Майский дождь

      Шаг за шагом, ступенька за ступенькой, этаж за этажом мы все медленно, но верно поднимаемся наверх. Кто-то быстрее, торопясь, весь в предвкушении прекрасного вида открывающегося с края крыши, а кто-то медленно, с неохотой, прекрасно осознавая всю опасность и зная, как обманчива перспектива, просчитывая примерную силу удара, который им придется пережить. Но Кобальт был другим. Сколько я себя помню, он несся вверх по ступенькам с невероятной скоростью, спотыкаясь, падая, но в конце концов, снова вставая и изо всех сил продолжая бежать. Казалось, он не различает расстояния, без видимой причины летя вверх, наплевав на все принципы и понятия, будто его тянула за собой неведомая сила. Тогда я не знала, зачем он бежал на крышу. Но теперь знаю. Он бежал туда, чтобы встретить меня.

***

      Я очень люблю дождь. Но еще больше я люблю, когда я случайно забываю зонт дома. Не то чтобы я делал это специально, просто мне ужасно нравится, когда маленькие холодные частички тонкими хрустальными молниями щекочут щеки. Особенно мне нравятся майские теплые ливни. В то утро мама прекрасно знала о том, что я не взял зонт, а после обеда обещают грозу с ливнем. Когда я спустился вниз на кухню, из нашего маленького телевизора доносился обеспокоенный голос телеведущего, который монотонно бубнил про осадки в нашем регионе.       Мама устало сидела на диване. Она ничего толком не сказала, только пожелала мне удачи в школе, с видимым усилием улыбнувшись мне. Я знал, что она очень устала в последние дни и чувствовал ее голод. Ее тяжелый взгляд из полуприкрытых век нисколько меня не удивил. Он утратил прошлый блеск и игривость, который еще несколько лет назад всегда меня поддерживал. Еще и дождь намечается... Идя по местами влажному от росы тротуара, я тяжело вздохнул. Как у людей все сложно. Они даже не умеют радоваться таким прекрасным вещам как майский дождь. Он наоборот вызывает у них подавленность и сонливость. Я знаю, что не должен любить пасмурную погоду, ведь в эти дни я частенько возвращаюсь домой голодным, но ничего не могу с собой поделать. Его шум так успокаивает, словно угрюмые тучи понимают меня и догадываются о чем я думаю.       Моя мама и я немного отличаемся от других семей в этом городе. Дело в том, что мы не совсем люди. Даже не знаю, как объяснить это, чтобы вы поверили. Для поддержания жизнедеятельности нам нужно получать энергию от других людей. Под энергией я имею ввиду эмоции, в большинстве случаев позитивные, ведь эмоции являются одним из самых сильных видов энергии в природе. Знаю, в это сложно поверить, но такие создания действительно существуют. Я не пробовал почти ничего из человеческой еды, ведь мне она попросту не нужна. Да я и не человек. Наверное. Кажется, таких как я называют “энергетическими вампирами”? Точно уже не вспомню, где я услышал это слово. Да я и сам не уверен, что являюсь таким в прямом смысле этого слова.       Я вспомнил уставшее лицо мамы. Ну да, еще бы она не была истощена. Целыми днями торчать в офисе где только и слышно ворчание и недовольные возгласы. "Да ну что ж такое, опять туфли промочил","Если бы ни это чертого такси, я был бы уже на месте час назад...","Босс, я мне нужно бежать, мой малютка, Карл, простудился! " и "Ну и погодка конечно... Башка нихрена не варит ". Ни о каких теплых чувствах вообще и речи идти не может.       Мне особенно запомнилось, как в младших классах проходил мимо большой кучки старшеклассниц, которые что-то тихо обсуждали. Я просто остановился рядом. Встал у стены, около них, незаметно облокотившись на стену чуть поодаль, прикрыв глаза. Вокруг них было так тепло и уютно. Казалось, они излучали счастье и почти осязаемое тепло. Я не слышал, о чем они хихикали, да по сути это было и не важно. Важно только то, что я тоже почувствовал себя хорошо, погрузившись с головой в эти приятные волны тепла. Я ощущал себя самым счастливым человеком на планете. Мне просто захотелось смеяться и прыгать на месте от распирающего меня блаженства. Однако, вдруг до моих ушей стало доноситься, что смех и веселые возгласы затихают, а на смену пришли раздраженный шепот и резкие слова. Я резко распахнул глаза. Больше никто не улыбался. Воздух стал плотнее, гуще, словно в разгар Августа прожигая легкие искрами и заполняя меня новым, так несвойственному мне чувством. Страх расползался в моем сердце черным, как смоль липким ощущением своей вины и неполноценности. Лица были стальные, хмурые, будто выточенные из камня. Толчок, удар и одна восьмиклассница из компании теперь сидела на полу, ловя в своем направлении ненавистные взгляды и хищные оскалы. Сама не подозревая почему, из всеобщей любимицы она превратилась в жертву.       В тот день я ничего не мог с собой поделать. Мои руки и ноги будто прилипли к полу и стенам, а сквозь туман дурманящего блаженства прорвалось семя горечи и осознания своей вины. Я до сих пор вижу в кошмарах их озлобленные лица, только вот во сне разъяренная толпа повернута ко мне. Я никогда не забуду тот взгляд, которым та девочка смотрела на меня. Ее серые, пустые зеленые глаза смотрели прямо в мои. Зрачки были необычайно расширены, а лицо ничего не выражало. Она стала пустышкой. Смятой бутылкой, недоеденным огрызком, разорванной бумажкой, разбитой скорлупой яйца. Меня было сложно заметить, но она видела меня. Черт возьми, я могу поклясться, что она смотрела мне прямо в глаза и казалось, напоминала мне о том, что за проклятье я несу на себе изо дня в день. Молоко тихо капало на пол стекая тоненькими струйками с ее пушистых волос, затекая за шиворот. Кап...кап..кап... Мама, наоборот, считает, что это дар богов и сила, которая ставит нас выше любых остальных людей в мире. Она твердит это мне из-за дня в день. Даже когда я слышу, как она плачет и истощенна. Даже когда знает, насколько неубедительно звучат ее слова. “Дурачок, как же ты не понимаешь? Разве ты не видишь, насколько нам повезло?” После этого она обычно улыбалась такой правдоподобной улыбкой и осторожно проводила по моим волосам.       “Мы полноценнее других людей. Мы забираем жизненную силу у других, присваивая ее себе. Разве это не большая честь? Природа не стала бы нам давать такое преимущество, не будь мы достойны этого. А значит, все мы избраны и благословлены высшими силами, чтобы первенствовать, продлевая свое благополучие за счет других.” Я знаю, что она так говорит из-за дедушки. Она просто верит, убедив себя в то, что ей с детства твердила вся ее семья. И верит всем сердцем, слепо доверяя единственным истинам, которые ей оставили давно ушедшие близкие люди. Это меня пугает. С детства я привык, что полагаться приходится только на самого себя и не на кого больше. А на кого еще? Мама порой сама не в состоянии о себе позаботиться. Теперь, после нашего переезда, если я не смогу нормально насытиться в школе, я не сомневаюсь, что погибну.       На улице было прохладно. C неба падали едва ощутимые частички воды, что невероятно контрастировала с несколькими лучами света, подглядывающими за завесой облаков. Возможно, это был своего рода знак? Никто не обращал на меня внимания, видя лишь худого тринадцатилетнего мальчишку с взъерошенной шевелюрой темных волос, который быстро спешил куда-то, смешно шлепая по лужам. Я без боязно ускорился, теперь уже вприпрыжку огибая неспешную процессию людей с яркими зонтиками в руках. Я знал, что людям все равно, ведь сейчас они меня не видят. Такова еще одна, одна наша способность - постоянно оставаться незамеченными, сливаясь с общей картиной. Скорее всего, если обычный человек и заметит меня, то уже спустя несколько секунд забудет о моем существовании. Для них я ничего более, чем декорация в театре, песчинка на дне тихого океана.       Казалось даже, что из-за пасмурного неба и темных, неприветливых улиц, я сам как то поменялся. Моя кожа стала серого оттенка, а сердце застучало медленнее.       Вот и большое высокое здание впереди - моя школа. Я со вздохом направился ко входу с другими ребятами, прибывшими вовремя. В тот день я совсем не подозревал о том, что моя жизнь перевернется вверх дном после обеда.       Я, как обычно, шел в кабинет математики на перемене, чтобы просто посидеть вдали от других, ведь до звонка туда никто не решался заходить. Чаще всего я сидел на задней парте и что-то калякал в тетрадке, но сомневаюсь, что учительница хоть раз заметила меня. Она была слишком увлечена сплетнями с физичкой, травя гадости и смеясь. Тоненько так, как соседский кот шипит когда на него наступили, предвещая пакость… Однако в тот день моим планам не суждено было сбыться из-за ярко-красной молнии, которая блеснула перед моими глазами всего за секунду до столкновения. Вместе с этим, впереди раздался чей-то сдавленный вскрик, звук какого-то падения, грохот и чей-то бег. За секунду до того, как я оказался на полу, я успел увидеть два испуганных карих, цвета чайного дерева глаза. Не сразу осознав, что произошло, я потрогал ушибленное колено и попытался подняться на ноги. Девчонка с кудрявыми, каштановыми волосами и огромным белым бантом, который болтался из стороны в сторону, уже протягивала мне руку, желая помочь мне подняться. - Твою мать, как я так тебя не заметила?! Ты в порядке? - Она с беспокойством смотрела на меня, от испуга расширив глаза.       Проигнорировав ее руку, я сам поднялся на ноги и коротко кивнул, надевая очки, которые слетели с меня во время удара.С той стороны откуда раздался грохот опять послышались крики. На этот раз, кажется, мне удалось различить смутные “Стой!”, “Держите ее!” и громкий топот. Девчонка тонко охнула и не успел я опомниться, как она уже тащила меня за рукав рубашки вверх по лестнице, ведущей на верхние этажи. -Культяпками своими шевели там, если проблемы не нужны... А то огребем вместе. - тихо шикнула мне она. Я заметил как некоторые ученики проводили нас удивленным взглядом, но к счастью, никто не предпринял попытки остановить нас. Вскоре я уже стоял на верхней лестничной клетке,чуть выше третьего этажа нашей школы. Было ужасно непривычно оказаться в таком тихом и укромном месте. Когда она захлопнула дверь, хлопок раздался эхом в пустом помещении. Сам я никогда не совался выше второго этажа, не желая встречаться со старшеклассниками. Тут было ужасно пыльно и пахло старьем. Я огляделся по сторонам, тяжело дыша, и наконец меня прорвало. - Что вообще, сейчас произошло?! - на большее меня не хватило и я просто опустился на одну из ступенек, ожидая ответа этой сумасшедшей. Девочка обернулась ко мне и широко улыбнулась, обнажая ряд белоснежных зубов. - Нууу, так вышло, что за мной гнались и я случайно в тебя врезалась. - Сказала она, переминаясь с ноги на ногу. - ума не приложу, как вот я тебя не разглядела… Я четко видела, что впереди никого нет и тут ты будто из воздуха ...Оп, и появился! Заметив как я озираюсь по сторонам, она обвела рукой вокруг. - Да не ссы ты, сюда давно уже никто не ходит. Я много раз тут сидела в это время и ничего… Не думаю, что кто либо из учеников, сунется на этот лестничный пролет. Тут уже как второй год висит табличка “Осторожно, закрыто на ремонт!” - она пожала плечами. - Ты просто не заметил ее, когда мы неслись вверх. А чтобы скрыться от погони - самое то. Я сузив глаза с подозрением посмотрел на нее, не желая ссориться. -По твоему, это я виноват? “Нечего носиться по коридорам как бешеная…” Пронеслось в голове. Но судя по всему, та выглядела мирно настроенной, поэтому вслух я этого не сказал. - Ну-ну… Не сердись. - Она вдруг бросила обеспокоенный взгляд на мою руку. - Сильно болит? - Нет. - Буркнул я в ответ. - Нормально все. - Прости меня еще раз, пожалуйста!- Она села рядом на корточки и ее брови поползли вверх, формируя “домик”. - Я растерялась просто, решила тут тебе все объяснить. - Да проехали уже. - Совсем смягчившись, я все-таки решил задать вполне логичный вопрос. - А от кого ты так убегала? Девочка звонко засмеялась. - Это секрет в общем… Но если ты пообещаешь никому не рассказывать… - она заговорщицки поднесла палец к губам и в ответ на мой вопросительный взгляд, продолжила. - В общем, если клянешься хранить тайну, то вот.       Она осторожно сняла голубой рюкзак, который я сначала даже не заметил и положила себе на колени. Открыв его, она достала оттуда что-то небольшое и пестрое. Разноцветная обложка моментально привлекла мое внимание и я уставился на книжку. - Комиксы. - она немного помолчала и в ответ на мой взгляд и слегка вздохнув, плотно сжала губы. - В общем… Я их украла. - Зачем? А нельзя было просто ее попросить взять в библиотеке, как все нормальные люди? - Я уставился на нее, искренне не понимая. - Не пришлось бы бежать сломя голову, сшибая людей... Или ты клептоманка? Я промолчал, думая о том, как мне теперь уйти от общения с этой сумасшедшей. - Понимаешь, в магазине этого выпуска я не нашла, а несколько дней назад мне не выдали ее в библиотеке из-за возрастного ограничения. - Бережно проведя рукой по обложке она вздохнула и открыла книжку на развороте с яркими картинками. - И чего я там не видела...Я верну ее обязательно, как только прочту. Пусть ко мне в коллекцию этот выпуск и не попадет, я просто обязана была его увидеть! Какое-то время я сидел неподвижно, пытаясь осмыслить услышанное. Потом, во мне начала просыпаться злость к новой знакомой. Поправив очки, я чуть заметнее отодвинулся и уже не пытался скрыть раздражение. - Мдаа, удружила. Теперь, если тебя поймают, меня могут посчитать соучастником. - я чуть привстал и скрестив руки, посмотрел на нее сверху вниз, стараясь выглядеть внушительно. В мозгу мелькнула мысль, что меня ждет дома, если мама узнает о произошедшем. Еще один переезд? - Если у тебя будут неприятности, не смей приплетать меня, ясно?! Я уже почти зашипел на нее, оценивая возможный радиус последствий.       Любые неприятности для меня, означает - привлечение внимания, а это практически всегда влечет долгую голодовку, а в худшем из возможных случаев - даже смерть. Эта девочка ужасно раздражала меня всем своим видом. Своей широкой улыбкой, глупыми веснушками, опрометчивыми поступками и шумным поведением. Но одновременно с этим, где-то в глубине души я знал, что она одновременно заслужила мое уважение. Все в ней кричало, буквально заявляя о себе, выделяясь,что было мне абсолютно не свойственно. Чего я боялся... Однако в тот момент я еще не осознавал этого, желая хоть на секунду вызвать у нее стыд и сожаление. - Клянусь, тебе не придется отвечать за все, что я натворила. - последние слова она произнесла слегка надменно, передразнивая меня. - К тому же, хрен они меня найдут, если конечно, ты меня не сдашь... - Да ты просто гений. Разве ты не понимаешь, что с твоими кудрявыми волосами, которые торчат в разные стороны и этим идиотским бантом, тебя сразу же узнают?! Может не сегодня, но на следующий день уж точно. Сомневаюсь, что в школе есть хоть один человек с похожей идиотской прической. Ты могла хотя-бы постараться и замаскироваться как нибудь… - А потом, словно оправдываясь за свой монолог я тоже отвел взгляд. - Кто-нибудь уже наверняка наябедничал старшим.       Она вдруг тихонько захихикала и теперь я уже разошелся не на шутку. Меня удивляло, что она не воспринимает меня всерьез, не желая понять столь простую логическую цепочку. Конечно, она не была виновата, ведь для нее поимка с поличным может сулить намного меньшими проблемами, чем это могло обернуться для меня. - Чего ржешь?       Я еще раз окинул презрительным взглядом непослушную, ярко бросающуюся в глаза копну каштановых кудряшек, которые торчали в разные стороны. Нигде раньше я не видел таких волос и такой дурацкой прически. Пышный бант сполз вниз и теперь понуро висел сбоку как странная бабочка. Это придавало ей еще более неряшливый и взъерошенный вид. Однако я никак не мог ожидать того,что произойдет дальше. Она вдруг встала в полный рост и пусть она была немного ниже, она все равно умудрилась посмотреть на меня сверху вниз. Решительный взгляд сменился на добродушную улыбку. Мое сердце почему-то пропустило удар, когда мои серые глаза встретившись с ее светло карими. В тот момент она смеялась надо мной. И смеялась в лицо. Но мне почему-то совсем не было обидно.       Резким движением она запустила руку в кудряшки и потянула. Всего один уверенный рывок и парик уже лежал на грязном, пыльном кафеле, словно никому ненужная тряпка. А вот и сеточка тоже уже валяется рядом, а рыжие словно пожар, темно алые кудри рассыпаны по плечам. Казалось, еще секунда и огонь перекинется на стены, лестницу и мы оба сгорим в сверкающих языках огня. Никогда мне не доводилось видеть настолько яркого, насыщенного цвета. Такой странный огонек, каким то чудом оживший посреди угрюмых, каменных стен, разбитого стекла и пыли. Этот странный вихрь хаоса и беспорядка вдруг сменился неведомой мне до этого идиллией и спокойствием. Она сразу напомнила мне богиню Персефону из греческой мифологии. Я с детства увлекался мифами древней греции и теперь увидел словно сошедший со страниц детский портрет повелительницы подземного царства. Этот томик с золотым переплетом до сих пор стоит у меня на полке, занимая почетное место.       Она сделала шаг вперед подняв парик, деловито запихала его в сумку. Затем повернувшись ко мне, ехидно взглянула на меня. Я будто отошел от оцепенения, завороженный ее волосами. Встряхнув головой, я сконцентрировался на происходящем, словно отходя от глубокого гипноза. - Чего уставился? У меня не хухры-мухры, а все продуманно! Я Рита кстати. Я сразу понял, что это имя ей идеально подходит. Резкое, громкое по звучанию. Так и хочется выкрикивать его из окна, не то что мое. По ее лицу сразу было видно, что она наслаждается моим ошарашенным видом и вниманием. - А я Кобальт. Кобальт...Звучит хило и понуро, никогда не захочешь кричать его. Скорее шептать, тихо шевеля губами, чтобы никто поблизости не расслышал. - Коля что-ли? - она удивленно склонила голову на бок. - Нет, не Коля. Я КО-БА-ЛЬТ. - я с надеждой посмотрел на нее, все еще надеясь, что она запомнит. - Странное имя… Все равно буду звать тебя Колей, так лучше запоминается. “Вот ведь вредина…” Я опять промолчал, решив смириться. - Не занудничай, Коль. Не дав мне опомниться, она помахала прямо перед моим лицом своей ладошкой и не дожидаясь ответного прощания, ловко съехала вниз по перилам, игнорируя мое сердитое ворчание. - Еще увидимся! - бросила она через плечо, прежде чем бесшумно закрыть за собой дверь, оставив меня в одиночестве гадать, так что же, собственно говоря, сейчас только что произошло. Именно так я и запомнил нашу первую встречу.