Часть 6

ГЛАВА 6 — Царица ада > "Она не была рождена для тьмы. Но когда небо отвергло её, она сделала тьму своим троном." — (Свитки Чёрной Луны) Бездну никто не создавал. Она была. Под Эдемом. Под корнями древа. Под слоем сияния и песен — зияла пустота, куда стекали всё несказанное, всё неуслышанное, всё непринятое. И в эту пустоту пали они. Не сброшенные — вытолкнутые. Не согбенные — гордые. Люцифер упал первым. Его крылья догорели в воздухе, оставив за спиной рубцы, похожие на ожоги. Но в его глазах — не было боли. Только решимость. Лилит упала рядом. Она не кричала. Она улыбалась. Горько. Зло. Свободно. — Это конец? — прошептала она, лёжа на чёрном песке. — Это начало. — сказал он. Они встали. Вокруг — мрак. Без звука. Без цвета. Без Бога. Но здесь был воздух. И он принадлежал им. Прошли дни. А может, столетия. Здесь не было времени — только перемены. Лилит ощущала в себе движение. Что-то росло. Пульсировало. Она села на край бездны, глядя на потухшее небо. — Он — жив. — сказала она Люциферу. — Мой сын. Или дочь. Я не знаю. Но он жив. Люцифер положил ладонь ей на живот. — Значит, и мы — живы. И в ту же ночь — небо вновь открылось. Не светом. А голосом. Бог. — Ты не вернулась. Не покаялась. Не преклонилась. Значит, каждый день будешь терять по сто детей. Значит, твоё потомство станет чудовищами. Значит, ты — Мать Демонов. Лилит закрыла глаза. В её животе — пульс. Сердце. Плод любви. Плод вольного выбора. Она не закричала. Только сжала пальцы в кулак. — Пусть. Если демоны — это дети тех, кто не покорился… …значит, они — мои. И я — их королева. Шли годы. Она рожала. Детей. Мыслей. Имён. Их убивали. Уничтожали. А она — вновь рожала. Каждая боль — как огонь. Каждая потеря — как нож. Но она стояла. Они пытались сломать её через чудовищность её потомства. Но не понимали: она не хотела святых. Она рожала свободных. Люцифер строил подземный трон. Не из золота — из камней вины и памяти. Он не смеялся. Он не кричал. Он думал. Он больше не был сыном Бога. Он стал — царём падших. Они вместе чертили круги. Создавали правила. Не для власти. А для защиты. Каждое имя, что дали демону — было имя того, кого не приняли. Каждая тень — тень отвергнутой истины. Однажды Лилит сидела на краю Пламени. И к ней пришёл первый из её выживших детей. Он был странный. С рогами. С крыльями. С глазами матери. — Мама. Почему нас называют злом? Она наклонилась. — Потому что ты не молчишь. Потому что ты — выбрал. А они привыкли, что добро — это подчинение. А ты не склоняешься. Он молчал. Потом кивнул. — Я не склонюсь. И в ту ночь, впервые, в бездне зазвучал смех. Детский. Дикий. Живой.