Не пожалела

Смех всё ещё не утихал. Финни уже лежала на песке, Крис пытался отдышаться, Ной хлопал в ладоши, а Юна, не теряя ни секунды, продолжала записывать в свой блокнот, будто планировала не просто свадьбу, а государственный переворот. Адэль сидела рядом, закатив глаза, но я видела, как уголки её губ дрожат от сдерживаемой улыбки. Она пыталась сохранить лицо, но было поздно — её уже втянули в этот хаос. И только я, среди всей этой суматохи, заметила, как по тропинке к лагуне идут двое. Спокойно, не торопясь, будто просто решили пройтись. Джек и Фаррин. Один — с руками в карманах, с привычной сосредоточенностью на лице, второй — с тем самым выражением, которое всегда предвещает беду. Я прищурилась. Они шли слишком тихо. Слишком целенаправленно. И, судя по взгляду Фаррина, он уже выбрал жертву. Я не успела предупредить. Он подошёл со спины, бесшумно, как только он умел, и резко наклонился к Адэль. — БУ! Адэль взвизгнула, подскочила, чуть не сбила меня с ног и, кажется, на секунду забыла, где находится. Все замерли. А потом — новый взрыв смеха. Финни захлопала в ладоши, Крис упал на спину, Юна даже выронила блокнот. — Фаррин! — заорала Адэль, оборачиваясь. — Ты ненормальный! Я тебя… я тебя… — Обнимешь? — невинно спросил он. — Я знал, что ты рада меня видеть. — Я тебя закопаю, — процедила она, но в голосе уже звучал смех. — Это было красиво, — сказал Джек, подходя ближе. — Почти как в театре. Только громче. — Вы двое — катастрофа, — сказала я, глядя на них. — И если вы пришли сюда, чтобы устроить ещё один спектакль, предупреждаю: у нас уже идёт свадьба. — Какая свадьба? — спросил Джек, приподняв бровь. — Ваша, — хором ответили Финни, Крис, Ной и Юна. Я закрыла лицо рукой. Фаррин рассмеялся, Адэль снова закатила глаза, а Джек просто посмотрел на меня. Долго. Тихо. И в этом взгляде было всё — и вопрос, и понимание, и то самое тепло, от которого я всегда отворачивалась. Я вздохнула. Глубоко. И всё равно осталась сидеть. Потому что, несмотря на весь этот балаган, мне было хорошо. — Спрашивать второй раз, наверное, глупо, — сказал Джек, и голос его прозвучал неожиданно спокойно, почти буднично. Но я уже знала этот тон. Он не был будничным. Он был решительным. — Но я всё же спрошу. Алиша, ты пойдёшь со мной в ресторан? Сегодня. Вечером. Без пончиков. Без учеников. Просто… ты и я. Смех вокруг стих. Не сразу, но ощутимо. Как будто кто-то убрал звук, оставив только ветер, шум воды и этот вопрос, повисший в воздухе. Я почувствовала, как на меня снова смотрят. Все. Но теперь я не отвела взгляд. Я смотрела прямо на него. На Джека. На человека, который не отступил, даже когда я оттолкнула. Который не стал давить. Который просто ждал. И я вдруг поняла, что больше не хочу прятаться за сарказмом. За холодом. За привычной маской. Я устала от неё. Устала от одиночества, которое сама себе выстроила. Он стоял передо мной — не как директор, не как герой, не как кто-то, кого нужно держать на расстоянии. А как человек, который просто хочет быть рядом. Я выдохнула. Медленно. И сказала: — Да. Он не улыбнулся широко. Не сделал театрального жеста. Просто кивнул. Легко. Почти незаметно. Но в этом кивке было больше, чем в сотне слов. Он понял. Он услышал. Он ждал — и дождался. — О боже, — прошептала Финни. — Это произошло. Это реально произошло. — Кто-нибудь, запишите это в летопись, — сказал Крис. — Срочно. Пока она не передумала. — Мисс Уайт, — Юна уже листала блокнот, — я могу помочь с выбором платья. Или хотя бы с причёской. У меня есть идеи. — Вы все — невыносимы, — сказала я, но голос дрогнул. Не от раздражения. От чего-то другого. От чего-то, что я давно не позволяла себе чувствовать. Адэль молчала. Просто смотрела на меня. А потом тихо сказала: — Я рада за тебя. Я кивнула. Не в ответ — просто потому что не могла иначе. Потому что внутри всё дрожало, но это была не боль. Это было что-то новое. Что-то живое. Я согласилась. И впервые за долгое время — не пожалела.