На Закате

PoV Malbonte Он вернулся. В город. В замок. В покои с нетронутой за ночь постелью. Яростный, кипящий, одержимый ненавистью к самому себе. Тьма победила. Тьма всегда побеждает, несмотря на лживые проповеди пророков о бесконечной и всеобъемлющей власти Света. Свет — это то, что создаёт Тьме контраст, делает её ещё темнее, ещё холоднее и глубже.       Свет в нём рвался из тела, бессильно выл, ранил, отчаянно кричал, пробивая брешь в теле. Маль и Лилит… слились воедино, преграды пали, жажда захлестнула обоих. В один миг. Яростная, бесконтрольная, неистовая силовая волна смела стены разума, заставила их броситься навстречу друг другу.       Селена и Бонт не позволяли, протестовали, упирались — тщетно. Пара слов… мимолётное осознание — желание любви… Той самой… вопреки. Когда любят не за что-то, когда просто так… до конца. Без остатка. И такого, какой есть.       Маль никогда не испытывал любви, он привык к ненависти, пропитался ею, оделся в неё, как в броню, которую не пробьёт ни один луч света… ни одно ласковое слово не пройдёт сквозь пелену векового цинизма и скепсиса. Не достанет душу. Маль страдал. Всю жизнь. С самого рождения. Физически, морально… Все так любили Бонта, даже мать — светлая, родная, нежная мать — видела в нём только лучшее… только Бонта.       Маля замечали остальные… сторонились, боялись, насмехались, а потом стали ненавидеть. Принимал только отец… он впервые назвал сына тем именем, которое подходит. В то время, как матушка упорно игнорировала тёмную суть…       Бонт, Бонт, Бонт…       Так легко любить Свет — он тёплый, добрый, искренний и спокойный, от него не ждёшь подвоха, он отзывчивый, верный, предсказуемый. Мерное покачивание листвы под поцелуями ветерка в яркий солнечный день.       Тьма — это ураган, стихия, возмездие и само животное начало. Неконтролируемая мощь, безумие, первозданный величественный хаос. Этот хаос помог выиграть войну, но после его, как бешеного пса, снова заперли в клетку. В собственное тело, и бразды правления взял Бонт. Победил, благодаря любви.       И верно, — размышлял Мальбонте — одержи верх Маль, не потянись Бонт к любви Вики — к её спасительному сиянию, они оба были бы мертвы. Сгорели в огне собственной ненависти друг к другу, так и не найдя баланса. Но они выжили, благодаря Бонту…       — Бонт, — звала его Вики, прижимая к себе.       — Бонт, — она стонала его имя во время их долгих страстных ночей.       — Бонт… Светлый невинный Мальчик из Башни.       Маль снова остался в стороне, покинутый. Вики не смотрела в его сторону, не спешила подойти и заговорить, не хотела проникнуть в него. Как в той сказке о Синей Бороде… Маль — являлся той самой комнатой, в которую запретили доступ. Но повинуясь наставлениям, Вики не рвалась нарушить запрет, оставив его в одиночестве — покинутого, как всегда…       Лилит открыла эту дверь. Лилит храбро вошла, поделилась скорбью и объятиями. Для неё это было легко, ей это было необходимо, как и ему.       Он вошёл в тронный зал Ада, чтобы поговорить, а вышел… окрыленный и подбитый одновременно. Разрываемый на части, ни о чём так не мечтающий, как снова разделить свои сущности, хотя, скажи кто ему такое несколько веков назад, он злобно рассмеялся бы в лицо врагу, заявив, что нет ничего хуже и больнее… Есть.       Предательство. Осознание того, что предал друга. Нет, больше, чем друга… любимую женщину. Да, любимую… Он всегда будет любить Вики. Всегда будет благодарен ей. Никогда не отвернётся. Но… сможет ли она простить? После стольких лет? Мальбонте объяснит, Мальбонте найдёт слова, хоть и не мастер. Сердцу не прикажешь… не прикажешь, как ни пытайся. Даже он не смог, хоть и старался. Не смогла и Лилит. Воля чувств оказалась сильнее.       А теперь он оставил её… в таком же смятении, поверженную их внезапной страстью. Она молчала, но холодная глубина зелёных глаз буквально кричала о том, что ей небезразлично. Что раз уж вступила на тропу борьбы, будет бороться до конца. Или отступит раз и навсегда, спасаясь от новых душевных ран. И она сдержит слово. Лилит… Селена… сдержит, несмотря на всю привязанность и любовь к нему, она уйдёт, если он предпочтёт не её.       Мальбонте чувствовал резь в груди, тяжесть, усиливающуюся с каждым шагом. Слуги, ангелы, демоны расступались перед ним, в страхе припадая к стенам. И боязливо шептались за спиной, когда он распахнул двери спальни.       Пепел от дров в камине… едва уловимый аромат духов Вики и шлейф её энергии. Пустота. Постель застелена.       Провела ночь с кем-то другим? Мысль, вызвавшая извержение гнева, но рассудок остудил её. Разум заметался загнанным зверем.       Она была здесь… была совсем недавно. Рано встала? Вышла в сад? В зал Совета? Что-то в груди с гулким стуком оборвалось и разбилось вдребезги о каменный пол.       Воспоминание… отдаваясь страсти с Лилит, он как будто… чувствовал энергию Вики… совсем близко, но похоть не позволила сосредоточиться. Мальбонте яростно подбирал слова, бросившись в зал Совета. Нет. Он пуст. Как и сад. Как и весь чёртов замок!       Он остановился резко, выдохнул, давя в себе нарастающее волнение… страх… предчувствие чего-то неизбежного. Сосредоточился, ища её энергию… Нахмурился, тряхнул головой, попытался снова. Ничего.       Пустота. Словно… этот мир больше не властвовал над нею. Не желая в это верить, он распахнул крылья и взмыл в воздух.       Ему казалось, он облетел весь свет, подключил к поискам три отряда крылолётчиков, неутомимо продолжал искать, до сих пор не чувствуя знакомой энергии, некогда бьющей ключом жизни.       И он нашёл её… когда солнце кроваво-красным отравленным яблоком висело у горизонта. Неподвижная. Бледная. С безмятежной улыбкой на губах. Вики лежала на краю обрыва, укутавшись в собственные крылья, и ветер рыдал над ней, отрывая золотые пёрышки и унося их вдаль, кружа в воздухе, словно павшие осенние листья.       Мальбонте тяжело дышал, глядя на неё и не веря своим глазам. Сердце гулко стукнуло о рёбра, замерло, ударилось вновь…       Он окаменел… но отмер, сделав шаг. Самый трудный шаг в его жизни. Первый, второй. Энергии по-прежнему нет, близость Вики и тающая на глазах надежда на лучшее. Бонт в нём залился слезами, как тот маленький мальчик, которого она успокаивала на другом обрыве… где гулял такой же колючий злой и холодный ветер.       — Вики… — шепнул Мальбонте, разом севшим голосом, встав на колени, наклонившись к ней, дрожащими пальцами отодвинув безжизненные крылья. И тут же отпрянул, закрыв руками лицо, сдержав яростный рык, утопив его в горле.       Тонкие пальцы Королевы сжимали стальной клинок… а на шее расцвела глубокая рана, словно кровавая усмешка над ним. Кровь залила грудь и плечи, белое платье и слепила прекрасные волосы.       — Что ты наделала… — вопрос сорвался вместе со вздохом. Он ринулся к ней, схватил её тело, приподнял на руках, всё ещё надеясь, что намерение убить и желание умереть в Королеве было недостаточно сильным, что что-то в ней в последний миг дало слабину, что страх победил отчаянье… что она… очнётся. Мальбонте прижимал к себе свою Победу, с лихорадочным блеском в глазах всматриваясь в спокойное бледное лицо, словно покрытое воском. Надежда… последние крупицы её жизни… кап…кап…кап…       Что-то в нём умерло в тот миг. Вместе с частью его сил в Небытие ушла и часть личности. Умерла вместе с ней. В глубине души он знал… Догадывался, что Бонт отныне больше не потревожит его, не напомнит о себе и не загонит в клетку. Бонт выбрал уйти вместе со своей первой любовью. Малю же осталась последняя. Счастье с привкусом пепла.