2. Пока жива надежда.

«Goodbye my friends

Goodbye to the money Adieu to the fuckers that think that it’s funny I just want to turn the lights on In these volatile times»

      Бескрайнее и внеземное пространство без горизонта расстилалось перед пони. Она уже видела это место. И как в тот день, она увидела перед собой высокую и величественную белоснежную фигуру. Но на этот раз наблюдатель ничего не спрашивает, но всё происходит ровно так же. Вокруг них появляются магические экраны, в каждом из них - история становления. Магия переполняет тело сиреневой единорожки и свет, излучающийся из глубины её груди и рёбер, легко поднимает в воздух, кружа в загадочном вальсе. Вдруг, слова срываются с уст, как только Твайлайт нагоняет озарение. И это осознание в миг тушит магию в нутре, опуская обратно, на так называемую землю, которой нет. Спаркл снова видит Селестию снизу вверх, чувствуя себя жалко. И взгляд принцессы не выражает эмоций, словно перед ней совсем неизвестная пони. Но голос Твайлайт твёрд, она осознала, что должно было произойти. - Принцесса... У меня есть выбор? - Вдруг прорывает хрустальную тишину единственный вопрос, после которого последовал звон, звон, с котором обычно разбиваются о твердь ласковые колокольчики и чьи-то надежды.

***

      Но ответа не последовало. Звон внутри головы больно бился пульсом о черепную коробку. Сквозь вязкую и душную тьму пробивались чьи-то голоса. Пробуждение ответило телу тупой болью в каждом сантиметре. Давление концентрировалось у рога и плеча. Яркий свет, резкий как лезвие, полоснул по глазам, заставив её зажмуриться. Шум в ушах постепенно отступил, уступив место стуку колёс поезда, перекрываемому голосами и шорохами. Она приподнялась с сиденья, и первое, что увидела, — Рарити, стоявшую у окна. Белоснежная единорожка нервно поправлял магией гриву, её обычно безупречный макияж был слегка размазан, а взгляд, устремлённый вдаль, выдавал тревогу. Только сейчас Твайлайт ощутила знакомое тепло у своего бока — Спайк прижался к ней, его зелёные глаза, чуть покрасневшие, широко раскрыты и полны беспокойства. — Она приходит в себя! — прошептал дракончик, и его голос дрогнул. В следующий миг его лапки обвились вокруг её шеи в крепком объятии, словно он боялся, что она снова исчезнет. — Спайк... — её собственный голос звучал хрипло, будто пропущенный через песок. — Что... что случилось? Где остальные? А Фларри?.. Спайк сжал её копыто, пытаясь говорить спокойно, но слова прерывались заиканием. — Все ж-живы... Ты пострадала больше всех... Фларри с-с нами, Санбёрст за ней присматривает... Твайлайт медленно поднялась, оглядывая вагон. Флаттершай потряхивало от нервов, пока к ней молча подсела Рарити, утирая своим платком её молчаливые слёзы, Эпплджек мрачно смотрела то в пол, то в окно, словно выжидала очередного удара судьбы, а Пинки... Пинки, как всегда, улыбалась, но в её глазах читалась тревога. Несколько минут назад она пыталась помирить ругающихся пони и грифона. Конфликт замят, на этом всё.  — А Шайнинг?.. — Спайк потупил взгляд.  — Ег-го поглотила тьма... — Дракончик закрыл глаза когтистыми лапками, сжавшись. Шайнинг был братом не только для Твайлайт, но и для него. Такого необычного, опасного дракона для пони, пусть и совсем малыша, Армор принял как родного младшего брата. Спайку тоже было до глубины души больно от произошедшего. Пока Спаркл была в отключке, он тихо проплакал все свои слёзы ей в плечо, боясь потерять и её. Сердце Твайлайт тоже в один момент до боли сжалось. Она осела на сиденье, обняв кроху-дракона. Грудь содрогнулась от осознания, что её "СБЛДН" навсегда исчез из этой жизни. Не в силах держать в себе горе, Твайлайт проронила первые слёзы, что, падая, скатились по сиреневым чешуйкам. Но, в миг, в её голове отголоском грома пронеслась единственная мысль, единственный долг перед братом и Каденс... "Теперь Фларри — моя ответственность."  Дав волю эмоциям, Твайлайт несколько минут просто сидела, обняв Спайка, не слыша шума вагона, не ощущая боли в плече. Только скорбь и осознание того, что мир, каким она его знала, рухнул. — Твайлайт! — С радостным писком на ней повисла розовая кудрявая пони. С мордашки Пинки на момент сошла улыбка, что явно была слишком весёлой для такой ситуации, даже для приободрения. Потому, её губы растянулись в спокойной, но всё-таки, узнаваемой улыбке, доброй и сочувствующей. — Твай... — Хотела что-то сказать та, но осекла себя. Никакие слова сейчас не помогут подруге, даже не смотря на то, что она в ответ на них улыбнётся. Потому Пинки просто села рядом, обняв сиреневую, не очень сильно, но ощутимо, чтобы поддержка ощущалась. К ним постепенно присоединились остальные. Флаттершай, всё ещё всхлипывая, не прятала слёз. Эпплджек сняла шляпу и прижала её к груди, её стойкость словно передавалась Твайлайт, давая силы держаться. Рарити, несмотря на размазавшуюся тушь, сохраняла достоинство, и Твайлайт, глядя на неё, глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться и закинула голову назад, выравнивая дыхание. А Рейнбоу Дэш... Она стояла в стороне, её крылья были плотно прижаты к бокам. Думая, что никто не видит, она быстро смахнула слезу и отошла к своему сыну, которого качала в копытах, стараясь успокоить его тихий плач. С новой минутой, не сильно становилось легче, но надо было оставаться сильной. Тем более, друзья рядом, они вселяли надежду в разбитое сердце Твайлайт. — Спасибо вам, друзья... — Прошептала та, напоследок обнявшись покрепче, в очередной раз дрожащей грудью выдохнув. Она одарила подруг улыбкой, в которой смешались скорбь и благодарность. Затем встала, почувствовав, как боль в плече вновь напомнила о себе. — Вы... не видели Санбёрста? — Он был в начале вагона, — ответила Эпплджек, и Твайлайт кивнула. Стуча копытами по ковролину в вагоне, пробираясь сквозь разношёрстную толпу, что ютилась где кто мог, она, всё таки, нашла Санбёрста уже в соседнем вагоне. Флурри сидела у него на спине, крепко сжимая что-то в копытцах.  — Твайлайт! — облегчённо выдохнул он. — С нами всё в порядке, но Фларри не хочет отпускать этот осколок.  — Осколок? Твайлайт наклонилась и увидела — в крошечных копытцах поняши сверкал кусочек Кристального Сердца.  — Это же... — её голос дрогнул. — Это может быть ключом! Санбёрст кивнул, но Фларри сжала осколок ещё крепче.  — Нет! Моё! — капризно топнула она, снова начав плакать, словно у неё уже кто-то начал отбирать напоминание о доме и семье.  — Малышка, всё в порядке... Твои родители... они вернутся, но позже, — мягко сказала Твайлайт, но внутри её грызла совесть. "Какой ужасный обман". — Нет! Мама умерла! — закричала Фларри, и её голос сорвался на рыдания. Твайлайт замерла, поражённая. Санбёрст выглядел так, будто его ударили. Она подхватила жеребёнка магией и прижала к себе, пытаясь защитить её от жестокости этого мира. Слышать такие слова из уст ребёнка... Это было выше её сил. Любые слова обрывались уже не на языке, а в голове, разбиваясь об одну истину.

***

Когда поезд, скрипя тормозами, наконец остановился в Понивилле, город предстал перед друзьями в ужасающем хаосе. Толпы пони, охваченные паникой, бежали с окраин к центру, создавая давку на главной площади. Крики о помощи, плач детей и призывы мэра сохранять спокойствие сливались в оглушительный гул. Воздух был наполнен гарью — где-то на окраинах уже полыхали пожары. Друзья, едва выйдя из вагона, замерли на мгновение, осознавая масштаб катастрофы. — Нам нужно в Кантерлот, — прошептала Рарити, её голос звучал неестественно тихо среди этого ада. Оставив Фларри Харт и Спайка на попечение Санбёрста, проводив их до библиотеки, пока Рейнбоу Дэш долетела до Клаудсдейла, оставив Хэви отцу, остальные стали решать, как им прибыть в столицу, ибо поезд сейчас направился до противоположных границ. — Ждать нельзя, — твёрдо сказала Твайлайт. Её рог всё ещё ныл от переизбытка магии, но выбора не было. Когда Дэш вернулась, Твайлайт собрала подруг в круг. — Держитесь крепче, — предупредила она, беря их за копыта. Мир вокруг исказился, магия сжала пространство, и через мгновение они уже стояли у ворот Кантерлота. Головокружение ударило по Твайлайт с новой силой — она пошатнулась, едва не потеряв сознание. Острая боль пронзила рог, но она стиснула зубы, друзья удержали её от падения. Не сейчас...       Тронный зал был погружён в полумрак. Луна стояла у карты Эквестрии на стене, её грива мерцала, как бледное отражение звёзд. Она была напугана и растеряна. Всё королевство легло на её плечи, а вместе и с ним - начавшаяся война. Сейчас: главной задачей было, как можно дольше не давать армии Сомбры проходить дальше, вглубь территорий. А значит, фронт сейчас буквально должен стоять насмерть, чтобы дать время основным силам выстроить оборону. Таков был план на данный момент... Луна говорила грубым голосом, чеканила каждое слово. Она повернулась к героям, в глазах читалась глубокая усталость. — Ваше Величество... — начала Твайлайт, но Луна подняла копыто, прерывая её. — Время церемоний прошло, — её голос звучал хрипло. — Сомбра наступает. Его армия уже уничтожила пограничные отряды. Они продвигаются быстрее, чем мы ожидали. — Тогда мы должны сражаться! — выкрикнула Рэйнбоу Дэш, расправляя крылья. — Нет. — Луна резко дёрнула головой. — Вы - наш последний резерв. Армия задержит его, а вы... вы должны найти способ остановить его навсегда. Твайлайт хотела возразить, но слова застряли в горле. Она видела, как дрожат копыта принцессы, как тень страха скользит по её морде, омрачая, словно мрак окутывал обратную сторону луны.

***

Когда замок опустел, а солнце с трудом зашло за горизонт, дав волю луне, последняя принцесса продолжала ломать голову над построением сценариев исхода для страны. Покоя не было, она бесцельно ходила из угла в угол, из комнаты в комнату. Страх овладел Луной до мозга и костей. Особенно ей не давал покоя мотив старшей сестры на такой безумный и эгоистичный поступок. Ведь... Если бы этого не произошло, то не было войны сейчас. Но... погодите, как-то слишком складно всё выходит, будто это было подстроено. Селестия не исчезла, её украли, а разрушенное зеркало - уловка? Но кто такой могущественный мог пробраться незамеченным, так ещё без лишнего шума убрать могущественного аликорна? Хотя, на тот момент, в Империи было много разных существ, магический фон был переполнен, так что такого мага можно было вполне не зметить. Что вообще произошло в ту ночь? Почему Луна не заметила, что её сестра не спит, ведь она тогда была при исполнении своих обязанностей... Но вдруг, от раздумий принцессу отвлёк тянущий скрип массивной двери замка. В проём из тьмы, на лунный свет длинного коридора вышла пони в балахоне. — Кто вы? — насторожилась Луна, зажигая свой рог. Незнакомка медленно откинула капюшон, её бирюзовые глаза засияли в серебряных лучах... — Спасение страны, Ваше Величество.

***

Окопы под линией границы Кристальной Империи. Земля дрожала от взрывов, а оборона пограничных застав захлебнулась, а по предположениям командующих - истреблена под корень. Командир, белоснежный пегас с поседевшей гривой, судорожно изучал карту, пытаясь предугадать следующий шаг врага. Его копыта оставляли потные отпечатки на бумаге. В мыслях он пытался визуализировать шахматную доску. Не должно было такое случиться... Его трясло, на карту сыпалась промёрзшая земля от каждого взрыва, сотрясавшего заснеженные поля. Землянка норовила обрушиться, но он оцепенел, до скрипа сжав челюсти. — Думаешь, мы выживем? — спросил молодой жеребец, прячась от свиста снарядов на дне рва.  — Если повезёт, — усмехнулся другой. Но в душе, он так хотел, чтобы всё это оказалось дурным сном. Каждый молча желал этого. Тишина. Никто не подал голоса, все стали ждать возобновления артиллерийского огня. Но этого не произошло. Кто-то сзади крикнул: "Там пони, в нашей форме!" Из землянки тут же выбежал командир. Дозорный передал ему бинокль. По вспаханному обстрелами полю, то и дело, спотыкаясь, шёл окровавленный с ног до головы пони, с вытаращенными глазами, что было единственными светлыми пятнами в потемневшем силуэте. Седой пегас знал - с той стороны никого не осталось. – Стреляй! – крикнул капитан, и залп светящихся магических стрел единорогов пронзил тьму, изображавшую союзника. На секунду показалось, что тени отступили. Снова оглушительная тишина. Неестественная, лишь вой колючего ветра гонял снежную пыль по воздуху. И тут же каждого пони на позициях согнуло от шума, словно радио без сигнала, будто он раздавался в голове у каждого. В какофонии звуков слышались крики агонии. Командир не отрывал взгляда от горизонта. Это и спасло их. Из-за того самого теневого горизонта взметнулись чёрные фигуры, будто их подхватил ветер, и магические стрелы... застыли высоко в воздухе, украсив чёрное небо, словно разноцветные звёзды. – Они учатся, – прокричал кто-то сзади. – В прошлый раз сработало... Из теней вышла армия в доспехах, чьи шлемы не скрывали пустоту под ними. Один из них поднял копыто и стрелы с силой развернулись. В последний момент пегасы, в опасном вираже - прямо в землю, накрыли окоп плотными облаками. Но голос из тьмы прошипел: "Вы просто оттягиваете неизбежное". Над окопами, словно из самой тьмы, поднялось множество фигур в белых плащах. Их лица струились чёрным дымом, а глаза горели неестественным холодным светом. Атака была молниеносной. Солдаты кричали, падали, не успевая дотянуться до оружия. Кто-то, забившись в сугроб, звал маму и тут же затихал с выбитым глазом из черепа.  Схвативший винтовку командир, тут же открыл огонь по нападавшим. Двое единорогов создали магический купол. Наскок. Умбры отскочили, но с другой стороны влетел солдат-тень, заколов одного из защитников штыком. Тот захрипел, запачкав лёд горячей кровью. Командир выстрелил в упор, попав меж глаз. Отверстие засветилось - пуля была зачарована на свет. Пегас по-звериному оскалился. Золотое сияние щита над ним тут же начало гудеть треском, покрываясь чёрными прожилками, словно паутиной. Единорог скорчился от боли и его магия начала подавляться. "Он был твоим другом? Сдайся, тогда не падёшь такой бесславной смертью..." Голос внутри головы, в самом сознании поражённого мага. Его рог покрылся чёрными линиями вен, заставляя блокировать любые заклинания. Известно об умбрах одно: они имеют коллективный разум. Главное: действовать неожиданно и менять тактики. Это делает их атаки на какое-то время предсказуемыми. Но на стороне армии Сомбры в бесконечной мерзлоте - вечность. Обезвреженные простыми заклинаниями умбры потом восстанавливаются через несколько часов. И.. Ещё один факт об умбрах: Их касания, к любому магическому полю единорогов - подавляет их волю.

***

      Друзей, в течение месяца, разбросало по разным уголкам Эквестрии. Фронты на Севере с треском рушились со страшной регулярностью. Все улицы опустели, вместо гуляющих пони, тут и там развёрнуты колючие проволоки и противотанковые ежи, везде баррикады. Некогда светлый и радостный город Понивилль - превратился в крепость. На окраинах днём и ночью бдят МПВО. Центр Понивилля уже последние недели страдает от вражеских налётов. Улица с Архивом уже превратилась в развалины, а дома вокруг - в решето. Недавно Спаркл чуть не получила осколки стекла в морду, находясь в непосредственной близости от здания. Теперь, обязательным атрибутом каждого уцелевшего окна: полосы малярного скотча, в случае взрывной волны. Ночью город погружен во тьму, ведь любой источник света может стать ориентиром для врага. Твайлайт, вернувшись из Кантерлота, едва узнала свою библиотеку. Кора дуба была изрешечена осколками, а листва почти опала. И тут же с порога застала Санбёрста в панике.  — Твайлайт! Тот осколок... он сросся с Фларри! — Фларри плакала, лёжа в кровати Спаркл и сжимала грудь. Обезболивающее лишь ненадолго помогало малышке забыться от боли. На месте врастания кристалла зияла глубокая рана, из которой торчало остриё осколка. Каждое движение, особенно глубокие вдохи, грозили единорожке режущей болью и внутренними травмами. Санбёрст пытался под наркозом извлечь инородное тело, но пришёл к неутешительному выводу... Осколок стремительно обвил кости и уже пророс до сердца Фларри, начав жить в симбиозе. Его извлечение равны непоправимым травмам самого органа, его сосудов, тканей, грудной мембраны и рёбер. Ребёнок не переживёт такого вмешательства. — Это не просто кристалл... — прошептала Твайлайт, дрожащим копытом ощущая его пульсацию. Твайлайт поставила дрожащее копыто, глядя, как последние искры её магии гаснут в воздухе. Библиотека, некогда уютное место, наполненное тишиной и запахом книг, теперь напоминала поле боя. Окна постоянно дребезжали от дальних взрывов, а на полу валялись обрывки карт с пометками Луны, книги, неотправленные письма. Единорог обернулась на Фларри. Осколок в груди малышки светился в такт пульса, как второе сердце, чужое. Санбёрст молча подал ей свёрток с бинтами. Его обычно безупречный халат был в пятнах от химических реакций, пыли и крови. — Мы не можем его извлечь, — прошептал он. — Но, возможно, можно его... "перезарядить". За окном, в предрассветной мгле, над Понивиллем повисло багровое зарево. Где-то на севере, далеко у границ, ещё держался фронт. Держался, но не побеждал. — Что, если это ключ, как ты и говорила? — неожиданно вспомнил жеребец, его голос звучал непривычно тихо. — Кристальное Сердце защищало Империю от Сомбры... Может и этот осколок... — ...Может защитить нас, — закончила Твайлайт. В миг, она подхватила малиновой магией пергаменты и перо, передавая их Спайку, что всё это время сидел у постели Фларри. — Спайк, срочно пиши письма моим друзьям!

***

Спайк зажмурился, ощущая жар в груди. В его лапках дрожали пять свёрнутых пергаментов, каждый — с именем и особым знаком. — Готов? — спросила Твайлайт, положив копыто ему на плечо. Дракончик кивнул и выдохнул зелёное пламя, которое тот час охватило письма, но не сожгло их. Вместо этого свитки превратились в искры и рванули в разные стороны, оставляя за собой дымные шлейфы.

***

В Клаудсдейле военное положение. Заводы сейчас работают втрое больше, потому небо над облачным городом плотно затянуто паром с фабрик. Уже на пороховом заводе пегасов произошла крупная авария. Деш слышала, что даже были погибшие. Её застали за тем, что она разбирала завалы над сломанным погребом с оружием, в надежде возможности "затариться" огнестрелом. Письмо вспыхнуло перед её носом, заставив вздрогнуть. «...Дэш, нужны данные о передвижениях армии Сомбры. Лети к старой обсерватории — там остались зеркальные телескопы. Они могут видеть сквозь толстые облака. P.S. Не лезь в драку в одиночку.» — Ха! Как будто я когда-то слушаюсь, — усмехнулась она, уже расправив крылья. На удивление, с началом войны она достаточно оживилась, чем начала больше походить на прежнюю себя. Она рвалась в бой, не смотря на беспокойство родителей и Дамббелла. Но, именно сейчас, её душа рвалась на свободу, крылья сами подняли её в воздух, дав вновь развить привычную для Деш скорость. Она ощущала каждое перо, что прорезало воздушное полотно. Она так хочет отдаться вновь свободе...

***

Земная пони организовывала раздачу еды беженцам, вместе со своим семейством, когда письмо упало в бочку с яблоками. Она выловила его, фыркнув: «...Эпплджек, Санбёрсту нужны зап-яблоки из твоего тайника. Говорит, их сок, возможно может снять теневые заклятия. И приготовь повозки. Возможно, придётся эвакуировать город. P.S. Доверяю это тебе.» — Тц, гнилое сено, — прошептала она, глядя на толпу жеребят - одноклассников Эпплблум. — Ладно, родные. Кто хочет помочь тёте Эппл собрать урожай? — Жеребята, уже долгое время поникшие и подавленные из-за войны и разрухи вокруг, переглянулись между собой, мол, не показалось ли им такое предложение, особенно с такой задорной интонацией. Как только удалось осознать, то тут же сорвались с выкриком "Мы!", подбежав к Эппл, дожидаясь от неё заданий. Она лишь по-доброму ухмыльнулась им в ответ.

***

Бутик Рарити в Понивилле закрылся. Единорожка надеялась, что только на время. Сейчас пришлось перебраться в фабрики Мэйнхэттена, там были основные пункты снабжения униформой. Светло-серая единорожка сидела за машинкой, среди остальных работниц. В её копытах было летнее полотно из мешковины, оливково цвета. Даже в таком городе уже отчётливо ощущалось присутствие войны в жизни страны. Город достаточно близок к границе, потому всеми сутками слышались отголоски прифронтовых взрывов. Прямо перед копытцами изящной пони приземлилось письмо, зелёные искры от которого она сразу узнала. «...Рарити, найди Зекору, она больше не живёт в Вечнозелёном лесу, скорее всего тоже пошла на фабрики. Её племя знает ритуалы против теней. И возьми голубой шёлк. Для Фларри. P.S. Мы поможем потом тебе.» — Ох, — Вздохнула она, прижав копыто ко лбу. Она вспомнила про ткань, которую пронесла с собой в поездку и прятала для «особого случая». — Прощай, моя победная коллекция…

***

Госпиталь Понивилля становился с каждым днём всё более переполненным раненными. Умирающие и уже трупы, лежали в коридорах, через которых приходилось перешагивать врачам и другим пострадавшим. Со всей линии фронта ежедневно поступают солдаты, десятками. С захваченных территорий бегут пони, одни и с семьями. Множество жеребят тут, с недавнего времени сироты. Со страшными ожогами, переломами, они вынуждены продолжать видеть смерть, соседствующую на койках. Сегодня тут розовая пони показывала фокусы, чтобы дети не плакали, когда письмо выпрыгнуло из её шляпы. «....Узнай, кто из беженцев - не те, за кого себя выдают. Кто-то сливает информацию Умбрам. P.S. И сохрани их улыбки.» — Оки-доки! — она подмигнула малышам, но её глаза стали серьёзными. — И так, малышня, кто хочет поиграть в «найди шпиона»?

***

Лазарет недалеко от фронта. Тут творились самые настоящие ужасы. Здесь оперировались те, кто до больниц в тылу не сможет дотянуть. Работы тут совсем не меньше, не смотря на смертность. И такое страшное место досталось самой робкой героине, Луна посчитала, что солдатам очень нужен "полевой ангел". Но Флаттершай едва ли переносила происходящее вокруг. Тут пахло смертью, порохом и жареной плотью. Пегаска перевязывала раны, достаточно легко раненному единорогу, когда письмо приземлилось на повязку. «...Флаттершай, изучи раненых, которых коснулась тьма. Если их боль «говорит» — запиши каждое слово. P.S. Береги себя, твоя должность очень важна.» Она вздохнула, поправляя повязку на плече пони, чья шерсть на роге почернела от тёмных прожилок. — М-может, ты слышишь что-то странное? — робко спросила она. Раненый резко поднял голову, и в его глазах мелькнул холодно-белый отсвет.

***

— Отправлено, — Спайк откашлял дымом. Снова в его голосе слышится глубокая тревога и тоска. Твайлайт посмотрела на Фларри, кристалл в её груди слабо светился в такт её сердцебиению. — Они справятся, я уверенна. За окном прогремел взрыв, ближе, чем когда либо. Продолжение следует...