Глава 1. Зарождение вечной неудачницы.

***

      Смотреть в отражение было почти невыносимо. Ей было не привыкать делать все через силу. Пачка влажных салфеток открылась с хрустящими звуком, Матиса подцепила ткань острым ноготком.       Вот почему она ненавидела плакать там, где её могут увидеть посторонние. Что вид размазанной туши, что ее лицо без слоя тонального крема – оба варианта могли привести в ужас неподготовленного зрителя. Так думала Матиса. Цокнув, блондинка широкими движениями начала смывать остатки макияжа, предварительно отлепив две полосы накладных ресниц. Глаза, как и в носу, немного щипало, от недавних рыданий. Когда взгляд вновь вернулся к замызганному зеркалу, оттуда уже смотрел другой человек. По крайней мере так казалось ей. Россыпь прыщиков на щеках и подбородке, синяки под глазами от бессонных ночей, парочка «не секси» родинок – все изъяны теперь бросались в глаза, вызывая волну стыда. Матиса тут же отвернулась, цепляя на нос темные очки. Уверено шагая, девушка вышла из туалета. Дверь «Manslaughter» звонко захлопнулась.

***

      Сумерки затянули небо словно разлитые чернила. Стоило ей покинуть «Асгард», как голые плечи облизнула вечерняя прохлада.       — Черт… — девушка начала рыться в блестящем клатче, игнорируя пробирающий до костей ветер. Быстро нащупав звонилку, она открыла телефонную книжку, пролистывая длинный список контактов. Должна же быть тачка у кого-то среди этой кучи имен. Столбик зарядки предупреждающе замигал, прежде чем экран накрылся черной пеленой. — Сука!       Матиса топнула по асфальту. Камни жалобно заскрежетали под подошвой. Глубокий вдох. Спокойствие. Она всё решит. Она, мать его, Матиса Ролосон. Тяжелый выдох.       Оглядевшись по сторонам как затравленная кошка, девушка попыталась сообразить в какую сторону ей идти, чтобы выйти к дороге. Она все еще рассчитывала поймать такси, чтобы добраться до дома.       — Обойди это зеленое здание. Увидишь светофор, дойдешь до него и повернешь направо, там в трехста метрах остановка, — мужской голос раздался чуть издалека. Девушка бесстрашно обернулась, пытливо вглядываясь в тень под ржавой пожарной лестницей. Разглядеть что-либо кроме темного силуэта и оранжевого огонька сигареты было невозможно.       — Спасибо, — в горле неприятно сушило, а произошедшее за последние пару часов просто не позволило ей и дальше поддерживать образ дружелюбной девушки. Теплыми интонациями ее слова не отличались.       — Беги отсюда быстрее, бемби, пока в углу не зажали, — незнакомец хмыкнул, его фигура чуть двинулась. Уголек погас.       — Ты, что ли?       Матиса и сама не знала, почему продолжала стоять и болтать с каким-то бандитом. Иных же тут не могло водиться.       — Может и я, — ироничный тон не внушал угрозы. Матиса еле заметно закатила глаза и поёжилась, наконец начав шагать в сторону дома блевотного зеленого цвета. Архитектурные решения подстать местечку и контингенту, такие же ублюдские.       — Провожу, — сухо отрезал парень, выходя из своего укрытия, лишенного света. Теперь рыжий свет фонаря освещал не только дрожащую от холода блондинку, но и внушительного юношу. Высокого, в черных бесформенных спортивках и солнечных очках. Они оба выглядели как идиоты во мраке вечера. С абсолютно неуместными аксессуарами на лице.       Вообще-то Матиса натянула очки перед выходом из «Асгарда» не из-за солнца, а чтобы укрыть хотя бы часть лишенного красок лица. Вдруг встретила бы знакомого? Со стыда бы сгорела. А зачем их носил он? Хотя, ответ был очевиден, не хочет отсвечивать фонарями.       Девушка отшатнулась назад, явно не доверяя этому парню. Были ли у неё варианты получше? Идти одной, возможно? Дело спорное. Стал бы он подсказывать ей путь, если бы задумывал страшное? Отказывать не в её стиле.       — Ну ладно, — Матиса напряженно глянула на него и вновь зашагала, чеканя каблуками.       Судя по звукам, провожатый неспешно следовал за ней, хотя совсем скоро обогнул девушку, шагая чуть впереди. Он шел неторопливо, сунув руки в карманы брезентовых штанов, шуршащих при каждом движении. Теперь Матиса могла рассмотреть его получше. Длинные волосы угольного цвета, собранные в полупучок – необычно для парня. У Ормсона была длина явно больше обычного, но этот его переплюнул. Странно, на неформала вроде не похож, скорее маргинал. Типа того Дьяра, пахнущего Цвией Борисон. Матиса усмехнулась собственной мысли, но тут же спрятала её подальше, словно желая оставить на десерт. Просмакует потом.       До ушей донеслись звуки возни. Незнакомец стянул с себя олимпийку и протянул Матисе. Под курткой он носил черный лонгслив с принтом. Зеленый отпечаток губ. «Ну и уродство» - единственное, что успело пронестись в голове Ролосон.       — Я слышу как ты стучишь зубами, — грубый голос совсем не намекал на заботу. Сдерживаемое раздражение – подходит для описания лучше. Стоило девушке принять куртку и натянуть на себя, как он снова высказался. — Кто вообще в таких нарядах ходит в такие места. У тебя не все дома? Или ты ищешь хуевое внимание?       Отлично, теперь он даже не пытался скрыть пренебрежение.       Матиса сжала ладони, резко остановившись на месте. Неожиданный звук заставил парня обернуться.       — Завались. Я уже заебалась выслушивать сегодня, твое мнение мне точно не усралось. Будем идти молча или перестанешь возникать? — собственный голос показался чужим, слишком враждебным и прямолинейным. Услышали бы ее родители, не обошлось бы без хлесткого удара по губам.       Так они и зависли друг напротив друга. В темных очках. Закрытые, словно сейфы в ФРС . Полные богатств, недосягаемые тайники.       Парень сдался первый, расслабленно оглядевшись по сторонам. Улицы Чикаго уже были залиты светом неоновых вывесок и даже в этом затхлом райончике кипела своя ночная жизнь. Матисе не было страшно, теперь она не наедине с этим фриком. Словно подтверждая её мысли, мимо проплыла компания пьяных молодых людей, весело гогочущих как гиены и воняющих перегаром на милю вперед.       — Ладно, бемби, пошли уже, — брюнет дернул плечом, стряхивая тяжелую паузу и принимая ультиматум. Продолжил неспешно идти вдоль дороги. Хоть и не сразу, Матиса потащилась следом.       Ноги изрядно устали от каблуков, отмытое от редбулла платье всё еще холодило сыростью кожу, а сладкие духи давно выветрились. Тридцать три несчастья на плечах одной хрупкой девушки. И вряд ли рядом с ней сейчас шел благородный рыцарь. Её «король Артур» уже послал на хуй.       — Ты был там? В «Асгарде». Я тебя не помню.       — Не-а, — судя по молчанию после, он не собирался пояснять.       Почему ей так везет встречать самых неразговорчивых в мире мужиков? Это сейчас модно? О нет, кажется она пропустила новый тренд. Ей конечно нравился Эдвард Каллен, но в жизни подобное раздражало до скрежета в зубах.       — И что ты тогда делал там? В подворотне.       — Ждал жертву посимпотнее, — парень, судя по звуку, улыбнулся, снисходительно качнув головой. Будто бы его забавляли ее вопросы. — Не бойся. Сегодня я тебя не обижу.       — Только сегодня?       — Это просьба о втором свидании или ты собралась заявиться в клуб еще раз?       Юноша оглянулся на нее через плечо, продолжая идти. Она не видела его глаз, но нутром ощущала, что сейчас они насмешливо сверкают.       — Нет, — Матиса слегка растерялась. Неясно, из-за взгляда или из-за уродски поставленного вопроса.       — Опоздал на одно шоу просто, — слуха коснулся запоздалый ответ.       — Ты ничего не потерял, — она отстраненно пожала плечами, с отвращением вспоминая избиение Ульвара на песке. Под кожей закопошились мерзкие мурашки.       — А ты?       — Что я?       — Что ты там забыла.       Матиса открыла рот и зависла, будто не решаясь ответить.       — Пришла повидаться с одним парнем, — сжав губы в полоску и опустив подбородок, Матиса вжалась носом в высокий воротник олимпийки. В нос ударил запах табака и чего-то свежего, морозного. Похоже на ментол.       — Вот оно как, — задумчиво протянул спутник. — Запала и таскаешься хвостиком?       Слова застряли в горле комом. Нервно заламывая пальцы, Матиса не отвечала и хмурилась. Она не могла возразить этому прихуевшему. Будто ей выкинули козырный туз, оставляя в дурочках. Звон собственных мыслей оглушил девушку, пока она бездумно шагала.       Обида. Глухая и тянущаяся, стекала по клетке ребер будто смола, пропитывая легкие едким дымом жженных надежд.       К несчастью, все слезы она выплакала еще у барной стойки, так что сейчас могла довольствоваться только горьким послевкусием, сдавливающим пазухи. До тошноты паршиво. Быстрее бы домой.       — Ага, — безынициативно подытожила Матиса, скривившись от неприязни к самой себе.       Разве она могла просто… Остановиться? После всего того, что сделала. Она терпела отстраненные взгляды, постоянные избегания, да даже откровенные грубости в лицо. Чувствовала всеми фибрами тела, что он ей не рад. И упорно игнорировала все флажочки. Если Матиса чего-то хочет – Матиса это получает. По-другому и быть не могло. Правда ведь?..       — Это точно то, чего ты желаешь? — прозвучал вопрос над ее головой. Она и не заметила как они встали у неприметной автобусной остановки.       Ебучий телепат, откуда он..?       — Он лучший в университете, — Матиса ответила быстрее, чем шли её мысли. Уверено, будто констатировала непреложную истину. — Красавчик, спортсмен, отличник, сын директора, — зеркала души были надежно скрыты темными стеклами, но она всё равно нервно отвела взгляд в сторону.       Оправдание перед ним, очередное самоубеждение для неё.       — Ааа… Принцессе хочется самый блестящий брелок, — голова незнакомца склонилась набок, будто желая посмотреть на девушку под другим углом. — Тогда понятно, — опять эта ирония. Делает вид, что он что-то понимает о ней и её чувствах. Думает, что она видит в Ульваре предмет. Упрощает всё до пошлых, грязных импульсов.       Блондинка нервно отстукивала пальцами по бедру, обтянутому синей тканью платья. Её бесило то, какие выражения он подбирал. Заставлял её сомневаться, лопая тонкую пленку пузыря светлых девичьих мечт, и принимать саму себя за последнюю идиотку. Варвар.       — Да иди на хуй.       Рядом пшикнули открывающиеся двери полупустого автобуса. Матиса шагнула внутрь, вцепившись в желтый поручень как в спасательный трос, когда лицо напротив исказилось жуткой улыбкой. Может, такое впечатление создавали выглянувшие из-под верхней губы клыки. Он произнес одними губами, указав на неё пальцем.

      «L-O»… «S-E-R»

      Сомкнувшиеся двери спрятали фигуру незнакомца, оставляя его в синей дымке вечера и кайме желтого фонарного света. Грудь не покидало тревожное чувство.       — Долбаеб… — сорвалось с сухих губ.       Матиса устало плюхнулась на ближайшее сидение и сунула руки в карманы олимпийки. Нащупав какую-то коробочку, лениво вытянула находку наружу и переместила очки с переносицы на макушку. Пальцы сжимали пачку ментоловых Newport.

***