Sɐʌǝ ɯǝ ɯʎ ןoʌǝ

Он подходит к ней. Садится на корточки рядом. Осторожно поднимает её руку — окровавленную, почти не сопротивляющуюся. Проводит ею по своей щеке. Медленно, задумчиво. Словно просит благословения. Одри смотрит прямо в объектив. И впервые — улыбается. Тихо. — Я люблю тебя. — Я тоже, — шепчет он в пустоту.