Глава 37

После заявления Дамблдора о возвращении Волан-де-Морта Большой Зал погрузился в оглушительную тишину, которая постепенно сменилась нарастающим гулом, переходящим в панику. Родители хватались за своих детей, студенты шептались, их лица были искажены страхом и недоверием. Никто не хотел верить в то, что Тот-Кого-Нельзя-Называть действительно вернулся. Мистер Диггори рыдал над телом своего сына. Гарри, Рон и Гермиона стояли рядом с Дамблдором, окружённые преподавателями. - Это… это неправда! - прокричал чей-то голос из толпы. - Диггори просто… умер! Никакого Тёмного Лорда! Корнелиус Фадж, Министр магии, который только что прибыл на поле, выглядел совершенно сбитым с толку и возмущённым. - Альбус! Что за нелепые заявления?! Тот-Кого-Нельзя-Называть мёртв! Это безумие! Дамблдор обернулся к Фаджу, его глаза были полны непоколебимой решимости. - Корнелиус, я не позволю вам закрывать глаза на правду. Гарри Поттер только что сбежал от него. Он видел его возрождение. Седрик Диггори мёртв по его вине! Фадж покачал головой, его лицо покраснело. - Это… это заговор! Мальчик потрясён! Он в шоке! Он пережил нечто ужасное, но это не означает… - Я видел его! - воскликнул Гарри, его голос, усиленный маной, разнёсся по Залу. - Я видел его и его Пожирателей Смерти! Он убил Седрика! Пожиратели Смерти, которые были на кладбище, были упомянуты. Их имена, прозвучавшие из уст Гарри, вызвали новую волну шока среди волшебников. - Мальчик бредит! - настаивал Фадж. - Он сошёл с ума! - Это не бред, Министр, - пророкотал Грюм, его волшебный глаз злобно вращался. - Я говорил вам, что Крауч-старший видел нечто тревожное! Его исчезновение неслучайно! Рон шагнул вперёд, его голос был твёрд. Его Легилименция ощущала нарастающее недоверие, исходящее от Фаджа, и он знал, что нужно действовать. - Министр, я видел это! Не своими глазами, но я чувствовал! Я видел суд над Барти Краучем-младшим в видении! Он жив! у! Фадж уставился на Рона. - Мистер Уизли! Что за дикие заявления! Барти Крауч-младший мёртв! - Он не мёртв! - настаивал Рон. - Он где-то там! Снейп подошёл ближе, его лицо было непроницаемым. - Министр, юный мистер Уизли-Бартон обладает… необычайными способностями. Его заявления не стоит игнорировать. Дамблдор воспользовался моментом, чтобы обратиться к волшебникам, которые всё ещё были в Зале. - Вы должны выбрать! Вы можете верить лжи Министерства и закрывать глаза на опасность, или вы можете поверить мальчику, который пережил то, что никто из нас не переживал. Время не ждёт. Мы должны объединиться. На трибунах начался хаос. Некоторые студенты и родители спешно покидали Зал, другие оставались, ошеломлённые. - Мы не будем объединяться! - заявил Фадж. - Министерство магии… возьмёт это дело под свой контроль. И никто не будет распространять эти… слухи! - Вы совершаете огромную ошибку, Корнелиус, - сказал Дамблдор, его голос был холоден как лёд. - Эта ошибка будет стоить многих жизней. В этот момент, Гермиона подошла к Гарри и Рону, её глаза были красными от слёз, но в них светилась решимость. - Что мы будем делать, Гарри? Гарри поднял голову, его взгляд был полон печали, но и новой, твёрдой решимости. - Мы будем бороться, Гермиона. Мы будем бороться. Рон кивнул, его рука сжалась в кулак. Его ум уже работал над планом. - Да. И мы не будем одни. После объявления Дамблдора о возвращении Волан-де-МортаБольшой Зал наполнился ужасом и неверием. Фадж, Министр магии, отказывался верить словам Гарри и Дамблдора, считая их бреднями. Рон и Гермиона поддержали Гарри, и Дамблдор заявил о необходимости объединения перед лицом надвигающейся угрозы. Пока в Большом Зале царил хаос, а Фадж спорил с Дамблдором, Грозный Глаз Грюм резко схватил Гарри за руку. Его волшебный глаз сверкнул с необычной интенсивностью. - Быстрее, Поттер! - прорычал Грюм, его голос был непривычно резким, полным нетерпения. - Нам нужно поговорить! Сейчас же! Он буквально поволок Гарри через толпу, игнорируя протесты и шокированные взгляды. Гарри, обессиленный и ошеломлённый всем произошедшим, не сопротивлялся. Он позволил Грюму увести себя. Рон и Гермиона попытались последовать за ними, но их остановили преподаватели. Грюм тащил Гарри по коридорам, пока они не оказались в его кабинете. Дверь захлопнулась за ними с громким стуком. - Закрой шторы! - рявкнул Грюм. - Никто не должен нас видеть! Гарри, хоть и недоумевал, выполнил приказ. Затем Грюм подошёл к столу, схватил флакон с какой-то зелёной жидкостью и протянул Гарри. - Выпей это! Быстрее! Это поможет тебе сосредоточиться! Гарри заколебался. Он чувствовал, что что-то не так. Грюм был слишком резким, слишком требовательным. Его интонации… они были не совсем теми, к которым он привык. - Что это, профессор? - спросил Гарри, подозрительно глядя на флакон. - Не задавай лишних вопросов, Поттер! - прорычал Грюм, его лицо исказилось. - Это всего лишь укрепляющее зелье! Оно тебе понадобится! Пока Грюм пытался заставить Гарри выпить зелье, в коридоре, у дверей кабинета, остановились Дамблдор и Северус Снейп. Дамблдор внимательно смотрел на закрытую дверь, его голубые глаза были необычайно острыми. - Северус, - тихо сказал Дамблдор, его голос был едва слышен. - Это не Аластор Грюм. Снейп нахмурился. - Вы уверены, директор? Его манера поведения… весьма соответствует ему. - Отчасти, - ответил Дамблдор. - Но есть детали. Неуловимые, но важные. Я наблюдал за ним весь год. И я видел его реакцию на возвращение Тёмного Лорда. И его чрезмерное усердие сейчас… Он слишком сильно тянет Гарри к себе. К чему бы это? К тому же, его палочка… она никогда не лежала так. Снейп проследил за взглядом Дамблдора на палочку, которая виднелась сквозь щель в двери. - Вы имеете в виду… оборотное зелье? Дамблдор кивнул. - Именно. Только кто? И с какой целью? На протяжении всего года он был рядом с Гарри. Он натаскивал его к турниру. К чему бы такая тщательная подготовка? Он направлял его. - Это мог быть любой из его бывших последователей, - сказал Снейп, его голос был холодным. - Многие из них жаждут вернуться к Хозяину. - И они сделают что угодно, чтобы помочь ему, - добавил Дамблдор. - Неудивительно, что они использовали этот турнир как приманку. И он был… очень настойчив в своих «советах» Гарри. Внутри кабинета Грюм почти насильно пытался втолкнуть флакон в руку Гарри. - Пей, Поттер! Немедленно! Гарри, уже чувствуя, что происходит что-то зловещее, попытался выбить флакон. - Нет! В этот момент дверь кабинета распахнулась, и на пороге появились Дамблдор и Снейп. Дамблдор поднял палочку. - Отпустите его, Крауч! - твёрдо произнёс Дамблдор. Лже-Грюм замер. Его волшебный глаз бешено закрутился. Его лицо исказилось от ярости, а затем начало меняться. Кожа побледнела, глаз вернулся на место, а из-за мантии показался язык, который часто облизывал губы. На их глазах Грюм превращался в Барти Крауча-младшего. - Вы… вы знали! - прошипел Крауч-младший, его глаза горели безумием. - Конечно, знал, - спокойно ответил Дамблдор. - Были некоторые… несоответствия. Твоя манера жевать жвачку. Твоё чрезмерное усердие в отношении Гарри. И то, что ты так тщательно хранил флакон с Оборотным зельем в своём кабинете. Крауч-младший попытался схватить Гарри, но Снейп был быстрее. Он оттолкнул Гарри в сторону. - Информациум Ревелео! - прошептал Снейп, и из его палочки вырвалось серебряное сияние, окутавшее Крауча-младшего. На мгновение, тело Крауча-младшего словно засветилось изнутри, показывая следы Пожирателя Смерти, его связи. - Северус, - сказал Дамблдор, его голос был полон скорби и решимости. - Принесите, пожалуйста, самое сильное зелье правды, которое у вас есть. Снейп кивнул и вышел, чтобы принести зелье. Гарри смотрел на Крауча-младшего, которого теперь крепко держали Дамблдор и Грюм (настоящий, которого, вероятно, держали в сундуке) - осознание того, что этот человек был рядом с ним весь год, направлял его, учил его… было просто шокирующим. Когда Снейп вернулся с флаконом дымящейся жидкости, Барти Крауч-младший корчился на полу, схваченный Дамблдором. Его глаза метались, полные безумия и ярости. Гарри, потрясённый, наблюдал за происходящим. Он до сих пор не мог поверить, что человек, который учил его весь год, был заклятым врагом. - Подержите его крепко, Альбус, - сказал Снейп, его голос был ледяным. Он насильно влил содержимое флакона в рот Крауча-младшего. Крауч-младший тут же задрожал. Его тело напряглось, затем расслабилось. Глаза остекленели, но в них появилась жуткая ясность. Он не мог сопротивляться. - Барти Крауч-младший, - начал Дамблдор, его голос был спокоен, но полон власти. - Расскажи нам всё. Что произошло сегодня вечером? Голос Крауча-младшего был монотонным, безэмоциональным, словно механическим. - Я привёл Гарри Поттера на кладбище. По приказу моего Хозяина. Кубок был Портключом. Гарри вздрогнул. - Ты убил Седрика? - Да, - безразлично ответил Крауч-младший. - Петтигрю убил его. По приказу Хозяина. Он был лишним. Дамблдор продолжил допрос: - Кто такой "Хозяин"? - Лорд Волан-де-Морт, - прошипел Крауч-младший. - Он вернулся. Он возродился. Сегодня ночью. Гарри почувствовал, как мурашки пробежали по его коже. Вот оно, подтверждение. - Как ты попал сюда, Крауч? - спросил Снейп, его голос был напряжённым. - Ты должен был быть мёртв. - Моя мать… она умерла в Азкабане вместо меня, - объяснил Крауч-младший, его голос был безжизненным. - С помощью моего отца. Он применил Оборотное зелье. Он принёс её тело в Азкабан, а меня вывез. Мы поменялись. Моя мать хотела спасти меня. - А что случилось с твоим отцом? Барти Крауч-старший? - спросил Дамблдор. - Он держал меня дома. Под контролем заклятия Империус. Он был вынужден молчать. Но мой Хозяин узнал. Когда я прибыл в Хогвартс… в образе Грюма, - Крауч-младший слегка склонил голову, словно отдавая дань уважения собственному коварству, - я ослабил контроль над отцом. Он начал бороться. Он сбежал. Пытался предупредить Дамблдора. Но Хозяин… он послал Петтигрю убить его. Петтигрю убил его и превратил в кость, чтобы использовать в ритуале. Гарри закрыл глаза, чувствуя тошноту. Значит, он был прав. Крауч-старший был убит. - Ты убил своего собственного отца? - прошептал Гарри. - Не я, - безразлично ответил Крауч-младший. - Петтигрю. Но я не возражал. Он был предателем. - И ты использовал Оборотное зелье весь год, чтобы изображать Аластора Грюма? - спросил Дамблдор. - Да, - ответил Крауч-младший. - Каждый час. Чтобы быть рядом с Гарри Поттером. Чтобы направить его. Чтобы он дотронулся до Кубка. Хозяин планировал это много месяцев. Он хотел, чтобы Гарри пришёл к нему сам. - Где настоящий Аластор Грюм? - спросил Снейп. - В этом сундуке, - указал Крауч-младший на большой, зачарованный сундук в углу комнаты. - Он жив. Под заклятием. Дамблдор подошёл к сундуку, быстро снял чары и открыл его. Внутри, в одной из камер, лежала безжизненная фигура настоящего Грозного Глаза Грюма, связанного и запечатанного. Он выглядел измождённым, но живым. - А теперь, - сказал Дамблдор, снова обращаясь к Краучу-младшему, - кто из Пожирателей Смерти был на кладбище? Крауч-младший начал называть имена. Каждое имя звучало как удар. - Малфой… Люциус Малфой. Нотт. Крэбб. Гойл. Макнейр. И многие другие. Они ждали его возвращения. Они будут служить ему снова. Снейп вздрогнул. Его лицо оставалось безэмоциональным, но Гарри заметил мимолётное выражение, похожее на боль. Допрос продолжался, и Крауч-младший раскрыл детали заговора, план Волан-де-Морта по захвату власти, его намерение использовать старых союзников и привлечь новых. Его слова были ужасающими, но подкрепляли каждое заявление Гарри. Наконец, когда поток информации иссяк, Дамблдор отменил действие зелья. Крауч-младший рухнул на пол, снова начав корчиться, его разум был сломлен. - Позаботьтесь о нём, Северус, - сказал Дамблдор. - Он должен быть в Азкабане. И Министерство должно услышать всё это. Снейп кивнул, его взгляд задержался на Крауче-младшем с чем-то похожим на отвращение. Дамблдор подошёл к Гарри, его глаза были полны сострадания. - Гарри… ты прошёл через ужасное испытание. Я так сожалею. Гарри покачал головой. - Он вернулся, профессор. И он знает, что я вернулся. - Мы знаем, Гарри, - ответил Дамблдор. - Теперь все знают. После шокирующего допроса Барти Крауча-младшего, Дамблдор поспешил отправить его в Азкабан, приказав Снейпу и мракоборцам позаботиться о нём и освободить настоящего Грозного Глаза Грюма из сундука. В кабинете остались только Гарри и Дамблдор. На Гарри тяжело давило всё произошедшее: смерть Седрика, возвращение Волан-де-Морта и осознание того, что его учитель оказался врагом. Дамблдор подошёл к Гарри, его глаза светились мудростью и глубокой печалью. - Сядь, Гарри, - сказал Дамблдор, указывая на кресло. Его голос был мягким. Гарри тяжело опустился в кресло, его тело дрожало от усталости и нервного напряжения. В голове всё ещё звучал голос Волан-де-Морта и образ мёртвого Седрика. - Я знаю, Гарри, - тихо начал Дамблдор, его взгляд был устремлён на юношу. - То, что ты пережил этой ночью, ужасно. Очень немногие волшебники могли бы вынести такое. - Он вернулся, профессор, - прошептал Гарри, его голос был хриплым. - По-настоящему. Он убил Седрика. Прямо передо мной. Лицо Дамблдора омрачилось. - Да, Гарри. Я верю тебе. Я всегда верил тебе. И теперь, к сожалению, у нас есть неопровержимые доказательства. Слова Крауча-младшего под Сывороткой Правды были услышаны и записаны. Министерство будет вынуждено признать это, хоть и не сразу. - Но Фадж… он не поверил, - сказал Гарри. - Он сказал, что я брежу. Дамблдор тяжело вздохнул. - Корнелиус… он предпочитает видеть то, что ему удобно, Гарри. Он боится признать то, что нарушит его спокойный мир. Но правда всегда выходит наружу. И она выйдет. - Что будет теперь? - спросил Гарри, глядя на Дамблдора. - Что мы будем делать? Дамблдор посмотрел на него со всей серьёзностью. - Теперь начинается настоящая битва, Гарри. Волан-де-Морт вернулся, и он полон сил. Он будет искать своих старых союзников. Он будет пытаться восстановить свою армию. И он будет искать тебя. - Почему я, профессор? - спросил Гарри. - Почему он всегда преследует меня? - Потому что ты - его самое большое поражение, Гарри, - мягко ответил Дамблдор. - Ты символ его падения. И твое выживание – загадка для него. Вы обладаете особой связью, Гарри. Такого не было ни у кого. Он не понимает, почему он не может тебя убить. И он боится этого. Дамблдор встал и подошёл к окну, глядя на тёмный замок. - Нам предстоит много работы. Мы должны собрать тех, кто верит правде. Тех, кто готов бороться. Орден Феникса должен быть восстановлен. - Орден Феникса? - переспросил Гарри. - Тайная организация, которая боролась с Волан-де-Мортом в прошлый раз, - объяснил Дамблдор. - Многие её члены пали. Твои родители были её частью. Сириус… он тоже был членом Ордена. Гарри почувствовал лёгкую надежду. - Значит, Сириус в безопасности? - Пока что да, - кивнул Дамблдор. - Он был здесь. Он почувствовал опасность. И он, несомненно, присоединится к нам. Дамблдор повернулся к Гарри. - Твоя роль в этом, Гарри, будет ключевой. Ты видел его. Ты боролся с ним. Ты выжил. Твои слова, твои действия будут вдохновлять других. Но это будет опасно. Очень опасно. Гарри кивнул, его взгляд стал твёрдым. - Я готов. Я должен это сделать. За Седрика. За моих родителей. Дамблдор положил руку на плечо Гарри. - Я знаю, Гарри. И я буду рядом. Ты не один. Тем временем, за дверью кабинета, Рон и Гермиона не находили себе места. Они ходили взад и вперёд по коридору, прислушиваясь к каждому шороху. - Что там происходит? - прошептала Гермиона, её голос дрожал от волнения. - Почему они так долго? - Я не знаю, - ответил Рон, его Легилименция ощущала сильные эмоции Гарри, но не могла разобрать слова. Он чувствовал его истощение, его горе, но и какую-то новую, твёрдую решимость. - Я чувствую, что Гарри… он изменился. Что-то там происходит. Очень важное. В этот момент дверь кабинета Дамблдора открылась. На пороге стоял Гарри, его лицо было бледным, но в его глазах горел решительный огонь. Рядом с ним стоял Дамблдор, его взгляд был полон спокойной силы. Рон и Гермиона тут же бросились к Гарри. Рон обнял его так крепко, что у Гарри перехватило дыхание. - Гарри! - прошептал Рон, его голос дрожал. - Мы так волновались! Что там случилось? Гермиона тоже обняла его, её глаза были полны слёз. - Мы слышали… мы чувствовали, что что-то не так. Гарри глубоко вдохнул, пытаясь собраться с мыслями. Он посмотрел на своих друзей, и в их глазах увидел не просто беспокойство, а глубокую, непоколебимую поддержку. - Седрик… он мёртв, - тихо сказал Гарри. - Волан-де-Морт вернулся. Рон и Гермиона кивнули. Они уже знали. - И… - Гарри оглянулся на дверь кабинета Дамблдора, убедившись, что они одни в коридоре. - Грозный Глаз Грюм… это был не он. Это был Барти Крауч-младший. Весь год. Он использовал Оборотное зелье. Он подстроил всё, чтобы я попал к Волан-де-Морту. Рон и Гермиона ахнули, их лица побелели. - Что?! - выдохнула Гермиона. - Весь год?! - И он признался под Сывороткой Правды, - добавил Гарри. - Он убил своего отца, чтобы помочь Волан-де-Морту. Он назвал имена других Пожирателей Смерти, которые были там. Люциус Малфой… Рон сжал кулаки. - Малфой… Я знал! Я всегда чувствовал, что они связаны с этим! Гермиона схватила Гарри за руку. - Но теперь… теперь Министерство поверит Дамблдору, верно? Теперь они будут действовать? Гарри покачал головой. - Фадж не хочет верить. Он сказал, что я брежу. Дамблдор сказал, что он предпочитает закрывать глаза на правду. Но Дамблдор собирает людей. Он восстанавливает Орден Феникса. Рон и Гермиона переглянулись. В их глазах читалась смесь страха и решимости. - Значит… война, - тихо произнёс Рон. Гарри кивнул. - Да. И Дамблдор сказал, что мы… мы будем в центре всего этого. Рон положил руку на плечо Гарри. - Тогда мы будем рядом, Гарри. Вместе. Ты не один. Гермиона крепко сжала руку Гарри. - Мы будем бороться с тобой. Что бы ни случилось. Мы готовы. В этот момент, их взгляды встретились. В них была печаль по Седрику, ужас от осознания возвращения Волан-де-Морта, но и непоколебимая, общая решимость. Их дружба, закалённая в огне испытаний, стала ещё крепче. Гарри чувствовал, как сила Рона, его уникальные способности, его ум и верность, будут их опорой в грядущей борьбе. После допроса Барти Крауча-младшего, который под Сывороткой Правды раскрыл все детали возрождения Волан-де-Морта и убийства Седрика, Гарри остался наедине с Дамблдором. Директор сообщил Гарри о скором начале новой войны, о возрождении Ордена Феникса и о ключевой роли Гарри в грядущей борьбе. Вернувшись к Рону и Гермионе, Гарри рассказал им всё, и друзья, охваченные смесью ужаса и решимости, поклялись бороться вместе. На следующий день, после кошмарных событий Турнира, атмосфера в Хогвартсе была напряжённой. Новости о смерти Седрика и, что ещё страшнее, о возвращении Волан-де-Морта, распространились по замку, вызывая панику и недоверие. Уроки были отменены, и студенты бродили по коридорам, шепчась и выглядывая преподавателей. Гарри, Рон и Гермиона сидели в гостиной Гриффиндора, пытаясь осмыслить произошедшее. Гарри был измотан, но его взгляд был твёрд. - Я до сих пор не могу поверить, что Крауч-младший был здесь весь год, - пробормотала Гермиона, теребя свой браслет. - И что никто не заметил… - Дамблдор заметил, - поправил Рон, его Легилименция помогала ему лучше понимать детали ситуации. - Просто он ждал подходящего момента, чтобы разоблачить его. И он видел, что Крауч вёл Гарри к этому Кубку. - Но он не остановил его раньше, - тихо сказал Гарри. - Седрик… Рон положил руку на плечо Гарри. - Это не твоя вина, Гарри. Никто не мог предвидеть всего этого. Ты сделал всё, что мог. В этот момент, Гарри вспомнил о Кубке и о том, что он был технически победителем Турнира. - Слушайте… я совсем забыл. Из-за всего этого… мне полагается денежный приз. Тысяча галеонов. Рон и Гермиона уставились на него. - Тысяча галеонов?! - воскликнул Рон, его глаза расширились. - Гарри, это целое состояние! - Я не знаю, что с ними делать, - сказал Гарри, проводя рукой по волосам. - После всего, что произошло… я не хочу их. Мне они не нужны. - Не говори так, Гарри! - возразила Гермиона. - Это огромные деньги! Они могут быть очень полезны. - Но на что? - спросил Гарри. - Я не могу просто потратить их на сладости. И я не хочу, чтобы они лежали просто так. Рон задумался, а потом его глаза загорелись. - Гарри, это очевидно! Положи их на свой счёт в Гринготтсе! Просто пусть лежат там. Вдруг они пригодятся в будущем? Тебе пригодятся. Мы не знаем, что будет дальше. Гарри задумался. Слова Рона имели смысл. В свете возвращения Волан-де-Морта деньги могли стать важным ресурсом. - Может быть, ты прав, Рон, - сказал Гарри. - Просто положить их на счёт. На всякий случай. Тем временем, в своём кабинете, Дамблдор разговаривал с Минервой МакГонагалл. На столе лежали свитки и карты, которые они изучали. - Минерва, - сказал Дамблдор, его голос был серьёзен. - Министерство находится в состоянии отрицания. Фадж отказывается видеть правду. - Это безумие, Альбус! - воскликнула МакГонагалл, её лицо было напряжённым. - Он подвергает опасности весь волшебный мир! Каково его объяснение убийству Седрика Диггори? - Он утверждает, что Гарри впал в истерику и бредил, - ответил Дамблдор, покачав головой. - А смерть Седрика… он спишет на несчастный случай внутри лабиринта. Он постарается замять всё это. - Но Крауч-младший! Его показания под Сывороткой Правды! - настаивала МакГонагалл. - Да, - сказал Дамблдор. - Мы записали их. И мы предоставим их Визенгамоту. Но это займёт время. Фадж будет использовать все свои ресурсы, чтобы подавить эту информацию. Он боится паники. И, что ещё хуже, он боится потерять контроль. - Значит, мы будем бороться в одиночку? - спросила МакГонагалл. - Не в одиночку, Минерва, - ответил Дамблдор, его глаза сверкнули. - У нас есть те, кто верит. И те, кто готов действовать. Нам нужно восстановить Орден Феникса. Свяжитесь с теми, кто был верен в прошлый раз. Кто остался в тени. Мы должны собраться. - А Гарри? - спросила МакГонагалл. - Что будет с ним? Дамблдор посмотрел в окно, его взгляд был задумчивым. - Гарри… он прошёл через слишком многое. Он будет нашей надеждой. Но ему нужна защита. И ему нужна правда. Ему нужна подготовка. - Он уже продемонстрировал невероятную силу, Альбус, - сказала МакГонагалл. - Его связь с Роном… я видела, как Рон чувствовал его боль. - Это уникальная связь, Минерва, - кивнул Дамблдор. - Невероятно редкое явление. Она станет ключом в этой войне. Рон будет его опорой. И Гермиона, конечно. Вместе они сильнее. Дамблдор обернулся к МакГонагалл, его лицо было полно решимости. - Передайте всем верным, что Орден Феникса созывается. Мы должны действовать быстро. Последние дни учебного года в Хогвартсе были омрачены тревогой. Несмотря на заверения Министерства, что Седрик Диггори погиб в результате несчастного случая, а Гарри Поттер «пострадал от эмоционального шока», шепот о возвращении Тёмного Лорда разносился по замку. Многие студенты, особенно старшие, выглядели напуганными. Гарри, Рон и Гермиона проводили всё свободное время вместе, обсуждая события и свои опасения. Гарри уже передал денежный приз мистеру Уизли, который обещал положить его на счёт в Гринготтсе, как предложил Рон. - Это будет долгое лето, - пробормотала Гермиона, просматривая последние страницы учебника. - Я не представляю, как мы будем сидеть дома, зная, что Он вернулся. - Мы не будем сидеть без дела, - твёрдо сказал Гарри. - Дамблдор что-то планирует. Он сказал, что восстановит Орден Феникса. Рон кивнул, его взгляд был сосредоточенным. - И мы будем его частью. Я чувствую это. Моя Легилименция… она теперь постоянно работает на фоне. Я чувствую столько страха, столько злобы вокруг. Но я также чувствую, что Дамблдор не теряет надежды. В это же время в своём кабинете Дамблдор вёл напряжённый разговор со Снейпом. На столе перед ними лежали карты и старые записи. - Итак, Северус, - сказал Дамблдор, его голос был тихим, но серьёзным. - Ты готов? Снейп кивнул, его лицо было непроницаемым, как всегда. - Я готов, Альбус. Я вернусь к нему. - Это будет опасно, Северус, - предупредил Дамблдор. - Возможно, опаснее, чем когда-либо. Он сейчас полон сил и ярости. Он будет искать предателей. - Я знаю, - ответил Снейп. - Но другого пути нет. Кто-то должен быть на его стороне, чтобы мы знали, что он планирует. - Твоё положение неоценимо, - сказал Дамблдор. - Но помни, Северус, твой долг в первую очередь перед нами. Ты должен сообщать обо всём, что узнаешь. Особенно о планах против Гарри. Снейп кивнул. - Я понимаю. Но я не могу гарантировать… - Никто не может ничего гарантировать в этой войне, Северус, - прервал его Дамблдор. - Просто делай то, что считаешь нужным. Я доверяю тебе. В его словах не было ни тени сомнения. Снейп лишь слегка вздрогнул, словно ему было непривычно слышать такие слова. В последний вечер перед отъездом из Хогвартса, Гарри, Рон и Гермиона сидели на скамейке у озера. Солнце медленно садилось, окрашивая небо в оранжевые и фиолетовые тона. - Мне кажется, что я не смогу спать спокойно всё лето, - признался Гарри. - Эти кошмары… они только усилились. - Мы будем с тобой, Гарри, - сказала Гермиона, её голос был мягким. - Мы будем писать. И мы будем держать связь. Рон кивнул. - Да. И я буду тренироваться ещё усерднее. Мои способности… я должен их развивать. Моя Сила может пригодиться в этой войне. А мой контроль растений и магия воздуха… кто знает, что ещё я смогу сделать. - Я верю в тебя, Рон, - сказал Гарри, глядя на друга. - И я верю в нас всех. Мы справимся. - Мы должны, - тихо ответила Гермиона. - Ради всех. Гарри подумал о Седрике, о своих родителях, о Сириусе, который теперь снова был на свободе, но в опасности. Впереди их ждало неизвестное лето, но одно было ясно: они больше не были детьми, играющими в волшебство. Они были на пороге настоящей войны, и их дружба была единственным, что могло их спасти. - Что ж, - сказал Рон, вставая. - Пора паковать вещи. Встретимся в поезде. И помните… если что-то случится, мы найдём способ связаться. Последние дни учебного года в Хогвартсе были омрачены тревогой после возвращения Волан-де-Морта. Гарри, Рон и Гермиона провели это время вместе, обсуждая предстоящие вызовы, и Гарри решил положить свой денежный приз в Гринготтс по совету Рона. Дамблдор тем временем начал подготовку к возрождению Ордена Феникса, а Снейп согласился вернуться в ряды Пожирателей Смерти в качестве двойного агента. Друзья пообещали друг другу поддерживать связь и готовиться к грядущей войне. Наступил последний день учёбы. Большинство студентов уже суетились, пакуя чемоданы и предвкушая летние каникулы, но для Гарри, Рона и Гермионы это лето обещало быть совсем неспокойным. Они старались держаться вместе, хотя Гарри чувствовал на себе взгляды других студентов – любопытные, испуганные, а иногда и осуждающие. Рон сидел в библиотеке, углубившись в одну из древних книг, которую он взял из Запретной Секции с помощью Дамблдора. Это был трактат по древней магии стихий, включающий в себя также главы о контроле растений и искусстве полёта без метлы. Его умный мозг поглощал информацию, он пытался систематизировать полученные знания со своими врождёнными способностями Силы. В какой-то момент, подняв голову от книги, Рон увидел, что за соседним столом сидит Падма Патил. Она выглядела задумчивой, перелистывая какую-то книгу по Нумерологии. Рон, ощущая лёгкий импульс, словно его Сила подталкивала его, решился подойти. Он аккуратно закрыл свою книгу и подошёл к ней. - Привет, Падма, - сказал он, стараясь выглядеть расслабленным, хотя его нервы были натянуты. Падма вздрогнула и подняла голову, её глаза расширились. - О, Рон! Привет. Ты… ты что-то читал? - Да, - кивнул Рон. - Просто… кое-что для себя. Слушай, Падма, я хотел спросить… Как ты? После всего, что произошло? С Седриком… и… Падма опустила взгляд. - Это… это было ужасно, Рон. Мне до сих пор не верится. Мои родители очень напуганы. Они сказали, что теперь никуда не отпустят меня одну. Рон понимающе кивнул. Его Легилименция уловила её искренний страх и тревогу за будущее. - Я понимаю. Это страшно. Я тоже… Он запнулся, не зная, как объяснить то, что он чувствовал. - Просто… мне кажется, что мы не можем просто так отмахнуться от этого. Мы должны быть готовы. Падма подняла на него глаза. - Готовы к чему, Рон? К войне? Мои родители говорят, что Министерство справится. Что Дамблдор слишком… эксцентричен. Рон нахмурился. - Министр Фадж не хочет верить. Но Гарри видел его. Я чувствовал его. И я верю Гарри. И Дамблдору. Падма посмотрела на него с удивлением. - Ты… ты так в это веришь? - Да, - твёрдо ответил Рон. - И я собираюсь подготовиться. Мы все должны. Падма кивнула, её взгляд стал задумчивым. Она видела в Роне что-то новое, какую-то глубокую серьёзность, которой раньше не замечала. - Я… я не знаю, Рон. Это всё так… страшно. - Я знаю, - мягко сказал Рон. - Но мы справимся. Мы должны. В это же время, недалеко от библиотеки, Гермиона разговаривала с Виктором Крамом. Крам выглядел подавленным, его обычно суровое лицо было полно грусти. - Я улетаю сегодня, Гермиона, - сказал Крам, его акцент был сильнее обычного. - Я не думаю, что вернусь в Хогвартс в следующем году. Мой директор сказал, что нам небезопасно здесь оставаться. - Я понимаю, Виктор, - Гермиона вздохнула. - Я бы тоже хотела, чтобы всё было по-другому. - Ты веришь… в то, что сказал Дамблдор? - спросил Крам, его взгляд был прямым. Гермиона кивнула. - Да, Виктор. Я верю. Гарри видел его. И Рон… Рон почувствовал его возвращение. Крам нахмурился. - Рон… он стал другим. Более… сильным. Я чувствую это. В нём есть что-то. Гермиона улыбнулась. - Он многому научился в этом году. Он очень вырос. - Да, - сказал Крам. - Он… он не просто друг Гарри Поттера. Он сам по себе стал великим волшебником. Он протянул ей руку. - Прощай, Гермиона. Я никогда не забуду тебя. И я надеюсь, что мы ещё встретимся. В более… мирное время. Гермиона пожала его руку. - Прощай, Виктор. Я тоже надеюсь. С тяжёлым сердцем Рон собирал чемодан накануне отъезда из Хогвартса. Обычно этот процесс сопровождался радостным предвкушением каникул, но не в этот раз. Каждое движение, каждый сложенный свитер или учебник отзывались в нём горечью. Образ Седрика Диггори, безжизненно лежащего на траве, стоял у него перед глазами. И осознание того, что Волан-де-Морт вернулся, делало это прощание с Хогвартсом особенно тревожным. Его Легилименция ощущала общую атмосферу страха и неопределённости, витавшую в замке. Он чувствовал, как многие студенты спешат домой, пытаясь убежать от этой новой, пугающей реальности. Когда он закончил, Гарри и Гермиона вошли в их спальню. Гарри выглядел задумчивым, а Гермиона - печальной. - Всё готово? - тихо спросила Гермиона. Рон кивнул. - Да. Только… не хочется уезжать. Кажется, что здесь безопаснее. - Но мы будем вместе, Рон, - сказал Гарри. - И мы будем готовиться. Вечером, когда Гарри, Рон и Гермиона вошли в Большой Зал на прощальный пир, они сразу заметили, что зал не украшен, как обычно, цветами победившего факультета. Сегодня стена за учительским столом была задрапирована чёрным. Гарри тут же понял, что это - дань уважения Седрику. Настроение в Зале было далёким от праздничного. Гул голосов был приглушённым, а улыбки - редкими. За учительским столом сидели преподаватели. Мадам Максим была на месте. Она сидела рядом с Хагридом, и они о чём-то тихо переговаривались, их лица были серьёзными. Хагрид выглядел подавленным, но его глаза были полны решимости. Рон огляделся, ища знакомые лица. Он заметил, что на месте Грозного Глаза Грюма сидел… настоящий Грозный Глаз Грюм. Его волшебный глаз вертелся в орбите, осматривая Зал, но на этот раз в его движениях не было той чрезмерной нервозности, которую они видели у Крауча-младшего. Настоящий Грюм выглядел измождённым, но его взгляд был ясным и проницательным. - Смотрите, - прошептала Гермиона, указывая на Грюма. - Это настоящий. - Да, - тихо сказал Гарри. - Дамблдор освободил его. Рон почувствовал облегчение. По крайней мере, один враг был разоблачён и обезврежен. Размышления Рона прервал профессор Дамблдор, который поднялся со своего места. Его фигура, освещённая свечами, казалась величественной и скорбной. Зал мгновенно затих. - Дорогие студенты, - начал Дамблдор, его голос, усиленный магией, разнёсся по Залу, - ещё один учебный год подошёл к концу. И этот год… был полон как радости, так и великой печали. Его взгляд задержался на чёрной драпировке за столом. - Сегодня мы вспоминаем Седрика Диггори, который был храбрым, добрым и верным. Его смерть… это трагедия, которая коснулась всех нас. И мы никогда не забудем его. Многие студенты начали всхлипывать. Миссис Диггори, сидевшая за столом Пуффендуя, закрыла лицо руками. - Седрик был убит, - продолжил Дамблдор, его голос стал твёрже, - по приказу Лорда Волан-де-Морта. По Залу прокатился вздох ужаса. Многие вздрогнули, услышав это имя. - Лорд Волан-де-Морт вернулся, - повторил Дамблдор, его глаза сверкнули. - И он снова среди нас. Министерство магии… возможно, не захочет признать эту правду. Но вы, студенты… вы должны знать её. Вы должны быть готовы. Дамблдор стоял за учительским столом, его фигура была величественной и трагичной на фоне чёрной драпировки. Зал был погружён в напряжённую тишину, когда он говорил о Седрике Диггори и о возвращении Лорда Волан-де-Морта. - ...Впереди нас ждут тёмные времена, - голос Дамблдора звучал глубоко и серьёзно, эхом разносясь по Залу. - Но помните: вы не одни. Мы должны держаться вместе. Мы должны быть сильными. И мы должны бороться за то, что правильно. В этот момент, за слизеринским столом, Драко Малфой, который до сих пор сидел с презрительным выражением лица, демонстративно закатил глаза, словно слова Дамблдора были для него пустой болтовнёй. Он слегка откинулся на спинку скамьи, скрестив руки на груди, явно показывая своё пренебрежение. Рон, который сидел за гриффиндорским столом, заметил это. Его Легилименция уловила волну высокомерия и скуки, исходящую от Малфоя. В этот серьёзный момент, когда Дамблдор говорил о смерти и войне, такое поведение было просто возмутительным. Рон не сдержался. Едва заметным движением пальца, он использовал свою беспалочковую магию и контроль воздуха. Он направил очень локализованный, но мощный порыв ветра прямо на голову Малфоя. В тот же миг, когда Дамблдор продолжил: - ...Мы должны быть бдительны и не позволять страху овладеть нами..., Волосы Малфоя, которые он так тщательно прилизывал, резко взметнулись вверх, словно их ударило статическим электричеством, и встали дыбом во все стороны, превратив его в некое подобие белого, взъерошенного пуделя. Его тщательно уложенные пряди буквально плясали в воздухе, а затем опустились в совершенно нелепом беспорядке. По слизеринскому столу прокатился приглушённый смешок. Крэбб и Гойл изо всех сил пытались сдержать гогот, их лица покраснели, а плечи тряслись. Некоторые студенты за другими столами тоже не смогли удержаться от хихиканья, заметив внезапную "причёску" Малфоя. Малфой почувствовал на себе взгляды. Он поспешно провёл рукой по волосам, пытаясь их пригладить, но они лишь ещё больше растрепались. Его лицо побагровело от ярости и унижения. Он метнул гневный, но совершенно растерянный взгляд в сторону гриффиндорского стола, не понимая, что произошло. Дамблдор на мгновение прервался. Его глаза-полумесяцы скользнули по Малфою, затем на мгновение задержались на Роне, и в них мелькнул едва заметный огонёк веселья. Но тут же его лицо снова стало серьёзным. - ...Помните, что свет всегда найдёт путь сквозь тьму, - продолжил Дамблдор, его голос был твёрд и спокоен, словно ничего не произошло. - И пока мы держимся вместе, мы непобедимы. Гарри и Гермиона изо всех сил пытались сдержать смех. Гарри прикрыл рот рукой, а Гермиона уткнулась лицом в плечо Рона, её плечи тряслись от сдерживаемого гогота. Рон же, словно ничего не произошло, спокойно смотрел на Дамблдора, лишь его глаза озорно поблёскивали. Малфой, чувствуя себя полным идиотом, резко развернулся и, не дожидаясь конца речи, почти бегом выскочил из Зала, за ним, давясь смехом, поплелись Крэбб и Гойл. Дамблдор закончил свою речь, его слова были полны надежды и предупреждения. Зал, хоть и был потрясён его словами, всё же почувствовал лёгкое облегчение от этого комичного инцидента. Дамблдор закончил свою речь, и хотя слова о Волан-де-Морте вызвали шок, лёгкий комический инцидент с Малфоем немного разрядил напряжение. Директор оглядел Зал, его взгляд был полон мудрости и глубокой печали. - И последнее, что я хочу сказать вам, - произнёс Дамблдор, его голос был мягким, но отчётливым. - Когда вы покинете эти стены, помните о том, что вы узнали здесь. Не только о заклинаниях и зельях, но и о дружбе, о храбрости, о верности. Эти качества будут вашим самым сильным оружием в грядущие времена. Он посмотрел на Гарри, Рона и Гермиону, а затем на других студентов. - Будьте бдительны. Доверяйте своим инстинктам. И если вы увидите несправедливость, не молчите. Если вы увидите зло, не отворачивайтесь. Ищите свет даже в самой глубокой тьме. Дамблдор сделал паузу, его глаза сверкнули. - А теперь… наслаждайтесь остатком вечера. И пусть ваше лето будет безопасным. Зал наполнился приглушённым гулом. Студенты начали вставать, направляясь к выходу. Некоторые подходили к своим преподавателям, чтобы попрощаться. Гарри, Рон и Гермиона тоже встали. Они чувствовали тяжесть слов Дамблдора, но и новую решимость. - Он прав, - тихо сказал Гарри. - Мы должны быть готовы. - И мы будем, - ответила Гермиона, её голос был твёрд. - Мы будем читать. Мы будем тренироваться. Мы будем искать информацию. Рон кивнул. Его Легилименция ощущала волны страха и неуверенности, исходящие от других студентов, но в то же время он чувствовал в себе и своих друзьях растущую силу. - Мои способности… я должен их развивать. Магия стихий, сила… всё это пригодится. И я буду продолжать тренировать беспалочковую магию. - Мы будем держать связь, - сказал Гарри. - Я буду писать вам. И вы мне. - Конечно, - Гермиона кивнула. - И мы должны быть осторожны. Министерство не верит Дамблдору. Они будут пытаться скрыть правду. - Значит, мы будем действовать в тени, - сказал Рон. - Как Орден Феникса. Гарри улыбнулся, несмотря на всю серьёзность ситуации. - Да. Как Орден Феникса. Они вышли из Большого Зала, направляясь к гриффиндорской башне. Последний вечер в Хогвартсе был полон смешанных чувств: грусти от расставания, тревоги за будущее, но и непоколебимой решимости. В гостиной Гриффиндора было шумно. Студенты собирали свои вещи, прощались друг с другом. Гарри, Рон и Гермиона отошли в сторону, чтобы поговорить наедине. - Итак, - сказала Гермиона. - Мы должны договориться. Мы будем писать друг другу обо всём. О любых новостях. О любых подозрительных вещах. - И о наших тренировках, - добавил Рон. - Я буду читать всё, что смогу найти, - сказала Гермиона. - О тёмных искусствах, о способах защиты, о древних пророчествах. Гарри кивнул. - Я тоже буду тренироваться. И… я постараюсь быть осторожным. Дамблдор сказал, что он будет искать меня. - Мы знаем, Гарри, - сказал Рон. - Поэтому мы должны быть готовы. И помни, ты не один. Они обменялись последними, тёплыми объятиями. Впереди их ждало лето, полное неизвестности и опасности, но они были готовы встретить его вместе. Их дружба была их самым сильным оружием. Летнее солнце ярко светило над Платформой 9 и ¾, но его тепло не могло прогнать тревогу, витавшую в воздухе. Выйдя из Хогвартс-Экспресса, Гарри, Рон и Гермиона оказались в толпе родителей, которые встречали своих детей. Их собственные семьи уже ждали. Первой подошла Гермиона. Её родители, оба дантисты, выглядели обеспокоенными, но старались держаться. - Дорогая, - сказала миссис Грейнджер, обнимая дочь. - Мы так волновались. - Я в порядке, мама, - ответила Гермиона, затем повернулась к Гарри и Рону. - Ну, это… до встречи. Пишите! Обо всём. И будьте осторожны! - Конечно, Гермиона, - сказал Гарри. - Ты тоже. - Пиши побольше, - добавил Рон, обняв её. Его Легилименция уловила её глубокую тоску и беспокойство. - И тренируйся! Гермиона кивнула, затем, помахав им рукой, ушла со своими родителями, оглядываясь через плечо, пока не скрылась в толпе. Вскоре показались мистер и миссис Уизли. Они крепко обняли Рона. - Рон, дорогой, - прошептала миссис Уизли, её глаза были полны слёз. - Я так рада, что ты в безопасности. Мистер Уизли пожал руку Гарри. - Гарри, мальчик мой. Что ж… это было… ужасно. Но мы гордимся тобой. В этот момент, из-за угла аппарировал Сириус Блэк. Он был в своём анимагическом облике большой чёрной собаки, но тут же превратился обратно в человека. Его лицо было бледным, но его глаза горели решимостью. - Гарри, - сказал Сириус, его голос был низким. - Пора идти. Рон и Гарри переглянулись. Это был момент прощания. - Увидимся, Рон, - сказал Гарри, протягивая руку другу. Рон крепко пожал её. Его Легилименция уловила смешанные чувства Гарри - облегчение от того, что он с Сириусом, и грусть от расставания. - Увидимся, Гарри. И помни, что я говорил. Если что-то почувствуешь… дай знать. - Конечно. Ты тоже. Будь осторожен, - сказал Гарри. Сириус положил руку на плечо Гарри. - Пойдём, Гарри. У нас есть дела. Гарри в последний раз взглянул на Рона, затем он и Сириус исчезли в толпе, направляясь к месту, где их ждал ещё один Портключ - старая, потрёпанная консервная банка. Они отправлялись в дом на площади Гриммо, 12. Рон вернулся в Нору вместе со своей семьёй. Дом был полон тепла и привычного хаоса, но атмосфера была наполнена беспокойством. Миссис Уизли беспрестанно волновалась, мистер Уизли был мрачен, слушая новости по волшебному радио. Рон, однако, не собирался тратить лето на безделье. Он знал, что ему нужно подготовиться. Каждый день он уединялся в своей комнате или в саду, пытаясь развить свои способности. - Флорибус Эректо! - тихо шептал Рон в саду, пытаясь заставить вьющиеся растения двигаться по его воле. Сначала они лишь слегка подрагивали, но с каждым днём он чувствовал, как связь становится сильнее. Он даже пытался заставить их расти быстрее, концентрируясь на их жизненной силе. Его полет тоже требовал практики. Он поднимался над полем, пытаясь управлять воздушными потоками вокруг себя, чтобы двигаться быстрее, маневрировать. - Ты опять летаешь, Рон? - шутливо спрашивал Фред, когда видел его парящим над грядками. - Просто… тренируюсь, - отмахивался Рон. Ночи были особенно трудными. Иногда он просыпался от сильного ментального толчка, чувствуя тревогу Гарри, даже не зная причины. Он отправлял ему короткие письма, стараясь быть осторожным, спрашивая, всё ли в порядке.