Сказка.

Анита. Я всё ещё чувствовала его губы на своих, когда мы вернулись в ресторан. Сердце колотилось, будто я пробежала марафон, и, клянусь, ноги были немного ватные. Как он мог так меня целовать — будто знал, где я горю сильнее всего, будто чувствовал всё, чего я не решалась признать вслух? — А вот и Ромео и Джульетта, — с широкой ухмылкой объявил Иньяцио, когда мы вошли. — Надеюсь, никто не выпал с балкона? Я фыркнула, слегка прикрывая лицо рукой, чтобы скрыть румянец. Пьеро лишь бросил в сторону Иньяцио взгляд, полон мужского спокойствия и намёка на угрозу. — Мы просто немного прогулялись, — сказала я, стараясь звучать невозмутимо. — Да-да, прогуливались... — поддакнул Джанлука, подмигивая. — А я тут сидел и ждал десерт. Всё съели без вас, кстати. — Класс, — усмехнулась я и села рядом с Сарой, которая сразу наклонилась ко мне. — Ну? — прошептала она. — Он тебя целовал? Не ври мне. Я сжала губы, стараясь не улыбаться, и лишь кивнула. Сара сдержанно пискнула, а потом прикрыла рот рукой, будто случайно разлила секрет. — Ты вся светишься, Анита. Я действительно чувствовала, будто свечусь. Он заставлял меня чувствовать себя живой. Желаемой. Позже все решили остаться в Вероне на ночь. Отель был уютный, с видом на старинную часть города. Эшли почти бегом пошла к номеру Джанлуки, а Сара только бросила мне многозначительный взгляд и последовала за Иньяцио. Я предпочла взять отдельный номер. Мне нужно было немного пространства — подумать, отдышаться, прийти в себя. Но спать было сложно. Я лежала, уставившись в потолок, чувствуя, как каждый нерв моего тела всё ещё помнит его прикосновение. Как поцелуй закрыл какую-то внутреннюю пустоту, о которой я даже не подозревала. На следующее утро нас разбудили звуки улиц — Верона жила своей неспешной, старинной жизнью. Мы встретились внизу за кофе и круассанами. Пьеро, уже в солнечных очках и с чашкой в руке, выглядел как из рекламной кампании Dolce & Gabbana. Я старалась не пялиться, но, честно, он делал это невозможным. — Готовы увидеть дом Джульетты? — спросил он, глядя прямо на меня. — А разве ты не боишься ещё одной сцены с балкона? — вставил Иньяцио. — Вдруг ты снова кого-то поцелуешь? — Только если кто-то полезет наверх, — спокойно ответил Пьеро, не отводя от меня взгляда. У меня пересохло в горле. Мы шли по старинным улочкам, разглядывая архитектуру, слушая местных музыкантов. Джанлука держал Эшли за руку, Иньяцио и Сара смеялись, флиртовали, дразнились. Пьеро всё время шёл рядом со мной. Не касался — но его близость чувствовалась до дрожи.А мне … Мне так хотелось обнять его , поцеловать, не так как вчера , а легко словно мы уже давно вместе. Он казался таким авторитарным , серьезным, сосредоточенным , но таким милым , глубоким , добрым, заботливым. — Тут красиво, правда? — тихо сказал он, когда мы остановились на мгновение. — Очень. Немного похоже на сказку, — ответила я. —  Веришь в сказки? Я повернулась к нему, чуть прищурившись. В его голосе было что-то глубокое, почти серьёзное. И во взгляде — ещё больше. — Иногда, — ответила я. — Особенно если рядом правильный герой. Он усмехнулся, но глаза остались тёмными. Когда мы подошли к дому Джульетты, Иньяцио, конечно же, не мог упустить шанс. — Сара, поднимайся на балкон! — закричал он. — О, свет! Свет в окне сияет! Сара драматично подняла руки к небу, встала на ступеньки и начала: — О Ромео, Ромео! Где ты, Ромео? — Я здесь, детка! — закричал Иньяцио снизу. — Иди ко мне — но если можешь ,захвати  пиццу с собой, я голодный! Все разразились смехом. Джанлука снимал видео, Эшли хлопала, а Пьеро тихо рассмеялся рядом со мной. Я взглянула на него — и он тоже посмотрел на меня. И в этом взгляде снова была та же искра. Жар, прячущийся за сдержанной маской. Как будто ночь, поцелуй — всё было только началом. И, чёрт возьми, мне было всё труднее и труднее не влюбляться.