Часть 29

Гарри и Драко вышагивали по коридору Мунго туда-сюда. Поттер прислал ему патронус сразу же, как они перенеслись сюда. Ник пострадал не сильно, но тоже был в одной из палат, где его латали. Но все мысли Драко были о Гермионе. Гарри злился. Это было видно в каждой линии его тела и черте лица. Вот уже сорок минут они торчали тут и Поттер не проронил ни слова. Драко понимал его, просто пока что, его собственную злость перекрывало беспокойство. Дверь палаты открылась и из неё вышла женщина в лимонном халате и прикрыла дверь. — Как она? — тут же спросил Драко. — Не переживайте, ей повезло. Небольшое сотрясение и ушиб, мы быстро это исправим. Никаких переломов. Все раны я обработала, она почти как новенькая. — А ребёнок? — у Драко дрогнул голос. — Всё хорошо. Ребёнок в порядке, — она повернулась к Гарри. — Но, мистер Поттер, ей не стоит больше так рисковать. — Да, я в курсе, — коротко ответил он. — Спасибо. Мы можем увидеть её? — Конечно, — она снова посмотрела на Драко. — Сможете забрать её домой через четыре часа, так как мы хотим понаблюдать как заживают все раны. Но оставлять на ночь не вижу необходимости. Драко кивнул и женщина ушла. Они с Поттером переглянулись и направились в палату. Когда они вошли, Гермиона сидела на кушетке в стандартной рубашке для пациентов. На ноге и руке были повязки. Небольшая рана на лбу сбоку, почти на линии роста волос. Кожа была немного бледнее, чем обычно, а взгляд растерянный. Драко шагнул к ней первым и притянул к себе, обнимая. Она уткнулась лицом в его грудь и он оставил на её макушке поцелуй. — С тобой всё хорошо, Гермиона. С вами всё хорошо, — она кивнула пару раз и Драко отошёл от неё. Поттер не обнял её, не подошëл ближе, просто стоял в паре метров, сложив руки на груди, и буравил её взглядом. — Гарри... — Не надо. Я ожидал такого от кого угодно, Гермиона, но только не от тебя. Регламенты и правила существуют не просто так. И ты посчитала правильным их нарушить. Почему? Потому что я твой друг и прощу тебя? — Будто ты никогда правил не нарушал, — язвительно заметила Гермиона. — Блять, Грейнджер, мы не в школе! Это не прогулка ночью по территории или побег в Запретный лес. Ты приняла решение, которое ставило под удар других людей. Ты хоть понимаешь, как это серьезно или гормоны тебе мозг выключили? Ник бросил свой отряд ради тебя. Я неспроста не даю Рону руководство — он ещё не готов и продемонстрировал это сегодня. Благо никто не погиб. — Ты бы посадил меня за стол, — опустив взгляд, ответила Гермиона. — Да, и был бы прав. А теперь я уволю тебя ко всем чертям, — рявкнул он, и Грейнджер уставилась на него широко открытыми глазами. — Ты не можешь, — пролепетала она. — Вообще-то могу, и даже должен. И хер бы с ней работой, Гермиона. Я же твой друг! Почти брат. А ты даже не соизволила сказать мне. — Я собиралась... — Когда? Лет через шесть? — он хмыкнул. — Мерлин, это бред какой-то. Ты должна была сказать. Как другу. Мы бы решили что-то с работой. Но в итоге, я узнаю всё последним от перепуганного до усрачки Малфоя. Который этим заявлением напугал до усрачки и меня. А Ника ты видела? Какого ему было бросить отряд, а потом выкапывать тебя из обломков, не зная жива ли ты и ребёнок? Стоило оно того? Твоё ебучее упрямство стоило всего этого? Драко молчал, потому что понимал, что это не его бой, но слышать рычание Поттера было ужасно. Он едва держался, чтобы не вытолкать главу Аврората за дверь. — Это не упрямство. Ты знаешь, что я люблю свою работу. Ту, которую делаю. А узнав о беременности, ты бы запретил мне работать. Я не хотела этого. Я хотела работать. Мне это нужно. Драко вздохнул и не дал Поттеру ответить ей — тут он уже мог вмешаться. — Ты сама приняла решение оставить ребёнка, — как можно спокойнее сказал Драко. — Мы говорили об этом в самом начале и я заверил, что поддержу любое твоё решение и ты выбрала оставить его. Ты должна была понимать, что не сможешь работать так, как раньше. — Я понимала. Но это должно было быть моё решение. И сказать Гарри я должна была сама, — она зло взглянула на Драко, переключив гнев на него. — А ты всё решил за меня. Он отшатнулся, словно ему дали пощëчину. В груди кольнула обида, и он покачал головой. — Здорово, что ты привыкла принимать решения одна, Гермиона, — ледяным тоном ответил Драко. — Вот только это и мой ребёнок тоже. И носит его женщина, которую я люблю больше жизни. Она хотела ответить, но Драко ей не позволил. — Мерлин, Гермиона, я понимаю, что твоя работа тебе важна. Мы уже говорили об этом, сколько можно? Я же не прошу тебя сесть дома и рожать детей. Просто дай этому ребенку родится, раз уж ты решила его оставить. Потом можешь выйти на работу, когда захочешь. Тебе нужно понять, наконец, что ты не одна во всём этом. У тебя есть я и всегда буду. Да, я уже сбегал однажды, но ты знаешь почему. Сейчас всё иначе. Я буду рядом. Ещё есть родители, друзья. В конце концов, у меня достаточно денег, чтобы найти самую лучшую няню, да хоть пятерых. Я сам готов сидеть с ребёнком, когда ты будешь работать. Всё, что угодно ради тебя. Ради вас. Чтобы он или она был в порядке, а ты была счастлива. Он закрыл глаза и сжал пальцами переносицу, тяжело вздыхая. — Я просил тебя рассказать Гарри, но твоё упрямство оказалось сильнее здравого смысла. Ты хоть можешь представить, что я испытал, увидев как сраный Аврорат стоит на ушах? Представляешь, какого это понимать, что человек, которого ты любишь, где-то там и не ясно живой или мёртвый? — она видела как тяжело ему говорить это, и её сердце дрогнуло. — И знаешь, что самое херовое? Если бы с ребёнком что-то случилось, если бы ты...потеряла его, ты бы сама никогда себя за это не простила. Гермиона сглотнула и сердце пропустило удар, потому что Драко был прав. Она не смогла бы с этим жить. Наверное, стоило что-то сказать, но она молчала, глядя в серые глаза, не в силах произнести и слово. — Ладно, целитель сказала, что вечером тебе можно вернуться домой, — выдохнув, сказал Малфой. — Я заберу тебя. Сейчас мне нужно побыть одному. Он развернулся и вышел из палаты, больше и слова не сказав. Гермионе хотелось побежать за ним и сказать, что ей жаль. Как-то успокоить его, но она просто молчала. Как она вообще могла его успокоить? Гарри всё ещё был тут, а она только сейчас это поняла и повернула голову к другу. Он смотрел на неё со смесью злости и разочарования. — Знаешь, он действительно любит тебя. Он вообще-то хотел пойти со мной, чтобы вытащить тебя, — сказал Поттер, так и не подойдя к ней. — И я люблю тебя, Гермиона. Неужели ты думаешь, что я бы не помог тебе с работой? Что мы бы не придумали что-то? И неужели я тебе больше не друг, раз уж ты скрыла всё от меня? Я просто начальник, которого ты побоялась? — Нет, Гарри... Дверь в палату распахнулась и вошёл Ник. В такой же идиотской рубашке, что была на ней. С испуганным взглядом и перемотанной рукой. — Гномик, ты как? — он стремительно пересëк комнату и заключил её в крепкие объятия. — Ты задушишь меня, — пробурчала Гермиона в его грудь. Он отпустил её, положил руки на плечи и осмотрел так, словно обладал рентгеновским зрением. Коснулся лба, убирая волосы от раны и покачал головой. — Ник, всё нормально. Я в порядке...ребенок тоже. — Слава Мерлину! — он выдохнул с явным облегчением. Они не видели как Гарри начал двигаться и вздрогнули оба, когда дверь скрипнула и Поттер вышел в коридор. Как только дверь закрылась, из глаз Гермионы хлынули слëзы. — Эй, ты чего? — Картер пытался стереть слëзы с её щёк. — Он так смотрел на меня, Ник. Они оба... — её всхлип разлетелся по комнате. — Я такая идиотка. — Не реви, Грейнджер, они злятся, потому что любят тебя и переживают, — он снова прижал её к груди. — Подуются и успокоятся. Но тебе нужно перестать испытывать их нервишки на прочность, а то, боюсь, они сговорятся и закроют тебя в каком-нибудь фамильном замке Малфоев пока ты не родишь. — У Малфоев нет замков, — рассмеялась Гермиона. Ник отстранился и вопросительно поднял бровь. — Уверена? Гермиона задумалась и ей стало смешно. Ник всегда умел поднять ей настроение. — Вообще-то нет, вполне возможно, что замок есть, наверное, даже не один, — улыбаясь ответила она и впервые за последние часы ей стало немного легче дышать. Ник остался в палате Гермионы и отказался уходить, даже после того, как целитель сделала ему выговор. За этим было забавно наблюдать. Женщина была миниатюрной, а огромный татуированный Ник возвышался над ней, как скала. Пока она говорила, что у него есть своя палата и он должен вернуться туда, засранец просто улыбался, сложив руки на груди. А потом выдал бескомпромиссное "нет" и плюхнулся на кровать Гермионы. Он болтал без умолку. Заставлял её пробовать конфеты, которые ей притащил кто-то вместе с букетом цветов. Картер пытался отвлечь её. От мыслей о своих ошибках, от самобичевания, от размышлений о том, почему Драко так и не вернулся. Ближе к восьми часам вечера в палату зашла целительница, ещё раз тщательно осмотрела Гермиону и заодно Ника. — Мистер Картер, вы можете быть свободны. Все ваши вещи в вашей палате, как и ваша жена, — недовольно сказала она. — О, отлично, тогда я пойду к ней, — весело ответил Ник и чмокнул Гермиону в висок. — Напиши мне как будешь дома, ладно? Гермиона кивнула, с тоской наблюдая, как напарник покидает палату. Она осталась одна. Куда ей возвращаться? В свою квартирку, где ещё не все коробки разобраны? Или в квартиру Драко? А он захочет видеть её там после сегодняшнего? — Мисс Грейнджер, с вами и ребёнком всё хорошо, вы тоже можете быть свободны. Огромный список рекомендаций я выдала мистеру Малфою. Ваши вещи он забрал и принес чистые, вам сейчас их принесут. — Драко здесь? — тут же спросила Гермиона, не веря своим ушам. — Конечно, — целитель смотрела на неё, как на дуру. — Он был тут всё время. Пару раз отлучался, но остальное время не покидал Мунго. Очень переживал за вас и за ребенка, устроил мне целый допрос о каждой вашей царапине. — Это он может, — улыбнулась Гермиона. В груди разлилось тепло от осознания, что он всё же был тут. Наверняка злился, но не уходил. — Вам пару дней лучше не перемещаться через камин или с помощью аппарации, но мистер Малфой и это тоже знает, — целительница захлопнула свою папку и направилась к двери. — Берегите себя, мисс Грейнджер. Вас ждут внизу, насколько я знаю.

***

Через пятнадцать минут Гермиона спустилась в вестибюль Мунго, огляделась и не увидела светлой макушки. Потому решила выйти на улицу, возможно Драко просто передумал её встречать. Она бы поняла, если бы после всех её слов и действий он бы не хотел её видеть. Но стоило ей шагнуть на тротуар, как она замерла, а сердце забилось быстрее. Драко стоял возле чёрной машины, припаркованной неподалёку, сунув руки в карманы и глядя куда-то в пространство. Он был невероятно красив, как и всегда. Безупречный костюм, уверенная поза. На серой улице, рядом с заброшенным зданием, в котором прятался Мунго, он выглядел сюрреалистично. А блестящий чëрный Мустанг и вовсе казался каким-то миражом. Их словно перенесли сюда с обложки какого-то журнала или с одного из билбордов. Он повернулся, когда Гермиона двинулась к автомобилю. Его взгляд был таким же тёплым, как и всегда, просто немного усталым. — Тебе нельзя перемещаться с помощью волшебства, — сказал он. — Да, я знаю, — она хотела, чтобы он обнял её, чтобы улыбнулся, поцеловал. Его отстранëнность убивала. — Драко... — Ты же спрашивала про машину. Вот и прокатишься, — он открыл дверь и многозначительно посмотрел на неё. Гермиона села на пассажирское сидение, следя взглядом за тем как Драко обходит машину и садится за руль. Он завëл мотор и посмотрел на неё, затем вздохнул и потянулся, пристëгивая её ремнём безопасности. Она наблюдала за тем как он уверенно чувствовал себя за рулём, но при этом был ужасно напряжëн. Он не отводил взгляд от дороги, не смотрел на Гермиону. — Ты весь день был в Мунго? — спросила она, хоть и знала ответ. — Да, был. — Но так и не зашёл ко мне. Руки Драко на руле сжались сильнее. — Не зашёл. — Почему? — Действую по методике Поттера, — он на секунду повернулся, замечая вопросительный взгляд Гермионы. — Избегаю разговора, чтобы не наговорить того, о чём потом буду жалеть.