Глава 8. Ты ли это? Часть 2.

Вэй Усянь с округлившимися глазами ошарашенно глянул вниз. На поверхности болота ровно стоял высокий мужчина в белых лёгких одеяниях. Ресницы, ниспадающие тенью на щёки, подчёркивали глубину стеклянных глаз. Прямые тёмные локоны были аккуратно уложены, а белая лобная лента с плывущими облаками плавно развивалась. Создавалось ощущение, что это сшедший в мир смертных небожитель. Ни единого пятнышка не запятнало этот безупречный образ. Однако, несмотря на идеальность, Вэй Усяня не так-то просто обдурить. Он уже заметил недостачу важной детали. Всё же этому болоту не хватает мастерства в своём деле. Иллюзии, хоть и выглядят чересчур реалистичными, но если присмотреться, некоторых деталей может не доставать. — Лань Чжань. "Лань Ванцзы" с чуждой ему нежностью посмотрел на него, коротко ответил: — Мгм. Соблазн приподнять его подбородок и нежно поцеловать яростно въедался в кости Вэй Ина, подобно смертельному яду. — Слушай, Лань Чжань, а где твой меч и цинь? — неожиданно спросил Вэй Усянь, не в силах отвезти взгляда. Лань Ванцзы словно растерялся, и вся его сдержанность, как лёд, растаяла на глазах. Он огляделся, однако не нашёл, что искал. В конечном итоге прямо заявил: — Потерял. Вэй Ин не удержался и прыснул со смеху: — Ханьгуань-цзюнь, образец благовоспитанности и благолюбия, прославившийся изысканными манерами и воспитанием... п-потерял свой знаменитый меч Бичэнь и гуцинь Ванцзы, ха-ха-ха. Кроме того, прямо об этом заявляет! Как это понимать? Лань Ванцзы пожал плечами, точно как маленький ребёнок, которого обвинили в том, что он забыл выучить наизусть важный отрывок из древнего трактата (хотя это маловероятно). У Вэй Усяня снова появилось непреодолимое желание пощупать его за щёчки, но он вовремя остановил этот позыв, подавив порыв. Возможно, демоническое болото ожидало, что он отвлечётся, перестанет вливать в меч духовную энергию, но Вэй Ин настойчиво питал Суйбянь, синхронно следя за этими попытками демона воссоздать настоящего Лань Чжаня и заманить его в ловушку. Между тем Се Лянь, всё ещё придерживая Шэнь Юаня, наблюдал сразу за двумя преобразившимися буграми. Пока что это всего лишь белые люди. Однако постепенно детали на их телах становились всё более чёткими, и это не могло не вызвать некоторого страха. Как и следовало ожидать, перед принцем, поднявшийся в полный рост человек обладал великолепной фигурой и красивым светлым лицом. Волосы чёрные, как эбеновое дерево, едва растрёпаны, одежды красные, закреплённые чёрным поясом, который отлично подчеркивает благородство и стать. На ногах кожаные сапоги, украшенные серебряными цепочками, звенящие в такт шагам. Мужчина приподнял ресницы, больше похожие на хорошо заточенные стрелы, и заглянул в "душу" принца, глаза его светились демоническим блеском. Черты немного грубые, и это хорошо выдавало в нём человека, пережившего множество жизненных тягот. Эта мимолётная грубость, промелькнувшая на лице Хуа Чэна, мигом разгладилась и утонула в реке под названием "любовь". Он разомкнул тонкие губы и игриво позвал: — Гэгэ.