Навстречу друг другу на пути из тьмы

      Чейз никогда не верил в лёгкость избавления для себя.       С того момента, как он узнал от родного отца о сути «Силы», для него уже все было предначертано заранее, а расплата за безнаказанное использование была лишь вопросом времени.       Пожалуй лишь противостояние и вражда с Кейлебом, ставшая целью всей его жизни немного, но отвлекали от мысли, которая упорно билась в голове и от которой сам Чейз отмахивался словно от назойливой мухи.       Он уже проигрывал.       Уже тогда, в тот момент.       «Сила» забирала у него здоровье каплю за каплей, но он упорно продолжал желать её зная чем это для него закончится.       При каждом её использовании Чейз чувствовал, что слабеет потому что столько «Силы» после Восхождения в восемнадцать лет вдобавок к отнятой у родного отца, вместить в себя оказалось очень тяжело.       Как ни трепыхайся и ни делай вид абсолютного контроля над ситуацией, однако без подготовки, самодисциплины и моральной выдержки это безумно тяжело.       Но к сожалению, как все представители семьи Чейз был жаден до «Силы», в то же самое время к его счастью все барьеры, все рамки вместе с увещеваниями «никогда не», стёрлись из головы ещё в тринадцать лет, когда впервые небывалая мощь вонзилась в его тело острыми щупальцами.       Тогда ему казалось, что не в наказание, но как предостережение, которым конечно же пренебрёг из-за эйфории, вскружившей голову до такой степени что исчезли все границы.       Чейза никто не учил, что с этим делать.       Некому было рассказать о природе этих способностей, поэтому как только разобрался, уже увяз так сильно, что помочь ему уже никто не смог бы.       Не то чтобы Чейз не допускал возможность победы Кейлеба, просто не был до конца уверен, что парню будет от кого ждать подмоги…чёртов папаша, якобы считавшийся мёртвым!       Его «Сила» помогла Кейлебу одержать верх и теперь он жив здоров, да ещё сильнее, чем раньше. Тогда как сам Чейз горит в агонии в чёртовом небытии не имея ни малейшего шанса на спасение.       Несправедливо!       И закричать бы во всё горло, но нет сил.       Чейз отчаянно хочет скрыться, убежать как можно дальше, но посреди окружающей черноты вперемешку с багровым заревом даже не может сфокусировать зрение чтобы увидеть хоть что-то.       Удушающий воздух казалось, что сжимает лёгкие, поэтому из груди вырываются лишь глухие всхлипы. Всё вокруг пульсирует ядовитыми резонирующими колебаниями и Чейзу кажется, будто его голова вот-вот лопнет от нескончаемых волновых потоков.       Вот оно, его наказание.       Ловушка, которая не отпустит его просто так, но всё же в один момент, когда Чейзу кажется что это и есть его конец, он неожиданно стал различать перед собой неясный силуэт.       По прежнему пульсирующий, качающийся перед глазами.       Он неторопливо приближался к нему всё ближе, пока Чейз с трудом ни разглядел его…её получше.       Это была девушка, но только выглядела она по-детски: в чёрном сарафане, надетом на белую рубашку, а вместо прически, её длинные волосы были собраны белыми бантами в два хвоста.       Чейз никак не мог разглядеть её, но насколько позволял обзор, сквозь застилающие глаза пот и слёзы, он увидел лишь её руку — раскрытую ладонь, которая потянулась к его лицу чтобы в следующий миг, нежно прикоснуться к щеке.       Он перестал дышать.       Однако это ощущение было для него сродни глотку жизни, которая как он думал навсегда останется далеко позади.       Ладонь такая живая, теплая, словно мокрая от воды, но только само прикосновение ощущалось иначе.       Мягче, нежнее, на грани немыслимой аккуратности вперемешку со страхом и Чейзу на мгновение показалось, будто собственное измученное безумие играет с ним злую шутку.       Словно мало уже пережитых страданий, боли, отчаянной злости и тоски, так теперь ещё такое издевательство, заставляющее принимать желаемое за действительное.       Это не могло быть правдой. «Нет! Это нереально! Нет…» — билась в голове навязчивая мысль, в которую верилось гораздо быстрее, чем в то что это действительно так.       В то, что он всё же может быть жив.       Осознание, которое пугало Чейза сильнее всего.       Прикосновения тем временем становились ещё нежнее, уже увереннее хотя все ещё ощущались совсем немного робкими.       Хрупкие ладони ласково оглаживали скулы, губы, подбородок, шею.       Мягко кружили в спутанных длинных волосах, хотя Чейз в упор понятия не имел когда они успели стать такими длинными.       Но самыми приятными были лёгкие, массирующие движения в области головы и рук от кистей до самых плеч.       Изящные девичьи пальцы затем переместились ему на грудь и в этот момент ощущение внезапной лёгкости, свежей прохлады от воды и живительного тепла прикосновений охватили буквально каждую клеточку измождённого тела юноши.       Чейз ни в силах был произнести ни слова, а только лишь громко всхлипнул, затем с протяжным, длинным выдохом сам того не осознавая подался вперёд.       Навстречу рукам, которые подарили ему исцеление.       Он почувствовал, как тяжёлые веки сомкнулись вновь, но только теперь для того, чтобы всей радужкой ощутить яркую вспышку.       Она уже не была такой мучительной, а наоборот лишь ласково щекотала слипшиеся ресницы, мягко прокатываясь от верхних век по линии бровей, проникая под кожу так что хотя бы на короткое мгновение голова перестала напоминать наполненный гелием воздушный шар.       Кончики пальцев охватила колика, а затем стало прохладно.       Чейз только успел этими самыми дрожащими от бессилия пальцами ухватиться за руки девушки почти вслепую.       Он всё ещё не верил, но чувствовал что готов абсолютно на всё лишь бы наконец покинуть этот ад.