Глава 12. Когда рушатся стены.

Тяжёлые шаги эхом разносились по подземному коридору. Темница располагалась глубоко под главным зданием поместья. Чтобы попасть туда, нужно было пройти через несколько тяжёлых железных ворот и спуститься по узкой каменной лестнице, уходящей под землю. Чем ниже становился путь, тем холоднее делался воздух. Здесь не было окон. Лишь редкие факелы, закреплённые на стенах, отбрасывали дрожащие отблески на влажный камень. В полумраке длинный коридор казался бесконечным. С потолка изредка падали капли воды, нарушая гнетущую тишину. В воздухе стоял запах сырости, ржавчины и старого камня. Камеры располагались по обе стороны прохода. Их двери были выкованы из толстого железа и покрыты защитными печатями. Джиро шёл вперёд, сопровождаемый двумя вооружёнными стражниками. Его лицо оставалось спокойным, но каждый встречный охранник невольно напрягался, когда глава дома проходил мимо. Сегодня он был опаснее любого крика. Они остановились возле двух соседних камер. В одной сидела Аки. В другой — Ами. Между ними находилась толстая каменная перегородка, не позволявшая видеть друг друга. Аки сидела у стены, скрестив руки на груди. Даже сейчас в её взгляде оставалось упрямство. Ами же выглядела иначе. Она сидела на полу, опустив голову и глядя в одну точку перед собой. На её одежде всё ещё темнели следы крови Изао. — Откройте, — приказал Джиро. Стражник немедленно выполнил приказ. Глава дома вошёл первым. Аки подняла голову и усмехнулась. — Сам глава клана решил навестить меня? Джиро остановился в нескольких шагах от неё. — Кто вас нанял? Улыбка исчезла с её лица. — Сразу к делу? — У меня нет желания вести с тобой беседы. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. — Не знаю, о чём вы говорите. Удар пришёлся быстрее, чем она успела договорить. Кулак Джиро с силой впечаталась в стену возле её головы. Камень треснул. Аки вздрогнула впервые за всё время. — Не лги мне. Голос главы прозвучал негромко. От этого становилось только страшнее. — Ты пыталась убить мою дочь. — Его взгляд был холоднее стали. — И если я узнаю, что хоть кто-то из моих людей помогал тебе, я найду каждого. Аки стиснула зубы, но промолчала. Джиро ещё несколько секунд смотрел на неё, после чего развернулся и вышел из камеры. Следующей была Ами. Когда он вошёл, девушка даже не подняла головы. — Посмотри на меня. Тишина. — Ами. Она медленно подняла взгляд. В её глазах не было ненависти. Только усталость. — Почему? Девушка горько усмехнулась. — Вы действительно хотите услышать ответ? — Да. Ами долго молчала. — Потому что мне приказали. — Кто? Она опустила глаза. — Если скажу, умру. — А если не скажешь? Ами невесело улыбнулась. — Тогда тоже умру. В темнице снова воцарилась тишина. Джиро внимательно наблюдал за ней. В отличие от Аки, эта девушка не выглядела фанатиком. Она выглядела человеком, который уже давно смирился со своей судьбой. И именно это настораживало больше всего. — Подумай ещё раз, Ами, — он развернулся к выходу. — Потому что следующий наш разговор будет последним. Когда дверь камеры захлопнулась, девушка осталась сидеть в одиночестве. И впервые за всё время после ареста её руки начали дрожать.

***

С того дня, как напали на Сэчико, прошла неделя. Нана за это время приходила в себя один раз, совсем ненадолго, но спустя такой большой срок наконец-то очнулась и была в состоянии мыслить. Мадара и Сэчико в момент пробуждения Наны сидели рядом с её постелью и тихо переговаривались. Она открыла глаза, но всё казалось ей расплывчатым. Несмотря на это, она узнала по голосам химе и Мадару. — Госпо... жа... — прошептала девушка, стараясь сосредоточить взгляд. Сэчико и Мадара прервались и перевели взгляд на Нану. Она приподнялась на локтях. — Нана... — сорвалось с губ химе, будто не верившей, что та очнулась. На глаза накатились слёзы, сдерживать которые не было сил. — Нана! — Сэчико бросилась обнимать её, заплакав. — Я так за тебя переживала... Нана тихо охнула, когда Сэчико крепко прижала её к себе, но всё равно слабо улыбнулась и дрожащей рукой осторожно коснулась её спины. — Госпожа... вы плачете... — едва слышно прошептала она. — Конечно, плачу, — сквозь слёзы выдохнула Сэчико, не отпуская её. — Ты неделю не приходила в себя... Я думала... Думала... Голос сорвался. Нана виновато опустила взгляд. — Простите... что заставила вас переживать... — Даже не смей извиняться, — сразу сказала химе, чуть отстраняясь, чтобы посмотреть ей в лицо. — Главное, что ты очнулась. Нана слабо кивнула, всё ещё пытаясь окончательно прийти в себя. Взгляд медленно скользнул по комнате и остановился на Мадаре, стоявшем рядом. — Мадара, — тихо позвала она. Он подошёл ближе. — Как себя чувствуешь? — Будто меня переехала повозка, — хрипло попыталась пошутить Нана. На губах Мадары появилась едва заметная тень улыбки. — Значит, жить будешь. Сэчико тихо рассмеялась сквозь остатки слёз, вытирая глаза рукавом. От этого звука в комнате будто стало легче дышать. Мадара перевёл взгляд на Нану внимательнее. Несмотря на то, что она пришла в сознание, лицо её всё ещё оставалось бледным, а дыхание — слабым. — Я схожу за лекарем. — Хорошо, — химе проводила его взглядом, а после вновь повернулась к служанке. Мадара, задержав на них взгляд ещё на секунду, молча вышел из комнаты за лекарем, тихо прикрыв за собой сёдзи. — Кажется, вы помирились? — осторожно спросила Нана, когда парень ушёл. — Угу, — мягко улыбнувшись, ответила Сэчико. — Я очень этому рада, — на лице Наны расцвела широкая улыбка. — Ложись обратно в постель. Ты ещё слишком слаба. Она устало улыбнулась и послушно прикрыла глаза на мгновение. — Хорошо... Сэчико осторожно поправила ей одеяло. — И я никуда не уйду, — тихо сказала она. — Так что можешь спокойно отдыхать. Нана посмотрела на неё долгим тёплым взглядом. — Вы всё это время были рядом? Химе смущённо отвела глаза. — Почти. — Госпожа... — Нана слабо сжала её пальцы. — Спасибо. Сэчико только покачала головой, снова чувствуя, как к глазам подступают слёзы. Минут через десять Мадара вернулся с лекарем. Он осмотрел её и дал указания пока не кормить Нану тяжёлой пищей, а также прописал лекарства. Затем Мадара пошёл за едой для Наны, а Сэчико в это время рассказала ей обо всём, что произошло пока она была без сознания и о своём разговоре с ним.

***

Это было спустя два дня после произошедшего. Несмотря на случившееся и на то, что Мадара теперь всегда был рядом, Сэчико всё равно практически не разговаривала с ним. Хотя ему показалось, что лёд хоть немного тронулся. Сейчас он наблюдал, как химе сидит у постели Наны уже вторые сутки. Перед ней давно остыла чашка чая, к которой она так и не притронулась. Она в целом за эти два дня почти не ела и не спала. Мадара осторожно подошёл к химе и сел рядом. — Госпожа, — тихо позвал Мадара, осторожно коснувшись её плеча. — Идите к себе. Вам нужно поспать. — Как я могу спать, когда дорогой мне человек лежит тут и страдает? — Но вам нужен отдых. Думаете, Нана обрадуется, если узнает, что вы тут сидели и совсем не отдыхали? Сэчико замолчала и задумалась, а затем тихо и коротко хихикнула. Мадара изогнул брови, смотря на химе. — Думаю, она меня отругает. — Это правда, — он улыбнулся и посмотрел на спящую Нану. — Поешьте и отдохните. Она уже в безопасности. Ей больше никто тут не навредит. Химе покачала головой: — Думаю, ты прав. Мне и правда стоит отдохнуть. Мадара удовлетворённо кивнул. — Тогда я провожу вас до покоев. Сэчико уже хотела привычно отказаться, но осеклась. — Хорошо, — тихо согласилась она. Мадара на мгновение замер, будто не ожидал столь лёгкого согласия, а затем поднялся на ноги. Они вышли из лекарской комнаты. В коридорах стояла вечерняя тишина. Лишь редкие слуги встречались им по пути, почтительно склоняя головы. Некоторое время они шли молча. — Спасибо, — неожиданно произнесла Сэчико. Мадара повернул голову. — За что? — За то, что заставил меня уйти оттуда. Он слегка нахмурился. — Заставил? — Именно заставил, — на губах девушки появилась слабая улыбка. — Если бы не ты, я бы продолжала сидеть возле Наны. — Тогда я рад, что у меня получилось. Сэчико ничего не ответила, лишь коротко глянув на Мадару. Когда они дошли до её комнаты, химе зашла внутрь, а Мадара остался стоять снаружи. По приказу Джиро он не оставлял госпожу одну ни днём, ни ночью. Внутри комнаты Сэчико села на кровать и шумно выдохнула. На еду не было сил и желания, поэтому она упала на кровать в том кимоно, что было на ней одето. Сил совсем не было, так что она очень быстро уснула. Сэчико проснулась на следующий день, когда солнце заходило за горизонт, окрасив небо в красные и оранжевые цвета. Она потянулась и медленно поднялась на кровати, зевнув. Химе по привычке стала искать глазами Нану, но её рядом не было. Нахмурившись, она приняла в своей голове важное решение. Быстро собравшись, химе вышла из комнаты, возле которой её ждал Мадара. — Мадара... — прошептала Сэчико. — Ты всё это время был тут? — Добрый вечер, госпожа, — он мягко улыбнулся и поклонился. — Не переживайте. Меня ночью ненадолго подменяли. — Хорошо. — А вы как? Хорошо себя чувствуете? — Да, всё в порядке. — Я рад это слышать. Сэчико улыбнулась. — Папа у себя, ты не знаешь? — Да. Видел, как он зашёл туда минут двадцать назад. — Тогда пойдём к нему. У меня есть разговор. Мадара молча кивнул и последовал за госпожой. Перед кабинетом отца Сэчико остановилась. Несколько секунд она собиралась с мыслями, после чего постучала. — Войдите. Она сдвинула сёдзи, а Мадара остался ждать возле кабинета. Джиро сидел за низким столом, просматривая свитки. Он был в кабинете совсем один. — Сэчико, — не без радости произнёс Джиро. — Тебе лучше? — он подошёл к дочери, приобнимая её за плечи. — Да, — кивнула химе, а потом, собравшись с мыслями, озвучила то, ради чего пришла: — Папа, у меня к тебе просьба. — М? Какая? — Я... Я хочу поговорить с ней. Джиро нахмурился, внимательно посмотрев на Сэчико. — Зачем тебе это? — Сама до конца не понимаю... Просто... Просто я так чувствую... Глава долго молча смотрел на свою дочь, но потом всё-таки кивнул. — Хорошо, иди. Но возьми Мадару с собой. — Спасибо, — прошептала химе и обняла отца. Уже меньше чем через полчаса Сэчико и Мадара стояли возле спуска в темницу. — Подожди меня тут. — Но госпожа... — возразил было Мадара, но химе прервала его на полуслове, подняв руку вверх. Парень нахмурился, но кивнул. Темница встретила Сэчико холодом и запахом сырости. Стражники переглянулись, когда она приказала открыть проход. Никто не стал спорить, но удивление на их лицах скрыть не удалось. В конце коридора, за железной решёткой, сидела Аки. Заслышав шаги, она подняла голову. На мгновение её глаза расширились от удивления. — Вот уж кого не ожидала увидеть. Сэчико остановилась перед решёткой. — Мне нужно поговорить с тобой. Аки усмехнулась. — А мне нет. Она отвернулась к стене. Сэчико несколько секунд молчала. — Почему? Аки даже не обернулась. — Что «почему»? — Почему ты хотела меня убить? Тишина. Затем короткий смешок. — И ради этого ты пришла сюда? — Да. — Глупо. Сэчико сжала пальцы. — Возможно. Но я хочу знать. Аки наконец посмотрела на неё через плечо. В её взгляде не было ни капли раскаяния. — А если я скажу, что просто ненавижу тебя? — За что? — А обязательно нужна причина? — Да. — Нет. Сэчико нахмурилась. — Никто не пытается убить незнакомого человека без причины. — Откуда тебе знать? — Потому что я не верю, что люди рождаются чудовищами. Аки неожиданно рассмеялась. На этот раз громче. — Какая же ты наивная. — Может быть. — Нет. Не может быть. Ты наивная. Она медленно поднялась на ноги. Цепь звякнула. — Ты живёшь в красивом доме. Тебя окружают люди, которые готовы умереть за тебя. Ты никогда не голодала. Никогда не теряла всё. Никогда не смотрела, как рушится твоя жизнь. Каждое слово звучало всё жёстче. Сэчико молчала. — И после этого ты приходишь ко мне и спрашиваешь, почему я тебя ненавижу? — Я не говорила, что моя жизнь идеальна. — Конечно нет, — в голосе Аки звучала откровенная насмешка. — Тебя всего лишь любят. Сэчико вздрогнула. Что-то в этих словах показалось ей неправильным. Слишком личным. Слишком болезненным. — Кто сделал тебе больно? Вопрос прозвучал неожиданно даже для неё самой. Аки замерла. Всего на секунду. Но Сэчико заметила. — Не твоё дело. — Поэтому ты пытаешься убивать людей? — Замолчи. — Нет. Аки резко шагнула к решётке. — Я сказала: замолчи! Стражники мгновенно схватились за оружие. Но Сэчико не отступила. Они стояли совсем близко. По разные стороны железных прутьев. — Ты не выглядишь человеком, который хотел убить ради удовольствия, — тихо сказала Сэчико. — А ты много знаешь о таких людях? — Нет. — Тогда не делай вид, что понимаешь меня. — Я и не понимаю. Это заставило Аки замолчать. — Именно поэтому я пришла. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. — Ты странная, — наконец произнесла Аки. — Мне уже говорили. — Я пыталась убить тебя. — Знаю. — И ты всё равно пришла сюда одна. — Да. Аки покачала головой. Будто не могла поверить. — Либо ты очень смелая, либо очень глупая. — Скорее второе. Неожиданно уголок губ Аки дёрнулся. Совсем немного. Но это было первое человеческое выражение на её лице за весь разговор. Сэчико заметила это, и Аки тут же помрачнела. — Не смотри на меня так. — Как? — С жалостью. — Я не жалею тебя. — Тогда что? Сэчико задумалась, а затем её глаза загорелись ярче. Аки прижало к полу, выбивая из её лёгких воздух. Она кое-как подняла голову, чтобы увидеть лицо химе. — То, что я здесь, совсем не означает, что я не злюсь на тебя. Что я простила тебя, — зашептала Сэчико, смотря на Аки. — Ты чуть не убила одного из самых дорогих мне людей. Твоя сестра чуть не убила моего брата. Но... Но... — она развеяла технику. — ...Но тем не менее мне почему-то кажется, что ты очень несчастна. Аки будто ударили. Она медленно поднялась с полу, звеня цепями. — Уходи, — прошипела рыжеволосая. — Аки... — Уходи! В этот раз её голос дрогнул. Не от злости. От чего-то другого. Более глубокого. Более болезненного. Сэчико медленно опустила взгляд. Она поняла, что больше ничего не добьётся. Не сегодня. — Хорошо. Развернувшись, она направилась к выходу. Но уже у поворота услышала за спиной голос Аки. Тихий. Почти неузнаваемый. — Если бы всё было так просто... Сэчико обернулась, но Аки уже снова сидела у стены, спрятав лицо в тени. И больше не сказала ни слова. Поднявшись наверх, она посмотрела на Мадару. — К Нане? — мягко спросил он, будто всё понимал. — Да, — кивнула химе, и они пошли в лекарскую комнату. В лекарской Мадара сел рядом с химе и подал ей тявань с зелёным чаем. — Спасибо, — мягко прошептала Сэчико, сделав глоток горячего и ароматного чая. — Госпожа, всё хорошо? — неуверенно поинтересовался Мадара, крутя в руке тявань. — Угу, — Сэчико ответила тихо, не отрывая взгляда от Наны. Мадара покрутил чашку в руках и украдкой посмотрел на неё. За последние несколько дней она сильно изменилась. Осунулась. Под глазами залегли тени от бессонных ночей, и даже тот факт, что она проспала сутки, практически не помог. Она почти не отходила от постели Наны, словно боялась оставить её хоть на минуту. И всё же сейчас, в свете лампы, она казалась ему удивительно красивой. Мадара тут же отвёл взгляд. — Госпожа, идите к себе и поспите. Вы вымотаны. Химе покачала головой, отказываясь уходить. — Почему? Сэчико помолчала. — Наверное... потому что боюсь. — Боитесь? Но чего? Она опустила взгляд на спящую Нану и вновь покачала головой. Мадара невольно сжал чашку крепче. Подсознательно он понимал, почему его госпожа отказывалась уходить. Страх. За последние дни он и сам боялся. Боялся каждый раз, когда терял Сэчико из виду. Боялся вспоминать купальню. Боялся представить, что мог опоздать хотя бы на несколько секунд. От одной этой мысли внутри всё холодело. Некоторое время они сидели молча. Тихо потрескивал фитиль лампы. Сэчико сделала ещё один глоток чая. Потом ещё один. А потом её движения начали становиться всё медленнее. Мадара заметил это почти сразу. Голова девушки слегка качнулась. Веки опустились. Она моргнула раз. Потом второй. — Госпожа... Она не ответила. Лишь едва слышно выдохнула. Через несколько мгновений её плечо коснулось его руки. Мадара замер. Сэчико словно не заметила этого или была слишком сонной. Её голова медленно опустилась ему на плечо. Мир вокруг будто остановился. Мадара перестал дышать. Сердце ударило в грудь так сильно, что ему показалось — этот звук сейчас услышит вся комната. Он осторожно повернул голову. Сэчико спала. Спокойно. Без тревоги. Без напряжения. Так доверчиво прижавшись к нему, будто это было самым естественным в мире. Мадара почувствовал, как к горлу подступает странный ком. Он столько раз мечтал оказаться рядом с ней. Но сейчас, когда это действительно произошло, боялся даже пошевелиться. Боялся разбудить её. Боялся, что этот момент закончится. Очень медленно он забрал из её рук чашку и поставил её рядом. После чего снова замер. Сэчико чуть сильнее прижалась щекой к его плечу во сне. И Мадара окончательно сдался. На губах появилась едва заметная улыбка, а щёки покрыл лёгкий румянец. — Какая же вы упрямая, госпожа... — почти беззвучно прошептал он. А затем просто остался сидеть рядом. Неподвижно. Позволяя ей отдыхать. И впервые за долгое время чувствуя себя по-настоящему счастливым. Сэчико медленно открыла глаза и подняла голову. Осмотревшись, она поняла, что всё это время спала на плече Мадары. Химе резко дёрнулась и отстранилась от Мадары. "И когда я успела уснуть?" — подумала она, прикрыв одну щеку ладонью. Парень и сам вздрогнул от неожиданного пробуждения госпожи. — Простите, я вас напугал? Сэчико быстро покачала головой. — Нет... Просто я не заметила, как уснула. Она отвела взгляд в сторону, чувствуя, как к щекам приливает тепло. "Мне было так комфортно и спокойно. Давно я себя так не чувствовала". Мадара слегка улыбнулся. — Это неудивительно. Вы почти не спали последние дни. — Я не настолько устала. — Настолько, — спокойно возразил он. Сэчико уже хотела ответить, но замолчала. Спорить было бессмысленно. Она и сама понимала, что едва держалась на ногах последние несколько дней. В комнате царил полумрак. За окном уже давно стемнело. Нана всё ещё спала, её дыхание стало ровнее и спокойнее, чем раньше. — Долго я спала? — тихо спросила Сэчико. — Пару часов. Глаза химе удивлённо расширились. — Пару часов?! — Примерно. — Почему ты меня не разбудил? Мадара посмотрел на неё так, словно ответ был очевиден. — Потому что вы впервые нормально уснули за неделю. Сэчико смущённо опустила глаза. На это ей было нечего возразить. Несколько секунд они сидели молча. Затем взгляд девушки остановился на его плече. Там всё ещё виднелась складка на ткани от того места, где лежала её голова. Щёки вспыхнули ещё сильнее, поэтому она очень радовалась, что в комнате стоял полумрак. Мадара этому тоже безумно радовался. Сэчико посмотрела на Нану. Та спала, её дыхание стало ровнее, а лицо уже не казалось таким бледным, как вчера. "А я почти и забыла, как сильно ему доверяю", — промелькнуло в голове Сэчико перед тем, как она решилась поговорить с Мадарой на тему произошедшего. — Она поправится? — Да. Ответ прозвучал слишком уверенно. Сэчико перевела взгляд на Мадару. — Откуда ты знаешь? Он немного помолчал. — Потому что она сильнее, чем кажется. Сэчико слабо улыбнулась. — Это правда. — Её взгляд вновь остановился на спящей служанку. — Знаешь... я всё время думаю, что могла потерять её. Мадара ничего не ответил. — Когда я увидела её там... без сознания... мне стало страшно. — Голос Сэчико дрогнул. — По-настоящему страшно. Мадара опустил взгляд на свои руки. — Мне тоже. Она удивлённо посмотрела на него. Он редко говорил о своих чувствах. — Когда мы нашли её в кладовой, я подумал, что опоздал. В комнате снова стало тихо. Сэчико смотрела на него несколько секунд, будто впервые видела таким открытым. — Ты очень переживал за неё. — Конечно. — Он даже не попытался это скрыть. — Нана мой друг. На губах Сэчико появилась тёплая улыбка. — Она была бы рада это услышать. Мадара хмыкнул. — Она потом обязательно этим воспользуется. — И будет напоминать тебе об этом каждый день. — Именно. Они негромко рассмеялись. Впервые за долгое время этот смех не звучал натянуто. Сэчико заметила это и неожиданно осознала, что ей стало спокойно рядом с ним. Не потому, что он её телохранитель. Не потому, что отец приказал ему быть рядом. А просто потому, что рядом был именно Мадара. От этой мысли она слегка смутилась и поспешно отвела взгляд. К счастью, Мадара этого не заметил. Он смотрел на Нану. И поэтому не увидел, как на щеках Сэчико появился едва заметный румянец. — И за вас я тоже испугался, — неожиданно продолжил Мадара, привлекая взгляд химе. Сэчико вздрогнула. Она не ожидала услышать это. Мадара редко говорил о своих чувствах. — За меня? — тихо переспросила она. Он кивнул. — Когда мы нашли Нану, я сразу понял, что что-то случилось. А когда услышал имя Аки... в голове была только одна мысль. — Он ненадолго замолчал. — Лишь бы успеть. Сэчико опустила взгляд на свои руки. Перед глазами снова вспыхнуло воспоминание: холодный пол купальни, приближающаяся Аки и дверь, которая с грохотом распахнулась. — И ты успел, — едва слышно сказала она. — И знаешь, что самое странное? — М? — Мадара перевёл взгляд на химе. — Несмотря на то, что я... злилась на тебя... в тот день всё равно ждала именно тебя. Мадара застыл. Сердце ударило так сильно, что стало трудно дышать. Его щёки вновь запылали. — Почему ты скрывал от меня правду? — задала вопрос Сэчико, который мучил её больше всего. — Боялся, — помолчав, ответил Мадара. — Чего? — Что вы прогоните меня. Отправите туда, откуда я родом. Я этого не хотел. Повисло молчание. — Я бы ни за что не отослала тебя, — прервала молчание Сэчико. — Ты дорог мне. Ты мой самый близкий друг. Эти слова прозвучали так просто и искренне, что сердце болезненно сжалось. Он отвернулся первым. Потому что боялся, что если задержит взгляд ещё хоть на секунду, то она заметит слишком многое. — Госпожа... — Я была зла. Очень зла, — перебила его химе. — Но ещё сильнее мне было больно. Его сердце болезненно сжалось. — Потому что я доверяла тебе. А после того как всё узнала, как увидела твой взгляд, то поняла... Ты бы и дальше от меня скрывал правду... От этой мысли мне стало очень обидно и больно. — На её глаза навернулись слёзы. — Я и правда начала считать, что я плохой друг... Мадара резко поднял на неё взгляд. — Что?.. Сэчико вытерла выступившие слёзы, но голос всё равно дрожал. — Я думала, что сделала что-то не так. Что ты не доверяешь мне настолько, чтобы рассказать правду. Мадара молчал. Потому что не знал, что сказать. Потому что каждое её слово било точно в цель. — Я пыталась понять, почему ты решил скрыть это именно от меня. Почему доверился отцу. Почему доверился Горо. Почему доверился всем вокруг... кроме меня. — Госпожа, это не так. — Тогда как? Он открыл рот, но снова замолчал. Ответ застрял в горле. Сэчико смотрела на него покрасневшими глазами. — Я правда начала думать, что была тебе не настолько близка, как считала раньше. Мадара почувствовал, как внутри всё болезненно сжимается. — Нет. Ответ прозвучал слишком быстро. Слишком резко. Сэчико удивлённо моргнула. Мадара опустил голову. — Нет, госпожа. Никогда так не думайте. — Его голос стал тише. — Вы были самым близким мне человеком. Именно поэтому я ничего не сказал. Она нахмурилась. — Я не понимаю. Мадара невесело усмехнулся. — Потому что чем человек дороже, тем страшнее его потерять. Сэчико застыла. А он продолжил, впервые за долгое время позволяя себе говорить честно. — Господин Джиро мог рассердиться. Горо мог перестать мне доверять. Любой другой тоже. — Он поднял взгляд. — Но это не пугало меня так сильно, как мысль о том, что вы возненавидите меня. В комнате стало совсем тихо. Даже дыхание Наны казалось далёким. Сэчико смотрела на него широко раскрытыми глазами. — Мадара... — Я знаю, что поступил неправильно. — Он горько улыбнулся. — И если бы можно было всё вернуть назад, я бы рассказал вам раньше. Сэчико почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Потому что впервые за всё это время она увидела не человека, который скрывал правду. А человека, который просто боялся. Боялся потерять её. Она медленно опустила взгляд. — Ты правда думал, что я могу тебя возненавидеть? — Да. — Глупый. Мадара удивлённо поднял голову. Сэчико покачала головой и впервые за долгое время улыбнулась ему по-настоящему тепло. — Очень глупый. Он невольно улыбнулся в ответ. Сэчико хотела было взять его за руку, но вовремя одёрнула себя. — Я никогда не начну тебя ненавидеть. Мадара кивнул, улыбнувшись, и посмотрел в приоткрытое окно. Ночь сегодня была чудесно волшебной. Сэчико посмотрела на Нану, потом на Мадару. Впервые за долгое время ей казалось, что всё обязательно будет хорошо.

***

А в это время Джиро вновь спустился в темницу. На этот раз его сопровождал только Горо. — Думаешь, заговорят? — тихо спросил мужчина, пока они шли по коридору. — Думаю, Ами заговорит. А вот Аки — сомневаюсь. Горо усмехнулся. — Я тоже так думаю. — Хотя, возможно, Сэчико смогла как-то повлиять на неё. — Госпожа Сэчико? — удивлённо переспросил Горо. — Да, — кивнул Джиро. — Она захотела поговорить с ней сегодня вечером. Я не стал её отговаривать. — Вот как. Спустившись вниз, Джиро приказал привести Аки и Ами в комнату, где он будет проводить допрос. Долгое время в темнице стояла тишина. Джиро молча смотрел на девушек. Аки сидела с прямой спиной и упрямо поднятым подбородком. Даже сейчас в её взгляде горела ненависть. Ами выглядела иначе. Она сидела, опустив голову. Растрёпанные волосы закрывали лицо, а связанные руки бессильно лежали на коленях. — Я спрошу только один раз, — спокойно произнёс Джиро. — Кто вас послал? Никто не ответил. Глава дома не изменился в лице. — Тогда спрошу иначе. Ради чего вы решили убить моих детей? Ответа так и не последовало, только плечи Ами немного дрогнули. — Ответьте же. Ради чего вы были готовы пожертвовать своими жизнями? Ради чего мои дети должны были умереть? — Джиро сделал шаг вперёд к девушкам. — Ради чего чуть не погибла Нана? — ещё несколько шагов. — Ради чего умер Изао? Ами вздрогнула. Совсем едва заметно. — Ами, — предупреждающе произнесла Аки. Но та будто не услышала. Перед глазами снова всплыло лицо Соты. Не испуганное. Растерянное. "Ами? Зачем ты при..." Она зажмурилась. Потом вспомнила Изао. Кровь. Собственные руки. Шпильку. Его взгляд. Последний взгляд человека, который до конца не понимал, почему она это сделала. Плечи девушки задрожали. Аки мгновенно повернулась к ней. — Не смей. — Я... — Голос Ами сорвался. — Не смей, Ами. — Я не могу... — Она закрыла лицо руками. И впервые за всё время заплакала. Тихо. Без истерики. Отчаянно. — Я не могу больше... Аки резко поднялась. Цепь натянулась со звоном. — Замолчи! — Всё кончено... — Замолчи! — Изао умер... — Слова прозвучали едва слышно. Но ударили сильнее любого крика. Аки застыла. Ами продолжала плакать. — Он погиб из-за меня... — Это был враг! — Нет... — По её щекам текли слёзы. — Он защищал своего господина... Джиро молчал. Ами подняла покрасневшие глаза. — Мы должны были убить их. Он говорил, что это справедливо... — Она горько усмехнулась. — Но когда я увидела Соту... он оказался просто ребёнком... В камере стало совсем тихо. — А потом умер Изао... — Её голос дрогнул. — И я поняла, что стала такой же, как те люди, которых ненавидела всю жизнь. Аки смотрела на неё так, словно видела впервые. — Ами... — Прости. — Не смей извиняться! — Прости... — Она опустила голову. — Я больше не хочу мстить. Эти слова прозвучали как приговор. Для самой Аки. Для него. — Кто он? Кто приказал убить моих детей? — повторил свой вопрос Джиро, присев на корточки рядом с Ами. Она закрыла глаза. Перед ней словно вновь возникло его лицо. Старое. Уставшее. Полное ненависти. "Не возвращайтесь, пока не отомстите". — Она слышала эти слова всю свою жизнь. С самого детства. Каждый день. Каждый год. Месть. Только месть. А потом она увидела Соту. Увидела Сэчико. Нану. Людей, которым ей приказали ненавидеть, и всё оказалось совсем не так. Из груди вырвался дрожащий выдох. — Наш отец. — Кто он и зачем ему это? — Как будто ты не знаешь, — прошипела Аки, что всё это время пыталась заткнуть сестру. — Не особо. — Чтобы ты потерял всё, что нам пришлось потерять. Джиро некоторое время смотрел на неё. — И что же вы потеряли? — Братьев. Тишина стала тяжёлой. — Моих братьев убил твой отец. Джиро медленно выдохнул. "Убил их братьев. Братьев", — он уже начинал понимать. — "Я думал, мне больше никогда не придётся вспоминать эту ужасную историю". Горо, что всё это время стоял молча в стороне, приоткрыл рот, понимая, о ком и о каком дне шла речь. — Значит, вы дети Такэды. Аки вскинула голову. В глазах вспыхнуло удивление. — Ты помнишь? — Помню. Несколько секунд никто не говорил. — Тогда ты знаешь, почему мы здесь. — Знаю, — ответил Джиро. — Но вы пришли не ко мне. — Его взгляд стал холоднее. — Вы пришли за моими детьми. Аки резко дёрнулась вперёд. — А чем мы отличаемся?! Когда умерли мои братья, им было меньше лет, чем твоему Соте! — Джиро промолчал. Аки тяжело дышала. — Они не были виноваты ни в чём! Но твой отец убил их! — Да, — ответ прозвучал неожиданно спокойно. Даже Аки замерла. — Он действительно их убил. — В камере повисла тишина. — Но я не он. Аки стиснула зубы. — Какая разница?! — Такая, что это не я отдал приказ. — Зато пользовался его властью! — И именно поэтому я всю жизнь исправлял последствия его решений. Аки хотела что-то ответить, но слова застряли в горле. Джиро перевёл взгляд на Ами. Она продолжала плакать, не проронив ни слова. Джиро долго молчал. Потом тихо спросил: — Где ваш отец? Ами закрыла глаза. Аки резко шагнула вперёд. — Не отвечай! Но было уже поздно. Потому что впервые за всё время Ами больше не собиралась защищать человека, который отправил их на смерть. Она больше не будет защищать человека, который всю жизнь ни во что не ставил свою родную дочь. Человека, который издевался над ней всю её жизнь. — Он скрывается в старом храме у перевала Хакадзэ... И Аки поняла, что проиграла. Не Джиро. Своей собственной сестре. Джиро покинул темницу с тяжёлым грузом на сердце. Неприятные воспоминания не хотели покидать его голову. — Вы в порядке? — поинтересовался Горо, подойдя ближе к главе клана. — Да... Да, всё хорошо, — ответил Джиро, помассировав правый висок. — Идём. Они шли молча по пустым коридорам поместья. На улице была глубокая ночь, которую освещала яркая луна. — Как Нана? Она пришла в себя? — Нет, но её состояние стабильно. Госпожа Сэчико почти не отходит от неё. — Мадара? — Всегда рядом. Не отходит от неё ни на секунду. — Хорошо. Шин тоже не отходит от Соты. Сидит возле его кровати, пока тот спит. — Он тоже не на шутку перепугался. Всё-таки они очень близки с господином Сотой. — Да. — Что будем делать, Джиро-сан? — спросил Горо, когда они оказались в его кабинете. Глава клана глубоко выдохнул, откинувшись на спинку стула. — Не знаю. Я не знаю, — прошептал он, прикрыв глаза.