Часть 13

Я проснулся в белой комнате в последний возможный момент - холодный блеск скальпеля уже касался моей кожи. Глаза распахнулись в ужасе, тело вздрогнуло, и я рванулся в сторону, когда Ёнхо прошипел: -Держи его, Чоль! Мои пальцы вцепились в край стола, я перекатился через него, чувствуя, как лезвие рассекает воздух в сантиметре от моей спины. Дверь распахнулась с грохотом, и я бросился в коридор, слыша за спиной тяжёлое дыхание Чоля. -Ублюдок! Если он сбежит - мне конец!- крикнул Ёнхо, и этот крик придал мне новые силы. Ноги сами понесли меня вниз по лестнице, ступни скользили по холодному металлу, но я не падал. Дверь наружу поддалась с первого удара плечом, и вот я уже в лесу - босые ноги впиваются в сырую землю, ветки хлещут по лицу, но боль где-то далеко, потому что весь мир сейчас - это только крик мозга: "Беги! Выживай!" Где-то позади раздались выстрелы, и я ускорился, спотыкаясь о корни. Внезапный хруст ветки под ногой - Ауч! - и я падаю, но тут же вскакиваю, замечая взади движущиеся тени. Целая толпа идёт по моему следу. Сердце колотится так, что, кажется, его слышно в радиусе километра, но я прижимаюсь к стволу старого дуба, становясь его частью. -Смотри, кровь на ветке. Он близко,- доносится голос одного из преследователей. Мои пальцы сами находят на земле острую сломанную ветвь. Когда первый из них появляется из-за дерева, я действую молниеносно - ладонь на рот, ветка в шею. Тёплая кровь брызгает мне на руки, но я уже подбираю его пистолет. Трое остальных ещё ничего не понимают, когда раздаются три точных выстрела. Я бегу дальше, сжимая в руке тёплый металл, и вдруг - Ёнхо. Он появляется передо мной как призрак, руки над головой: -Воу! -Его голос звучит почти игриво, но глаза холодны как лёд. Ты не выстрелишь. Потому что если сделаешь это - тебя тут же пришибут. Взади тебя тоже пистолет. Я чувствую, как по спине бегут мурашки. -Брось ружьё. "Чёрт..." - мелькает мысль, когда мои пальцы разжимаются, и пистолет падает на землю. Я почти свободен. Почти. Я медленно опускался на колени, пальцы разжимались, и пистолет вот-вот должен был коснуться земли. В этот момент Ёнхо рванулся вперед — его кулак со всей силы врезался мне в челюсть. Мир на мгновение померк, я рухнул на землю, чувствуя, как теплая кровь наполняет рот. Щелчок затвора. Он наставил ствол прямо мне в лоб. — Всё, Феликс. Ты проиграл. Но тут из чащи донесся крик Чоля: — Там люди! Кто-то приехал! Ёнхо на секунду отвел взгляд — и этого хватило. Я изо всех сил толкнул его в живот, он споткнулся, и я рванул в чащу, ноги сами несли меня сквозь кусты, сквозь боль, сквозь страх. Выстрел. Острая боль пронзила ногу, и я рухнул в грязь, кусая губы, чтобы не закричать. — Чёрт! — заорал Ёнхо где-то позади. Я слышал, как он кричал своим людям: — УБЕГАЙТЕ! ВСЕ, БЫСТРО! Я САМ РАЗБЕРУСЬ С ФЕЛИКСОМ. Я бежал. Сквозь боль, сквозь темноту, сквозь хруст веток под босыми ногами. Нога горела, будто в нее вбили раскаленный гвоздь, каждый шаг отзывался резкой болью, но я не останавливался. Ёнхо где-то позади. Его крики уже терялись в гуще леса, но я знал — он не отстанет. Никогда. Губы потрескались, горло горело. Так хотелось пить, что даже мысль о воде казалась пыткой. Я прислушался — где-то вдалеке журчал ручей. Надо добраться. Но лес становился все гуще, ветки хлестали по лицу, царапали кожу. Я споткнулся о корень, упал, вскрикнул от боли — и тут же закусил губу. Молчи. Молчи.