Глава 2: Наследник и Исток

Он знал, куда идти, хотя никогда не бывал здесь. Ступени вниз не были отмечены картами. Ни один портрет не указал путь. И всё же ноги сами нашли траекторию, тело двигалось по воспоминанию, которого не было. Словно кровь в его венах шептала: здесь, вот здесь, поворачивай... Он спускался — медленно, почти благоговейно. Каждый шаг отзывался в камне, как слово в пустом храме. Стены были сырые, поросшие мхом, но не гнилыми. Они дышали. Старой магией. Первозданной. Настоящей. "Это место ещё не успело разрушиться. Ещё не было поколений, которые по ошибке считали себя достойными. Ещё не забылась цель. Истина." Он чувствовал: это было начало. Эпоха до падения, до компромиссов. До Дамблдора, до Поттера, до потери смысла. Он замер, когда коридор открылся в зал. Просторный, круглый, с колоннами, уходящими в темноту. По центру — фонтан, но не с водой, а с песком, текущим бесконечно из воздуха. Он струился в чашу, символизируя, быть может, время, быть может — силу, что ускользает, если её не удерживать. И он был там. Салазар Слизерин. Высокий, тёмный, в мантии из плотной ткани, украшенной зелёной вышивкой по краям. Волосы — длинные, цвета воронова крыла. Черты лица — острые, точёные. В них не было старости, лишь усталость древнего знания. Он стоял, опираясь на длинный посох с головой змеи, и смотрел прямо на Темного Лорда. Без страха. Без удивления. Только с интересом. Холодным, как зеркало в зимнее утро. — Я знал, что кто-то придёт, — сказал он наконец. — Магия кричала. Камень шептал. Но я не знал, кто ты. Том не стал склоняться. Лишь сделал шаг вперёд. — Кто я — не так важно. Важно, почему я здесь. — Это ты так думаешь, — отозвался Слизерин спокойно. — А я, напротив, считаю, что имя — это всё. Имя — это заклинание. Суть. Если ты пришёл ко мне, ты обязан знать, как звучит правда. Том смотрел на него с лёгкой улыбкой. Но не ответил. Вместо этого медленно протянул руку — и из мантии появилось ожерелье. Изумруд в центре пульсировал тусклым светом, словно сердце во тьме. Слизерин посмотрел на него. Долго. Затем снова на лицо Томa. — Я чувствую... разорванное. Искажённое. Магия в этом предмете — как крик на дне колодца. И всё же он... жив. — Это... часть меня, — произнёс Лорд. — То, что делает меня вечным. — Ты создал осколок, — произнёс Салазар. Без осуждения. Без страха. Словно констатируя. — Разделил душу. Спрятал её в камень. — Я был вынужден. — Голос Темного Лорда стал чуть тише. — Мир, откуда я пришёл, пытается убить меня. Время — враг. Я пришёл, чтобы оставить это. Здесь. Где ещё никто не догадывается, как охотиться за бессмертием. Слизерин сделал шаг вперёд. Его тень пересекла линию света от фонаря. — И ты решил, что я — подходящий хранитель? — Ты — основатель. Змея. Ум. Наследие. Ты — тот, чьей философии я обязан тем, кем стал. Слизерин усмехнулся. Негромко. Как человек, которому скучно слушать лестные речи. — И ты полагаешь, что знаешь мою философию? — Я носил твоё имя. Я воссоздал твои принципы. Я отделил достойных от грязи. Я поднял магов над слабостью. Я… — …сделал из гордости кровь, — перебил его Салазар. — И из силы — цепь. Пауза. Затянутая. Лёгкий холод пробежал по позвоночнику Темного Лорда, но он не отступил. — Если бы ты знал меня, — продолжал Слизерин, — ты бы понял: я строил не империю. Я строил убежище. Для тех, кто мыслит, кто чувствует глубже. Я боролся не с магглорождёнными, а с невежеством. С теми, кто не понимает, что магия — это ответственность, а не привилегия. — А я… я борюсь за выживание магии, — отчеканил Том. — За её чистоту. Ты видел, что стало с миром? Магглы множатся. Магия исчезает. Дети, рождённые от грязи, носящие палочку, как игрушку. Я пришёл спасти то, что ты начал. Салазар молчал. Его взгляд был не гневным — печальным. — Ты перепутал спасение с порабощением. Чистоту — с фанатизмом. Ты стал... инструментом собственного страха. Том не отреагировал. Только чуть сжал ожерелье в ладони. — Я не прошу тебя понять. Я лишь прошу… принять. Хранить. Спрятать. Осколок моей сущности. Там, где его никто не найдёт. — Чтобы ты мог вечно править? — спросил Салазар. — Или вечно убегать? Снова тишина. — Ты хочешь, чтобы я взял зло, созданное в будущем, и спрятал его в своей эпохе? — Я хочу, чтобы ты спрятал меня. Не зло. Не убийство. Меня, как память. Как идею. Как шанс. Слизерин стоял, будто в сомнении. Но нет — он уже всё понял. — Я соглашусь, — сказал он наконец. — Но не ради тебя. А ради того, чтобы исследовать, как далеко может зайти человек, разрезавший себя ради победы. Я спрячу это. Не как подарок. А как наблюдение. Как предостережение. — Меня не нужно предостерегать, — произнёс Том. — Это не тебя я пытаюсь предостеречь, — ответил Салазар. — Это себя. Он протянул руку. И ожерелье исчезло в складках его мантии. Словно упало в воду. Темный Лорд выдохнул — чуть глубже, чем хотел. "Теперь оно вне времени. Вне угрозы. Вне Поттера." Он повернулся. Готов был уйти. Но голос Салазара прозвучал ещё раз — глуже, ниже, почти тихо: — Знаешь, кем ты был бы в моей школе? Темный Лорд не обернулся. — Главой. Слизерин усмехнулся: — Нет. Предупреждением.