Глава 6. And when I loose myself, I think of you

Гермиона Холодный, порывистый ветер нещадно развивал волосы и, казалось, пытался утащить мой шарф. Беспокойное море пенными волнами облизывало подножие острова, на котором мрачным, леденящим изваянием возвышалась твердыня, сжимавшая в своих крепких, каменных объятиях сотни заключённых волшебников, преступивших черту закона. Медленно подняв взгляд вверх, я поёжилась. Азкабан напоминал огромного дементора, не сулившего ничего доброго никому из гостей. «И куда же тебя занесло, Гермиона»? – Пронеслось в моей голове. Однако отступать я не собиралась и потому, сделав глубокий вдох, потом выдох, решительным шагом направилась внутрь обители преступников магического мира. - А-а-а, мисс Грейнджер, – послышался хриплый голос начальника тюремной стражи, как только я подошла ближе ко входу в башню, – меня предупредили  о вашем визите. - Добрый день, мистер… - Стивенс, – ответил мужчина. – По правде  говоря, заключённого 537 довольно редко навещают, да и то, чаще всего, это супруга и в редких случаях сын. Поэтому, когда мне пришло распоряжение от Министра магии, что сама Гермиона Грейнджер – героиня войны заинтересовалась делом небезызвестного пожирателя смерти, я очень удивился. Простите старику его любопытство, но что привело вас в это, забытое Богом, место, юная леди? - Благодарю за помощь, мистер Стивенс. Видите ли, я считаю, что практически каждый человек имеет право на второй шанс. - Даже пожиратель? - Нужно судить по тяжести злодеяний, наличию либо отсутствию раскаяния, сотрудничеству с блюстителями правопорядка, – ответила я, спустя секунду добавив, – но в целом, да. Естественно у меня не было стремлений оправдать всех приспешников Тёмного Лорда. Многие из них действовали жестоко, хладнокровно, беспощадно, считая своего хозяина единственным достойным существом для управления миром. По спине пробежал холодок, при воспоминании о фанатичной сестрице матери Драко. Вот уж кого я не стала бы спасать ни под каким предлогом, даже пальцем не пошевелила бы. - Занимательные у вас суждения, мисс Грейнджер, – с хитрым прищуром заключил мужчина. Остаток пути мы шли в молчании. Мрачные коридоры были насквозь пропитаны сыростью, холодом и унынием, от чего хотелось поплотнее укутаться в пальто. Однако причина была не только в этом. Сгусток обречённости, злости, усталости, тоски, тяжести, борьбы, смирения и многих других противоречивых чувств, витал в воздухе. Он подпитывался от каждой, проходимой нами, камеры и оседал в душе осколком льда. - Пришли, – вернул меня в реальность голос мистера Стивенса. - Благодарю. - Десяти минут вам достаточно? - Вполне. Раньше комнаты для свиданий с заключёнными мне доводилось видеть только в кино. Присев на скамью, я осмотрелась. Серые стены давили своей мрачностью и маленькое окошко, расположенное практически под самым потолком, не слишком спасало ситуацию. Однако луч света, пробивающийся сквозь него, дарил крохотную надежду на скорое освобождение моего внезапного подопечного. Дверь со скрипом отворилась и стражник ввёл в комнату Люциуса Малфоя. От его былого величия не осталось и следа, платиновый цвет волос теперь был серым, а лицо, оттеняемое кругами под глазами, казалось особенно бледным. Он выглядел очень измученным и уставшим. - Мисс Грейнджер? – Последовал удивлённый вопрос, когда мужчина остановил свой взгляд на мне. - Добрый день, мистер Малфой. - Не ожидал вас тут увидеть. Чем обязан? – Спросил он, присаживаясь на скамью, напротив меня и, спустя пару мгновений, с беспокойством добавил, – что-нибудь с Драко или с Нарциссой? - Нет-нет, с ними всё в порядке. Я пришла, чтобы поговорить с вами. - И о чём же, позвольте спросить? - У меня есть предложение. - Слушаю вас. - Мистер Малфой, так получилось, что я непреднамеренно оказалась в курсе всей ситуации и нескольких отказов Министерства по поводу пересмотра вашего дела. Я хочу помочь вам. Мой собеседник молча слушал и наблюдал за мной. В его взгляде не прослеживалась былая надменность, высокомерие или отвращение к таким, как я. Он транслировал лишь удивление и заинтересованность, искусно маскируемые под самообладание. И это лишний раз подчёркивало тот факт, что, несмотря на все испытания, перед тобой по-прежнему сидел аристократ, глава древнейшего чистокровного рода, который должен сохранять выдержку при любых обстоятельствах. - Мисс Грейнджер, зачем вам спасать того, кто все эти годы проявлял далеко не дружелюбие, сострадание и поддержку? Сомневаюсь, что вы внезапно оправдали меня в своих глазах. - Резонный вопрос, мистер Малфой. И вы совершенно правы, оправдать вас я не могу, но право на второй шанс, по-моему, у вас определённо есть. Все совершают ошибки, вопрос только в том, как далеко готов зайти человек, как скоро он поймёт, что свернул не туда и как быстро предпримет разумные меры, по устранению последствий. - Стало быть, вы считаете, что я ступил на путь истины? – Ухмыльнувшись, спросил мужчина. - Думаю да. Если только все ваши действия это не отвлекающий манёвр, в попытке вернуть былое положение дел, а возможно и былого предводителя. - Всё, чего я хочу, мисс Грейнджер, это быть рядом с семьёй, – горько вздохнув, ответил мой собеседник. - Вот и прекрасно. - И что же вы хотите взамен? Какова цена свободы? - Лишь честное слово, что вы осознали неправильность своих действий и раскаиваетесь в этом. Ну и, конечно, обещание придерживаться всех судебных постановлений, поскольку палочку сразу вам не вернут. Малфой старший прищурился и задумался на несколько секунд, однако ответить ничего так и не успел, поскольку за дверью послышался шум. Было понятно, что кто-то спорит со стражей и постепенно повышает тон. «Что значит, я не могу зайти? Вы сказали, что у отца посетитель, кроме меня и матери к нему никто не приходит. Если я здесь, значит там моя мать. Что значит, нет? Кто там? Что вы с ним сделали? Пропустите меня»! - Это же… – Начала я. - Драко, – закончил мистер Малфой. Я открыла дверь и попросила стражника впустить нового гостя. В ответ получила кивок и только тогда слизеринца пропустили. Он всё ещё пребывал на эмоциях, а потому не сразу увидел меня. - Грейнджер? А ты что здесь забыла? Мы, кажется, с тобой договаривались! - А я ничего и не нарушала! Уговор был о том, что впредь мы с тобой обсуждаем только дела старост, вот и всё. - Что?! Нет, ну вы только посмотрите на неё! Что за мода лезть в чужие дела?! - Градус громкости прикрути! Твой отец хотя бы слушать умеет. - Кхм, кхм, – Люциус Малфой, с какой-то хитрой ухмылкой, напомнил, что он всё ещё здесь. - Прошу прощения, – последовал мой ответ. - Здравствуй, отец, – уже более тихо подал голос Драко. - Мисс Грейнджер, я могу попросить вас оставить нас ненадолго? Мне нужно поговорить с сыном. - Оу, да, конечно, – отозвалась я и вышла из комнаты.

***

Драко Я нашёл её на улице, около башни. Она придерживала рукой воротник и вглядывалась в бушующее море. И как можно быть такой упрямой? Надо же, подловила меня! И возразить ей было нечего, ведь установленного соглашения она действительно не нарушала. Чувствую себя одураченным. - Не в курсе, о чём именно речь, но отец просил передать, что даёт тебе своё честное слово и обещание. – Гриффиндорка обернулась на мой голос и победоносно улыбнулась. - Прекрасно! - Чему ты так радуешься? - А тому, что у твоего отца развита способность слушать, прежде чем говорить и принимать решения, а у тебя нет. - Ты просто невыносима! - Кто бы говорил! Несколько минут мы стояли в молчании и думали каждый о своём. Я с трудом сдерживался, чтобы не наговорить лишнего. Как же это противно, ощущать себя беспомощным. Ощущение такое, словно ты стал невидимкой без всякой мантии. Тебя никто не слышит, ты ничего не решаешь, а жизнь, в это время, становится подобной воздушному змею: куда дует ветер, туда ты и должен лететь. - Спасибо, – тихо ответил я. - То-то же, – последовал ответ, после чего гриффиндорка подошла ближе и, заглянув в глаза, добавила, – я ведь правда помочь хочу, тебе и твоей семье. - Давай возвращаться в замок, нагостились на сегодня. - Согласна. Мы взялись за руки и трансгрессировали. Оказавшись в гостиной, я поспешил развести огонь в камине. - Не отказался бы сейчас от чашечки горячего какао. - И я тоже. - Миппи! – С хлопком в комнате появилась эльфийка. - Добрый вечер! Слушаю вас, сэр, – наша помощница внимательно посмотрела на меня, расправив свой передник с цветком. - Здравствуй! Ты не могла бы принести нам две чашки горячего какао? - Сию минуту, сэр! -  В мгновение она исчезла и так же быстро вернулась, поставив на столе ароматный напиток и вазочку с пирожками. - Миппи подумала, что вы устали с дороги и захотите подкрепиться, потому принесла вам свежие пирожки с капустой. - Спасибо тебе большое! Чудный передник! – Отозвалась Грейнджер. - Благодарю, мисс! Миппи сама его вышивала! – Гордая своей работой, эльфийка вновь пригладила одеяние. Спустя пару секунд, она сообразила, что пора уходить и, немного поджав уши, сказала, – отдыхайте. - Насыщенный выдался денёк, – прервала молчание соседка, сделав глоток из своей кружки. - Не то слово. - Я, кстати, говорила с Гарри, он тоже будет присутствовать на слушании. - Что такое, Гермиона Грейнджер не уверена в собственных силах? – Ухмыльнулся я. - Уверена! Я справлюсь, просто стараюсь учесть разные варианты развития событий. Он будет давать показания только в самом крайнем случае. - Представляешь, Поттер предложил мне присоединиться к сборной по квиддичу. - Здорово! Ты согласился? - Я ещё думаю. Не знаю, всё это как-то… - А что тут думать? Нужно действовать! - Хочешь, чтобы у твоего дружка был лишний повод командовать мной? - Вовсе нет! Я считаю тебя талантливым игроком и Гарри тоже это видит. Прекрати искать подвохи там, где их нет. – После этих слов она поставила кружку на стол и направилась в свою комнату. – Завтра отправлю своё письмо в Министерство. Буду держать тебя в курсе. Я кивнул и девушка скрылась за дверью. Помню, как спустя несколько дней, вечером в окно гостиной влетела сова с письмом из Министерства. Грейнджер отложила книгу и, взглянув на меня, распечатала конверт. Я затаил дыхание. Её сосредоточенный, пробегающий по строчкам, взгляд постепенно прояснялся, а лицо озарила улыбка. - Слушанье назначено на третье ноября, – подытожила соседка, видя мой немой вопрос. - Получилось, надо же! Невероятно! - Это только полпути. - Ты за такой короткий срок смогла добиться того, над чем я бьюсь уже довольно долго. - Ну, теперь запасись терпением, а я буду готовиться к суду. - Теперь хотя бы есть чего ждать. Спустя ещё пару дней, гриффиндорка показала письмо с благодарностями, которое ей отправила моя мать. Помню, что она полвечера корпела над ответом и сильно переживала. Время шло своим чередом. Вычёркивая дни в календаре, я настолько сосредоточился на дате предстоящего суда, что на Хэллоуин чуть не пропустил новое предсказание. Галлеон вновь нагрелся и явил мне следующую надпись: «And when I loose myself, I think of you». Фраза была знакомой и казалось, что я уже слышал её раньше. «И когда я теряю себя, я думаю о тебе», – проговорив себе под нос, попытался вспомнить первоисточник, однако ответ всё время ускользал. Картинка сложилась воедино, когда немного позже, проходя в одном из коридоров школы, я вновь услышал знакомые слова. Кто-то пел. Точно! Это строчка из песни! Девичий сладкий голос ласкал слух, но я успел увидеть лишь край мантии незнакомки, исчезающий за поворотом. Я поспешил за ней, однако если первый коридор был практически пустым, в следующем передо мной возникло сразу несколько девушек. Они что-то обсуждали и смеялись. Я мялся неподалёку и прислушивался к их голосам, понимая, как, наверняка, глупо сейчас выгляжу. «Ну и кто из вас»? – Тихо произнёс я, но никто больше не пел. «Похоже, в этот раз загадка так и останется загадкой», – с этими мыслями я развернулся, чтобы уйти, но тут она снова запела. Я обернулся, девушки успели разделиться на три группы: первая шла мне навстречу, а две другие вот-вот должны были скрыться за ближайшими поворотами. «Блин и кто из них»? Пока я вглядывался в идущих мне навстречу, пение послышалось со стороны стайки девочек, которые только что свернули влево. Оказавшись за нужным поворотом, я увидел только Чжоу Чанг и больше никого. - Привет, Чанг. - Привет, Малфой. - Любишь петь? – Вот так просто спросил я. - Допустим. - And when I loose myself, I think of you, – произнёс я строку из песни. - А-а, да, знаю эту композицию, она классная. - Споёшь? - Что, прости? - Спой, тебе ведь нравится эта песня. - И с чего бы мне вдруг петь для тебя? - Хочу услышать твой голос. - Извини, но нет. Предложи кому-нибудь другому. – На этих словах она нахмурилась и пошла дальше, а я так и остался стоять посреди коридора, мысленно делая пометку кандидатке номер четыре.