Раздел I: Реакции

На следующий день, ровно в назначенное время, белоснежные крылья Вики уже мелькали у самой последней двери в глухом конце коридора. Сердце билось чаще обычного — то ли от страха, то ли от того предательского предвкушения, которое с каждой минутой все больше разрасталось внутри. Она сделала глубокий вдох, собралась и аккуратно постучала. Дверь скрипнула, впуская ее внутрь, и Вики почти сразу уловила знакомый чуть терпкий, пряный аромат, с примесью чего-то запретно-сладкого. Люцифер сидел за столом, как всегда вальяжно раскинувшись, чертя что-то на пергаменте с видом погруженного в работу гения. Его рубашка была полурасстегнута, обнажая загорелую грудь, исписанную изящной вязью татуировок. Вики невольно задержала взгляд на них, на линии ключиц, на тенях, скользящих по рельефу мышц и тяжело сглотнула. Он был демоном. Он был опасен. Но он был… Притягателен. Проклято притягателен. Заметив ее, Люцифер растянул губы в широкой, улыбке, от которой у Вики предательски екнуло сердце. — Ты как раз вовремя, — протянул он, медленно и оценивающе скользнув взглядом от макушки до самых пяток. На ней было легкое летнее платье нежного желтого цвета, и в этом солнцеобразном облаке она выглядела почти невинно. Почти. — Ты сегодня отлично выглядишь, — в его глазах вспыхнул голодный блеск, но он тут же погасил его, нацепив на себя деловой вид, и откинулся назад, указывая в сторону кровати. — Проходи. Недавняя уверенность Вики испарилась, растворившись где-то между коридором и этой дверью. Сердце колотилось, в ладони пульсировала печать напоминанием о том, что обратной дороги уже нет. Она села на край кровати, стараясь не встречаться с Люцифером взглядом, не дышать слишком громко, не чувствовать… но все это было бесполезно. — Что мы… — начала она, запнувшись, вспоминая вчерашнее: его руки, его дыхание, обжигающие поцелуи и слова, сказанные на ухо. — Что мы сегодня будем делать? Люцифер уселся рядом, чуть ближе, чем было нужно. Запах кожи, жар, исходящий от него, его тяжелый, изучающий взгляд — все это сдавливало воздух вокруг. — Сегодня будем изучать реакции, — с явным удовлетворением произнес он, медленно поворачиваясь к ней. У Вики перехватило дыхание. Сердце споткнулось о ребра, ее плечи дрогнули, а взгляд метнулся вниз к полу. — Р-реакции? — переспросила она едва слышно, закусив губу. — Именно, — ухмыльнулся он, легко щелкнув ее по носу. — Только вот это милое платьице… — взгляд снова лениво скользнул по ее фигуре, — придется снять. Слишком много одежды для науки. Вики вспыхнула. Щеки залило жаром, крылья дрогнули, будто пытаясь прикрыть обнажающееся смущение. Она отвернулась, пряча глаза. — Ну же, не бойся, ангелок, — голос демона стал мягким и убаюкивающим. Его ладонь легла на ее щеку, большим пальцем он ласково провел по скуле, а затем опустился к шее, едва касаясь. — Я не сделаю ничего, чтобы тебе не понравилось. От его прикосновений по телу побежали мурашки, невольно вырывая из Вики легкий вдох. Грудь вздымалась все чаще, колени сдвигались, но вместо отстранения она, наоборот, неосознанно подалась навстречу, но достаточно, чтобы Люцифер заметил. Его пальцы спустились к ключицам, погладили впадинку у основания горла, а потом медленно потянули за тонкие завязки платья. Узел поддался, плечи стали оголяться и ткань плавно сползала вниз. — Вот так, — прошептал он, наблюдая, как светлая ткань мягко соскальзывает с плеч, обнажая ее грудь. — Ты просто создана для этих исследований, Вики. Демон стянул платье до конца, и оно мягко упало к ее ногам. Остатки одежды последовали за ним. Вики стояла перед ним, полностью обнаженная, с плотно прижатыми друг к другу коленями и прижатыми к телу руками. Щеки пылали, дыхание сбивалось, а внизу живота клубился огонь, от которого она не могла избавиться, как ни старалась. — На кровать, — негромко велел Люцифер, и она подчинилась, поднявшись и встав на колени. Простыня под ее ногами казалась прохладной, но тело пылало изнутри. Он шагнул назад, оглядывая ее с головы до пят, как скульптор, проверяющий, удалось ли ему создать совершенство. Зрачки расширились, а губы скривились в довольной ухмылке. — Разведи колени, — велел он, и голос его стал ниже и властнее. Вики вздрогнула, но подчинилась, а Люцифер оглядел ее, скомандовал голосом, которому нельзя было воспротивиться: — Шире. Пылая от стыда, девушка медленно развела колени, обнажая себя еще сильнее. Сердце стучало в ушах, дыхание стало прерывистым. Она уже не могла понять, что именно ощущает — стыд или возбуждение, но только одно было ясно: он полностью управлял ею. — Вот умница, — похвалил он, голосом, от которого ее кожа покрылась мурашками. — Теперь ладони. Положи их на ноги и не смей отрывать. Она повиновалась. Ладони легли на бедра, а пальцы вцепились в кожу, будто это давало ей хоть какую-то опору. Ее колени дрожали, внизу живота тянуло, спускаясь ниже, а голова начала кружиться от возбуждения, страха и… от подчинения. Это было невыносимо странно и страшно приятно. Люцифер подошел ближе. Его шаги были мягкими, медленными, он наслаждался каждым моментом. Демон протянул руку к своему бордовому крылу и плавно, почти театрально, выдернул из него длинное перо глубокого цвета вина, как будто оно вобрало в себя саму похоть. Он подошел вплотную, и кончиком пера легко провел по ее губам. — Чувствуешь? — прошептал он, а Вики лишь кротко кивнула, так и ничего не сказав. Перо скользнуло ниже, спускаясь к шее легким, почти невесомым касанием, но от него у Вики по коже прошлась буря мурашек. Она зажмурилась, стиснув зубы, чтобы не застонать. Дыхание стало слишком громким. Перо опустилось к ключицам, описало вокруг медленные круги, а затем скользнуло к груди. Задержалось у соска, обвело его по краю, а потом слегка коснулось центра. Вики всхлипнула почти беззвучно, но это не открылось от внимательного демона, который ловил каждую ее эмоцию. Люцифер довольно выдохнул, прикрыв глаза. — Вот это уже реакция, — удовлетворенно произнес он низко, как ученый, впервые увидевший в пробирке идеальный результат. — Продолжим. Перо размеренно скользнуло ниже, смакуя каждый миллиметр ее тела. Прошлось по животу, вдоль линии пупка, едва касаясь, а затем обогнуло то место, где уже все пылало от напряжения и желания, будто дразня, испытывая и выжидая. Вики едва не задохнулась от разочарования и облегчения одновременно. Перо прошлось вдоль бедра, спустилось вниз к коленям, упирающимся в мягкую ткань простыни, и затем, так же неторопливо, начало подниматься обратно, теперь по внутренней стороне. Прикосновение оказалось почти неуловимым, но от этого оно стало только ярче. Вики вздрогнула, прерывисто вдохнув, и вдруг ее правая ладонь непроизвольно дернулась, вырвавшись с бедра. — Ц-ц-ц… — Люцифер качнул головой, и его голос был полон разочарованного упрека. — Я сказал не отрывать руки. Ее сердце сжалось, она уже хотела извиниться, оправдаться, но он не дал ни слова вставить, и, словно в наказание, перо вернулось к коленям. Легкий шелк проскользил по коже и, вопреки ожиданию, начал двигаться вниз, а не вверх. Вики тихо почти беззвучно застонала, но предельно ясно. Она чувствовала, как внутри все сжимается от нетерпения, как тело подчиняется каждой прихоти демона. Даже невесомое прикосновение теперь ощущалось как вспышка сладкой, тянущей боли. Она зажмурилась, вцепившись пальцами в собственные бедра, словно пытаясь сдержать себя, сохранить хоть крошечную тень достоинства. Но жар между ног уже становился невыносимым, а дыхание сорвалось на прерывистый, дрожащий ритм. Перо снова пошло вверх… и, кажется, на этот раз ни она, ни он не собирались останавливаться. Люцифер не отводил взгляда. Он наблюдал за ней не просто с интересом, а с жадным вниманием ученого, поймавшего живую эмоцию, поймавшего власть над ней. Малейшие движения, тихие вдохи, закушенная губа, подрагивающие ресницы — он все запоминал. И наслаждался каждым проявлением ее подчинения. Вики сидела, замирая под каждым касанием. Ее голубые глаза были наполнены туманом желания, в котором пульсировала мольба. Она смотрела на него так, будто уже не могла сама остановиться. Будто он был единственным, кто держал ее на грани и в то же время единственным, кто мог подарить освобождение. Перо двигалось выше, все медленнее и изощреннее, и наконец коснулось складок, совсем немного задевая клитор. Вики едва не задохнулась. Тело дрогнуло, пальцы вцепились в кожу, оставляя отметины. Она даже не поняла, когда губы сами вырвали этот сдавленный, хриплый стон. Но перо снова отступило, опять дразня ее. — Тебе нравится, ангелок? — голос Люцифера был низким, горячим, обволакивая ее изнутри. Он был слишком близко, и все же не касался по-настоящему, лаская только словами и горящим взглядом. — Да… — выдохнула она, закрывая глаза. Страшно. Безумно стыдно. Но… да. — Ты хочешь, чтобы я продолжил? Перо снова замерло всего в миллиметре. И это то фантомное ощущение доводило ее до исступления. Тело звенело, сердце стучало где-то в горле, и дыхание сорвалось, сделавшись сбивчивым и лишенным всякого стыда. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но из нее лишь вырвался сдавленный всхлип. Люцифер чуть склонился, и его голос прошелся по ней вибрацией: — Так попроси, — его тон был терпеливым и ласковым, но в нем скрывалась сталь. — Попроси меня не останавливаться. Ее губы задрожали. Она попыталась отвесить возмущенный взгляд, но сама не заметила, как потупила глаза. Не было ни сил, ни желания сопротивляться. Все внутри нее сгорело. Осталась только тягучая, пульсирующая потребность. — Пожалуйста… — выдохнула она, едва слышно, как молитву. — Не останавливайся. Люцифер довольно выдохнул и склонил голову набок, как хищник, изучающий покорившуюся жертву. — Вот умница, — прошептал он. — Ты быстро учишься. И тогда, наконец, перо скользнуло туда, где желание пульсировало сильнее всего. Одно легкое прикосновение — точечное, точное, невыносимо нежное. И Вики словно сорвало с места — весь мир захлебнулся в вспышке света, губы ее раскрылись в беззвучном вскрике, а спина выгнулась в молниеносном порыве. Он не торопился, изучая ее, пытаясь понять, как именно ангелы ломаются. И как сладко они поддаются. Перо медленно и изощренно скользнуло ниже, едва касаясь, обогнул центр ее напряжения, нарочно не коснувшись, лишь обрисовав пульсирующую границу желания. Кончик чуть замедлился, обогнув вход и намокнул, утонув во влаге, что не ускользнуло от внимательного взгляда Люцифера. Он приподнял бровь и довольно усмехнулся, проводя перо обратно вверх. Прикосновения оставались почти невесомыми, но именно эта легкость, это щекочущее ожидание сводили с ума. Вики ощутила, как ноги начали подрагивать, сердце колотилось в ушах, а разум захлебывался в потоке ощущений. — Как мало тебе нужно, — протянул Люцифер с бархатной насмешкой, разглядывая ее затуманенный взгляд, слипшиеся ресницы и приоткрытые губы. — Мы еще поработаем над твоей выдержкой. Но не сегодня. Она уже не слышала смысла его слов, только голос, шелест пера и жар его взгляда. Его движения стали увереннее, перо с нажимом проходилось по всем нужным точкам, рисуя замысловатые знаки, о которых знал только он. А тело Вики отвечало уже без ее воли вырывающимися стонами и подрагивающими бедрами. Она мысленно молила его не останавливаться, чувствуя как внутри все болезненно сжимается в преддверии оргазма. — Давай, ангелок, — его голос стал властным, глубоким, проникающим в самую суть. Таким, которому не возможно было не подчиниться. — Кончи для меня. И этот приказ стал последней искрой, от которой мир рассыпался на ослепительно белый свет. Спина девушки выгнулась до хруста, а колени разъехались еще шире, подставляя всю себя на ласкающее ее перо. Она задрожала, издав гортанный стон, и дошла к финалу, до крови впиваясь ногтями в кожу. Перо сделало еще пару медленных, ласковых кругов, и Вики вздрогнула, теперь уже болезненно и судорожно. Тело, доведенное до предела, просило пощады, и Люцифер, будто услышав эту немую мольбу, наконец отстранился. Она рухнула на бок, тяжело дыша, словно вынырнув из глубины, где слишком долго задерживала дыхание. Волосы прилипли ко лбу, ладони подрагивали, а крылья бессильно опустились за спиной. Ноги больше не держали, тело не слушалось, и все внутри вибрировало от переполняющего жара и странной, опустошающей сладости. Люцифер, и сам чуть чаще дыша, все же выдержал паузу, а затем стремительно подошел к столу и начал что-то записывать, будто не хотел потерять ни одной детали. Перо в его руке скользило по пергаменту быстро, точно и резко, отражая внутренний жар, который и он сам, кажется, не ожидал испытать. Минуты спустя, Вики молча поднялась и, не глядя в его сторону, натянула платье, расправив трясущимися руками складки. В дверях она почти остановилась, колеблясь. — Так быстро хочешь сбежать? — в голосе Люцифера снова заиграла насмешка, едва прикрывающая довольство. — Даже без «спасибо» за такой яркий оргазм? Усталая, раскрасневшаяся, но все еще красивая в этой своей растрепанной уязвимости, она обернулась, и слабо улыбнулась ему: — Спасибо… — Завтра. В это же время, — уже деловым тоном бросил он и, как ни в чем не бывало, вернулся к записям. И когда она уже почти открыла дверь, его голос снова остановил ее: — Ах да, — он подошел ближе и, не отводя взгляда, вложил в ее ладонь знакомое бордовое перо. — На память, ассистент.