше всего, ведь та же Сэра или Михаэль, я уверен, просто пошлют Еву на три весёлых буквы, да ещё и Светом сверху приголубят, чтобы подать остальным знак о её проникновении, а вот на молодую, наивную девушку, которой едва-едва двести лет исполнилось, воздействовать было крайне просто. И я не прогадал. Когда Лют (что бы я без неё делал? Ей уже давно пора памятник ставить из чистого золота!) пришла ко мне с очередным докладом и сообщила, что у Эмили было обнаружено «яблочко», на которое та смотрела со смесью ужаса, отвращения и… желания… В общем, сердечко у меня тогда забилось очень быстро. Ибо это означало, что Ева ОПЯТЬ каким-то образом приходила в Рай, и даже с улучшенным, прокачанным барьером made in Heaven, её засечь так и не смогли! Вот и как она это делает? Хотя… Точно! Аластор, чертяка рогатая! Он ведь пользуется заимствованной у Евы (и, частично, у Лилит) силой, благодаря своему контракту! А какая его основная, самая примечательная способность? Чем он так сильно выделяется на фоне других персонажей? Тенями! Он же буквально повелитель теней! Ева, скорее всего, обладает концепцией Тени, и тем самым может, допустим, скрываться в этих самых тенях и свободно перемещаться по ним! Вот и очередной плюс моего неспешного способа передвижения! Ибо если бы я банально телепортировался к Эмили, а не летел, тратя время на подготовку и размышления, то я бы никогда не дошёл до этой гениальной теории, которая отвечает на буквально все мои вопросы! Ладно, я уже подлетаю, так что нужно перестать рассказывать, какой я тут самый умный-разумный, и вернуться к основной теме – Плод Познания у Эмили. Однозначно, Ева наплела этой малышке какую-нибудь пафосную хрень в стиле «не всё так однозначно», после чего показала ей видосик, в котором я вместе со своими Экзорцистками с особым садизмом и удовольствием вырезаю «бедных, невинных» грешников, после чего свалила в закат, оставив ей этот Плод. Звучит логично? Однозначно. Но как теперь действовать мне? Просто прийти, отобрать у неё это яблоко и свалить в закат? Ну и херня же получится. Так обычно делают родители с детишками, которых застукали с сигаретами или пивом. Про минусы такого подхода я даже говорить не буду, и так понятно, что это только обозлит дитё, разрушит любое доверие, и заставит её действовать так же, назло «тирану-родителю». Мда, всё-таки объяснил… Тогда, может, нужно постараться убедить Эмили, что убийство грешников – это на самом деле благое дело, которое позволяет ангелам и дальше жить нормально, а не превращаться в рабов и игрушки для демонов и прочего адского сброда? Тоже идея – говно, ибо Эмили – наивная идеалистка до мозга костей, которая всю свою жизнь прожила в безопасном Раю, а не в Аду. То есть, в отличие от той же Чарли, она просто никогда не видела той жести, которую на самом деле устраивают эти «бедные, несчастные маньяки-убийцы-насильники, по ошибке попавшие в Ад». Чарли ведь тоже идеалистка, но она, по крайней мере, прекрасно понимает, что далеко не все грешники имеют право быть в Раю. Я лично ей это объяснял на примере одного усатого идиота-диктатора ещё во время нашей самой первой встречи, и она с этим согласилась. Но Эмили-то – другая, так что с ней подобный подход точно не сработает. Остаётся последний, самый рискованный, но, возможно, самый действенный вариант – рассказать ей правду, приправленную ложью. Пожаловаться, какая это на самом деле ужасная, грязная работа, и что далеко не всех грешников мы убиваем, а целенаправленно вылавливаем именно всякую конченую падаль, таким образом очищая Ад и давая остальным его жителям шанс пожить нормально и, возможно, даже принять Свет. А что? Пусть это и немножко… полностью неправда, но зато может сработать. А дальше нужно будет чем-то её занять, чтобы всякие глупые мысли из её светлой головушки убрать. Да и Сере обо всём этом рассказать, ибо та для неё – почти мать. Я подлетаю к огромному, сияющему небоскрёбу и решаю, что влетать через балкон будет… немного некультурно. Так что я плавно снижаюсь и опускаюсь прямо перед главным входом. Большое белое здание, этажей двадцать, насколько я помню, при этом выглядит оно просто бомбезно, особенно если сравнивать с тем дерьмом, что было в моей стране, в прошлой жизни – обшарпанные, серые стены, балконы у каждого разные – где-то нормальные, с современной отделкой, а где-то – аварийное, ржавое дерьмо из металлических труб, которое держится на честном слове, и всё это, блять, по соседству! Здесь же всё было не так – идеальное, сияющее здание, как и подобает Раю. Вход был с автоматической раздвижной дверью из цельного куска какого-то прозрачного, похожего на стекло, материала. Такое очень часто встречается в Раю. Ангелы в этом видят что-то вроде «нам нечего скрывать», да и выглядит красиво, так что многие здания здесь имеют именно такие, стеклянные двери. Щелчок пальцев – и мой костюм меняется на более повседневный – белая футболка со стилизованной буквой «А» на груди, свободные шорты и сандалии. Жарко сегодня, да и образ «большого, грозного дяди» как-то сам собой уходит на второй план, когда ты видишь его в подобном, расслабленном прикиде. Убирает деловой настрой и всё такое. Я прохожу внутрь, осматривая просторный, светлый холл, который я и так уже много раз видел – у Адама когда-то здесь тоже была своя квартирка, но она ему быстро надоела, и он свалил в собственный дом, отдав её первому попавшемуся ангелу, так что устройство этого здания я знал отлично. Холл был отделан золотом и белым, похожим на мрамор камнем. Пусть в Раю эти цвета и встречаются крайне часто, но жители здесь не дураки, и стараются обыгрывать их по-разному, так что это не так уж и надоедает, как могло бы показаться на первый взгляд. Я подхожу к стойке, за которой сидит вахтёр (который, кстати, сам вызвался работать вахтёром, что в очередной раз заставляло меня задуматься о том, что «божественный отбор» в Раю действительно работает крайне криво), и, наклоняюсь, чтобы тот меня услышал. — Даров, Дак, я к Эмили. Подскажешь, как мне её найти? — с этим вахтёром я был немного знаком ещё со времён Адама, так что подобное, фамильярное поведение было нормой. — Адам? Ох, да, секундочку… — Дак выглядел как антропоморфный скворец, что для Рая было нормой, но лично мне больше нравились те, кто сохранял человеческий облик (чёртовы фурриёбы…). Пару секунд тот смотрел что-то в своей огромной книге учёта, после чего перевёл свой взгляд на меня. — 271-я квартира, это 17-й этаж. — В этом жилом комплексе на каждом этаже было по 16 квартир, Адам раньше жил в 319-й, ибо хотел жить повыше. — Как сам-то? – решаю я продолжить нашу короткую беседу, ибо она почему-то вызвала у меня приступ ностальгии из-за нахлынувших воспоминаний Адама. Да, как бы хорошо было снова попасть в те далёкие, беззаботные времена, когда Ад ещё не влиял на Землю так сильно, Ева где-то там пряталась, а у Адама единственной реальной заботой было убивать побольше грешников… — Да нормально, вот, думаю на отдых съездить. Признаться честно, в последние лет сто немного скучно стало. Да и ты ведь съехал, так что пьяных дебошей и весёлых вечеринок здесь стало гораздо меньше, — он усмехнулся, заставляя улыбнуться и меня. Да, было весело. Нужно будет как-нибудь снова сходить на очередную вечеринку, которые иногда устраивают мои экзорцистки, я-то в прошлой жизни такого опыта почти не имел, а в этой я просто давненько не делал этого. — Ну и хорошо, — поддерживаю Дака. — На море годик-другой потусуйся, позагорай, а то вон какой бледный, – ухмыляюсь я. Дак имел абсолютно белую кожу и такое же белоснежное оперение. — Очень, блять, смешно, — тем не менее, хмыкнул консьерж. — Ладно, беги давай уже по своим делам, а то я тебя тут и часами могу держать, болтая о всякой ерунде. — Оки-доки, до встречи, дружище, — махнув ему на прощание рукой, я отправляюсь к лифту. Так, 271-я комната, это, значит, 16-й этаж… Всего в здании было четыре лифта, чисто для удобства. Внутри он был сделан из белого, сияющего металла, с огромным зеркалом во всю стену. Я захожу внутрь и нажимаю кнопку с цифрой «16». Пара десятков секунд – и всё, я на месте. В людских лифтах такой путь занял бы секунд сорок, если не больше. Выйдя из лифта, я начинаю идти к дальним комнатам, а потом с раздражением осознаю, что этаж-то, мне нужен не 16-й, а 17-й… Мда… Снова лифт, снова поездка, на этот раз – секунды три, и вот я выхожу уже на нужном мне этаже. Что можно сказать о здешних коридорах? Минимализм – белый и золотой, как обычно. На полу – белый, мягкий ковёр с красивыми символами, вышитыми золотом, а на стенах периодически встречаются красивые золотые лампы с белыми, матовыми стеклянными абажурами или типа того. Двери в квартиры были сделаны из белого, сияющего металла с большими, золотыми цифрами. Дойдя до 271-й квартиры, я остановился, собираясь с мыслями. Волнения было немного, да и силой я этот Плод вырвать у неё смогу в любой момент, но очень не хочется доводить до такого. Тук-тук-тук. — Да? — Спустя пару десятков секунд ожидания раздался сонный голос Эмили, а её милая, взъерошенная мордашка показалась из-за проёма в приоткрытой двери. А, ну да, сейчас же уже глубокий вечер… Упс?

— Привет, мелкая, разбудил? — я неловко ей улыбаюсь. — Да нет, я ещё не заснула… — на секунду дёрнувшись, когда увидела меня, но тут же придя в себя, ответила девушка. Да, ей однозначно показывали, как я «наслаждаюсь» убийствами… — А зачем вы пришли? – она бросила на меня настороженный взгляд, который отчаянно попыталась скрыть. — Я пришёл поговорить насчёт Плода Познания, Евы и Истреблений. Ты не против? — с молодыми всегда нужно говорить честно и прямо, чтобы они считали, что им доверяют и считают равными. Такова уж психология, и с Эмили это тоже, похоже, работает. Вон как она удивилась моей прямоте. — Можно пройти? Слышал, у тебя неплохой чай получается… — Кхм, д-да… — не понимая, как ей на всё это реагировать, Эмили всё-таки открыла дверь, всё так же с выпученными глазами смотря на меня. После чего она встряхнула головой и, дождавшись, как я пройду, с таким же недоверием и настороженностью посмотрела на меня. — Миленько, — Серафим была одета лишь в тонкую футболку и короткие шортики, что натолкнуло меня на мысль о том, что уж слишком часто местные девушки именно в этом и спят. Но прокомментировал я, конечно же, не её внешний вид, а её квартиру. Стены были нежно-фиолетовыми, слева стоял большой шкаф для одежды и обуви, справа – зеркало в полный рост. Коридор разделялся на три части: слева, судя по всему, была ванная, чуть дальше – туалет, впереди – кухня, совмещённая с залом, а справа – её спальня. На стенах висели постеры какого-то популярного в Раю шоу, а на входе, на тумбочке, сидел небольшой плюшевый мишка с ярко-жёлтой шерстью. — Спасибо… — засмущалась Эмили, то ли стесняясь своей «детской» квартиры, то ли я и правда неотразим (что вряд ли, учитывая то, что Ева могла ей про меня назвиздеть). Вообще, в Раю было не принято разуваться. Ведь, несмотря на страну проживания ангела при жизни, в самом-то Раю улицы были кристально чистыми. С местного тротуара можно было буквально кушать, и никаких проблем бы не было, такова уж специфика Рая, но мне, из-за моей прошлой, человеческой жизни, было привычно ходить по дому именно босиком, так что я решил разуться, что и сделал, пока Эмили неловко мялась на входе. — Ну так что, гостю чай предложишь? Или так и будем стоять на входе, как два истукана? – хмыкаю я на её поведение, после того как ставлю свою обувь на специальную полочку. — К-конечно! Чаю? — аж дёрнулась девушка, взволнованно смотря на меня. — Давай, — я подмигиваю ей, после чего следую за нервничающей Эмили на кухню, где она включает электрический чайник, а я сам присаживаюсь за небольшой обеденный стол. – Ну так что, думаю, у тебя есть ко мне вопросы, не так ли? — Да… — за мгновение на её лице промелькнуло множество самых разных чувств, после чего она стала серьёзной. — Ты… Вы убиваете их! — она даже тыкнула в меня своим тонким пальчиком. — Вы истребляете невинные души в Аду! Не давая им и шанса на искупление! — В голосе Эмили была не просто обида, а самый настоящий, праведный гнев. Может быть сложно, но я уж постараюсь… — Эмили, — я спокойно прервал её, глядя ей прямо в глаза. — Я ведь говорил про вопросы, а не про утверждения, помнишь? – а теперь – моя самая обезоруживающая улыбка, чтобы выбить её из равновесия. — Кхм… — поперхнулась от возмущения девушка, после чего, собравшись с силами, всё-таки продолжила. — Зачем вы убиваете грешников? Ева показала мне, как вы это делаете… Вы ведь ещё и удовольствие от этого получаете! Как так можно?! — Эмили, ты секунду назад говорила, что мы убиваем «невинные души». А сейчас уже говоришь, что мы убиваем грешников. Тебе не кажется, что ты немного запуталась в показаниях? — … — Грешники, за последнюю сотню лет, из-за одного очень хитрого плана Евы, начали прибывать в Ад в просто огромных, колоссальных количествах, — я вздохнул. Эта тема меня и правда очень сильно бесила. — А количество грешников напрямую влияет на силу местных демонов и «владык» – элиты этих самых грешников. — Но это не повод убивать их! — резко перебила меня Эмили, её щёки покраснели от гнева. — Да, не повод. Но что тогда повод? Ты ведь понимаешь, что мы, как создания чистого Света, просто не можем делать подобные вещи без действительно очень веской причины? Неужели ты думаешь, что та же Сэра позволила бы подобное, будь у неё хоть какой-то другой выбор? — … — На лице у Эмили была видна отчаянная борьба между её верой в Сэру и тем, что ей показала и наговорила Ева. Бедняжка, она слишком внушаема, и это было печально. — Ты знала, что семь лет назад грешники восстали? – Вряд ли, ведь от простых ангелов, и уж тем более от неё, эту информацию тщательно скрывали, чтобы не вызывать лишней паники. — В-восстали? – глаза у девочки стали подобны двум огромным блюдцам. Понятно. — Но как? Почему? — Эмили, ты просто повелась на манипуляции Евы. Она ведь даже показала тебе, как «истребления» проходят, не так ли? Но ведь она могла просто сгенерировать любую, нужную ей картинку, или, как минимум, выставить нужные ей акценты, которые бы подтвердили её слова. — Да, я понимаю, но… — Но ты всё равно разуверилась в самой идее Света, ведь как можно убивать, будучи на стороне добра, не так ли? – я тяжело вздохнул, видя растерянность и боль на лице молодой Серафимы. — Послушай меня, пожалуйста. Я не пытаюсь тебя в чём-то переубедить. Я лишь рассказываю тебе то, что знаю сам. Мы действительно стараемся решить эту проблему другим, более мирным способом, — я протянул руку, и над моей ладонью тут же возникла небольшая, но очень детальная иллюзия одного примечательного здания. — Это место называется «Отель Хазбин», — картинка сменилась, и теперь она показывала вид изнутри, где в холле стояла неловко улыбающаяся Чарли. — В нём сама принцесса Ада, при нашей поддержке, пытается искупить души грешников, — снова смена картинки. Энджел, Пентиус, Хаск и остальные жители отеля. — Как видишь, они все стараются. И я уверен, что когда у нас всё получится, то мы сможем действительно помогать им всем встать на путь истинный. Но… — мгновение, и иллюзия снова меняется, теперь она показывает огромное поле боя: тысячи грешников сражаются с экзорцистами. У них нет ни единого шанса, ведь повредить экзорцистам они не могут. Так, по крайней мере, думает Эмили, но вот поле боя снова меняется, и теперь она видит, как Кармилла Кармайн сносит голову Харфи – той самой безымянной экзорцистке из канона. — Они убивают нас, Эмили. Они сражаются с нами. И чем их больше, тем они становятся сильнее. И тем больше ангелов гибнет. Мы не можем допустить подобного, — я мягко положил свою руку на ладонь Эмили, которая с неверящим ужасом смотрела на всё это. — Эмили, я… мы… мы правда стараемся, чтобы всё это поскорее закончилось. Но других, более эффективных вариантов у нас сейчас просто нет. Но мы ведь не убиваем всех подряд. Лишь тех, кто представляет реальную угрозу, — теперь моя иллюзия показывает тот самый момент, когда Вэгги, ещё будучи экзорцистом, отпустила того каннибала-карлика. Да, ложь во благо здесь была просто необходима… Пока что… — Послушай меня, пожалуйста. Ева показывала тебе всё это как какую-то одностороннюю, бессмысленную резню, устроенную лишь ради нашего удовольствия, но поверь, я ненавижу эту часть своей работы. Будь моя воля, вся Тьма бы давно исчезла из этого мира, давая нам всем возможность жить в мире и согласии, как здесь, в Раю. И я иду к тому, чтобы подобное исчезло насовсем, просто… это не делается по щелчку пальцев… — … — Эмили долго молчала, после чего перевела свой взгляд на мою руку, лежащую на её ладони, а потом… расплакалась. Ох уж эти подростки… Вечно у них всё так сложно…