Глава 10: "Ранний завтрак"

Томми проснулся. Когда глаза раскрылись, перед ними предстала его комната. Тумбочка с краю зрения, мягкий коврик на полу, стол у противоположной стены. Всё выглядило серым и тёмным из-за отсутствия освещения. Только по углам у потолка гирлянда слегка светилась оранжевым. Человек лежал на левом боку, наполовину погрузив лицо в подушку и всем телом закутавшись в одеяло. Мягко. Подросток медленно моргнул. Так, а почему он вообще проснулся? Дверь была закрыта. Когда Томми только занял эту комнату, он всегда оставлял дверь открытой, наполовину из-за того, что ему нравилась открытость пространства, а наполовину из-за желания ориентироваться во времени. Освещение в коридорах автоматически изменялось с течением дня, имитируя сутки на планетах. Когда Ранбу и Туббо стали его соседями, они стали закрывать дверь на ночь, а открывал её первый проснувшийся — обычно это был эндермен. Так что подросток был сбит с толку этой темнотой вокруг. Человек, поморщившись и потирая глаз кулаком, кое-как сел, чтобы оглядеться. Одеяло всё ещё окутывало его, как кокон. Он посмотрел вправо на удивление бодрым взглядом. Ранбу спал на боку, картинно подложив ладони под щёку и слегка согнув спину и ноги. Надо сказать, такая поза была гораздо приятнее, чем тот вид мертвеца с ровной спиной, вытянутыми ногами и скрещеными на груди руками. Как вампир, честное слово. Туббо спокойно сопел правее, раскинувшись звёздочкой. Одна нога у него была высунута из-под одеяла и немного свисала. Бесстрашный человек. Ну, то есть, пчёл. Между кроватью меллисианца и человека спал в своей лежанке Шрауд. Томми от вида этого состроил умилённую гримасу, сам того не замечая. Арахнид первые пару дней спал в гостиной, в основном из-за соображений безопасности. Но когда стало ясно, что паук точно не собирается проявлять агрессию, его всё-таки пустили к мальчикам. Значит, Томми сегодня всё-таки проснулся первым. Неожиданно. Подросток потянулся к лежащему на тумбочке комму. И тут же зажмурил глаза и выругался, когда его ослепил яркий свет экрана. Ну что такое, вокруг сплошь крутые инопланетные технологии, и нельзя сделать так, чтобы яркость автоматически настраивалась и не выжигала нахрен глаза? В итоге человек всё же смог убавить свет и разглядеть время. 5:27 по Стандартному Планетарному. Ну, он действительно проснулся первым. Во всём корабле. Томми фыркнул, убрал коммуникатор и свалился обратно на кровать. Что за приколы организма. Ему ещё спать и спать! В этом даже не был виноват сон, ведь подросток не видел сегодня снов. Ночь вообще прошла как-то быстро. Странное чувство. Итак, человек лежал, лежал, лежал… Но уснуть не мог. Он поворочился, устраиваясь поудобнее — подоткнул одеяло, чтоб спину не продувало, закутал ноги, укрыл шею — и попытался снова. Лежал. Лежал ещё. Так, а почему он видит комнату? Ой, он забыл закрыть глаза. Вот, теперь правильно. Лежим. Ждём. Лежим. Чтобы заснуть, нужно притворяться, что ты спишь, верно? Ага. А теперь нужно не думать ни о чём конкретном. Подросток помнил, что где-то читал, что во сне глазное яблоко немного закатывается вверх, и чтобы уснуть, нужно это сделать самому. Не до боли, конечно. И отвлечься. Он попробовал, но чуть мысли начинали уходить и затуманиваться, мальчик снова задумывался о засыпании, и всё начиналось заново. Брлэх. Ещё можно было бы выйти на улицу, немного освежиться холодом и проветриться, но в данный момент снаружи было слишком холодно и слегка недоставало кислорода. Знаете. Вакуум. Спустя какое-то время Томми надоело лежать гусиницей, и он встал, чтобы размять затёкшие конечности. Потянулся, похрустел костями. Вытянул ноги, чтобы колени устали и потом было приятнее лечь. Когда он там в последний раз делал утреннюю зарядку? Кажется, это первый раз с того времени, как подросток ночевал на космическом корабле, который увёз его с Земли. Железная лавка с украденными у испуганных инопланетян случайными тряпками на ней в качестве постельного — не самое удобное лежбище. Только от воспоминаний об этом кости ноют. К счастью, сейчас у человека есть своя прекрасная кроватка, на которую он уже рухнул животом. Поверх одеяла, потому что успел немного запариться. Подушка обхватилась руками и удобно легла под щёку. Комфортно. Он снова лежал, лежал, лежал. Мысли плыли. Разум витал в облаках. Потом спину обдало холодом из-за задравшейся кофты пижамы. Поправлять было лениво. Но мурашки пробежались по пояснице, и Томми, поморщившись, вынул одну руку из-под подушки и одёрнул кофту. Снова улёгся. Во рту закислился противный привкус, который часто возникает по утрам. Фу. Подросток приподнялся и чавкнул, морща нос. Ладно, раз он вставал на зарядку, можно и зубы пойти почистить. Человек лениво выбрался из постели, сунул ноги в тапочки и пошаркал к выходу. Нажатие панели, дверь открылась, и взору предстал коридор в утреннем освещении, какое бывает в предрассветные часы лета. Рассвета, правда, не было. Космос же. Убедившись, что никто не разбужен, Томми вышел из комнаты, оставив дверь открытой — всё таки, он проснулся первым. Чистка зубов прошла на автопилоте. Человек лениво наблюдал за своим непричёсанным отражением в зеркале, семью щётками в подстаканнике, какой-то сушащейся тряпкой, случайными волосами Техно, пилочкой для ногтей (когтей?) Фила, треснувшим уголком плитки у ванны. Ничего необычного. Полоскание, умывание. Томми вышел из ванной в гостиную и посмотрел на часы. 6:02. Он уже подумывал лечь в гнездо и заснуть там, но его отвлёк знакомый цокающий звук, стремительно к нему приближающийся. Подросток поднял голову и увидел часто перебирающего лапками арахнида, который, добравшись до цели, прошипел и потёрся мордочкой о человеческие ноги. — О-о-о, привет, Шрауд, — Томми присел и принялся чесать и гладить питомца, — я тебя разбудил? Извини, биг мэн, сам не знаю, чего проснулся. Кушать хочешь? На самом деле вряд ли — арахниды нуждались в еде только раз в два-три дня, хотя Шрауда команда подкармливала чуть чаще из-за подозрений, что он был недоедающим паучёнком, и из-за этого он такой маленький. А вот у человека заурчал живот. — Чёрт, — Томми нахмурился, когда осознал неприятную сжимающуюся пустоту в желудке. Вздохнул. — Похоже, сегодня я уже не засну. Подросток ещё раз потянулся и пошаркал в сторону кухни, паук побежал за ним. Включился свет, освещая светлую комнату. Кухня была не слишком просторной, большую часть пространства занимал обеденный стол. Гарнитур растянулся на всю стену, шкафчики поблёскивали металлом. Плита, посудомойка холодильник, мусорное ведро (точнее, какой-то куб, который, возможно, уничтожал всё содержимое, так что Томми опасался к нему приближаться без необходимости) — довольно обычная кухонька. Только на космическом корабле. С задумчивым мычанием человек заглянул в огромный холодильник. На многочисленных полках, в ящиках и сегментах лежала еда. — Есть нечего, — проворчал Томми и закрыл холодильник. Потом переглянулся со Шраудом. Вздохнул и, про себя гадая, когда он успел стать таким привередливым, снова открыл его. Вон там лежали сосиски, ещё оставался сыр, в том числе плавленый, масло, банка (цистерна) майонеза. Бутерброды? Скучно. Чай с печеньем? Да ну. Каша? Надоела ещё на Земле. Лапша быстрого приготовления? Увольте, сейчас шесть утра, он не настолько свихнулся. Хлопья? Уже лучше, но его любимый вкус закончился. Картошка? Он не посмотрит в её сторону ещё сто лет. А ещё её надо чистить. Томми закрыл дверь и скользнул взглядом по кухне. Вот если бы Уилбур или Техно, а может, и Филза были тут, они бы приготовили что-нибудь. Можно дождаться их, хотя нет, лучше пока перекусить, а потом дождаться и… Взгляд остановился на плите. А что если самому приготовить завтрак? С заинтересованным "хм!" подросток присел и начал гладить заскучавшего арахнида, продолжая размышлять. Он давно ничего не готовил. Не считая бутербродов, конечно. А ещё того раза, когда вместе с Туббо и Ранбу помогал Ники печь пирожные. На SBI максимум его кулинарных сеансов заключался в помощи готовки обедов и ужинов — это порежь, то почисти, то потри. Но идея того, чтобы постараться приготовить завтрак на всю сем– команду, удивить и порадовать близких, определённо привлекала. — Сегодня я буду поваром, Шрауд! Кулинарным мастером-шефом! — торжественным шёпотом провозгласил Шрауду Томми. Паук прошипел и клацнул жвалами. Итак, для начала подросток сбегал в спальню и передел кофту своей пижамы на футболку, потому что запарился и не хотел замарать рукава. Сходил в туалет и несколько раз вымыл руки чуть ли не до локтей — он ответственный человек! Потом пришёл черёд фартука. Потому что если и готовить, то красиво! Фартуков на кухне было четыре: синий с крылышками, фиолетовый с бабочкой, розовый в цветочках и жёлтый в цветочках. Какие-то могли быть ещё в кладовке, но Томми просто схватил розовый — Уилбура. Завязать его самостоятельно получилось с трудом, но в итоге он справился (оставалось надеяться, что позже получится его развязать). Подросток порылся в ящиках в поисках сковородки. По пути нашёл специальные формы для запекания тортов и размечтался о днях рождения — интересно, а инопланетяне их вообще празднуют? Наверное, хоть какие-то должны. Арахнид шипел что-то, пока следовал за человеком по кухне и вился у его ног, заинтересованно вытягивая голову. — Тише, Шрауд, не сбей меня. Так, — Томми поставил сковороду на индукционную плиту и задумался. Надо ещё выбрать, что, собственно, приготовить. Он подошёл к холодильнику, насвистывая мелодию, и вновь оглядел запасы. Ага, упаковка яиц, берём. Что ещё? Нужно приготовить что-то такое, чтобы хватило всем, но при этом не было чем-то слишком сложным… О, как насчёт гренок? Просто, вкусно, подойдёт каждому из команды. Подросток улыбнулся и достал молоко. Захлопнул холодильник (Шрауд хотел забежать в него, но не успел), нашёл нарезной батон, масло, тарелку, вилку, лопатку, поднос, и принялся кулинарничать. Условие о подходящее всем завтраке, кстати, было довольно важным. Туббо вот не ел мяса, а Ранбу наоборот, предпочитал его салатам. Это понятно. Но когда человек в первый раз увидел Фила, завтракающего яичницей, немного впал в ступор. Впрочем, он быстро вспомнил, что многие птицы хищники, так что в подобном не было ничего удивительного. Такая же логика применялась к Техно: свиньи же всеядные, хаха. А ещё, по его словам, любимым блюдом пиглинов было мясо некоего хоглина, судя по всему, свиноподобного животного. Уил также не брезговал рыбой. Возвращаясь к готовке, Томми был довольно успешен, ну как же иначе. Даже не уронил яичной скорлупы в смесь! Он на это надеялся. Готово, теперь осталось только пожарить хлеб. Подросток подошёл к гарнитуру, арахнид, естественно, за ним. С плитой пришлось повозиться, но в конце-концов ему удалось её включить. Он налил масла и немедленно обмакнул кусочек хлеба в смесь и положил его на сковородку (по пути капнув на столешницу, но да неважно). Шрауд зашипел в тон шипящей сковородке. Только потом Томми вспомнил, что сковорода сначала должна нагреться. Из-за этого первая гренка получилась противно-жирной. Ну да ладно, первый блин и всё такое. После этого дела пошли лучше. Взять, обмакнуть, положить, повторить, пока не закончится место, подождать, перевернуть, подождать, положить на поднос, и заново. Можно сказать, Томми впал в некий транс. Шрауд, тем временем, заскучав и пошёл грызть (мять жвалами) одну из своих игрушек. Когда тарелка со смесью опустила примерно на треть, на кухню пришёл Уилбур, разговаривающий с кем-то по комму. Увидев Томми, он сначала замер, а потом ухмыльнулся. — О, ага, мой младший брат внезапно решил приготовить завтрак. Если ты меня больше никогда не увидишь, знай, что я отравился и меня выкинули в космос, — усмехнулся мерлинг, садясь за стол и продолжая с ухмылкой слушать собеседника. Томми сделал вид, что он абсолютно не почти выронил лопатку из рук, колени не подкосились, а сердце не пробило боксёрским ударом горло и грудину. Всё нормально. Совершенно. Ноль эмоций. Ага. Да. Безусловно. Подросток проверил хлеб — ещё не прожарился. Уилбур продолжал болтать по комму. И кто в здравом уме разговаривает в такую рань? Так, вот, теперь можно вытаскивать. — Ладно. Угу. Хорошо, пока, Биг Кью, — мерлинг положил трубку и взглянул на младшего. — Чего это ты так рано встал? Да ещё и готовка? Ты не заболел, гремлин? — Томми Иннит слишком крут для болезней, — фыркает человек и наливает ещё масла на сковороду, — просто проснулся, а заснуть не получилось. А вас ждать заебёшься. Уилбур помрачнел. — ...Какие-то сны или?.. — Да нет, Иисусе, отстань. Просто проснулся. Старший сменил выражения лица на обычное дружелюбное и вернулся к коммуникатору, будто ничего не произошло. Наверное, от Фила перенял. У Томми, вообще-то, кошмар на корабле случился один единственный раз, был совершенно глупым и забылся сразу же. Но команда всё время волновалась насчёт его прилёта в эту галактику, мол, стресс, тоска по дому и контрабандисты, решившие похитить человека. Ничего из этого не было, а жалеть нужно было разве что тех бедняг, на корабль которых подросток забрался. Впрочем, сами виноваты: Земля закрыта для посещений! Лампы постепенно меняли освещение на утреннее. Стояла приятная тишина, нарушаемая лишь шипением гренок, звуками комма и вознёй Шрауда. С громким зевком в кухню объявился Туббо. Выглядел он довольно помято после сна, но сразу же оживился, когда увидел еду. Мальчик, жужжа, прокрался к подносу с гренками и уже вытянул руку, но Томми легонько шлёпнул его лопаткой. — Шиш, они горячие, жди! — Злой ты, босс мэн, — обиженно протянул меллисианец, но улыбнулся и прыгнул за стол, улёгшись на него руками и болтая ногами в воздухе. Ещё через какое-то время к ним зашёл Техно. Он принюхивался к запаху, уселся на стул и сделал комплимент кулинарным навыкам человека. В своей манере, конечно. — В первый раз, когда Уилбур готовил, он сжёг еду и закоптил всю столешницу. Неплохо справляешься. — Эй, — Уил оторвался от комма, — ты тоже был не лучше! А в первый раз, когда я готовил, тебя ещё не было. — А, точно. У него это случилось дважды, сначала при Филе, потом при мне. Шрауд подбежал к Туббо, тот стал гладить его ногой. Смесь начала заканчиваться. Следом пришёл Филза. — Доброго утра всем, — чирикнул он и, осмотревшись, пошёл заваривать чай. Всё вразнобой пожелали ответного доброго утра. Томми перевернул гренки, рядом капитан залил кипяток в красивый чайничек, повторяя тот же ритуал, что он делал каждое утро. Человек знал, что кофеин вреден для некоторых видом инопланетян, и грозит как минимум отравлением, а как максимум смертью. Неприятно. Интересно, а бывали случаи, когда путали напитки и случайно выпивали чужого кофе? Томми надеялся, что нет. Это была бы довольно глупая надпись на надгробии. Последним на завтрак явился, неожиданно, Ранбу. Может, решил запасти сон? Эндермены умели так делать — поспал сутки, а потом ещё двое спокойно бодрствуешь. При этом они ещё и совершенно не зависли от биоритмов, и легко засыпали и просыпались. Чудо эволюции, не иначе. — Доброе утро. Мм, гренки? Томми, ты готовил? — Конечно я, — ухмыльнулся человек, откладывая последнюю гренку и выключая (со второй попытки) плиту. — Bon Appétit! Подросток гордо поставил на середину стола поднос и тоже сел за стол вместе с остальными. Гренки всем пришлись по душе, и завтрак прошёл в лёгкой атмосфере, с разговорами и дружным смехом. День начался хорошо.