Часть 7

Раннее утро. Мне давно не спалось, и, воспользовавшись случаем, я оттачивала свои приемы на тренировочном поле. Взмах меча. Левая нога вперед, правая назад. Выпад. И так по кругу. Элронд всегда говорил: «Мастерство оттачивается временем. Повторяя движение, ты становишься его мастером». Я годами училась владеть различным оружием: мечом, клинками, луком и стрелами, магией и собственным телом. Моя рутина довольно однообразна и состоит в основном из тренировок, позволяющих контролировать тело, оружие и дух. Иногда, конечно, я позволяла себе отдохнуть: выбраться в лес на прогулку, походить по улочкам Шира, почитать книгу или заняться еще чем-то, что делают все обычные люди. Но это было довольно редко — не потому что я не хотела, а потому что я привыкла. Я привыкла постоянно работать на износ, чтобы заглушить режущие сердце воспоминания. Мне было страшно снова узреть собственное прошлое. — Ты не изменилась, Лу. Этот мягкий голос, похожий на щебетание птички на рассвете… Да и так меня мог назвать только один человек, вернее, эльф. — Арвен, как же давно я не слышала твой голос. — Я рада видеть тебя. Отец мне сообщил, что ты прибыла вместе с гномами, поэтому решила встретиться с тобой, пока ты снова куда-нибудь не исчезла. Ведь правда. В последний раз, когда мы виделись с Арвен, я просто оставила записку и ушла на север, ничего толком не объяснив. Исчезла, как будто меня никогда здесь и не было. Мне не хотелось видеть ее расстроенное лицо, да и самой не хотелось расстраиваться, поэтому мне было проще молча уйти. С тех пор как я вернулась с севера, я лишь несколько раз отправляла ей письма, но никогда не получала ответа. Возможно, они и не дошли до нее. — Ты снова отлетаешь в свои мысли, Лу. Будь здесь и поговори со мной хотя бы сейчас.— Она улыбнулась, и утреннее солнце преобразило её лицо, заставив сиять, как жемчужину, рожденную самой зарей. Мы прошли на террасу. Она, как и всегда, заварила для меня травяной чай — так же, как раньше, когда я жила в Ривенделле. Мы обсуждали всё, что произошло за те годы, что мы не виделись. Мы смеялись, удивлялись, пугались и снова смеялись. Периодически она меня ругала за то, что я слишком часто подвергала себя неоправданному риску, но так было всегда, поэтому её упреки были уже привычными и понятными. Они навевали приятные воспоминания и потому не казались чем-то дурным. — Мне стоит извиниться перед тобой, — слегка улыбнувшись, произнесла я, опустив глаза. — Ты моя единственная подруга. Ты мне так сильно помогла, а я ушла, даже не попрощавшись. Я не могу сказать, что жалею об этом решении, но и не могу сказать, что оно было правильным. — Я не сержусь на тебя. Ты поступила, как посчитала лучшим для нас обоих, и я не сомневаюсь в твоём решении. Ты никогда не ошибалась. Арвен молча подошла и обняла меня. Её объятия всегда успокаивали меня, когда ночные кошмары преследовали ночь за ночью, когда воспоминания брали верх. Сейчас это меня не мучает, но её прикосновения давали мне силу и надежду, что я смогу со всем справиться, ведь у меня снова есть друг, который всегда на моей стороне. — Не хочу прерывать ваше милое общение, но нам пора выдвигаться, — потревожил нас Фили и удалился с террасы. Мы должны были уйти рано утром и встретиться с Гэндальфом в горах — таков был наш план. Я попросила Арвен присмотреть за пони и Аранфилом, потому что дальше они нам не помощники. Но что-то тревожное возникало внутри меня. Что-то неизвестное и, наверняка, нехорошее должно произойти. Вопрос лишь в том — что?