Часть 10

Глава 10. Я не обязана любить того, кто сломал меня красиво Вики Я пишу письмо. Не ради него. Ради себя. Потому что пока слова внутри — я не могу дышать. > Люцифер. Ты хочешь, чтобы я посмотрела на тебя — как на человека. Но человек — это не только боль и власть. Человек — это выбор. И я делаю его сейчас. Ты сделал боль красивой. Ты дал ей голос, лицо, ритуал. Но боль — всё равно боль. Я не ненавижу тебя. Но и не люблю. Я — учусь жить. Без криков. Без лжи. Без тебя. — Вики. Я не отправляю письмо. Я складываю его и прячу в ящик. Пусть останется со мной. Как доказательство, что я могу сказать — даже если он не услышит. в это же время: Люцифер Проклятая тишина. В её комнате — пусто. В её ауре — нет следа моей. Я сижу один. Всё чаще — в трезвости. Страшнее, чем ад. Михаил приходил. Он не сказал ни слова, только смотрел. Я спросил: — Думаешь, я её потерял? Он ответил: — Думаю, ты впервые хочешь не владеть, а вернуть. Вики в башне Я сплю плохо. Каждый стук — тревога. Каждый взгляд — подозрение. Беллатор говорит, что это пройдёт. Что я теперь «свободна». Но почему свобода так похожа на пустоту? новая угроза Вечером дверь взорвалась. Не буквально — а внутри себя. Зашёл архангел, которого я не знала. В белом. С лицом без эмоций. С глазами, как лёд. — Виктория Ранн, — сказал он. — Ты больше не под защитой Света. — Простите? — Ты принадлежала демону. Это было допущением. Теперь — грехом. — Я ушла. — Поздно. Он достал свиток. Печать пульсировала небесным огнём. — Приговор: изоляция. Принудительное очищение. Беллатор — Они боятся тебя, — шептала она, сжимая мою руку. — Ты увидела ад. И выжила. Значит — ты опасна. Я не успела сказать «нет». Её увели. Люцифер Что-то рвётся. В энергетике. В ощущении мира. Я чувствую: её больше нет там. И я понимаю: они её забрали. И вот тогда — я встаю. И больше не медлю. Потому что если её сломают — я уничтожу всё небо. Даже если она меня потом не простит.