Вводные данные

Сердце Вики стучало быстро и рвано, словно пыталось вырваться из грудной клетки. Ее взгляд метался по лицу демона, то и дело натыкаясь на прищуренные бордовые глаза, в которых не было ни капли беспокойства — лишь хищное, затянутое молчание. — Все, с меня хватит! — срываясь, выпалила она и резко оттолкнула его крылом, пробираясь к двери. Пальцы лихорадочно сжались на ручке, и в тот же миг ладонь пронзила острая, жгучая боль. — Ай! — Вики отскочила, сдавленно вскрикнув. Она уставилась на правую руку: на коже, прямо в центре ладони, словно выженная проступила ало-красная пентаграмма. — Шепфа… что за чертовщина? — прохрипела она. — А ты, видимо, прогуливала уроки по демонологии, — с ленивой усмешкой произнес Люцифер, разворачиваясь к ней. В его голосе сквозил яд, обернутый в бархат. — Ну конечно. Святоше-то зачем знать о таких вещах? Он медленно приближался, шаркая подошвами по деревянному полу. Руки покоились в карманах, выражение лица было безразличным, но с каждым шагом в этом безразличии нарастало давление. — И очень зря, — добавил он ядовитым шепотом. Вики инстинктивно отступила назад, прижавшись спиной к двери, крылья судорожно сжались так, что стало больно. Ее дыхание сбилось, а глаза округлились, когда Люцифер оказался вплотную. Одной рукой он уперся в стену рядом с ее головой, нависая, окружая собой, перекрывая все пространство. — Сделка с демоном, — произнес он, замирая всего в нескольких сантиметрах от ее лица, — всегда имеет последствия. Особенно если ты решилась ее нарушить. Его голос стал тише, ниже, почти интимным, но холод в нем пронизывал до костей. — Эта метка — не просто символ. Она сожжет тебя заживо, если ты попробуешь сбежать, солгать… или забыть свое обещание. Ужас поднимался изнутри ледяной волной, перехватывая дыхание. Крылья дрожали, будто ее вот-вот сорвет в бегство, но тело не слушалось. Метка на ладони горела тусклым жаром, и каждый пульс отдавался в кончиках пальцев болью. — Ч-чего… чего ты хочешь от меня? — хрипло выдавила она. Горло пересохло, слова скребли его изнутри, царапая связки. Люцифер не сразу ответил. Он скользнул по ней взглядом, медленно, с ленивым вниманием, словно смакуя ее страх. — То, что ты обещала, — облизнув губы, тихо проговорил он, почти мурлыча. — Помощь в научной работе. — И… и что мне нужно будет делать? — Вики попыталась вернуть голосу твердость, но в нем по-прежнему звенело отчаяние. Люцифер довольно оскалился, довольный переменой интонации. — Вот, — сказал он с удовлетворением. — Вот это уже деловой подход. Он оттолкнулся ладонью от стены и не спеша отошел от нее. Вики все еще стояла прижатой к двери, как прибитая гвоздями, едва дыша. Демон прошел к столу, плюхнулся на стул, раскинувшись так, будто был у себя дома и лениво указал рукой в сторону кровати. — Присаживайтесь, ассистент. Повинуясь, Вики подошла на ватных ногах и села на самый край кровати, будто боялась коснуться чего-то лишнего. Она держалась прямо, но плечи невольно сжались, а крылья дрожали за спиной, выдавая ее внутреннее состояние. — Какая послушная, — довольно хмыкнул Люцифер, склонив голову набок. Он достал пергамент, развернул его на столе и взял острое, как лезвие, перо. — Итак, вводные данные: Вики Уокер, ангел. Сколько тебе лет по земным меркам? — Когда я умерла, было восемнадцать… — выдавила она, ощущая себя не ассистентом, а подопытной. Каждый его взгляд, каждое движение — все казалось прицельным, почти хирургически точным. — Отлично, отлично, как раз то, что нужно, — пробормотал он, делая пометки. Перо шуршало по пергаменту, как будто царапало не бумагу, а нервы. Вики сжала колени, машинально растирая вспотевшие ладони. — А в чем… в чем состоит твоя работа? — осторожно спросила она, с трудом выровняв голос. — Какая тема? И… какова моя роль? Люцифер поднял бровь и медленно повернулся к ней. На лице отразилось демонстративное изумление, слишком театральное, чтобы быть настоящим. — А, я тебе что, не говорил? — протянул он, сделав вид, будто искренне забыл. Демон наклонился чуть ближе, и в его глазах сверкнул знакомый огонек. — Тема моей работы: «Склонение к сотрудничеству и управление ангелами через грех похоти». Сердце Вики внутри заметалось: сначала буря возмущения и ярости вздымалась в груди, кровь пульсировала в висках, и хотелось кричать, протестовать, сорваться в бунт. Она пыталась найти слова, что могли бы опровергнуть даже мысль о том, что кто-то, а тем более он, может управлять ее волей, ее желаниями. — Это… это безумие! — выпалила она, перебивая его, голос дрожал от обиды и ужаса одновременно. — Я ангел, а ты хочешь подчинить меня… похотью? Это смешно и отвратительно! Вики резко встала, сделав шаг назад, но Люцифер тихо и легко подошел сзади. Его руки обвили ее за плечи, он наклонился, и губы оказались совсем близко к ее уху. — Тише, — хрипло прошептал он, — ты чего такая нервная? Я не собираюсь тебя здесь насиловать, — его тихий и слегка зловещий смех дрожал у нее в ушах. — Ничего, — добавил он, — что ты сама не захочешь. Вики сделала глубокий вдох, закрывая глаза, словно пытаясь усмирить весь этот шквал чувств. Но тело предательски отвечало: по коже побежали мурашки, шепчущие о том, что этот демон знает куда больше, чем позволяет показать. Внутри все еще бушевала буря, но томный шепот вплетался в нее, заставляя колебаться между страхом и странным, чуждым возбуждением. — Расслабься, — продолжал шептать Люцифер, легкими, скользящими прикосновениями гладя ее плечи. Его пальцы медленно спускались к особенно чувствительному месту между крыльями, где мягкий пух казался особенно нежным и уязвимым. Как только он коснулся этого места, Вики невольно ахнула, но тут же плотно сжала губы, стараясь подавить порыв. — Вот так, уже лучше, — довольно произнес Люцифер, и в голосе его слышалась победа. Вики замерла, словно прикованная к месту, лишенная сил отстраниться или убежать. — Мне нужно выяснить до конца вводные данные, — продолжил он, наклонившись чуть ближе, так что ее волосы касались его губ. — Итак, сколько у тебя было половых партнеров? Вики дернулась, а щеки вдруг залило горячей краской. Она отвела взгляд, стараясь спрятать растущее смущение. — А это… это обязательно? — пролепетала она едва слышным и взволнованным голосом. — Для чистоты эксперимента, — вкрадчиво ответил Люцифер, скользя пальцами по ее коже и слегка сжимая плечо, чтобы подчеркнуть серьезность слов. — Мне же нужно знать, с каким сырьем я работаю. — Один… — с трудом выдавила Вики, зажмурив глаза от стыда, стараясь спрятаться от самой себя. Люцифер бархатно рассмеялся и, наклонившись, мазнул носом по тонкой коже на ее шее. От девушки пахло жасмином и почти райской благодатью. — Очаровательно, — иронично произнес демон. — Небось перепало такому же белокрылому девственнику? Вики ощутила, как краски стыда разлились по щекам еще сильнее. Она сжала руки в кулаки, пытаясь удержать смятение под контролем. — Нет, я тут ни с кем… — выдохнула она, сбивчиво. — Ну, в смысле после смерти… Учеба же… Люцифер улыбнулся так, будто только что сделал важное открытие. — Я думал, бывшая Непризнанная не очень подойдет под мой эксперимент, — довольно произнес он, — но, как погляжу, я нашел золото. Люцифер медленно провел пальцами по изгибу ее плеча, мягко касаясь кожи, разогревая ее нервы. Его прикосновения были едва ощутимы, но достаточно, чтобы вызвать внутреннее возбуждение и одновременно держать ее на грани. Демон аккуратно обнял ее за талию, ненавязчиво, но достаточно близко, чтобы Вики почувствовала его дыхание у себя на шее. — Значит, спрашивать тебя о предпочтениях бессмысленно, — деловито произнес он, делая сухое заключение. — Хотя, может, ты поклонница ошейников и плеток, а, ангелок? — Н-еет… Что ты… — Вики нервно заикнулась, пытаясь отвести взгляд, но ее глаза выдавали растерянность. — Ладно, ладно, расслабься, — с улыбкой сказал демон и снова провел пальцами по мягкому пуху между ее белоснежных крыльев. — Опиши, как это было. — Ч-что было… — тяжело сглотнула Вики, голос ее задрожал, внутри бушевала буря сомнений и страха. — Опиши свой секс с этим парнем, — произнес Люцифер спокойно, будто говорил о погоде, — это был один раз или несколько? Вики тяжело выдохнула, словно сдаваясь без боя. Как она только могла оказаться в такой ловушке? Ее сердце бешено колотилось, но упорствовать больше не было смысла. — Три раза… А потом я умерла, — выдохнула она тихо, глаза опустив вниз. — На самом интересном месте, — рассмеялся Люцифер, наклонившись, и провел носом по ее шее, оставляя легкое покалывание. Его голос приобрел едва уловимую насмешку. — И как это обычно начиналось? — спросил он, отодвигая волосы, чтобы обнажить мягкую кожу. — Мы целовались… в губы. А потом Джек целовал меня в шею, — едва слышно прошептала Вики, словно боясь нарушить хрупкое воспоминание. — Так? — он медленно опустил губы на нежную кожу и оставил несколько мягких, почти невесомых поцелуев вдоль шеи. Вики невольно всхлипнула, едва заметно дернулась, но тут же ощутила, как Люцифер крепко прижал ее за талию, не позволяя отстраниться. — Почти… — томно прошептала Вики, закидывая голову назад, обнажая нежную линию шеи. — Он был грубее, и мне это не нравилось. — Значит, грубость — не твой конек, — спокойно констатировал Люцифер, голос стал чуть глубже, словно открывая новую подробность разговора. — Просто ты не знаешь всех ее граней. Он осторожно положил руку на ее шею, мягко сжав ее, но не причиняя боли. Губы продолжали покрывать кожу нежными поцелуями, скользя вниз к плечам. Вики невольно ахнула от такого резкого контраста ощущений, и, чувствуя, как ноги превращаются в вату, откинулась на него, позволяя себе быть ведомой. — Грубость — это не всегда боль и жестокость, — добавил он едва слышно. Демон провел рукой по ее шее, чуть сильнее сжимая — не жестоко, но достаточно, чтобы она почувствовала: он контролирует происходящее. В этом движении было больше демонстрации власти, чем желания причинить боль. Скользнув вниз, его пальцы обогнули линию ключиц, и медленно и уверенно опустились к груди. — И что же он делал дальше? — его голос был хрипловатым, но в нем по-прежнему звучала деловая, исследовательская интонация. — Он… он раздевал меня, — прошептала Вики, опуская взгляд, щеки залило жаром. — Сжимал в руках… грудь. Слово далось ей с трудом. Оно прозвучало слишком откровенно. Веки дрогнули, дыхание участилось, а кожа в тех местах, где касался Люцифер, начала пылать изнутри. Он не ответил сразу, лишь на миг задержал ладонь, будто примериваясь, а затем легким движением скользнул по округлости груди, продолжая ее рассказ движениями. — Продолжай, — уже более настойчиво произнес Люцифер, и в голосе его появилось давление и тон, не терпящий сопротивления. Он беззастенчиво блуждал руками по ее телу, проверяя чувствительность, как исследователь, но и как хищник, получающий удовольствие от каждого ее вздоха. Его пальцы легко скользнули по бокам, животу, по касательной к груди, едва надавив, подталкивая ее продолжать. Пахло жасмином. Сладко, плотно, терпко — запах плотской тяги, проявляющийся в присутствии ангела только в одном случае. Похоть. Он чувствовал, как этот аромат разливается по комнате, как густой мед и самый сладкий запрет. — И… — выдохнула Вики, сглотнув, сердце билось в ушах, — когда я была полностью раздета… он укладывал меня на кровать… и наваливался сверху… Последние слова сорвались почти шепотом. Ее лицо пылало, дыхание стало сбивчивым, как будто одно лишь воспоминание обнажило ее заново, куда глубже, чем тогда. Люцифер улыбнулся краем губ, не отводя сосредоточенного взгляда от ее лица, как будто каждый ее порыв был для него строкой в его научной работе… или, может быть, чем-то куда более личным. Люцифер склонился над ней, взгляд его был тяжелым, цепким, сосредоточенным. Он наклонился ближе, провел пальцами по низу ее толстовки и без спроса начал медленно стягивать ее вверх, тщательно, будто распаковывал подарок. Ткань зашуршала, задев крылья, и вскоре оказалась на полу. Под ней была простая белая майка, натянутая по изгибам, и обнаженные плечи, на которых уже проступали мурашки. — Что у нас тут, — выдохнул он, проводя ладонью по открытому боку. — Слишком много одежды для научного эксперимента. Пальцы легко расстегнули пуговицу джинсов. Он никуда не спешил, наслаждаясь каждым этапом, каждым вздохом. Медленно стянул их вниз вместе с нижним бельем, отбрасывая в сторону. Теперь Вики стояла перед ним обнаженной, прикрытая лишь собственным смущением и дрожащими крыльями. Она пыталась удержать остатки самообладания, но дыхание стало частым, грудь приподнималась, а глаза блестели. — Значит, укладывал на кровать… — повторил Люцифер, подходя ближе и подхватывая ее под бедра. Горячие ладони были сильными, уверенными. Он поднял ее с пола, как пушинку, и плавно уложил на постель. Но сверху не навалился, а остался стоять, глядя на нее и изучая, запоминая каждую черту. — Он был грубым, — напомнил себе Люцифер, опускаясь на колени рядом. — А мне интересно, как отреагирует твое тело, если все будет иначе. Пальцы мягко прошлись по внутренней стороне бедра. Губы скользнули по животу к груди, оставляя на коже россыпь обжигающих поцелуев. Он не повторял воспоминание — он переписывал его. Языком очертил сосок и лишь потом, после медленной пытки прикосновениями, накрыл его губами. И когда с уст Вики сорвалось тяжелое, неровное дыхание, он слегка прикусил его, чтобы по телу девушки пробежала дрожь. — Чувствуешь разницу? — прошептал он, все еще касаясь ее. — Я делаю это не так, как он, — он скользнул рукой вверх, чуть разводя ее бедра. — Я делаю это так, как нужно тебе. Вики расплавлялась в его руках, каждая точка, к которой прикасался Люцифер, отзывалась вспышкой жара, словно искры разлетались по венам. Дыхание сбивалось, грудь сжималась от переполненного желания. Мысли расплывались, меркли, отступали, и в ней осталась одна инстинктивная суть, подчиняющаяся его голосу и его движениям. Она уже не помнила, что значит стыд, что значит быть ангелом. Ее ноги невольно раздвигались под его рукой, губы были приоткрыты, а спина выгибалась в предательском движении навстречу. Он знал, что делал. И делал это слишком хорошо. Но ровно в тот миг, когда его пальцы коснулись самого чувствительного места, внутри нее резко вспыхнул жгучий стыд, будто пощечина. — Н-нельзя… — выдохнула она, почти вскрикнув, и перехватила его запястье дрожащей рукой. — П-пожалуйста… не надо… В ее голосе четко слышались страх, смятение и паника. Она боялась не только того, что он сделает, но и того, чего она сама уже почти захотела. На мгновение повисла тишина. А потом Люцифер медленно отстранился, отпуская, но не теряя над ней власти. Его губы растянулись в хищной, ленивой улыбке. — Хорошо, — произнес он, глядя ей в глаза. — На сегодня достаточно. Он легко поднялся, будто ничего и не происходило, и шагнул к двери. — Завтра. Здесь же. В это же время. — демон бросил на нее взгляд через плечо. — Не опаздывай, ассистент. И исчез за дверью, оставив Вики лежать на простынях с дрожащим телом, вспыхнувшей совестью… и возбуждением, которое не собиралось остывать.