Дом без дверей

Прошло трое суток. Может, четыре — здесь трудно было считать дни. Время на ферме текло по-своему: густо, липко, без чёткого ритма. Иногда тишина звенела, будто кто-то задыхался в соседней комнате, иногда сквозняк приносил запах сырой земли, крови и табака. Аннабель больше не была связана. Сначала — под наблюдением. Потом — с доверием. Или, скорее, с интересом. Теперь — словно никто не знал, как с ней быть. Проходя по старому коридору, она проводила пальцами по потрескавшимся стенам. Иногда останавливалась у закрытых дверей, слушала, вглядывалась в странные пятна на полу, рассматривала тени, которые жили между досками. Она даже запомнила, где пол скрипит меньше всего. В одну из таких прогулок она свернула вглубь дома — туда, куда ещё не заходила. Коридор был пуст. Только свет от пыльной лампочки, и тень её собственных шагов на деревянном полу. Сквозь щели в досках тянуло сквозняком — и из-за этого ещё сильнее хотелось идти туда, где запрещено. Аннабель подошла к двери. Старая, тяжёлая, с потёртой ручкой. Её пальцы коснулись металла она едва начала поворачивать ручку и вдруг грубая, сильная рука схватила её за запястье. Движение было настолько резким, что она даже не успела сделать вдох. Другая рука в спину. И через долю секунды она уже была внутри комнаты,прижатая к стене. Холодная доска врезалась ей в лопатки. Он стоял слишком близко. Слишком. Его дыхание прямо у её лица. Он смотрел в глаза. — Ты не заходишь туда, куда не звали, — процедил он. Аннабель не отвела взгляда. Не дернулась. Губы дрогнули, будто собираясь что-то сказать, но вместо этого — улыбка. Еле заметная. Тонкая, как лезвие, что можно спрятать между рёбрами. — Я думала, ты уже зовёшь. …Он не отпускал. Её спина всё ещё прижата к стене. А его руки одна держит запястье, вторая легла на её талию. Медленно и тяжело. Как будто он сам не верит, что дотрагивается. Как будто прикасается к чему-то, что сейчас сгорит или сожжёт его самого. Внутри неё всё сжалось,не от страха, а от ожидания. Он наклонился и свои губы к её губам,Аннабель ответила на поцелуй кладя одну руку на плечо,как-бы притягивая его ближе к себе. Он держал её одной рукой за шею, другой за бедро, вжимая её в себя, в стену.Так, будто хотел стереть расстояние между ними до нуля. Аннабель даже не думала,что когда-нибудь будет зажиматься со своим похитителем таким образом,но ей это нравилось. Скорее всего иза её стокгольмского синдрома,ей такое уже не впервой. Вдруг Уильям прервал поцелуй и отстранился,они стояли смотря друг на друга,захватывая воздух. —Теперь можешь уходить, — сказал Уильям,своим низким голосом — пока я не передумал. — Только в следующий раз держи меня крепче. — ответила Аннабель ускользнув из комнаты. Весь оставшийся день она ходила и только и думала об их поцелуе.