Глава 12: Глаз змеи

«Женщины рождают детей. Ведьмы — судьбы». — Старое проклятие Лестрейнджей ⸻ Третье утро после нападения Северус был на совещании с Лордом. Дворец Тёмного Лорда вновь кишел холодом и недоверием. Катерина осталась одна в их покоях. Её волосы были распущены, ногти — как маленькие черепа, серебристо-чёрные. В руке — чаша с настоем тмина и льна, чтобы успокоить ребёнка, который начинал шевелиться всё чаще. — «Они следят. Они ждут твоей слабости…» — шептала чаша. — Молчи, — ответила она. — Я уже не та, что пришла сюда. В дверь постучали. Один раз. Второй. Затем… открылась сама. Беллатриса Лестрейндж. В чёрном, с глазами безумной святости. На груди — ожерелье из красных кораллов и клыков. Она улыбнулась. И эта улыбка — как нож. — Ты… ведьма. Не такая, как мы. И не такая, как магглы. — Я — Катарина. Этого достаточно, — спокойно ответила она, не вставая. — Ты носишь будущее. А мы все живём прошлым. Это… делает тебя опасной. Белла села напротив. Вытащила коробку. Деревянную. Очень древнюю. — Подарок от рода Блэков. Амулет. Он оберегает от сглаза и зависти. Полезная вещь… в такие времена. Катарина смотрела, не мигая. Улыбнулась. Очень тихо. — Зависть… или проклятие? Беллатриса не дрогнула. Но зрачки сузились. Катарина провела пальцами по коробке — ощутила жар, словно металл под ней пульсировал. Закрыв глаза, она вдохнула. И увидела: себя мёртвой, амулет на её шее горит, а Белла держит на руках её ребёнка. Кормит. Целует. А в её груди — молоко, смешанное с ядом. Катарина открыла глаза. Спокойно. — Ты хочешь убить меня… чтобы стать матерью моего сына. Беллатриса резко вскочила. — ТЫ НИЧТОЖНАЯ СУКА! — завопила она. — Он был МОИМ, Лорд! Он МОЙ! А ты — шалава с грязной кровью и проклятой кожей! — Проклятие — это ты, Белла, — прошептала Катарина. — И я… сожгу тебя изнутри. Она не поднимала палочку. Только провела ногтем по своей ладони, кровь стекла по пальцам — и упала на деревянный пол. Ритуальный круг сам сложился из магической соли. — “Sangue contra ventre. Ferro contra feitiço. Queima tua mentira.” Огонь поднялся прямо из пола. Беллатриса закричала. Амулет задымился, коробка вспыхнула, а с кожи Беллы начали сходить руны. — Что ты… делаешь?! — Забираю у тебя возможность прикасаться к жизни, — холодно ответила Катарина. — Ты больше не сможешь иметь детей. Или кормить. Или любить. Белла упала. Из её горла вырвался не крик — хрип, как у змеи, которую раздавили, но не убили. Она исчезла — исчезла в чёрном вихре, оставив после себя запах гари и… страха. ⸻ Через час. Снейп Он ворвался в покои, пылающий. Увидел: Катарина сидит у окна. Волосы спутаны. Ладони в крови. На полу — круг. Пепел. Амулет расплавлен. — Что произошло? — Я защитила нас. Я защищала… его. Он сел рядом. Взял её руку. Поцеловал в ладонь. — Белла? — Никогда больше не сможет коснуться ребёнка. Ни одного. Ни моего. Ни чужого. Я… плодородие у неё забрала. Северус молчал. Долго. Затем прошептал: — Моя ведьма. Он не ждал больше. Поднял её на руки. Унёс в спальню. И в ту ночь он впервые позволил себе быть нежным полностью — не владеть, а любить. Он целовал её тело — в животе которого билось две жизни: их сына… и её ведьминское сердце.