.5..

Самые необходимые вещи по мнению Эвтиды быстро наполняли дно глубокой сумки. Руки торопливо складывали наряды, украшения и, конечно, сбережения девушки, откладываемые на чёрные дни. В темноте сбором пожитков заниматься было не очень удобно, однако, Сет запретил зажигать лампу, ибо свет в окнах привлечёт внимание. Трудно было разглядеть нужное платье. Но ещё невыносимее было ощущать, как спину медленно плавит острый взгляд багровых радужек. Эве казалось, что Бог таким образом пытался торопить смертную, чтобы не задерживаться в её доме, ибо теперь здесь было небезопасно. FlashBack «Увидеть черномага без маски, все равно, что прыгнуть в зыбучие пески. Как, твою мать, ты умудрилась…» Сет не упускал момента ткнуть неумелую шезму, как котёнка в лужу, в собственный промах, не забывая ехидно поглядывать и посмеиваться, пока они брели к городу по ночной пустыне. Конечно Эва пыталась возмущаться, мол, Хемсет по чьей вине вообще там оказался? Но хватило одного взгляда Бога, чтобы в конце концов опустить голову, словно провинившийся ребёнок, и продолжить конструктивный диалог дальше. Мужчина кратко изложил обстановку, предположив, что Саамон успел напеть своим преспешникам о возможном нападении, поэтому дворец был подготовлен. Но Эву, в отличие от Бога, больше мучали бездействие Амена и Ливия. Не смогли удержать гада, да и весточку не послали, а ведь работали все вместе. И пусть Эпистат знал, что работает с черномагами и с их Покровителем. Но Ливий? Совсем дело странное. Оставалось дождаться письма, как это произошло и почему не остановили. Если вообще они сейчас живы-здоровы, на что девушка чуть не ругалась, за такие помыслы. Но рядом шло существо из-за которого и началась вся эта баллада о хвори и поимки черномага, посеявшего болезнь в городе. И странно было, почему Сет принимал участие лишь в отстраненных ветках от самой главной, ведущей к Хемсету. — Где же ты был всё это время? — Эва не могла не нахмуриться, задав один из волнующих вопросов. Он Бог и может в мгновение ока переместиться в нужное место, надавать как следует Саамону, пока тот возле лекаря вьётся, и дело с концом. Не менясь в лице, Сет продолжил идти в ногу со своей спутницей, продолжая со спокойствием удава глядеть на горизонт, будто Бог знал всю историю наперёд и уже видел идеальный конец своей миссии. — Я разбирался с хозяином процветающего культа, говорил уже. И снова то, что не относится к колдуну. — Но зачем? — Прозвучало почти обречённо. Она всплеснула руками. — И как? — Потому что его бездействие на огласок о пропаже царской крови влияет на нынешнюю ситуацию в Египте. — Мужчина бросил быстрый взгляд на девушку и еле улыбнулся. — А «как» я это делаю, знать смертному не положено. End FlashBack И на этом кончили… Жаль не в храме. Теперь из-за лица шезму Богу прибавилась ещё одна забота: опекунство Эвтиды в усиленном порядке. Оставлять одну её было рискованно, спрятать не получится — Хемсет достанет, когда не почувствует энергию Хаоса. Девушка в свою очередь старалась об этом не думать, ведь то было одновременно и плохо и хорошо. Быть рядом безопасно… Но загвоздка заключалась в другом. Даже если мужчина и объяснил ей, что все чувства исходят лишь от одной Эвтиды, она не собиралась принимать это, как должное. Да, винить придёться себя любимую, мириться с чувствами и управлять пламенем. И всё же, хорошего будущего её любовь шезму не обеспечит, а значит остаётся лишь кусать губы и жмурить веки до белых пятен от невозможности коснуться и желать после большего. А ещё это значит, что Эвтиде прибавилась проблема в собственных терзаниях, которые могут возникнуть подле Бога. А это больно между прочем. Чтобы хоть как-то отвадить от себя ощущение проделанной дыры меж лопаток, она задала вопрос: — Почему тогда в груди горит? Эва надеялась, что Сет понял о чём идёт речь, ведь краснеть, неловко заламывая пальцы и объясняя физические недомогания от интимных чувств, не желала. Мужчина всё-таки отвёл взгляд. Богу было предельно ясна тема своей подопечной. Как бы ему не хотелось из раза в раз игриво изводить шезму, сейчас Сет был предельно серьёзен. — Твои желания — часть тебя. Так, эта часть борется с другой, подогретой энергией, которая, конечно, не потерпит запретов первой, что является тобой. Девушка скривилась и в полоборта недоверчиво посмотрела на Покровителя, всем своим видом показывая, что ничего не поняла и разбирать связь не будет. Мужчина только цокнул на это. — Ты борешься сама с собой. Что, ни разу не было подобного? — Он растянулся в улыбке. — Не было такого, что запретный плод близок, но ярлык хорошей девочки не давал сделать маленький шаг навстречу к желаемому? Эва несколько секунд с тем же выражением лица пялилась на мужчину, затем опустила уж очень задумчивый взгляд на тряпки в руке и огладила подбородок пальцем. Бог с весёлыми огоньками в глазах наблюдал за этим зрелищем. — Чтобы сохранить фигуру мне правда приходилось приложить усердия не спиться одним вкусным хеком из таверны… На такое признание Сет со вздохом закатил глаза. — Закончила? Через пару минут довольная Эва подняла сумку. — Да. — Она подошла к Богу, протянув руки для объятий. — М? — Поскачем. Мне нужно беречь силы. — Он подмигнул смутившейся девушке и развернул её за плечи к себе спиной, мягко толкнув к двери. Переступив порог, пара успела пройти лишь пару метров от дома, когда Эва испуганно замерла, а мужчина шумно выдохнул, обнажая клыки в зловещей улыбке. Воздух будто стал гуще. По телу девушки пробежали мурашки. — Даже не почувствовал присутствия Божественного? Неужели так ослабел? — Вслед за «героическим приветствием» пронеслась ударная волна воздуха. Эве не удалось сообразить что произошло, когда она оказалась стиснутая руками Сета в стороне от незнакомца. Бережно удерживая и пряча девушку за собой, Покровитель смотрел в сторону и медленно давал указания последовательнице. — Обходишь пристройку с краю и прячешься. Попробуешь высунуться — задену. — Голос стелился мягким шёпотом, но вместе с тем звучал уверенно. Точно по команде, как солдат или скорее слишком потрясённая за последнее время событиями, которые желают поставить крест на жизни шезму, девушка юркнула за угол близ стены, краем глаза уловив крылатое существо. — Гор… — И спряталась, проводимая взглядом острых, точно соколиных, глаз. Необдилимый мышцами, ростом тот точно превосходил смертного, но видно было, что мужчина младше и по размерам не тягался с Владыкой Хаоса. Однако, взъерошенный вид говорил сам за себя — от Владыки Неба источались мимолётные, но частые яркие вспышки молний — и пришёл он как раз таки потягаться с недальним родственником. Эве хотелось много чего в эти секунды её мирского бытия, но больше всего — жить и по возможности остаться невридимой. «Боги, кому молиться-то теперь? Ра, что за шутки?!» Непонятно было только что скрывалось на уме самого Покровителя. По медленно свирепевшему лицу, тот определённо гонял ярость во венам, но широкий оскал сквозил подступавшим азартом, и несмотря на врага перед собой, истинная натура подначивала поиграться с Гором, вдоволь насладившись спектром эмоций, на которые хотелось вывести. «Когда всё идёт по плану слишком скучно, правда, Господин?» Нервы струнами натянулись и не слышно было только их треска. Два Божества одной семьи, а от них искры сыпались. Две стихии, готовые разорвать за здешний кусок пожирнее. Власть только его и будет всегда принадлежать одному ему. — Предпочитаю игнорировать вонь. — Зубы клацнули с вырвавшимся хрипом, а глаза Сета заметали молнии. Жгучая смесь полыхала внутри Бога и обнародовала через него природу катастроф. Невидимым образом энергия взметнулась ввысь и затянула за собой свинцовые тучи, собрав прозрачные струи песка с земли. Волосы девушки наэлектризовались, предупреждая о грядущей беде; молния не успеет попасть — Сет убьёт быстрее. По неосторожности, конечно же. Эва наблюдала за происходящим за углом с бешенным сердцебиением. Её тело стало лёгким, нервы заиграли, пока та наблюдала за самой ситихией. Этот трепет переростал в зияющую дыру в груди. Было страшно и не описать словами, как захватывающе. Точно за грозой наблюдаешь и этот восторг вперемешку с лёгкой тревогой сотворяли совсем иное чувство. — Самодовольный ублюдок. — Уголок губ дернулся. Гор прищурился, игнорируя непогоду. — Как смеешь врываться в мою обитель и устраивать там разбой? Между тем темнокожий Бог выпятил грудь и, с гордо поднятым подбородком, вторил грозным голосом, одновременно созидая белую энергию в ладонях. — Ты посмотри, юнец колесо выпятил, аж смешно… — Выдохнул и наклонил корпус ниже, будто готовясь к прыжку. — Только, сынок, не разбой, а будущую судьбу Помпеи. Я просто не закончил. Вспышка — белый свет полетел в ноги Сету, который в последний момент с громким смехом отскочил в сторону. — Непременно закончу! Удар, ещё один, пока градом шарообразные молнии не полетели в сторону красноволосому Богу. — Будущего не настанет, пока ты нарываешься на повторение судьбы моего отца. Песок поднялся, а за ним две фигуры и обеих уже не отличишь от вспышек молний. Эвтида нервно грызла ногти. Аккуратный нос сморщился, пока глаза быстро бегали по небу. «Возле деревни играться решили! Не пантеон Богов, а семейка сумашедших» Она прикусила язык за свои думы и мысленно попросила прощения, пока ей не прилетело свыше, что убьёт и не успеешь вякнуть. Сутулая спина напомнила о себе ноющей болью, пока черномаг вся подобралась, наблюдая за зрелищем какого никогда не видела. — Чёрт. С недовольным лицом, Эва попыталась разогнуться, но боль в спине как рукой сняло, когда чужое тело навалилось на неё и с легкостью повалило наземь. Она вскрикнула, позабыв, что падает лицом в песком. Теперь слышны были плевки от грязи во рту и редкие ругательства. «Помяни чёрта — он тут как тут» — Рано задыхаться от песка, Эвтида. Голос один в один, как тот, что был в голове, во время побега из дворца. Теперь он звучал над ухом, опаляя мерзким дыханием. — Т-ты! — Эва дернулась, но сразу же зашипела, когда лопатки сомкнулись посередине. Колудун усмехнулся, с пренебрежением смотря на ту, которую до сих пор не схватили. А ведь вот она, лежит под ним и плюётся песком, неловко корячась от боли в спине. Слабая и юная. Та, что зовёт себя черномагом, даже не услышала шагов позади, не почувствовала чужака. — К сожалению и для меня и для тебя. Никчёмности, а не последователи… — Мужчина, лицо которого до сих пор хранила в своей тени маска, гневно пролепетал, на теле девушки срывая свою агрессию. — Одно недоразумение не смогли поймать и убить… Теперь боль в суставах от скрученных рук не была первоочередной проблемой, в отличие от обладателя голоса. Шезму устало скорчилась, слушая и параллельно наблюдая за вспышками молний. Вопрос кажется Эве ироничным и все же, кого больше сейчас стоило бояться? Но весь дух из тела окончательно выбил знакомый силуэт неподалёку, который Эвтида меньше всего ожидала здесь увидеть. Рэймсс стоял в тени, прикрываясь накидкой, но даже так, подруга его узнала. Узнала и разочарование в который раз разлилось по телу, делая его тяжелее, неподъемнее, а биение сердца в моменте стало отдавать в уши. Сет был прав: шавка, какую поискать. Не хотелось ни о чём думать; при чём тут Гор, откуда Хемсет, как Рэймсс оказался не на той стороне. Стало плохо морально. С надеждой (которая умирает последней) она взглянула на алые молнии, заструившиеся по небу и вместе с ними сердце в груди и что-то ещё застучали по новой. В голове прозвучал голос, не тот, которым Саамон навевал страх: «Вместо того, чтобы вздыхать, как умирающий лебедь, могла бы разойтись и дать волю моей энергии» Потом тишина. А затем сущность, само естество девушки потянулось, встало на дыбы и окрасила в цвет крови весь взор перед вспыхнувшими глазами. Предатели. Оба. Стояли сейчас и помыкали над последовательницей Сета. Ломали и пленили Меренсет, возлюбленную Бога. «Ублюдки» Пламя в груди, до селе причинявшее отраву своей хозяйке, сейчас подрывало и наполняло силами тело юной девы. — Проклятая? — Хемсет недоверчиво пролепетал, когда пальцы, удерживающие руки девушки, запекло — Что за… С рыком схожим на звук оголодавшей гиены, Эва исхитрилась дёрнуться, замахнувшись и ударив затылком позади сидящего. Ошпаренный и ушибленный, колдун повалился на землю и не сумел подняться и отреагировать сразу, поражённый изменением неумелой шезму. Вместе с радужкой поаалел и сам белок. Окружённая змеями, сейчас она подчиняла их и травила на мужчин. Разгоряченная и злая, Меренсет предстала той, кем её нарекли. В поле зрения один из предателей её Бога. Жар изнутри взметнулся, ударил в голову и отдал единственную команду — испепелить, стерев в пыль. — Хемсет всего лишь слуга Сета. — Она подогнулась и накинулась на мужчину, желая оторвать вместе с кожей его маску, — И грязи под ногтями не стоит такое ублюдство, а ты решил отрекнуться от Бога…? Саамон с ужасом смог только отметить: магия больше не работала на девушке. Божественная спесь отпугивала потусторонее влияние и сейчас, поглощённая яростью Владыки красных земель, Меренсет походила на ураган, сметавший любую жизнь на пути. Впервые он усомнился в своём могуществе. И в подтверждение собственных мыслей, мужскую щёку вдруг рассекли ногти. — Сука. — Саамон воскликнул. Со злостью он схватил её за руку, терпя горячую кожу под ней, и пихнул в сторону. — Хватай её! Некогда друг по чёрному ремеслу теперь неуверенно бежал за спиной у Эвтиды. Желание приближаться к ней отпало совсем, когда девушка в полоборота взглянула на него рассвирипевшими очами, где только нечести не хватало в огне плясать. Меренсет видела только цель и змеиный шёпот вторил одно единственное: «Убить» С лёгкостью скинув ладонь Саамона, шезму вскочила на ноги и одним движением схватила парня за глотку, немедля начав душить. — Как ты мог? — Голос напоминал теперь не звуки обречённой птицы, а шипение кобры, которая готова была вонзить клыки прямо в лицо. — Прости… — Вышло шевельнуть одними губами из-за вздувшихся вен на шее под давлением женских ладоней. От его признания огонь внутри лишь пуще разгорелся и затрещал. Эва откинула юношу в песок, уверенная, что черномаг — слабак каких поискать — ещё долго будет отлёживаться. Позади есть проблема её Бога. Главного предателя. Колдун подобрался слишком быстро, но Меренсет это не помешало всадить кулаком по открывшемуся лицу, откуда съехала маска. Под её пальцами заискрился настоящий огонь, который смог подпалить кожу колдуна. Он скомканно простонал от боли и отскочил подальше, стараясь теперь держать дистанцию. — Это что, подарок нашего Покровителя? — На слове «нашего» девушку проморозило. Она оскалилась. — А мне он отдавал только команды, точно псу. — Ты и есть псина. — Плюнула и бросила искры огня в ноги мужчины. Саамон произносил слова едко, тошнотвороно слащавым голосом и продолжал словесную перепалку, поправляя маску. — Будет очень жаль, если ты поздно поймёшь, как Сет сумеет сделать тебя собственной псинкой. — Не меняя боевую стойку, он стал медленно приближаться к Эве. — Природа черномага заключается в его свободе… Не находишь странным? Сет противоречит сам себе и своему культ… Договорить Хемсет не успел. Пламя со страшной скоростью пронеслось по песку, где стояла девушка, к колдуну и охватила языками пламени его ноги. Страшно гневная, Меренсет отвлеклась нападками мужчины. Она не успела обернуться к рукам, которые зажали её со спины. Рэймс шипел от жара, исходившего от подруги, но продолжал упороно держать и умудрился чем-то заткнуть ей лицо. Рот и нос закрыла вонючая тряпка, а следом тупая боль в области живота заставила её согнуться пополам. Саамон, не жалея сил, обездвижил её точно по солнечному сплетению. Запал в теле ещё принуждал Эвтиду бороться и брыкаться, но человеческое тело под воздействием внешнего усыпителя сдавалось и мякло. В нос ударил едкий запах опиума, глаза закатились. Прежде чем кануть во тьму, перед глазами пронеслась белая вспышка, что была больше остальных на фоне чёрного неба. Это была ловушка.