Глава 7. Привет, незнакомка!

Гермиона Прошло уже две недели с момента нашего визита в Азкабан, а мне по прежнему не верилось, что уже совсем скоро я буду выступать в суде в защиту Люциуса Малфоя, человека, который никогда не считал меня достойной изучать магию, человека, который вешал на всех магглорождённых статус отбросов, грязи, которой не место в волшебном мире. Однако никому не стоит забывать, что жизнь коварна ровно настолько же, насколько и прекрасна. И если сегодня ты чувствуешь себя королём мира, это вовсе не означает, что завтра судьба не столкнёт тебя с насиженного трона вниз, на дно самого глубокого ущелья. Для Люциуса Малфоя таким ущельем стал Азкабан, куда его заботливо швырнул некогда неприкасаемый господин. И всё-таки земля круглая, поскольку иначе объяснить крах, жадного до власти, фанатика, а заодно и большей части его верных, цепных ПСов, я не могу. Весь мир, наконец, спокойно выдохнул, когда Тёмный Лорд канул в небытие, однако вселенское зло не уходит тихо и бесследно. Даже находясь в состоянии предсмертной агонии, оно стремится утащить за собой как можно больше невинных душ. Волдеморт пронёсся по земле безжалостным, разрушительным смерчем, уничтожив всё то живое, до чего смог дотянуться. Ряды волшебников и магглов понесли невосполнимые утраты. И каждый раз, вспоминая всех тех, кто стоял со мной плечом к плечу на поле боя, но не дождался этого дня, я понимаю, что никто из них не изменил бы своих решений, не стал бы прятаться и снова, так же храбро сражался бы во имя добра и света. По моей щеке скатилась одинокая, горькая слезинка. Тяжелые воспоминания вновь больно кольнули сердце. Мир, наконец, дышал свободно, только какой ценой… Люциус Малфой в военное время так же пребывал не в лучшем положении. Это вовсе не означало, что мне было жаль его. Он изначально сделал неправильный выбор и тем самым обрёк на страдания не только себя, но и близких. Движимый, на первых порах, жаждой сохранить свою власть и статус, а позже гонимый чувством неподдельного страха, он на долгие годы добровольно сдался в плен больному диктатору, преподнеся ему, в качестве подарка, свой дом и свою семью. Так величественный лорд, его супруга и сын стали узниками собственной обители и смиренными марионетками в руках сумасшедшего господина. Утро первого ноября выдалось довольно прохладным, словно природа хотела напомнить всем о скором приближении зимы. Я расхаживала взад и вперёд по берегу Чёрного озера, и повторяла свою речь для суда. Я подготовилась к любому повороту и любому каверзному вопросу, который наверняка не упустит возможности задать мисс Хейтред. Она питает к подсудимому ту же ненависть, что и Амбридж взрастила по отношению ко мне. Кино наоборот, как говорится. - Гермиона! Вот ты где! Мы обыскались тебя в замке. – Это была Джинни. Она, вместе с Полумной и Падмой спускались по склону, ведущему к озеру. - Привет, девчонки! Да я просто решила ещё раз пробежаться по предстоящей речи и похоже немного увлеклась. - Ещё раз? Это уже какой, миллионный? - Не иронизируй, Джин, я всегда предпочитаю быть хорошо подготовленной. - Слишком хорошо. Он ведь подкинул мне Реддловский дневник на первом году моего обучения, ты помнишь? - Конечно, помню. - Повезло, что Гарри и Рон, как главные мастера нарушать правила, вмешались тогда в ситуацию, – сказала Падма. - Гарри не мог не вмешаться, ведь он был избран, чтобы спасти мир от окончательного погружения во тьму. И я всегда была уверена, что он одолеет Тёмного Лорда, – словно пророчество, изрекла Полумна. - Да уж, без Гарри было бы туго. До сих пор помню, как страх мёртвой хваткой вцепился в горло, при виде Хагрида во дворе школы, с бездыханным телом на руках, – тихо произнесла я. - Ага, вот только ликовали пожиратели, вместе со своим безносым предводителем, недолго, – усмехнувшись, дополнила Джинни. - Да-да, вы помните их офигевшие лица? – подхватила Падма. Искренний смех прокатился по краю водной глади озера. - Глядите, там Чжоу и Ханна! – радостно воскликнула Полумна. – Они зовут нас к себе. - Тогда идём! Гермиона, бросай уже вот это своё гиблое дело, – рыжеволосый контролёр не намерен был сдаваться. - Ладно, иду я, иду, – наш дружный квартет направился в сторону сокурсниц. Третьего ноября я проснулась раньше будильника и несколько минут лежала, смотря в потолок и прокручивая алгоритм действий. Слушанье должно было начаться в три часа, но приехать лучше заранее. Выйдя в гостиную, я обнаружила Малфоя, стоявшего с сигаретой около окна, он явно проснулся раньше меня. Слизеринец, как всегда, выглядел с иголочки и, казалось, внешне не выражал и крупицы волнения, однако его напряжённые плечи и тот факт, что он не заметил моего присутствия, говорили обратное. - Ты бы хоть позавтракал сперва, а то начинать день с сигареты, – я поморщилась. - Как-то, знаешь, не хотелось. - Доброе утро, – подойдя ближе, сказала я. - Думаешь, оно доброе? – С неуверенной надеждой в голосе спросил сосед. - Сегодня узнаем, – отвечаю с улыбкой, – мы справимся. Я и сама не сообразила, когда успела подойти ещё ближе. Очнулась лишь после того, как встретилась с удивлёнными серыми глазами. Слизеринец несколько раз медленно перевёл взгляд с моего лица на руку, лежавшую поверх его собственной. - Так, не время раскисать, впереди ответственный день, поэтому надо подкрепиться, – нервным голосом выпалила я и спешно направилась к выходу из башни. «Ну, вот и что ты творишь, Гермиона»? Стоя у входа в Министерство магии, я на мгновение вспомнила, как мы с Гарри и Роном, в обличии других людей, пытались пробраться внутрь и добыть медальон Салазара Слизерина. - На тебя тоже нахлынули воспоминания? – Гарри поравнялся со мной и поправил очки. - Ага. Тогда мы были нежелательными персонами в этих стенах. - А сейчас жди очередь жаждущих пожать руку и взять автограф, – с усмешкой пихнул меня легонько плечом в плечо друг. - О-о-о, это больше к тебе, улыбнулась я, наблюдая, как Гарри показательно приосанился и стал приветственно махать рукой направо и налево. - Ну, что ж, пойдем, спасём одного великовозрастного засранца? - Пойдём. Атриум Министерства кишел волшебниками. Как и ожидалось, наше появление не осталось без внимания. Кто-то был несказанно рад просто увидеть героев войны лично, а кто-то смотрел с подозрением, очевидно прознав о цели нашего визита. - Судебное заседание от 3 ноября 1998 года объявляется открытым. На повестке дня прошение о пересмотре дела осуждённого пожирателя смерти, Люциуса Абраксаса Малфоя. Председательствует Верховный чародей Визенгамота, Уильям Джастис, – представился волшебник за трибуной. – В зале так же присутствует Министр магии, Кингсли Бруствер и герой войны, Гарри Поттер. Свидетель защиты, Гермиона Грейнджер, героиня войны. Несмотря на высокий статус всех присутствующих, в зале послышались оживлённые перешёптывания. - Призываю всех к порядку, – прозвучал строгий голос Кингсли и я кивнула ему в знак благодарности. - Мисс Грейнджер, в материалах дела указано, что именно вы выступили с прошением о пересмотре дела, это так? - Всё верно, сэр. – Послышались возгласы удивления, но волшебники быстро успокоились, дабы не получить новое замечание от Министра. - Что сподвигло вас на это? - Неоднократный отказ Министерства в той же просьбе супруге мистера Малфоя. - Прошу прощения, мистер Джастис, могу я задать несколько вопросов свидетелю? – Верховный чародей сделал одобряющий жест рукой и женщина обратилась ко мне. - Элеонор Хейтред, мисс Грейнджер. Позвольте, для начала выразить благодарность вам, мистеру Поттеру и мистеру Уизли за бесценный вклад в будущее волшебного сообщества. Благодаря вам наш мир очистился от скверны и смог устранить её последователей. Однако ваше письмо привело меня в замешательство. Я лично писала ответ. Позвольте спросить, неужели вы усомнились в справедливости решений, принятых Визенгамотом? «Так вот ты какая», – подумала я про себя. Не скажу, что ожидала увидеть ещё одну даму в розовом, но Элеонор так же определённо выделялась из толпы коллег. Миниатюрная женщина, с мышиным цветом волос, собранных в туго затянутый пучок. Её взгляд острой бритвой сразу врезался в меня, несмотря на внешние, явные признаки восхищения. Казалось, что только на нём держалось её самообладание, да и что греха таить, именно поэтому она, наконец, была готова слушать. Вот они, плюсы популярности, хоть где-то она пригодилась. Однако теперь идеальный образ кумира дал трещину и преданной фанатке это было явно не по душе. Изучающий прищур глаз, морщинки, свидетельствующие о том, что женщина напротив часто хмурится от ненависти или отвращения. Всем своим видом она давала понять, что от того, что я сейчас скажу, будет зависеть очень многое. Ну что ж, гриффиндорцы всегда смело принимают вызов судьбы. - Рада знакомству, мисс Хейтред, – ответила я, натянув дежурную улыбку. – У меня нет ни малейшего сомнения в справедливости принятых Министерством решений, однако что касается этого  дела, то ему даже не было дано шанса. - Вот как? Т.е. вы считаете, что преступные деяния пожирателей смерти можно оправдать, простить всё сотворённое зло и отпустить с миром? - Вовсе нет. - Но, позвольте спросить, разве не за этим вы сегодня здесь? - Вы совершенно правы в том, что последователи Тёмного Лорда нанесли не меньший урон всему миру, нежели он сам. Подсудимый не был исключением. - Тогда, простите, но я не могу понять причины, сподвигнувшие вас  выступить с прошением о пересмотре дела. Я обратила свой взгляд на ржавую решётку, за которой спокойно сидел мой подзащитный. Он с искренней заинтересованностью наблюдал за допросом, сохраняя молчание и сдержанность, однако в уставших глазах читалась призрачная тень надежды на то, что он сможет, наконец, вернуться к семье, которая так же тоскливо сейчас наблюдала за ним и с замиранием сердца слушала мою речь. - Как я уже сказала, моё прошение было направлено после того, как миссис Малфой получила несколько отказов от Министерства. - Всё семейство Малфоев запятнало себя. Они приняли у себя Волдеморта, как дорогого гостя, поддерживали его идеи и выполняли все отданные приказы. – Казалось, что Элеонор вот-вот подпрыгнет на своём месте от отвращения, настолько сочились ядом её слова. - Вначале всё было действительно так, однако со временем мистер Малфой понял, что решение примкнуть к рядам пожирателей оказалось весьма поспешным, но было уже поздно. У Тёмного Лорда появились рычаги давления на него в виде жены и сына. И если кто-то, типа Питера Петтигрю, боясь лишь за собственную шкуру, смог продать даже своих друзей, то с сегодняшним подсудимым ситуация вышла несколько иная. В начале своего пребывания в школе я чётко уяснила, что некоторые чистокровные волшебники на дух не переносят магглорождённых. Поэтому с семьёй Малфоев у нас была взаимная неприязнь. Однако после того как Тёмный Лорд возродился, наши пути вынужденно пересеклись. Всем присутствующим здесь хорошо известно, что на некоторое время я, мистер Поттер и мистер Уизли были заложниками Малфой-Мэнора, после поимки егерями в лесу. Потому нам довелось увидеть ситуацию изнутри. Это было ужасно, – я инстинктивно положила правую ладонь поверх левого предплечья, где под рукавом скрывался старый, уродливый шрам. – Никто из семейства Малфоев не выступал с открытой конфронтацией. Позже в лесу, когда мистер Поттер, осознав, что сам является одним из крестражей, направился навстречу судьбе, именно Нарцисса Малфой предоставила ложные показания Тёмному Лорду о гибели избранного, что позволило нам выиграть время и одержать победу в итоге. - Согласно вашим словам, нам нужно оправдать чуть ли не всех пожирателей, поскольку они сами в итоге оказались невинными жертвами. Малфои сделали свой выбор, но просчитались, а за свои поступки надо отвечать, – тон Элеонор был настолько твёрдым и безжалостным, что я даже удивилась, как столько злости концентрируется в такой маленькой женщине. - Это всё передёргивание фактов, мисс Хейтред, услышьте меня, пожалуйста. Вы так крепко ухватились за прошлое, так строго разделяете людей на достойных и недостойных, совершенно забывая о том, что принятие справедливого решения требует беспристрастности. Вы почему-то опускаете некоторые материалы дела и смотрите на ситуацию только с одной стороны. Согласитесь, проще ведь, без суда и следствия, отвернуться от человека, только завидев уродливое клеймо, навсегда причисляющее его к рядам преступников. И, прикрываясь этим, отправлять отказ за отказом его жене, которая в своё время не побоялась рискнуть собственной жизнью, чтобы спасти мистера Поттера и тем самым выиграть время для Ордена, заманив противника в ловушку. - Мисс Грейнджер! – Услышала я строгий голос Кингсли и поняла, что нужно сбавить обороты. - Прошу прощения. - Мисс Грейнджер, я внимательно слушал вас и у меня всего один вопрос, после которого, я думаю, можно голосовать, – ответил, всё это время молчавший, Верховный чародей. - Конечно, сэр. - Почему вы защищаете этого человека? - Потому что каждый может ошибиться, сэр, и каждый имеет право на второй шанс. Вопрос только в том, как скоро человек осознает собственный прокол и попытается исправить ситуацию. Мистер Малфой в своё время совершил немало злодеяний, поэтому целиком и полностью оправдать его я не могу, и не считаю это правильным. Однако в совокупности всех преступлений и того факта, что он осознал свою вину, раскаялся и сотрудничал со следствием, что, кстати способствовало поимке многих опасных преступников, я считаю, что подсудимый заслужил свой второй шанс. - Подсудимый, вам есть, что сказать? – Обратился мистер Джастис к Малфою старшему. - Я благодарен суду и мисс Грейнджер, за возможность быть услышанным. Я действительно осознал свою вину и раскаиваюсь во всём, что совершил. - Что ж, волшебники и волшебницы Визенгамота, давайте проголосуем.

***

Драко Первое ноября постучалось в окно прохладным ветром. Оставались считанные дни до суда, а волнение лишь нарастало. С мыслью немного проветриться, я запахнул тёплую мантию и направился к Чёрному озеру. Подумать только, как запросто эта упрямая гриффиндорка добилась своего. Отец принял её помощь. Хотя какая ей польза от освобождения того, кто всегда её ненавидел? Правда, после разговора с отцом, тогда в Азкабане, я не заметил былого презрения. Может тюремные стены и впрямь носят функцию молчаливых психологов? Однако надо было вытаскивать его оттуда, поэтому в глубине души я был благодарен Грейнджер за то, что она не сдалась и не послушала меня. Теперь оставалось только дождаться третьего ноября. Меня, словно на качелях, поочерёдно переполняли то надежда, то уныние. С одной стороны так сильно хотелось верить, что у нас всё получится, а с другой было страшно разочароваться в случае поражения. Нужно держаться, сейчас мы, как никогда, близки позитивному исходу событий. Я втянул носом свежий воздух и прикрыл глаза. В это время галлеон в кармане вновь нагрелся. Новое пророчество было следующим: «Простая просьба на берегу Чёрного озера». Ты глянь, работаю на опережение. Я огляделся, но вокруг не было никого, только компания из Уизли, Патил, Грейнджер и Лавгуд о чём-то оживлённо болтали неподалёку и смеялись. Когтевранка помахала кому-то и я увидел ещё двух девушек: Аббот и Чанг, с которой накануне у меня состоялся не совсем удачный разговор. Шумный квартет пошёл в сторону сокурсниц и на берегу стало тихо. Я снова прикрыл глаза. - Привет, Драко Малфой! – Обратился незнакомый голос. - Привет, незнакомка! – Ответил я, открыв глаза и удивлённо уставившись на неожиданную гостью. - Дожили, вот так учишься с человеком на одном курсе, а он тебя даже не знает. - Серьёзно? Прости, но что-то не припомню. - Тогда давай знакомиться. Меган Джонс, Пуффендуй, – с улыбкой ответила девушка, протянув мне руку. - Драко …, ну в общем ты знаешь, – пожал я в ответ её руку. - А ты забавный, – сказала она с искренним смехом. - Никогда бы не подумал, – улыбнулся я. Появившаяся из ниоткуда, весёлая, симпатичная, лёгкая в общении, может это она, та самая? Я вообще мало кого помню с Пуффендуя и надо же было пропустить такую красотку. - Что смотришь? – С улыбкой спросила девушка и только тогда я понял, что в открытую пялюсь на неё. - Ты красивая, – вот так коротко, но по сути сорвался ответ с моих губ и Меган вновь засмеялась. - Ты тоже ничего. - Благодарю, миледи. - Слушай, у меня тут проблема с застёжкой на сумке, не поможешь случайно? Я просто палочку в комнате забыла. - Конечно, – я внимательно изучил поломку. – Здесь можно обойтись и без магии, просто вот эта деталь часто вылетает. Ну вот, проверяй. - Превосходно! Спасибо тебе! - Оу, да пустяки. Я просто… - Меган? Привет! – И когда только Грейнджер и компания успели подойти? - Привет, Гермиона! Привет, девчонки! - Привет, Мег! - Привет, Малфой, совсем забыла, нужно собрать отчёты старост факультетов. Остался только Слизерин. - Серьёзно, Грейнджер? Прямо сейчас? - Ну, это нужно сделать в течение дня. - Хорошо, я тебя услышал. - Спасибо. На этом мы распрощались и девичья компания направилась в школу, не забыв позвать с собой Меган. Да что ж всё так не вовремя? Вот надо было им прямо сейчас тут пройти? Я только начал получать удовольствие от всей этой истории с предсказаниями. Тем временем, наконец, наступило третье ноября. Проснувшись ни свет, ни зоря, я не мог найти себе места, потом открыл окно, достал сигарету и закурил. Сегодня всё решится. За окном постепенно расцвело и я совершенно не заметил, как в гостиной очутилась гриффиндорка. Она что-то говорила про завтрак и доброе утро, а потом подошла ближе и положила свою ладонь поверх моей. Это было...странно. Похоже, она сама тоже не сообразила, как это произошло, так как поспешила ретироваться, увидев мой потрясённый взгляд. За завтраком она пару раз бросала взгляды в мою сторону, но очень быстро отводила глаза. Позже я встретил её и Поттера уже в Министерстве, куда мы прибыли вместе с матерью. Мама вновь поблагодарила Грейнджер за помощь и проявленное великодушие, на что она, слегка покраснев, улыбнулась и сказала, что это лишнее и нужно дождаться результатов заседания. Мы все заняли свои места. Когда слово взяла мисс Хейтред, я понял, почему прошения матери заворачивали, даже особо не читая. Эта женщина нас презирала, поэтому ни о каком пересмотре дела и речи не могло быть, если бы не наша героиня войны. Должен сказать, что я был сражён подготовкой Грейнджер и тем, с какой решимостью она выступила в защиту отца, умудрившись даже схлопотать замечание от Министра. Она грамотно всё разложила по полочкам, найдя место воспоминаниям о собственной боли, пережитой в стенах нашего дома, матери, рискнувшей в нужный момент всем, что у неё было и второму шансу, который заслужил отец. И вот сейчас наступил момент голосования. Мама крепче сжала мою руку и я накрыл её ладонь своей. - Кто за то, чтобы признать подсудимого виновным и сохранить за ним отбывание срока в тюрьме Азкабан? – Первой в воздух взмыла рука мисс Хейтред, ну конечно. Я не считал сколько, но руки подняли ещё многие волшебники. - Кто за то, чтобы оправдать подсудимого, предоставив возможность вернуться домой, с сохранением контроля Министерства? – Одна, две, три, постепенно рук становилось всё больше. Или мне так хотелось, или за оправдание было поднято больше рук? Окончательное решение должен был вынести Верховный чародей. - Подсудимый, встаньте. Результатом настоящего заседания вы оправданы Визенгамотом и можете вернуться домой из зала суда. Однако помните, что Министерство будет наблюдать за вами, наведываясь с проверками. Сроком на полгода с настоящего момента вы лишены волшебной палочки и возможности творить магию. Не подведите, возложенное на вас доверие. - Благодарю вас, сэр! Благодарю всех присутствующих и обязуюсь следовать вашим наставлениям. - Ну, Гермиона, вот это ты конечно выдала! – Восхищённо сказал Поттер, когда они с Грейнджер оказались в коридоре. – Я думал, что ты порвёшь эту Элеонор Хейтред. - Всё хорошо, что хорошо кончается, – с выдохом ответила защитница. – Мне не верилось, что получится. - Но у тебя получилось, – я, наконец, осмелился подойти. – Спасибо. - Мисс Грейнджер, я так благодарна вам, вы даже не представляете, – мама в слезах обняла гриффиндорку и та немного опешила. - Ну что вы, миссис Малфой, я всего лишь попыталась восстановить справедливость. - Мисс Грейнджер, спасибо вам за второй шанс. - Не за что, мистер Малфой, главное держите его крепко и не упустите. - Не сомневайтесь.