Я же рискую, так?

/Арси/ До того, как я принял дозу покоя, мне было страшно и больно. А сейчас... Нога онемела, рот мало что мог сказать. Лэр не обращал никакого внимания на то, что я остался в относительном сознании и продолжал свои махинации с моей ногой и сейчас уже дошел до стадии «почти дошил». В принципе, он же медик, так что не удивительно, что у него хорошо получается. Что мне делать? В момент, когда я оказался возле его двери, мысли мешались, путались, а эмоции сходили с ума. Я не мог их контролировать: слишком много сил ушло и способности не работали. Насколько я помню, последний раз я использовал силы, чтоб преобразовать болевой шок в ромб и с его помощью телепортироваться на другой конец города. Кто же знал, что Вихри и та компашка будут работать вместе? Вихри редко сотрудничали с кем-либо, чаще были из разряда «скитальцы». Бродили себе по лесам и питались всякой живностью. Если бы не их присутствие, то я раскидал бы всех на раз два, но нет же! Ох! Ну почему «покой» не может действовать нормально, без багов?! Почему обязательно нет-нет, да давать ощущениям проходить сквозь барьер? Когда уже Лэр закончит? И что делать, когда он закончит? Вряд ли он скажет: «Отлично тебя подлатали, а теперь иди и дальше мешай мне творить зло!». Наверняка же попробует задержать. Может вообще возьмет в плен, закует в кандалы и бросит в темный подвал к механическим крысам. Вот будет веселуха! Надо бы залезть в его голову... Но силы на нуле. Прошло около получаса. Чувствую, как он закончил с ногой и начал снимать мою джинсовку, чтоб сделать что-то с ожегами. Ощущения начинают потихоньку возвращаться и я понимаю, что наконец могу двигать языком. — У-у-у, какая красота! — он смотрит на прожженую футболку под которой виднеются ожоги и цинично цокает. — Я так понимаю, кто-то столкнулся с горящими Вихрями? — М-м... — Вихри-Сотрудники — это безумная редкость. А огненные и того реже. Тебе, я погляжу, везет. Вихри появились в нашей жизни лет пять назад и тогда это было что-то сродни апокалипсису: они были огромными, агрессивными, уничтожающими целые города. Если описывать их в двух словах, то это ожившие смерчи. Буквально. Торнадо, которые имели разум. Мы не знали почему они появились, мы паниковали, мы бежали. Тогда мне было не больше девяти и все казалось не таким ужасным, как оно было на самом деле, да и смертей на моих глазах было поменьше, чем у остальных. Родители сразу переехали в относительно спокойный город, куда Вихри не ходили по какой-то причине, но это их не спасло. Со временем, огромные торнадо стали пропадать и на их смену пришло более хилое поколение. Теперь это были небольшие пылевые или песчаные вихри. Некоторые даже формировались из золы или обугленной бумаги. Креативили они, короче. Как и обычные земные смерчи, они классифицировались по пяти видам: песчаные, водные, воздушные, снежные и огненные. Я попал на последних. Со временем, Вихри разделились еще и на две касты: Сотрудники, то есть те, что охотно взаимодействуют с людьми и даже им помогают, и Скитальцы, что не любили людей и их общество, а потому гуляли в отдалённых местах, подальше от городов и деревень. Кстати, о деревнях. Я лично видел, как одна старушка настолько хорошо подружилась с одним Вихрем, что тот довольно и беззаботно скакал по ее огороду, вспахивая землю. Вот, как бывает. — М-да... — Лэр потихоньку мазал меня какой-то штуковиной от ожогов. — Я даже не удивлён, что тебе наконец-то прилетело по-настоящему. Я бы еще добавил. — Не сомневаюсь, — я поморщился от взаимодействия с холодной, склизкой мазью. — Я догадываюсь, что ты не хочешь идти домой. Там от тебя мокрого места не оставят, когда поймут чем ты занимаешься. В нашем мире и так легко умереть, особенно в последнее лет пять, так ты еще и усугубляешь! Он говорит, как типичный папаша. Наверно на него так влияет забота о ком-либо. Ну или это просто сарказм. — Я не иду домой, потому что у меня его и нет, как такового, — пожимаю я плечами, слишком спокойно сообщая ему эту информацию. Наверно «покой» все еще действует. — Сиротка что ли? — злорадно ухмыляется Лэр. Чего и стоило ожидать от такого как он. — Зови это как хочешь. Я закрыл глаза, чтоб не видеть его противное лицо, растянувшееся в довольном выражении. Терпи. Терпи. ТЕРПИ. Как только тебе станет немного легче, ты уйдёшь отсюда и больше не вернёшься. — На твоем месте, я все же хранил бы у себя под мостом мало-мальскую аптечку, а то я не готов каждый раз играть в день добрых дел. Вот же гадина саркастичная! — Я живу не под мостом, если тебе так уж интересно. Но вот с этим, — я кивнул на ногу, — не справился бы. Тем более, что меня телепортнуло именно сюда и будь моя воля, я вообще бы никогда!.. — Понял, понял. Заткнись, малолетка языкастая. Он, совершенно без всякого разрешения, схватил меня за подбородок своими жилистыми руками в многочисленных химических ожегах, и повернул к себе, поднося к губам стеклянный, небольшой бутылек. — Пей давай. — Что это? Я недоверчиво скривил нос, глядя на бутылек. В нем плескалась какая-то голубая жидкость, совершенно не располагающая к тому, чтоб ее выпить. Вот ни разу. — Это чтоб быстрее заживала вава, если на твоем языке. А вообще это моя личная формула, иногда балуюсь разработкой лекарств. Ясно. Отравить меня решил. — Давай без этого, — я отодвинулся подальше. — Оно как-нибудь само. — Не доверяешь? — Лэр изогнул бровь, насмешливо глядя на меня. — А у меня есть повод к доверию? — Вообще-то, да. Я тебя зачем сейчас зашивал? Чтоб ты в конце помер, но не истекая при этом кровью? Не говори глупости. — Все равно не буду. Мало ли что у тебя в голов... М! Мне зажали нос, вынуждая инстинктивно распахнуть рот и влили туда эту гадость, тут же гладя ладонь на губы, чтоб я проглотил. Я дергался и пытался драться, но где четырнадцатилетка, а где сорокалетний мужик! Силы совершенно не равны. — Я не собираюсь с тобой играть в заботливую мамашу и долго тебя уговаривать, — фыркнул он, когда я окончательно все проглотил и сидел, откашливаясь. Блин, даже Вихри не были такими противными! — Да п-пошел ты... Кх! — я втянул побольше воздуха. Это можно классифицировать, как попытку отравления и удушения одновременно! — Я бы пошел, но вынужден тут с тобой сидеть, словно нянька. — Нянька-уб-бийца! — Хватит преувеличивать. Вы, подростки, слишком сильно качаетесь в сторону максимализма. — Мистер Лэр, — подал голос робот, что подъезжал раньше, — от эмоционального напряжения пациенту может стать хуже. — Он сам виноват. Ты же видел! — возмутился злой учёный. Я попытался встать, но первая же попытка двинуть ногой отозвалась болью, раскатившейся по всему телу. — Куда это ты собрался? Он грубовато толкнул меня обратно на диван, а я зажмурился, слегка заскулив. — Больно... — Да что ты! А я думал, что ты прям сейчас встанешь на эту ногу и марафон побежишь. Олимпийский чемпион, тоже мне. — Можешь не издеваться хоть иногда?! — Нет. Должен же я хоть от чего-то получить дофамин. — Я хочу уйти отсюда. Отпусти меня. Кровь не идет. Я справлюсь. — Ты идиот? Хочешь переночевать на улице? — Я как-нибудь доберусь до дома и... — Ну нет, шкет. Ты останешься здесь. И останешься ты надолго. Мне не нужен на улице противник в твоем лице, а как только ты очухаешься, то именно им и станешь. Опять. Ну как я и думал. Точнее я не думал походу! Вообще! — Т-ты меня что, в заложники типа берёшь? — Можно и так сказать. Я снова попытался встать, но на этот раз подвела голова. В глазах встал туман и я часто заморгал. Что со мной?.. Головой я вроде не бился. — Не трать силы зря. Через двадцать секунд ты отключишься приблизительно на двадцать четыре часа. — Ты... Все же отравил меня?.. Я лихорадочно пытался сфокусироваться, но ничего не выходило. — Что ты! Нет. Просто это побочка от быстрой регенерации, которую обеспечивает мое лекарство. Вот подлец...