Глава 53

Новый семестр начался следующим утром с приятного сюрприза для шестикурсников: большое объявление было прикреплено ночью на доске в общей гостиной. УРОКИ АППАРИРОВАНИЯ Если тебе 17 лет, или будет 17 до следующего 31 августа, ты можешь пройти 12-недельный курс Уроков Аппарирования с инструктором по аппарированию Министерства магии. Пожалуйста, подпишитесь внизу, если желаете принять участие. Цена: 12 галлеонов. Гарри и Рон присоединились к толпе, которая толкалась около объявления, пытаясь написать своё имя. - Отлично! - воскликнул Рон, когда они протискивались вперёд. - Аппарирование! Это будет полезно. - Особенно если нам придётся быстро сбегать от Пожирателей Смерти, - мрачно пошутил Гарри. - Не говори так, Гарри! - нервно сказала Гермиона, которая уже записалась и теперь ждала их. - Но да, это очень важный навык. Нам всем нужно его освоить. - Интересно, сколько человек из Слизерина запишутся? - Рон потянулся, чтобы взять перо. - Наверняка Малфой уже тут как тут. - Он, скорее всего, уже давно умеет аппарировать, - предположила Гермиона. - Ему это нужно для его… дел. Только подошла очередь Рона, чтобы записаться после Гермионы. Он быстро вписал своё имя. - Ну вот, ещё один шаг к тому, чтобы быть готовым к чему угодно. - И что будем делать, если встретим Малфоя на уроках аппарирования? - спросил Гарри, когда они отошли от доски объявлений. - Он же будет там. - Будем делать вид, что ничего не происходит, - пожал плечами Рон. - И следить за ним ещё пристальнее. Может быть, он что-то проболтается. Или мы сможем почувствовать что-то подозрительное с помощью моих Компасов Скрытых Путей, если он будет пытаться аппарировать в какие-то необычные места. - Хорошая идея, Рон, - согласилась Гермиона. - Это может быть отличная возможность получить больше информации. Они направились к Большому Залу на завтрак, обсуждая предстоящие уроки и надеясь, что аппарирование окажется не таким сложным, как трансфигурация. Первый урок Аппарирования проходил в Большом Зале, который для этого был освобождён от столов и заколдован так, чтобы никто не мог аппарировать за его пределы. Инструктор по аппарированию из Министерства Магии, маленький, лысый волшебник по имени Вилфред Твинкет, с энтузиазмом объяснял основы. - Цель Аппарирования - переместиться из одного места в другое с помощью силы мысли! - звонко произнёс Твинкет, его голос эхом разносился по Залу. - Это нелегко! Главные принципы: Намерение, Местоназначение и Хладнокровие! Гарри, Рон и Гермиона стояли рядом. Рон поглядывал по сторонам, ища Малфоя, но тот ещё не появился. - Каждый из вас должен почувствовать это, - продолжил Твинкет, указывая на обручи, расставленные по Залу. - Представьте, что вы аппарируете внутри этого обруча. Думайте о своём назначении, сосредоточьтесь, а затем… щелчок и скручивание! Многие ученики пытались, но безрезультатно. Кто-то просто кружился на месте, кто-то исчезал, а потом тут же появлялся обратно, бледный и смущённый. Наконец, настала их очередь. Гермиона, как всегда, была самой сосредоточенной. Она закрыла глаза, глубоко вздохнула, и… с тихим хлопком исчезла. Через мгновение она появилась внутри обруча, немного побледневшая, но довольная. - Отличная работа, мисс Грейнджер! - воскликнул Твинкет. Затем подошла очередь Рона. Он сосредоточился, вспоминая все, что узнал о потоках магии и сосредоточении силы. Он представил себя внутри обруча, собрал волю в кулак, и… щелчок!Рон почувствовал, как его скручивает, словно его выжимают из тюбика. Он появился внутри обруча, но его лицо было зелёным, и он выглядел так, будто его только что вывернули наизнанку. - Ох, Рон! - воскликнул Гарри, пытаясь подавить смех. - Нормально, Уизли! - крикнул Твинкет. - Это называется расщепление! Не беспокойтесь, на первых порах это случается. В следующий раз сосредоточьтесь на целом, а не на частях! Рон застонал, пытаясь выпрямиться. - Я чувствую, что мой живот остался где-то в другом месте. Гарри попробовал. Он закрыл глаза, представил себе место внутри обруча. Он почувствовал странное ощущение, словно его тело сжимается, но он сохранил самообладание. Хлопок! Он появился внутри обруча, чувствуя лишь лёгкое головокружение. - Блестяще, Поттер! - воскликнул Твинкет. - Естественный талант! - Ты был великолепен, Гарри! - сказала Гермиона. - А ты, Рон, выглядишь так, будто тебе нужна Сладкая вата из Зонко, - поддразнил Гарри. - Очень смешно, Поттер, - пробормотал Рон, пытаясь восстановить цвет лица. В этот момент в Зал вошёл Драко Малфой. Он выглядел надменным, как всегда, и его взгляд скользнул по Гарри и Рону, задержавшись на зелёном лице последнего. Уголки его губ слегка приподнялись. - Опоздали, Малфой? - резко спросил Твинкет. - Нет, просто задержался, - ответил Драко, его голос был ледяным. Он подошёл к пустому обручу. Он глубоко вздохнул, его лицо стало сосредоточенным, и с легким, почти неслышным хлопком исчез. Через мгновение он появился в обруче, ничуть не побледнев и не выражая никаких признаков дискомфорта. - Очень хорошо, мистер Малфой! - одобрительно произнёс Твинкет. Гарри, Рон и Гермиона обменялись взглядами. Малфой определённо уже практиковался в Аппарировании. Это только подтверждало их подозрения о его причастности к тёмным делам. - Он тренировался, - прошептала Гермиона. - Ему это нужно для его… поездок. - И он, наверное, уже знает, как аппарировать в Выручай-комнату или из неё, - добавил Рон, его лицо всё ещё было немного зелёным, но он уже начинал приходить в себя. - Это может быть опасно. - Мои «Компасы Скрытых Путей» могут помочь, - сказал Рон. - Если он аппарирует, они должны что-то показать. Я возьму один с собой на следующий урок. Гарри кивнул. - Хорошая мысль. Нам нужно знать, куда он ходит. Первый урок Аппарирования оказался не только испытанием их магических способностей, но и подтверждением их опасений по поводу Малфоя. Теперь, когда Драко открыто демонстрировал свои продвинутые навыки, их задача становилась ещё более срочной. После хаотичного, но поучительного урока Аппарирования, Гарри улизнул из общей гостиной, направляясь к кабинету Дамблдора на очередной урок. Зимний вечер был тих, и коридоры Хогвартса казались особенно пустынными. Снег по-прежнему кружился за окнами, создавая волшебную, но несколько мрачную атмосферу. Мысли Гарри были заняты как инцидентом с Малфоем на уроке, так и недавним визитом Скримджера в Нору, о котором ему рассказал Рон. Он постучал в дверь кабинета Дамблдора. - Входи, Гарри, - раздался спокойный голос. Гарри вошёл. Кабинет был, как всегда, наполнен серебристым светом и тихим гудением магических приборов. Дамблдор сидел за своим столом, выглядя, как всегда, спокойным и мудрым. - Добрый вечер, сэр, - сказал Гарри, садясь напротив. - Я хотел рассказать вам кое-что… - Я знаю, Гарри, - ответил Дамблдор, его глаза-полумесяцы мерцали. - О мистере Малфое на вечеринке у Горация. И о вашем первом уроке Аппарирования. И о визите Министра в Нору. Гарри моргнул. - Вы… вы всё знаете, сэр? - Я стараюсь быть в курсе событий, Гарри, - мягко сказал Дамблдор. - Должен сказать, я весьма впечатлён тем, как вы справляетесь. И мистер Уизли-Бартон показал себя очень хорошо, отказавшись от предложений Скримджера. - Он пытался подкупить Рона, сэр, чтобы он повлиял на меня, - с возмущением сказал Гарри. - Я понимаю, Гарри, - кивнул Дамблдор. - Министерство в отчаянии. Они предпочитают иллюзию контроля реальным действиям. Но давайте вернёмся к нашим урокам. Сегодня я хочу показать тебе ещё одно воспоминание. Мы продолжим с историей Тома Реддла. Дамблдор снова извлёк серебристую нить из своей головы и поместил её в Омут Памяти. - Это воспоминание о том, как я пытался узнать больше о семье Тома, - объяснил Дамблдор. - Я был обеспокоен его… природой. И я надеялся найти какую-то разгадку. Мир закружился, и Гарри снова оказался в воспоминании. На этот раз это был маленький, заросший плющом домик, стоявший на окраине деревни. Вокруг царила тишина. Молодой Дамблдор постучал в дверь. Дверь отворил пожилой мужчина, его лицо было суровым и неприветливым. - Чем могу помочь? - Добрый день, - произнёс Дамблдор. - Я ищу информацию о семье Реддл. Том Реддл. Лицо мужчины потемнело. - Реддлы? Мы ничего не хотим о них знать. Они… они мертвы. - Я знаю о трагедии, которая произошла здесь много лет назад, - спокойно сказал Дамблдор. - Но я ищу сведения о мальчике, который был назван в честь своего отца. Мужчина посмотрел на Дамблдора с подозрением. - А зачем вам это знать? - Я профессор в школе, где он учится, - ответил Дамблдор. - И я пытаюсь понять его корни. Мужчина, который, как понял Гарри, был садовником семьи Реддлов, неохотно рассказал Дамблдору о Томе Реддле-старшем, богатом и надменном молодом человеке, который жил в большом поместье на холме. Он рассказал о Меропе Мракс, молодой, несчастной женщине, которая жила в хижине неподалёку и, по слухам, была из древней, но деградировавшей волшебной семьи. Он говорил о том, как Том Реддл-старший внезапно покинул её, когда она была беременна, а затем и сама Меропа умерла в приюте, родив сына. - Он был… очарован ею, - сказал садовник, его голос был полон отвращения. - А потом она его околдовала. О, она была ведьмой! И когда действие колдовства прошло, он сбежал. Он никогда не любил её. Дамблдор слушал, его лицо было задумчивым. Он задавал вопросы о Меропе, о Томе-старшем, пытаясь уловить каждую деталь. Воспоминание растворилось, и Гарри снова оказался в кабинете Дамблдора. - Значит, Волдеморт родился от нелюбимой женщины, которая использовала любовное зелье, чтобы его отец её полюбил, - медленно произнес Гарри. - А потом его отец сбежал, и его мать умерла. - Именно, Гарри, - кивнул Дамблдор. - Он был зачат под влиянием обмана, а затем брошен. Никогда не знал любви ни от отца, ни от матери. И это, Гарри, является одной из ключевых причин, почему он неспособен понять любовь. Он вырос в полном одиночестве, чувствуя себя отвергнутым и преданным. Это сделало его сердце каменным, неспособным к состраданию, неспособным к привязанности. Он верит, что любовь - это слабость, иллюзия, что она может быть только завоёвана, а не дана. - И поэтому он не понимает, почему моя мать пожертвовала собой ради меня, - сказал Гарри, внезапно всё стало ясно. - Он не может понять эту силу. - Именно так, Гарри, - подтвердил Дамблдор. - И это, мой дорогой мальчик, его самая большая слабость. Его неспособность любить делает его уязвимым. Помни это. Он может быть силён, но он всегда будет одинок. Гарри покинул кабинет Дамблдора, его разум был полон новых открытий. Он спешил обратно в гостиную Гриффиндора, где, как он надеялся, Рон и Гермиона всё ещё бодрствовали. Он обнаружил их у камина, обсуждающих прошедший день. - Ребята, - начал Гарри, его голос был полон волнения. - Я только что был у Дамблдора. Он показал мне ещё одно воспоминание о Волдеморте. - Что ты видел? - тут же спросила Гермиона, откладывая книгу. Гарри пересказал им всё о поездке Дамблдора в Маленький Хэнглтон, о садовнике, о Томе Реддле-старшем и Меропе Мракс. Он подробно объяснил, как Волдеморт был зачат под действием любовного зелья и вырос, не зная любви, что сделало его неспособным её понять. - Значит, он никогда не знал любви, - тихо произнёс Рон, его лицо было задумчивым. - И поэтому он ненавидит её так сильно. Потому что это то, чего у него никогда не было. - Именно, - подтвердил Гарри. - И это его самая большая слабость. Дамблдор сказал, что его неспособность любить делает его уязвимым. - Это очень важно, Гарри! - воскликнула Гермиона. - Это меняет всё! Если он не понимает любви, то он не понимает и преданности, и самопожертвования. Он всегда будет ожидать обмана и предательства, потому что сам так поступает. - И это может объяснить его одержимость силой, - добавил Рон. - Если ты не веришь в любовь, то сила - единственное, что имеет значение. Он думает, что контроль - это и есть счастье. - А что это значит для Малфоя? - спросил Гарри. - Если Волдеморт не ценит любовь и преданность, то он не будет особенно заботиться о своих сторонниках. Он будет использовать их и выбрасывать. - Именно, - кивнула Гермиона. - Малфой для него просто инструмент. Он так же важен, как и исчезательный шкаф. Если он сломается, Волдеморт найдёт другой. - Значит, Малфой под огромным давлением, - заключил Рон. - И Волдеморт не будет проявлять к нему никакого сострадания, если Драко облажается. Новая Стратегия и Дальнейшие Шаги Понимание мотивов Волдеморта придало их расследованию новый импульс. Теперь они знали, что их враг был не просто злым, но и глубоко ущербным. - Итак, наша стратегия, - начала Гермиона, её глаза горели от предвкушения. - Мы продолжаем следить за Малфоем и исчезательным шкафом. Но теперь мы знаем, что Волдеморт не будет особенно беспокоиться о Драко. Это даёт нам некоторое преимущество. Возможно, мы сможем использовать это. - Как? - спросил Гарри. - Если Малфой чувствует, что его бросят, он может запаниковать, - ответила Гермиона. - Возможно, он сделает ошибку. Или мы сможем как-то надавить на него. - Я буду использовать свои «Усилители Слуха» и «Компасы Скрытых Путей» ещё активнее, - сказал Рон. - Если Малфой попытается аппарировать в какие-то скрытые места, мои компасы должны это показать. И я смогу услышать, что он планирует. - А я, - сказал Гарри, - продолжу уроки с Дамблдором. И я буду использовать Карту Мародёров каждую свободную минуту, чтобы следить за каждым шагом Малфоя. - И мы будем искать любые возможности, чтобы заставить Малфоя почувствовать себя под ещё большим давлением, - добавила Гермиона. - Если он чувствует, что теряет контроль, он может быть менее осторожным. Они понимали, что их ждёт напряжённый период. Малфой становился всё более отчаянным, а Министерство было слишком занято собственными иллюзиями, чтобы оказать реальную помощь. Но теперь они знали слабость своего врага, и это знание было их самым мощным оружием. Следующие несколько дней в Хогвартсе прошли в напряжённом ожидании. Рон не выпускал из рук свой «Компас Скрытых Путей». Он был настроен на поиск малейших аномалий в магических потоках замка, особенно вблизи Выручай-комнаты и других укромных уголков. Однажды вечером, после ужина, Рон заметил что-то странное. Он, Гарри и Гермиона сидели в гостиной Гриффиндора, делая домашнюю работу. «Компас Скрытых Путей», который Рон держал в руке, вдруг слегка завибрировал. - Что это? - прошептала Гермиона, заметив его движение. - Он реагирует на что-то, - ответил Рон, его глаза сузились. - Какая-то нестабильность… не сильная, но ощутимая. Похоже на слабую рябь. - Где? - спросил Гарри, хватая Карту Мародёров. Рон закрыл глаза, концентрируясь. Он почувствовал, как невидимые нити магии тянутся в сторону седьмого этажа, к месту, где, как они знали, находилась Выручай-комната. - Седьмой этаж. Где-то около гобелена с Барнабасом Чудаковатым, пытающимся учить троллей балету. Гарри тут же развернул Карту. Они склонились над ней. На месте, где должна была быть Выручай-комната, появилось едва заметное мерцание. И там, на карте, мелькнула крошечная точка с именем «Драко Малфой». Он был там! - Он там, - прошептал Гарри. - И он не один. Рядом с ним… Крэбб и Гойл. - Значит, он всё-таки заставляет их работать, - пробормотала Гермиона. - Или они ему нужны для грязной работы. - Давайте посмотрим, что он там делает, - сказал Рон, сжимая свой компас. - Может, он сейчас пытается что-то переместить. Они быстро и бесшумно выбрались из гостиной, стараясь не привлекать внимания. Их сердца стучали в предвкушении. Теперь у них было доказательство. Слежка за Малфоем: Вторжение в Секретность Они осторожно поднялись на седьмой этаж. Чем ближе они подходили к гобелену, тем сильнее вибрировал «Компас Скрытых Путей» в руке Рона. Воздух вокруг казался наэлектризованным. Они притаились за углом, осторожно выглядывая. Дверь Выручай-комнаты была едва приоткрыта. Изнутри доносились приглушённые звуки. Гарри достал свой «Плащ-невидимку». - Я пойду первым, - прошептал Гарри. - Рон, ты используешь «Усилитель Слуха», чтобы послушать, что они говорят. Гермиона, ты будешь прикрывать нас и следить, чтобы никто не пришёл. Рон достал из кармана крошечную, почти невидимую ушную палочку и вставил её в ухо. Гермиона достала свою палочку, готовая к действию. Гарри накинул плащ и медленно скользнул вперёд, направляясь к приоткрытой двери. Изнутри донеслись голоса. Они были приглушены, но «Усилитель Слуха» Рона работал безупречно. - Оно не работает! - услышал Рон раздражённый голос Малфоя. - Оно всё ещё нестабильно! - Но мы же всё сделали, Драко! - пробасил Крэбб. - Ты недостаточно старался, ты, тупой болван! - рявкнул Малфой. - Тёмный Лорд не ждёт! Он сказал, что это должно быть готово к… к его приходу! Рон почувствовал, как кровь застыла в жилах. К его приходу? Значит, Волдеморт сам собирался воспользоваться шкафом? - Может быть, нам нужно… заклинание стабилизации? - предположил Гойл. - Я пробовал все! - прошипел Малфой. - Все, что нашёл в той книге! Ничего не работает так, как надо. Оно постоянно теряет связь! Гарри, находясь под плащом, заглянул в комнату. Он увидел исчезательный шкаф, стоявший посреди комнаты, а вокруг него Малфой, Крэбб и Гойл. Малфой яростно размахивал палочкой, пытаясь произнести какое-то заклинание, но шкаф лишь мерцал и издавал слабый гул. - Мы должны что-то делать, - прошептал Гарри, вернувшись к Рону и Гермионе. - Они пытаются стабилизировать шкаф, - прошептал Рон. - Он сказал, что оно нужно для «его прихода». Волдеморта. Гермиона побледнела. - Значит, Волдеморт собирается пройти через этот шкаф? Не просто его приспешники? - Это похоже на то, - кивнул Гарри. - Он хочет показать своё превосходство. Войти туда, куда он не может войти обычным путём. - У нас мало времени, - сказала Гермиона. - Мы должны рассказать Дамблдору немедленно. Это не просто инцидент с ожерельем. Это полномасштабное вторжение. Услышанное потрясло Гарри, Рона и Гермиону до глубины души. Осознание того, что Волдеморт сам собирается использовать исчезательный шкаф для проникновения в Хогвартс, было шокирующим. - Мы не можем ждать, - прошептала Гермиона, её лицо было бледным. - Это слишком опасно. - Дамблдор должен знать об этом немедленно, - сказал Гарри, уже разворачиваясь. - Сейчас же. Рон кивнул, его «Компас Скрытых Путей» всё ещё дрожал в руке. - Я чувствую, как там всё… пульсирует. Он пытается его починить. Они осторожно отошли от Выручай-комнаты, стараясь не производить шума. Путь до кабинета Дамблдора казался бесконечным. По дороге Гарри поспешно объяснил Рону и Гермионе о последних уроках с директором, о хоркруксах и их связи с бессмертием Волдеморта. - Так что, если он войдёт сюда, у него будет ещё один шанс получить что-то, что может сделать его ещё сильнее, - сказал Гарри. - Или он просто хочет показать, что может войти в Хогвартс, несмотря на всю защиту. Наконец они достигли гаргульи, охраняющей вход в кабинет Дамблдора. - Лимонные дольки, - произнёс Гарри на одном дыхании. Гаргулья отпрыгнула в сторону, открывая путь к винтовой лестнице. Они взлетели вверх. Когда они вошли в кабинет, Дамблдор сидел за столом, его глаза-полумесяцы смотрели на них спокойно, но с оттенком ожидания, словно он уже знал, что они придут. - Добрый вечер, - мягко сказал Дамблдор. - Я полагаю, у вас есть для меня важные новости. - Да, сэр! - выпалил Гарри. - Мы… мы только что были на седьмом этаже. Мы видели Малфоя в Выручай-комнате. Он пытается починить исчезательный шкаф! - И он сказал, что он нужен для «его прихода»! - добавил Рон, его голос был полон негодования. - Он говорил о Тёмном Лорде, сэр! Гермиона подхватила: - Шкаф нестабилен, сэр, но он явно пытается наладить связь! Дамблдор слушал, его лицо оставалось спокойным, но в его глазах появилось что-то, похожее на печаль. - Я так и думал. Мистер Малфой очень старался, чтобы это не осталось незамеченным. - Сэр, вы знали? - спросил Гарри, чувствуя прилив разочарования. - Я подозревал, Гарри, - ответил Дамблдор. - С того момента, как Малфой принял Чёрную метку. Он был выбран для этой задачи. И исчезательный шкаф был логичным путём. Я знал, что он будет стремиться привести Пожирателей Смерти в замок. - Но если вы знали, почему вы ничего не сделали?! - воскликнул Рон. - Вы могли бы остановить его! - Не всегда всё так просто, Рон, - мягко сказал Дамблдор. - Есть силы, которые превосходят наше понимание. И иногда, чтобы победить врага, нужно позволить ему сделать свой ход. Я наблюдал за Драко. Я знал, что он чувствует, под каким давлением находится. - Вы имеете в виду… вы позволили ему это делать? - недоверчиво спросил Гарри. - Я дал ему шанс изменить свой путь, Гарри, - ответил Дамблдор, его голос был полон глубокой грусти. - Но страх и амбиции оказались сильнее. И теперь, когда вы это подтвердили, мы должны действовать. Дамблдор встал. - Это означает, что нападение произойдёт очень скоро. Скорее всего, до конца года. Возможно, даже раньше. - Что нам делать, сэр? - спросил Гарри. - Вы уже сделали очень много, Гарри, Рон, Гермиона, - сказал Дамблдор, глядя на них. - Ваша бдительность спасла нас от неожиданности. Теперь мы должны подготовиться. Дамблдор подошёл к окну, глядя на заснеженный пейзаж. - Я усилю защиту замка, насколько это возможно. Но полное предотвращение прорыва через исчезательный шкаф невозможно без его полного уничтожения, что потребует очень мощного заклинания, которое может быть… опасным. - А что насчёт Малфоя? - спросила Гермиона. - Драко находится в ловушке, - ответил Дамблдор. - Он инструмент, и Волдеморт не пощадит его, если он не справится. Нам нужно будет решить эту проблему, когда придёт время. Но сейчас… главное - защита Хогвартса. Дамблдор повернулся к ним. - Гарри, ты продолжишь свои уроки со мной. Мы должны раскрыть все секреты Волдеморта. Рон, продолжай использовать свои… инструменты. Они могут быть неоценимы для обнаружения любых аномалий или дополнительных путей. Гермиона, продолжай свои исследования. Возможно, ты найдёшь способ противодействовать магии, связанной со шкафом. - Мы должны рассказать Ордену Феникса, сэр? - спросил Рон. - Я сам свяжусь с ними, Рон, - кивнул Дамблдор. - Но пока, чем меньше людей знает об этом конкретном плане Малфоя, тем лучше. Мы не хотим, чтобы это вызвало панику или дало Волдеморту повод изменить свой план. - Что если… что если мы не успеем? - спросил Гарри, его голос был напряжён. - Мы успеем, Гарри, - спокойно сказал Дамблдор. - Мы должны. У нас есть преимущество знания. И, что самое важное, у нас есть друг друга. Ваша дружба, ваша преданность друг другу - это то, чего Волдеморт никогда не сможет понять, и это ваша самая большая сила. Слова Дамблдора придали им уверенности, но также и ощущение огромной ответственности. Битва приближалась. На следующий вечер Гарри снова отправился в кабинет Дамблдора. Теперь, когда угроза вторжения Волдеморта через исчезательный шкаф стала реальной, каждый урок казался ещё более важным. Дамблдор сидел за своим столом, и на этот раз на нём не было его обычной лёгкой улыбки. - Добрый вечер, Гарри, - сказал Дамблдор. - Сегодня мы продолжим наше путешествие в прошлое Лорда Волдеморта. Мы говорили о его рождении, о его неспособности понимать любовь. Теперь мы подойдём к моменту, когда он начал по-настоящему осознавать своё наследие. Дамблдор встал и подошёл к Омуту Памяти. - Всё, что он знал вначале, это отчество «Марволо», которое он слышал от тех, кто управлял приютом. Это было имя отца его матери. В конце концов, после кропотливого исследования, через старые книги Магических семейств, он обнаружил то, что наследник Слизерина выжил. Дамблдор извлёк очередное воспоминание. Оно было гораздо более тёмным и мутным, чем предыдущие. - Летом, когда ему было 16, он оставил приют, в который ежегодно возвращался, и начал находить своих родственников Гонтов. А сейчас, Гарри, если ты встанешь… Гарри подошёл ближе к Омуту Памяти. Дамблдор опустил в него воспоминание. Мир закружился, и Гарри почувствовал привычное ощущение погружения. Гарри оказался в грязной, убогой хижине. Воздух был тяжёлым от запаха грязи, пыли и чего-то сладковато-приторного. На стенах висели мёртвые змеи, а по полу ползали насекомые. В углу, в грязном кресле, сидел старик с истощённым, безумным лицом и жидкими, спутанными волосами. Это был Морфин Мракс, брат Меропы и дядя Волдеморта. На его шее висел облупившийся медальон. Через открытую дверь вошёл юноша. Его движения были грациозны и уверенны, а его глаза горели холодным любопытством. Это был юный Том Реддл, будущий Волдеморт. - Ты Морфин? - спросил Том, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась скрытая мощь. Морфин поднял на него мутные глаза. - Кто ты такой? Незваный гость! Уходи! - Я твой племянник, - сказал Том. - Сын Меропы. Я пришёл, чтобы узнать правду о своей семье. О Салазаре Слизерине. Морфин безумно расхохотался. - Меропа! Она околдовала его! Заставила любить себя! А потом он бросил её, когда понял, кто она! - Он не любил её, - холодно произнёс Том. - Он был маглом. Он был слаб. - Да! Слабак! - согласился Морфин, его глаза сверкнули. - А я… я не такой! Я - настоящий Мракс! Том подошёл ближе, его взгляд был прикован к кольцу на пальце Морфина с чёрным камнем и медальону на его шее. - Где моё кольцо? Где моё наследство? - Это моё! - прошипел Морфин, сжимая кольцо. - Это кольцо Мраксов! Моё! А это… это медальон Слизерина! Салазара! Глаза Тома загорелись жадностью и ненавистью. - Ты лжешь! Это моё! В следующий момент Том поднял палочку. - Обливиэйт! - произнёс он, и воспоминание стало мутным, размытым. Голос Тома прозвучал над ухом Морфина: «Ты убил своего отца и деда. Ты убил Тома Реддла-старшего и Морфина Мракса». Гарри почувствовал холод, пробежавший по спине. Волдеморт не просто нашёл своих родственников; он использовал их, чтобы получить свои реликвии, а затем подставил своего дядю в убийстве, чтобы скрыть правду о своём происхождении. Воспоминание растворилось, и Гарри снова оказался в кабинете Дамблдора. - Он… он подставил Морфина? - потрясённо прошептал Гарри. - Да, Гарри, - ответил Дамблдор, его лицо было полно печали. - Он украл кольцо и медальон, а затем изменил память Морфина, чтобы тот поверил, что это он совершил убийства. Морфин провёл остаток жизни в Азкабане. - И эти предметы… кольцо и медальон… это хоркруксы? - спросил Гарри. - Именно, Гарри, - кивнул Дамблдор. - Два из них. Это были первые предметы, которые он осквернил. - Значит, он убил своего отца, чтобы создать хоркрукс? - с отвращением произнёс Гарри. - И его деда, - добавил Дамблдор. - Он был одержим своим слизеринским наследием и стремлением к бессмертию. - Он всё продумал, - сказал Гарри. - С самого начала. - Да, Гарри, - произнёс Дамблдор. - Он был очень умён. Но его гениальность всегда была омрачена тьмой. Он искал силу, но никогда не понимал истинной силы любви. А теперь, Гарри, ты видишь, почему так важно знать его прошлое. Это ключ к его поражению. После шокирующего открытия о жестокости Волдеморта и его подставе дяди, Гарри и Дамблдор продолжили свой урок. - Теперь, Гарри, - сказал Дамблдор, его голос был серьёзен. - Мы подошли к самому важному воспоминанию. Ключу к пониманию бессмертия Волдеморта. Дамблдор достал из внутреннего кармана ещё один кристальный сосуд, и Гарри затих, вспоминая, что Дамблдор говорил, что это - одно из самых важных воспоминаний, которые у него есть. Воспоминание внутри сосуда было мутным и нечётким. - Это очень деликатное воспоминание, Гарри, - продолжил Дамблдор. - Оно принадлежит человеку, который очень стыдится того, что произошло. Гарри опять провалился в серебряную жидкость, на сей раз приземляясь около человека, которого он сразу узнал. Это был более молодой Гораций Слизнорт, сидящий в кресле. Он был полным, добродушным, но в его глазах читалась некая хитрость. Комната была его кабинетом, заваленным всевозможными диковинками и сладостями. Рядом с ним стоял юный Том Реддл, выглядевший безупречно, его лицо было исключительно красивым, но глаза, как заметил Гарри, были холодными и проницательными. Том был очень вежлив, его голос был мягким и убедительным. - Профессор Слизнорт, я хотел бы задать вам вопрос о тёмной магии. - О, Том, мой мальчик! - весело ответил Слизнорт. - Всегда любопытен! Что же ты хочешь узнать? - Я читал об этом, сэр, - сказал Том, его голос стал чуть тише. - О… хоркруксах. О возможности разделить душу. Возможно ли это? Слизнорт на мгновение замер. Его глаза забегали. - Хоркруксы, Том? Зачем тебе это? Это очень тёмная магия! - Просто любопытство, сэр, - ответил Том, его лицо было совершенно невозмутимым. - Мне интересно, насколько далеко можно зайти. Если кто-то хочет стать бессмертным… - Нет ничего более опасного, Том! - резко сказал Слизнорт, его голос дрогнул. - Это ужасная, отвратительная магия! - Но теоретически, сэр, - настаивал Том, - если кто-то захочет сделать… не один хоркрукс, а, скажем, семь? Разделить свою душу на семь частей? Разве это не сделает его… абсолютно бессмертным? Слизнорт побледнел. Его руки задрожали. - Семь? Том! Это безумие! Душа и так разорвана, а семь… это немыслимо! Это… это противно природе! В этот момент густой туман снова заволок комнату, так что Гарри не мог видеть Слизнорта или Волдеморта, а только Дамблдора, ясно улыбающегося около него. Затем голос Слизнорта снова прогремел, как это было раньше, но теперь он звучал отчаянно и резко: - Я ничего не знаю про хоркруксы, и не сказал бы, если бы знал! Теперь сейчас же убирайся отсюда и никогда не упоминай их впредь! - Ну вот и всё, время уходить, - сказал ДамблдорГарри. Ноги Гарри провалились, и он снова стоял напротив стола Дамблдора. - И это всё? - безучастно сказал Гарри, чувствуя разочарование. То, что он увидел, было лишь частью разговора, который казался ключевым. - Ты должен был заметить, - сказал Дамблдор, садясь с другой стороны стола, - в эту память вмешались. - Вмешались? - повторил Гарри, тоже садясь. - Точно. Профессор Слизнорт изменил собственные воспоминания. - Но зачем он это сделал? - Поскольку, я думаю, он стыдится того, что помнит, - сказал Дамблдор. - Он пытался переделать память, чтобы выставить себя в лучшем свете, стирая те части, которые мне, по его мнению, не надо видеть. Это, как ты видишь, сделано очень грубо, и это к лучшему, потому что это показывает, что настоящая память все ещё там, под изменениями. - Итак, впервые, Гарри, я даю тебе домашнее задание, - сказал Дамблдор, его глаза блеснули. - Твоей работой будет убедить профессора Слизнорта обнародовать настоящую память, что будет, несомненно, самой важной информацией из всей, что у нас есть. Гарри уставился на него. - Но, конечно, сэр, - он сказал, насколько это было возможно, уважительным голосом, - вам не нужен я - вы можете использовать Легилименцию… или Веритасерум… - Я мог бы, Гарри, - ответил Дамблдор, - но это было бы насилием над его волей. Гораций должен сам захотеть поделиться этим. И, боюсь, Веритасерум не всегда даёт правдивый ответ, если человек сам в неё верит. К тому же, Гораций обладает очень сильным разумом. Твоя же задача - убедить его по доброй воле. Потому что ты Гарри Поттер. Ты обладаешь способностью внушать доверие. Гарри покинул кабинет Дамблдора, чувствуя смешанные эмоции. С одной стороны, он был поражён масштабом безумия Волдеморта и его одержимостью бессмертием. С другой стороны, на нём теперь лежала огромная ответственность - убедить Слизнорта раскрыть правду. Это казалось почти невыполнимой задачей. Он вернулся в гостиную Гриффиндора, где Рон и Гермиона всё ещё ждали его. - Ну, что там? - с нетерпением спросила Гермиона. Гарри пересказал им всё: о визите Тома Реддла к Гаунтам, о том, как он подставил Морфина, чтобы получить хоркруксы-кольцо и медальон, а затем о мутном воспоминании Слизнорта и его лжи о хоркруксах. - Дамблдор хочет, чтобы я убедил Слизнорта отдать ему настоящее воспоминание, - сказал Гарри, чувствуя, как его охватывает усталость. - Он сказал, что это самое важное. - Убедить Слизнорта? - Рон поднял бровь. - Он же такой… скользкий. - Именно, - кивнула Гермиона. - Он очень осторожен, когда дело касается его репутации. И он явно стыдится того, что он рассказал Реддлу о хоркруксах. - Дамблдор сказал, что я должен использовать своё… обаяние, - Гарри сделал жест руками. - Он сказал, что я единственный, кто может это сделать без Легилименции или Веритасерума. - Он прав, Гарри, - сказала Гермиона. - Слизнорт восхищается тобой. Ты его главный приз. Он будет слушать тебя внимательнее, чем кого-либо другого. - Но как? - Гарри взъерошил волосы. - Я не могу просто подойти к нему и сказать: «Расскажите мне всё о том, как вы научили Волдеморта становиться бессмертным!» - Нет, конечно, нет, - согласилась Гермиона. - Тебе нужно найти подходящий момент. Может быть, на одной из его вечеринок. Или просто случайно завести разговор о тёмной магии или о великих волшебниках, которые зашли слишком далеко. - И используй свою связь с Сириусом, - предложил Рон. - Слизнорт любит знаменитостей. Расскажи ему о Сириусе, о его семье, о его статусе в обществе. Он любит коллекционировать влиятельных друзей. - Точно! - воскликнул Гарри. - Он любит рассказывать о своих знаменитых учениках. Может быть, я смогу заставить его рассказать о Томе Реддле как об одном из его самых талантливых, но… потерянных учеников. - Да, - подхватила Гермиона, - и тогда ты сможешь плавно перейти к вопросу о том, как он мог бы, возможно, предотвратить трагедию, если бы знал больше… или если бы не поделился определённой информацией. Играй на его чувстве вины и его желании выглядеть лучше. - Он любит сладкое, - добавил Рон. - Может, взять ему какой-нибудь особенный десерт? Или редкий ингредиент для зелий, если он что-то собирает. - Отличные идеи, - сказал Гарри, чувствуя прилив надежды. - Мы должны действовать осторожно.