Враг под моей дверью

/Лэр/ Уже месяц прошел с тех пор, как начался этот дурацкий домашний арест, а мне на ногу прицепили эту штуковину, которая пищит всякий раз, когда я пытаюсь выйти на улицу! И это стоило только лишь ступит за порог один раз. Всего раз! Пошли я тогда в бой очередного робота и все было бы в порядке. Но этот Спектор! Чтоб его... Когда этот наглый супергероишка вновь решился влезть в мои дела и сломал очередную железную игрушку, которую мне, между прочим, пришлось мастерить около недели, я не выдержал и вышел на свет. Лично. Драка не удалась. Все же было очень глупо поддаваться ярости и выключать логику, идя в битву с человеком, что правит миром эмоций. Тем более, что до этого он не видел лица своего врага, а теперь... Теперь Спектр был в курсе всех деталей и даже адреса. Благо, юристы и адвокаты у меня отличные, а потому приговор звучал так: «Лэру Логвилу назначено наказание в качестве года домашнего ареста». Каким образом они этого добились было неведомо никому, даже судье. Зато ведомо было мне и моим людям. Мы предоставили липовые алиби. Делов-то. Таким образом, неоднократные нападения моих железячек на некоторых наглых личностей осталось за кадром, сменившись бессмысленной попыткой ограбления. Сейчас я проводил дни и ночи в своей мастерской. Конструировал. Изучал. Строил планы на будущее. А планы были ого-го. Одна месть чего стоила! Помимо прочего, я завел себе... Нет, не страшного пса, по кличке Цербер. А всего-то помощницу по имени Рози. Глуповатое имя. Я еле смирился. Она выполняла роль домработницы тире секретарши. По сути таскала в мой дом продукты, готовила, смотрела за отнюдь не маленьким домом и время от времени отваживала от меня любознательных горожан, которых так и тянуло пойти на край города и поглазеть: вокруг меня с недавних пор начало собираться достаточно большое количество легенд. Помимо этого Рози выполняла функции «принеси-подай и выполни любое поручение», так что иногда ей приходилось мотаться на край света за конкретной деталью для моих роботов или за пером фламинго. Это уж как пойдет. Есть еще вопросы к тому, почему я терплю это глупое имя? А если бы не вмешался этот Спектр, то до сих пор всю работу по дому спокойно выполняли бы роботы, ведь я не боялся бы неожиданно заглянувшей на чай полиции! Я был бы свободен! Если бы этот выскочка не вмешался — то все было бы отлично! Неужели у него нет других забот, кроме того, чтоб сувать свой нос куда не попадя?! Ведь можно было просто посидеть дома с семьей, поиграть с детьми, которые несомненно были у такого «хорошего» парня, как этот. Провести время с женой, в конце концов. Заняться делом! Но нет! Спектр предпочитал лезть всегда и всюду! Если бы я знал кто он... Если бы мог рассмотреть его лицо, скрытое обычно за самой страной маской из всех возможных: светящимся шаром, созданным из эмоции радости и оптимизма. Непробиваемая вещь. И настроение у него всегда соответствующее. Ох, как бы я хотел разок врезать ему по физиономии, чтоб хоть раз увидеть столь редкие эмоции гнева. Хотя, это скорее всего даже опаснее, чем взрывы от «концентрированной радости», хранившейся в него в сумке в виде розовых, ромбовидных фигурок. Именно их он чаще всего использовал в бою. Реже синий ромб с запечатанной печалью. А уж липучесть страха была нонсенсом. День клонился к ночи и за окном уже стрекотали сверчки (которые развелись в саду, посаженом Рози, ох, дурость в кубе...), когда робот по кличке Косяк (он походил на уродливую дворнягу с гусеницами вместо лап) сообщил мне, что под дверью кто-то скребётся. Даже иногда стучится. Очередной «фанат», решивший узнать насколько байки обо мне правдивы. Ну да, конечно. Так я и бросил разработку уменьшателя ради этого проныры! — Передай Рози, чтоб она утихомирила наших гостей, — лениво зевнул я, добавляя новую линию к чертежам. — Мистер, Лэр... — Мистер Логвид, Косяк. Когда ты запомнишь, что надо добавлять не имя, а фамилию? — ...я не могу доложить мисс Рози, так как ее нет. — В смысле «нет»? – я нахмурил брови и взглянул в календарь. Никого выходного в планах на сегодня не стояло. Да и не уходила она на выходные еще не разу! — И где она шляется? — Мисс Рози... — Она мисс Корич, багнутое ты создание, — этот робот задолбал звать всех по имени, а не по фамилии. — ...отправилась на поиски флорентийского камня B36. — Чего?.. Мы что, строимся? Пристройка о которой я не знаю? Какой флорентийский камень? — Вы так назвали лунный грунт, сэр. — Рози-то хоть знает об этом? Или она просто ищет нам супер-определенный камень для стройки? — Боюсь, что если вы пошлете ее именно за лунным грунтом, то она пошлет вас. Но не за грунтом. — Заканчивай, — скривил я нос. — Дожил, моя прислуга и мой робот стремятся меня послать. — Извините, сэр. Но вы так и не сказали, что делать с посетителем. — Включи запись с камер наблюдения. Кто к нам приперся? Косяк включил экранчик, расположенный на его боку и подключился к камере возле двери. Рядом с ней действительно был человек. Он прислонился головой к стене и, будто из последних сил, шкреб ногтями по двери. На нем была совершенно подранная красно-черная джинсовка, которая выглядела подозрительно знакомымо. Где же я эту джинсовку видел? Мозг начал поочерёдно перебирать людей и очень быстро наткнулся на нужный ответ. Слишком уж часто за последнее время она мелькала у меня перед глазами. — Косяк, это тот человек о котором я думаю или меня все же настигло помутнение рассудка из-за недостатка кислорода, чрезмерных нагрузок, недосыпов и отсутствия социальных контактов? — Я пока не умею анализировать данные из вашего мозга, мистер Лэр, вы не соизволили добавить мне эту функцию. — Это Спектр? — Мои датчики не позволяют мне... Я не стал его дальше слушать. Сорвался с места и помчался к двери, захватив с собой несколько игрушек, которые могли стереть любое земное существо в порошок за долю секунды. Ну и обычный пистолет, куда без него. Хотя Рози со мной упорно не соглашалась и считала пистолет с плазменным зарядом НЕ обычным оружием. Минуты две заняло подняться из подвальных помещений в жилую часть дома (хотя все мои роботы и Рози смело бы заявили, что для меня мастерская — это жилая часть). Еще минуту я быстрым шагом шел к двери. Затаился за ней. Я все еще не послал робота только потому, что не был уверен, что это действительно Спектр, иначе все было бы по другому. Я бы не совершил свою прошлую ошибку еще раз. Не пошел один на один. За дверью раздался болезненный стон, прорвавшийся сквозь сомкнутые губы. Снова кто-то зашкребся. — Пожалуйста... От-крой... Голос слабый, с покашливанием. Но точно знакомый. — Убирайся. Я лаконичнен. Краток. Держу наготове пистолет. — Боюсь, что не могу... Он снова закашлялся. Застонал. Да что происходит? Может ловушка? Он-то знает правду о том кто я и чем обычно занимаюсь. Когда Спектр явится «в гости» было вопросом времени. Он точно захочет по-настоящему упечь меня за решётку, как пить дать. Я резко открываю дверь и направляю ствол на этого недогероя. Стараюсь быть хладнокровным, собранным. Нельзя дать ему воспользоваться моими мыслями и чувствами. Это действительно он. Собственной персоной. Какая «честь»! Сидит у стены, сгорбился. Голова, закрытая капюшоном от джинсовки, а на лице маска из аптеки. Он прижимает к себе ногу на которой чётко виднеется серьезная рана. Вроде бы пулевое. Руки все в ссадинах. Одежда прожжена в нескольких местах. Что произошло?.. — Зачем явился? Я поднимаю бровь, рассматривая его. Какой-то он слишком щуплый – наверно сел на диету. Ну или сказывается то, что Спектр всегда носит эти молодёжные толстовки, больше похожие на мешки, чем на одежду. Фу. Существует же классика одежды, а не вот этот вот позор. — Я помощи пришел... Ах... Просить... Морщится. С трудом говорит. — Ты ошибся, парень. Больница в другой стороне, — усмехаюсь я, не отводя оружия. — Убери пистолет. В м-меня уже стрел... Стреляли. И, — он прерывается и поднимает заплаканные глаза на меня, будто какой-то уличный котёнок, — мне не к кому больше пойти. Она д-далеко, да и опасно... — Чего это? Боишься спалить тайну личности? — И это тоже. Ты можешь помочь мне? — он смотрит с надеждой, которая обязана вскоре растаять. — Парень, а ты наглеешь, — я не опустил пистолет и не расслабился. Мало ли что он задумал. Знаю я таких актёришек. Сам так делаю. — Хочешь, чтоб я пустил тебя в свой дом? А не много ли чести? — Ну пожалуйста! — он откровенно начал канючить, а глаза снова налились влагой. — Я ранен, можешь проявить хоть каплю сочувствия?! Я многозначительно посмотрел на него, приподняв бровь. Он скривился и отвернулся. — Ну конечно, куда тебе... Ты же... — Злодей, хочешь сказать? — Типа того. — И ты прав. Я тебя терпеть не могу, надоедливая ты блоха. Лезешь в чужие дела, и в чужие головы; думаешь я это забуду? По твоей милости я сейчас здесь сижу безвылазно! И после этого ты приползаешь ЗА ПОМОЩЬЮ? — Ты заслужил ВСЕ, что с тобой случилось и даже больше. Каков наглец! — А ты заслужил спокойно истечь кровью на моем крыльце. Нормальная справедливость, как тебе кажется? Хочется поиздеваться и я издеваюсь. Но в моей голове постепенно появляются сомнения в том, что передо мной спектакль — слишком уж реалистично играет. И кровь не похожа на бутафорскую. Хотя, может он ее создал из эмоции боли? А плачет потому что... Потому что сам сгенерировал собственные эмоции! Наверняка он так может. К нам подъезжает мой медленный робот. Косяк вовремя сканирует сжавшего губы парня и выдает: — Пулевое ранение в ногу. Пуля прошла по касательной. Многочисленные ушибы и царапины. В области груди ожоги второй степени, преимущественно нанесенные огнем. — Он не симулирует? — Нет, мистер Лэр. Это реальность. Косяк развернулся и мирно пополз в сторону цветов, чтоб их полить. Странная все же у него программа. Смесь врача и домохозяйки. Надо этим заняться. Но сначала парень, истекающий кровью на моем пороге. Между прочим под ним дорогущее, красное дерево. Ну ничего, красное красным не испортишь. Можно будет потом еще и винчиком полить. — Так уж и быть, выползай, смертничек. Я не свожу с него взгляд, пока он, охая и ахая забирается внутрь дома, и закрываю за ним дверь на несколько замков. Мало ли. — Ну и что случись? — я обхожу его, становясь перед его лицом, пока он расселся на полу. — Вылазка не удалась, — сухо отвечает он и стряхивает прилипшую грязь с ладоней, — в ловушку попал. — Это не удивительно. Удивительно, что в первый раз с твоим-то скудоумием. — Если так, то почему ты мне проиграл? Дерзкий. Видимо дерзость не вытекает из человека вместе с кровью. — Знаешь, я ведь могу и отказаться тебе сейчас помогать. Ты все еще мой враг и я буду рад твоей смерти, но я посмотрел в календаре, а сегодня оказывается тот самый день, когда я делаю одно хорошее дело в год. Тебе повезло. Но если ты не прикусишь язык, то я перенесу эту прекрасную дату на два дня позже и преспокойно пойду к себе, заниматься делами. Я был рад увидеть, как его глаза испугано распахнулись. Честное слово, верит всему, как ребенок. Кстати о возрасте. — Знаешь, я предпочитаю работать с людьми, которых знаю в лицо, так что сними капюшон и маску. Он отодвинулся от меня подальше и прижал руку к капюшону. — Нет! Моя л-личность!.. Это должно быть тайной! — Моя личность тоже должна была остаться в тайне, но ты сделал так, что теперь меня знают все. Знаешь, как трудно теперь отгонять людей от моего дома? — Ты сам вышел ко мне! — А не надо было лезть в мою голову и внушать тупое решение показать лицо! А теперь иди сюда. Я потянулся к нему и он попытался отскочить, но я крепко схватил его за шиворот и стянул капюшон. Он даже не воспользовался способностями, потому что силы были на нуле, а в его сумке не осталось ни единого шара с эмоцией. Маска тоже была сдёрнута. Он отворачивается, не хочет показать лицо, но я крепко беру его за подбородок и поворачиваю к себе. Лучше бы я этого не делал. Какой. Позор. Ребёнок. Он действительно был ребёнком! Точнее подростком. Ему лет четырнадцать на вид! Жу-у-у-уть... Все это время я тратил свои силы на схватки С НИМ?! С вшивым малолеткой?! Я! Опытный и уважаемый ученый! Да мне скоро стукнет сорок, а я не мог совладать с прыщавым подростком... Позор. Клеймо на всю жизнь. — Да ты... Он вырвал подбородок и злобно уставился на меня. — Да, я молод. И что? — Ты РЕБЁНОК, вот что! — Я не ребёнок. Я... — Тебе не больше четырнадцати! — И он все еще истекает кровью на вашем полу, — любезно подсказал мне Косяк, поливая фиалки. Я потряс головой и схватился за переносицу. Нет. Нет-нет. Не может быть. Ужас. Просто я все же заснул на чертежах и мне все это снится. — Мистер Лэр, если вы не сделаете что-то прямо сейчас, то через тридцать минут потеря крови будет критичной. Ладно. Хорошо. Сосредоточимся на деле. Убийство детей не входит в мои планы на жизнь. Жесть, ребёнок!!! Наплевав на жажду мести, которая была неуместа в данных условиях, я подхватил мальчишку на руки и перенес на ближайший диван, чему он был несказанно удивлен. Да и я тоже. Через мгновение в моих руках оказалась моя аптечка, которую наполовину создал я сам (да, не сложил, а именно СОЗДАЛ). — Так, шкет, сейчас будет больно, так что сожми зубки. — Мне и так б-больно. А обезбола нет? Мне бы хотелось сказать, что нет, но Шавка говорит первее: — На верхней полке в правом шкафу. Дурость в кубе. Следующие полчаса я реализовывал себя по специальности, полученной в студенческое годы. Обезбол. Кровотечение стабильное, кровь темная, скорее всего вену повредил. Пришлось перетянуть ногу повыше раны жгутом и обработать от инфекций. Надо бы вырубить этого парня, потому что дальше последуют несколько швов, а эта перепуганная мелочь вжалась в диван и смотрит большими глазами, готовая в любой момент дёрнутся. — Слушай, у тебя не завалялись где-то ромбики с эмоцией сна? — Эмоции сна не существует. — Ладно, а как на счет покоя? Спокойствие, отрешенность? Что-то в этом роде. — Зачем тебе? — Не мне, а тебе. По моим расчётам они должны сработать на подобии сильного обезболивающего и, если повезёт, наркоза. Я прав? Или ты можешь просто себе это внушить? — Мог бы — тогда не пользоваться бы лекарствами сейчас и ромбами в бою. — Ну так?.. — Я еще ни разу не п-пробовал их использовать. А можешь жгут не таким тугим сделать, а? — Ага, если ты научишься останавливать кровь другим способом. Так что по эмоции покоя? — Не знаю... — Зато я знаю. Я отбираю его сумку и шарюсь в ней, пока не нахожу единственный бирюзовый шарик. — Оно? — Ага. — Ну тогда поехали. Как тебя зовут-то? — Тебе зачем? Он ощетинился, будто я его отец и задал вопрос по типу: «Где сигареты?». Мальчишка невыносим. — Я все ещё хочу остаться хоть немного инкогнито и... — Я вычислю тебя в любом случае, просто пробив твое личико по базе, ведь ты сейчас запечатлен на всех камерах. А так, это будет просто нормальное знакомство. Либо, как я и говорил, придется пойти и потрать время на то, чтоб узнать кто ты и... — Ладно! Хорошо! Какая жесть... Лучше бы остался на улице. — Поддерживаю. Итак? Он заметно нервничает и отводит взгляд. Наконец открывает рот и тихо шепчет: — Я Арси...