День святого Валентина

Утром четырнадцатого февраля Жанна встала ни свет ни заря, взяла всё необходимое, чтобы продержаться до ночи, и, найдя в Хогвартсе самый заброшенный чулан в конце коридора шестого этажа, основательно там забаррикадировалась. Снаружи двери она наложила отталкивающие чары, а изнутри подпёрла её стулом и засунула в чугунный засов швабру. Затем примостилась на перевёрнутом ведре и стала терпеливо ждать, пока закончится этот малоприятный праздничный день. От нечего делать она дочитывала под светом “Люмоса” книгу про британские школы-пансионы. Ей как раз попалась глава про учебные заведения, куда допускались одни только девочки. И почему Хогвартс не мог тоже оказаться женским пансионом? “Ученицы подобных школ часто скучают по обществу юношей”, – говорилось в книге. А Жанну мальчики так достали, что она по этому самому обществу ни за что скучать не стала бы. Вдруг снаружи раздался характерный стук. Жанна поняла, что отталкивающие чары спали, но стул и швабра всё ещё выдерживали атаку противника, не позволяя ему отворить дверь. Жанна притаилась как мышка, надеясь, что очередной настойчивый ухажёр сочтёт чулан пустым и пойдёт разыскивать её где-то ещё. – Жанна! – донёсся сквозь дверь голос. Вопреки опасениям насчёт ухажёра, голос принадлежал Гермионе. – Я знаю, что ты здесь. Выходи! – Ну нет, – отозвалась Жанна. – Сегодня мне среди людей делать нечего. – Выходи скорее! – А что-то случилось? – Случилось!... Рон и Гарри из-за тебя на дуэли собрались драться. Пожалуйста, сделай хоть что-нибудь! Я не хочу, чтобы пострадали два моих лучших друга! Жанна застонала, но всё же закрыла книгу, устранила преграды и выбралась наружу. Весь коридор шестого этажа был завален валентинками разных размеров и оттенков розового вперемешку с кулончиками, колечками и мягкими игрушками – подарками от поклонников. Перепрыгнув через валяющихся на пути огромных, в пол человеческого роста плюшевых мишку и кролика, сжимающих в лапах по сердечку, Жанна поспешила вслед за Гермионой в Большой зал, где был запланирован поединок. Все стены и лестничные пролёты были размалёваны фразой “JEANNA, BE MINE!” В Большом зале собрались все сто семьдесят четыре ученика Хогвартса. Вместо поединка там собирались устроить всешкольную битву с выбывающими в каждом туре. Победителю был назначен главный приз: место в программе по студенческому обмену, дающее возможность поехать в следующем году на одну неделю в Колдовстворец, где училась Жанна. Собственно, Большой зал был теперь и не залом больше, потому что его наружная стена была основательно разрушена. Это мальчики тренировали перед турниром боевые заклинания и немного переборщили. – Да начнётся битва, и пусть победит достойнейший! – провозгласили говорящие рыцарские доспехи, которые должны были судить сражающихся. – Эй, погодите! А меня подождать? – раздался высокий холодный голос. И в проём стены влетел сам Лорд Волдеморт. Следом за ним на мётлах прибыли Сивый, Яксли и Роул и выхватили палочки, готовясь к схватке. – А ты-то с какой стати заявился? – невежливо спросил Гарри своего главного врага. Он не знал, что сегодня утром Драко Малфой послал матери мэнор письмо с просьбой выслать ему фамильное кольцо Блэков, чтобы он мог наконец сделать предложение будущей леди Малфой, и приложил к письму портрет невесты. Этот портрет он вчера еле-еле выменял у Дина Томаса на место за соседней партой с Жанной. Второй портрет Дин ни за что не соглашался отдавать, поэтому отцу в Азкабан пришлось выслать отбитую у Колина Криви фотокарточку. Впрочем, как утверждал Драко в письмах родителям, ни рисунок, ни фотография не могли передать и сотой доли красоты Жанны. Несмотря на это Лорд Волдеморт, увидев в руках Нарциссы Малфой портрет, настолько влюбился в изображённую на нём девушку, что решил сейчас же отправиться в Хогвартс и принять участие в битве. – Да тебе лет-то сколько? Не опоздал ли учиться по обмену, дедуля? – продолжал грубить Гарри. – Учиться никогда не поздно, – парировал Тёмный лорд. Противники разделились на пары, подняли палочки… Ещё секунда, и началось бы всесокрушающее побоище… – Прекратите сейчас же! – воскликнула Жанна магически усиленным голосом. Противники застыли с палочками в руках. – Ты такая красивая, когда злишься, – подкатил к ней Симус Финниган, но тут же притих под её грозным взглядом. – Каждого, кто будет драться из-за меня, я в о з н е н а в и ж у, – продолжала Жанна, сделав упор на последнее слово. – А что же нам сделать, чтобы тебя порадовать, о сибирская жемчужина? Жанна на минутку призадумалась и вдруг поняла, что она может вдохновить толпу неиствующих парней на… да на что угодно! Ради неё сладкоежка Рон отказался от варенья, Гарри в рекордные сроки стал анимагом, Невилл потерял страх перед Снейпом! – Что сделать? Ну, для начала, ремонт в Большом зале, – сказала Жанна, указывая рукой на разрушенную стену. – Потом не помешало бы убраться в замке, починить всё, что требуется – на четвёртом этаже кран течёт, на пятом подсвечник отвалился… а впрочем, у Филча есть полный список. Не теряя времени, мальчики принялись за работу. – А самое главное – это всем, кто плохо поступал, попросить прощения и стать хорошими! – последняя фраза была адресована Волдеморту и его Пожирателям. – Ради вас я готов и на это, – сказал Волдеморт со слезами. Он плакал впервые за шестьдесят два года.