Глава 8. Ну что ж, давай поговорим

Гермиона Прошёл уже практически месяц с момента освобождения Люциуса Малфоя из Азкабана и должна признать, что он действительно придерживался данного им обещания, во всяком случае, пока. Как и следовало ожидать, внимание Министерства к нему было повышенным, но как не старались мисс Хейтред и компания уличить бывшего заключённого в чём-нибудь неподобающем, в стенах родного дома лорд Малфой напитался былой силой и выдержкой, а потому достойно сносил все нападки блюстителей правопорядка. Наше соседство с Драко стало значительно терпимее. Конечно, мы резко не стали закадычными друзьями, скорее каждый из нас пребывал в неком смятении от изменившихся обстоятельств. Раньше всё было ясно, мы ненавидели друг друга, на дух не переносили, а теперь всё было иначе. Взаимные оскорбления сошли на нет, я спасла его отца, да и в нём самом смогла разглядеть лучик света, который упрямо прорезался сквозь затуманенное сознание отчаявшегося человека. Мы не знали, как общаться дальше, поэтому дела старост очень спасали, ведь на них можно было переключиться и не стоять истуканом в напряжённой тишине. Даже Драко прекратил увиливать от своих обязанностей и выражал крайнюю степень занятости и ответственности. Я отточила навыки анимага и была довольна собой. Однако наивысшей степенью признания, конечно, стала оценка моего экзаменатора. Тридцатого ноября, закончив наше последнее занятие, я, с замиранием сердца ждала вердикта профессора Макгонагалл, мастера в своём деле. Отметив мою усердную работу, она сказала, что никогда не сомневалась в том, что я справлюсь. Помимо прочего, директор сообщила, что у неё будет одно важное объявление для всех учеников, с целью укрепления дружбы между факультетами. - Прошу минуточку вашего внимания, – заговорила профессор Макгонагалл вечером того же дня, когда учащиеся собрались к ужину в большом зале. – Я рада видеть каждого из вас в этом году, а так же рада тому, что после всего пережитого, вы приняли решение вернуться в школу и тем самым стать поддержкой и опорой не только себе, но и товарищам. Кому-то это далось легко, однако есть и те студенты, которым ещё нужно время, чтобы наладить контакты и разобраться в себе. Далее она взмахнула палочкой и россыпь серебристых блёсток взмыла под зачарованный потолок, после чего осыпалась вниз, словно маленькие, лёгкие снежинки. Послышались тихие шепотки, кто-то сразу начал строить догадки, но не найдя подтверждения ни одной из своих версий в глазах, сидящего рядом, соседа, все снова в ожидании и предвкушении уставились на директора. - Магия сделала своё дело. И теперь тот, кого она выбрала, найдёт в своей комнате зачарованный дневник и сможет общаться с одним конкретным собеседником, посредством протеевых чар. Сразу хочу сказать, что любые попытки раскрыть личность того, с кем будет происходить переписка, либо же свою собственную, запрещены. Магия проследит за соблюдением этого правила. - Неужели вы не доверяете нам, директор? – С лёгким негодованием отозвался Забини. - Точно! Мы честные люди! – Поддержал друга Нотт. В ответ на эти выпады, Макгонагалл лишь тепло улыбнулась. - Дело вовсе не в том, что я не доверяю вам, мистер Забини и честность ваша так же не ставится под вопрос, мистер Нотт, однако банального, человеческого любопытства никто не отменял. Ваша задача посмотреть на собеседника душой, а не навешать на него ярлыков, зная, кто он. Дайте шанс узнать друг другу, какие вы, на самом деле, замечательные, добрые, сострадательные и отзывчивые. Помните, что всё начинается с вас. Поэтому если найдёте на своём столе дневник, значит, магия распознала вашу потребность в общении с тем или иным человеком, либо же он сейчас нуждается в вас. Зал притих. Всем поскорее хотелось узнать, кто же найдёт у себя тот самый дневник, но ещё более интересным был вопрос о том, кто скрывается по ту сторону шелестящих страниц. Вот оно, то самое любопытство, о котором сказала профессор, сработало моментально. - Эх, как было бы классно пообщаться вот так с капитаном Холихедских гарпий, – тоскливо произнесла Джинни, подперев подбородок рукой. Полумна и Падма захихикали. - Сомневаюсь, Джин. Думаю, что связь распространяется только на пределы школы, – с грустью в голосе ответила я. - У-у-у, кайфоломщица, знаю я. Даже помечтать не даёшь, – наиграно сердито произнесла подруга. - Мечтай на здоровье, кто ж против? И вообще, для начала надо понять, получишь ли ты этот дневник, а потом воображать, с кем общаешься. Спустя примерно час, рыжеволосая бестия вихрем влетела в библиотеку и завопила на весь читальный зал: «Гермиона, я знаю, что ты здесь»! Мадам Пинс в долю секунды оказалась около нарушительницы тишины и сделала ей суровый выговор. И пускай людей было уже немного, но всё же не стоило таким образом привлекать к себе внимание. Я подошла ближе, сгребла Джинни в охапку, пообещав библиотекарю, что прослежу за ней и потащила гастролёршу за свой стол в дальнем углу. - Ты чего вопишь? Забыла, где находишься? – Строго прошептала я, но девушке напротив, похоже, было всё равно. - Смотри, что у меня есть! – Победоносно улыбнувшись, она положила на стол передо мной блокнот серебристо-серого цвета с замысловатыми узорами. - Дневник? – Удивлённо застыв, спросила я. - Да. Прихожу в комнату, а он лежит. - И что, вы уже общались? - Нет, я его схватила и побежала искать тебя. Но где же ты ещё можешь быть в свободное время, ещё и на ночь глядя, – пошутила подруга, на что я лишь закатила глаза. - Очень смешно. - Интересно, кто там, – с опасливым интересом Джинни посмотрела на закрытую обложку. - Ну, поскольку всё это с инициативы и ведома профессора Макгонагалл, думаю, в этот раз твой собеседник не станет угрожать тебе и вводить в транс. - Это точно, – сказала она, потянувшись рукой к обложке. - Но я, всё равно, лучше присмотрю за тобой. - Ладно, мамочка, не нуди, мне уже не одиннадцать. После этих слов подруга раскрыла своё средство связи. Несколько секунд мы обе молча вглядывались в пустой белый лист, словно ожидая чего-то. И в тот момент, когда я уже хотела предложить самой что-то написать, проявилась надпись: «Здравствуй, красавица»! Мы переглянулись, после чего Джинни хмыкнула, обмакнула перо в чернильнице и быстро заскрипела по пергаменту: «- Ну, здравствуй! А с чего ты взял, что я девушка? - Интуиция. - Вот как? А что, если я, к примеру, Аргус Филч? - У нашего завхоза, конечно, есть своё очарование, однако, вряд ли он это ты. - Какой самоуверенный. - Гляди, ты ведь тоже решила, что я именно парень. - Конечно! Потому что девушки не начинают общение с такого банального подката. И вообще, с чего ты решил, что я красавица? Разочароваться не боишься? - В тебе? Никогда! Говорю же, интуиция. А сейчас, увидев твой прелестный почерк, я понял, что это судьба». - Ишь, как щебечет, – усмехнулась я. - Ага, тот ещё трепач. Ладно, Герм, мне пора, – поспешила ретироваться подруга. - Ну да, ну да. - Ну что ты смотришь на меня таким хитрым взглядом? Видишь, опасности нет. В случае чего обещаю сразу бежать к тебе. - Иди уже. - Ты тоже давай не засиживайся, – изобразила заботу рыжеволосая хитрюга, после чего, чуть ли не вприпрыжку выбежала из библиотеки. Я с улыбкой покачала головой, захлопнула книгу и вернула её на полку. Было уже и впрямь достаточно поздно. Стоило мне только переступить порог гостиной, как тут же появился Живоглот. - Ну что, как у нас дела? Скучал? Я взяла любимца на руки и почесала за ушком, от чего он довольно замурчал. Малфоя в комнате не было, неужели спит? Пожав плечами и продолжая о чём-то рассказывать пушистому другу, я направилась в комнату. Каково же было моё удивление, когда на столе оказался дневник, подобный тому, что показывала Джинни. Только вот узоры были немного другие. Отпустив кота, я, словно заворожённая села на стул и после нескольких секунд молчаливого созерцания нового предмета, перевернула обложку. Было ужасно интересно, в ком у меня могла возникнуть потребность? Или же, на самом деле, всё сложилось с точностью до наоборот? Решив, что, для начала, неплохо бы поздороваться, я написала посредине страницы приветствие. Чернила тот час исчезли, унося моё послание неизвестному адресату. От чего-то сердце гулко забилось в груди. Но пути назад уже не было. Я сделала свой ход, оставалось лишь ждать ответа.

***

Драко Жизнь нашей семьи постепенно стала налаживаться. Счастливая мама хлопотала вокруг отца, который перестал быть похожим на призрака и вернул себе привычную аристократическую бледность. Он сохранял королевское спокойствие во время проверок в Мэноре, чем изрядно бесил министерских работников. Видит Мерлин, они так пыжились, так старательно пытались найти всевозможные огрехи или проколы, но потерпев неудачу, вынуждены были уйти ни с чем, сыпя возмущениями себе под нос. Малфоев так просто не съешь. Я радовался тому, что наша семья снова была в сборе, но в тот же момент чётко осознавал, что без Грейнджер пришлось бы ещё очень долго биться за свободу отца. В памяти раз за разом возникали все те ужасные вещи, что я ей наговорил за годы нашего знакомства. Когда-то каждое обвинение или ругательство были моим оружием, острыми стрелами против навязанного врага. Превыше всего была чистота крови и авторитет. Теперь же мне было стыдно смотреть гриффиндорке в глаза, гадко от самого себя и того ощущения, что она смогла переступить прошлое и протянуть руку помощи. Показывать слабость не хотелось, а потому я минимизировал своё присутствие в жизни соседки до тех пор, пока не разберусь в собственных мыслях. Очень выручали обязанности старост. Это был тот самый спасательный круг, за который можно было ухватиться и переключить разговор, избегая напряжённого молчания. За неделю до конца ноября я и вовсе уговорил директора отпустить меня домой на несколько дней. Стало легче, однако тут в игру вступила мама: - Драко, милый, пригласи как-нибудь мисс Грейнджер к нам на ужин. – Я чуть не поперхнулся чаем, отец молча улыбнулся, глядя поверх своей чашки, в то время как мама выжидательно смотрела на меня. - Думаю сейчас не самое лучшее время, – устремив взгляд на фарфор в своих руках, тихо ответил я, после чего, поднял взгляд и добавил, – но как-нибудь непременно приглашу. Женщины. И как только они умеют так мастерски загонять тебя в угол? Когда настало время возвращаться, родители проводили меня, а мама, конечно, не упустила возможности попросить передать привет гриффиндорке. Вот ещё! Не стану я этого делать. Утро тридцатого ноября я встретил уже в Хогвартсе. Галлеон привычно нагрелся и явил мне надпись: «протеевы чары». Вот как, значит теперь с неуловимой незнакомкой можно будет поговорить? А что, это интересно. Поэтому вечером, когда директор поведала о своей задумке всех нас подружить, я точно знал, что найду свой дневник на столе. Сомнений не было и у моих друзей, ведь, как оказалось, сегодняшним утром они получили точно такие же предсказания. Надо ли говорить, что эти двое ловеласов наперегонки бежали в свои комнаты, руководствуясь отнюдь не той благородной целью, о которой говорила профессор Макгонагалл, а кое-чем другим. Они даже попытались возмутиться, когда узнали, что личность собеседницы будет засекречена, но ни к чему толковому их выпады не привели. - Вот блин, а я уже настроился свидание назначать, она ведь просто неуловимая, – фыркнул Блейз. - И не говори, дружище, сам думал о том же, а тут снова облом, – поддержал страдальца Тео. - Не грустите, друзья мои, в ваших руках будет средство связи, а это уже что-то, – философски изрёк я. - Правильно, значит, мы сможем его обмануть, – воодушевился Забини. - Точно! Должна быть лазейка, – подключился второй герой-любовник. - Вообще я не то имел в виду, но ладно, удачи. - Постой-ка, т.е. если ты найдёшь ключ к разгадке, то не поделишься с нами? – Обратил внимание на меня Нотт. - Ой, да оставь его Тео. Это всё Грейнджер на него так влияет. Видишь, каким рассудительным стал? - Клоуны, что с вас взять. Друзья изобразили шуточную обиду, в виде стрелы, которой мои слова угодили им прямо в сердце. С этими двумя оболтусами не приходилось скучать, мы вместе вечно отмачивали какую-нибудь дичь. Но я знал, что всегда могу рассчитывать на их плечо, в случае необходимости, как и они на моё. Подходя ближе портрету, закрывающему вход в гостиную старост, меня стало одолевать лёгкое волнение. С чего бы это? Кот Грейнджер привычно оглядел меня, мяукнул и вернулся к своему увлекательному возлежанию на диване. - И тебе привет, коли не шутишь. Я со вздохом отворил дверь в свою комнату, вошёл и, конечно, обнаружил дневник, молчаливо дожидавшийся меня на столе. «Так, что мне известно? А, по сути, только то, что отвечать мне будет девушка. Личность её по-прежнему остаётся для меня скрытой». Расхаживая по комнате взад-вперёд, я время от времени косился на дневник, словно это не просто блокнот, а часовой механизм, который может сдетонировать в любой момент. «Чего ты боишься, Драко? Это ведь девушка, а не какой-то там свирепый дракон. А если повезёт, то вполне возможно, что это твоя судьбоносная спутница. Салазар, ну что за бред я несу? Хорошо хоть не видит никто». Проведя ладонью по лицу, я решительно подошёл к столу, сел и открыл дневник. Так, что дальше? Белый лист молчаливо смотрел на меня. И пока я раздумывал, как лучше начать разговор, моя собеседница сделала это первой: «Привет». Ну что ж, давай поговорим, пронеслось в моей голове. « - Привет. – На пару мгновений повисло молчание. - Значит, магия по каким-то причинам решила, что нам стоит пообщаться? - Вероятно так. - Это как-то немного…непривычно, ты не считаешь? - Есть такое ощущение. - Я и подумать не могла, что нас ждёт такой поворот. Ой, наверно нельзя было обозначать себя, как парня или девушку? - Успокойся, я знаю, что общаюсь с девушкой. - Знаешь? Интересно откуда? - Просто знаю. – Не стану же я ей говорить, мол, мне тебя нагадали. - Занимательно. - Добрый вечер, друзья! - Добрый вечер! А кто это? - Прошу прощения, мисс, забыл представиться. Меня зовут мистер Райтер, можете звать меня Райт. Я страж этого дневника и моя миссия, следить за соблюдением установленных директором правил. - Добрый вечер. Т.е. вы будете участвовать во всех наших разговорах? - О нет, молодой человек, я, как и вы, джентльмен, а потому можете быть спокойны по поводу конфиденциальности. Я появляюсь лишь в том случае, когда нарушаются правила или если вы решите обратиться ко мне с вопросом. - Извините, сэр, а вы реально существуете? - Если вы имеете ввиду физическую оболочку, то у меня её нет, мисс. Я живу лишь на страницах этого дневника. - Прошу прощения, если обидела вас своим вопросом. - О нет, что вы! Никаких обид! Я вообще очень рад, что мой дневник попал именно к вам в руки. Вы оба очень добрые и светлые личности. - Вот как? Вы уверены? - Конечно, молодой человек. Что ж, как вы поняли, осведомлённость по вопросу пола собеседника, не является нарушением, однако всё остальное, что как-либо может раскрыть вас друг другу раньше времени, запрещено. - Раньше времени? Значит, позже мы встретимся воочию? - Совершенно верно, мисс. Всему своё время». Мистер Райтер откланялся, пожелав приятных сновидений. Но мы и сами решили долго не засиживаться с первой беседой. Оба сослались на усталость и так же попрощались. На самом деле каждому из нас нужно было время, чтобы переварить новое положение дел и понять, как строить диалог дальше. Я вспоминал всех девушек, которых уже успел повстречать в прошлые разы и примерял образ новой собеседницы на каждую из них, но от этого ситуация всё равно не прояснялась. По ту сторону мог находиться кто угодно. Ладно, пусть всё идёт своим чередом. Во всяком случае, теперь мне не нужно бежать, ловить стремительно ускользающую тень. Отныне в любой момент есть возможность поговорить с ней. Счастливо улыбнувшись, я закрыл глаза и провалился в сон.