Выживание

Дорога обратно в общежитие была такой же тихой, как и всегда. Но на этот раз Танос не отходил от тебя ни на шаг. Его ладонь крепко сжимала твою, будто он боялся, что если отпустит — ты сорвёшься в пропасть. Он вёл тебя вперёд, не давая остановиться. Когда вы вошли в помещение, пустота от отсутствия тех, кто не пережил игру, ударила по тебе с новой силой. Из ста девяноста человек осталось ровно сто. Когда-то тесная и душная комната теперь казалась пугающе просторной. — Мин-Су! — громко крикнул Танос, потянув тебя за собой. Он резко притянул мальчишку к себе и заключил его в объятия. — Бро, как же я рад тебя видеть! Его энтузиазм выглядел нелепо, почти вызывающе. Но чего ты ещё ожидала от него? Ты наблюдала за сценой, нахмурившись. Мин-Су явно не разделял радости встречи — он выглядел напряжённым и пытался незаметно выскользнуть из объятий. И тогда в тебе зашевелилось сомнение: не ошиблась ли ты, доверившись Таносу так быстро? Но подумать об этом ты не успела. Танос вцепился в плечи Мин-Су, на этот раз голос его стал серьёзным: — Мы голосуем за выход, бро. Больше никаких игр, понял? У Мин-Су расширились глаза от удивления. Он на секунду посмотрел на тебя — и всё же кивнул. — А как же: “Остаёмся, пока не соберём миллиард”? — вмешался знакомый голос. Игрок 124, Нам-Гю, подошёл к вам, хлопнув Таноса по плечу. Танос резко отпустил Мин-Су, позволив тому мгновенно исчезнуть, и развернулся к Нам-Гю. Его взгляд скользнул от руки на плече к лицу говорящего. — Всё изменилось, — бросил он сухо. Нам-Гю слегка нахмурился, но когда его взгляд упал на тебя — глаза у него расширились с преувеличенным “Ага”. — Понял, как оно, бро, — сказал он, жестом указывая на тебя. Тебя передёрнуло. Отвращение, смущение, обида — всё разом. Танос тут же шагнул вперёд, заслоняя тебя собой: — Что ты понял, а? Нам-Гю пожал плечами, не сбитый с толку: — Героя из себя строишь. Нашёл себе девочку, чтоб согревала ночью, да? — Он приподнял брови, ухмыльнулся. — Я не осуждаю, бро. Может, даже поделишься… Всё произошло за долю секунды. Танос схватил Нам-Гю за ворот и рванул к себе: — Ты ни черта обо мне не знаешь, и не имеешь понятия, о чём несёшь, — его голос был низким, угрожающим. Нам-Гю замахал руками: — Ладно, ладно, прости! Я не со зла, окей? Просто подумал… — Иди думай где-нибудь в другом месте, — процедил Танос, отпуская его и отталкивая в сторону. — Придурок. Он развернулся к тебе. Ты стояла в оцепенении. Шок отражался на твоем лице — наверняка ты выглядела так же, как минуту назад Мин-Су. Это точно произошло? Он не просто спас тебя — он теперь ещё и защищал. Когда ваши взгляды встретились, Танос немного смягчился. — Не слушай его, — бросил он через плечо, махнув в сторону Нам-Гю. Ты кивнула. Хотела что-то сказать — поблагодарить — но прежде чем ты успела открыть рот, в комнату вошли охранники в розовом. Время голосовать. Голосование снова шло в обратном порядке — начали с игрока 456. Он уверенно выбрал “выйти”. Цифры на табло замерцали. Разрыв между “остаться” и “уйти” прыгал, с каждой новой кнопкой всё менялось. Ты еле сдерживала дрожь, крутила в пальцах край треника, стараясь не показать, как тебе страшно. Танос заметил. Его пальцы едва коснулись твоей руки: — Расслабься, — тихо прошептал он, так, чтобы никто больше не услышал. — Всё будет нормально. Ты подняла взгляд. Его спокойствие — редкое, неожиданное — немного уняло панику внутри. Но с каждым голосом напряжение возвращалось. Когда назвали твой номер, ты тут же пошла вперёд. Без колебаний нажала на красный X. Один голос — за выход. На табло — 24. Всё ещё отставание, но разрыв становился меньше. Ты заняла место на огромном красном кресте. Следующим назвали: — Игрок 230. Танос. Ты не ожидала, что он будет сразу за тобой. Он прошёл мимо, бросив тебе подмигивание. Сердце в груди забилось с удвоенной силой. Он ведь… он правда собирался голосовать за выход? Или Нам-Гю был прав? И Танос просто играл роль? Ты затаила дыхание. Он подошёл к консоли — и, не раздумывая, ударил по X. Цифра изменилась — 25. Шёпот пронёсся по комнате. Игроки с “О” выглядели недовольными. Игроки с “X” — затаили дыхание, впервые осмелившись на надежду. Танос с ухмылкой сорвал значок “О” с куртки и, не спеша, подошёл к тебе. — Говорил же, вытащу тебя отсюда, — сказал он, закидывая руку тебе на плечи и ведя к остальным, кто уже выбрал выход. Ты осталась с ним до конца голосования, прижавшись к его боку. Каждый раз, когда кто-то голосовал за “уход”, он сжимал твою руку — чуть сильнее, чуть увереннее. С каждым голосом его улыбка становилась шире. Оставалось всего три человека. Чтобы игра закончилась, двое из троих должны были нажать на X. В комнате стало невозможно дышать. Тишина была как перед выстрелом. Слова казались слишком громкими, взгляды — обжигающими. — Игрок 007, — объявил голос. Все замерли. Все взгляды были прикованы к нему, когда он двинулся вперёд. Каждый скрип его подошв будто отзывался эхом в твоём сознании. Он медленно приближался к пьедесталу, и где-то за спиной ты услышала голос пожилой женщины, ободряюще шепчущей другим игрокам: — Не волнуйтесь. Мой Ён-Сик точно нажмёт X в этот раз. И почти в ту же секунду игрок 007 с размаху ударил по красной кнопке. Сжимая в руке новый значок, он обернулся к залу: — ПОГНАЛИ ДОМОЙ! Комната взорвалась радостными криками. Восторг был заразителен, он поднимал с колен даже тех, кто ещё секунду назад едва стоял. И всё же, среди общего ликования в голове шевельнулся тихий голосок сомнения: это ещё не конец. Похоже, Танос уловил эту тень тревоги на твоём лице, потому что его рука крепче обвила твою талию: — Она голосовала за выход в прошлый раз, — шепнул он, кивая на старушку, стоявшую у консоли. — Это может быть она, сеньорита. Опять наступила тишина. Игрок 006 стояла, не двигаясь. Её рука замерла между двумя кнопками. Она смотрела вверх, на табло, где цифры замерли в ожидании последнего решения. Сердце грохотало в груди. Казалось, сама тишина давит на плечи. Единственным якорем в этом напряжении была рука Таноса, крепко сжимающая твою. И наконец — её рука опустилась. Красная кнопка вспыхнула. Мгновение — тишина. А потом взрыв эмоций. Вы уходите. Ты даже не поняла, как Танос обхватил тебя, поднял в воздух, закружил, крича от радости. И ты смеялась вместе с ним, не сдерживая слёзы. Всё, что давило на тебя столько дней, вдруг исчезло. Пелена страха, гильотина ожидания — всё рухнуло. — Я же говорил! — закричал он. — Я же говорил, что вытащу тебя отсюда! — Спасибо… — прошептала ты, спрятав лицо у него на шее. — Спасибо, спасибо, спасибо… Он отстранился, с тем самым наглым, фирменным выражением на лице: — Я же просил — красивым девочкам не плакать! Он вытер слёзы с твоих щёк, и ты невольно засмеялась. — Это… хорошие слёзы. И всё равно — спасибо. Ты снова обняла его, крепче, чем в первый раз. Он будто удивился твоей инициативе — но тут же вернул объятие с той же силой. И тут раздался голос солдата: — Большинство проголосовало за прекращение игр. Нам жаль прощаться так скоро. Накопленная сумма будет разделена между вами поровну. Подготовка к вашему отбытию начинается. Танос отпустил тебя. Он замер, глядя в экран, где мигал итоговый призовой фонд. Ты повернула голову — да, сумма внушительная. Достаточно, чтобы расплатиться с долгами. Но Таноса, похоже, это не радовало. Он не двигался. Его взгляд впился в цифры, лицо было напряжено, челюсть сжата. Рука потянулась к цепочке — он сжал крестик, так крепко, что побелели костяшки пальцев. Ты мягко коснулась его руки: — Ты в порядке? — А? — он моргнул, медленно перевёл взгляд на тебя. — Конечно, принцесса. Всё отлично. Но ты услышала фальшь. Голос бодрый, а плечи всё ещё напряжены. — Точно? — ты придвинулась ближе, заглядывая в его глаза. Он колебался. Ты увидела это: внутреннюю борьбу. Он хотел что-то сказать, но… Гвардеец начал зачитывать инструкции. Его слова пронеслись мимо, словно шелест ветра. Всё внимание было приковано к мужчине рядом с тобой. Минуту назад он был живым огнём, заряжавшим всех вокруг. А теперь — словно сдувшаяся маска. Как будто свобода пугала его больше, чем продолжение игры. Ты захотела помочь ему — так, как он помог тебе. Но он был далёк. Его взгляд метался между охраной и экраном. И тут — шшшшш. Тонкий звук, почти незаметный. Ты вскинула голову. Странный запах — сладковатый, тёплый, чужой. Солдаты продолжали говорить, словно ничего не происходило. Но люди начали шататься. Один упал. За ним второй. Паника вспыхнула внутри тебя. Мир покачнулся. Глаза затуманились. Ты потянулась к Таносу — в последний момент. Он встретился с тобой взглядом. В его глазах — испуг. Он приоткрыл рот, будто хотел что-то сказать… Но газ уже начал действовать. Ноги подкосились. Пальцы ослабли. Последнее, что ты увидела перед тем, как всё поглотила темнота, — это лицо Таноса. Он падал рядом с тобой.