Глава 26. Самый цветной.

Началась игра. Но по своей воле принимали в ней участие только Вэй Усянь и Се Лянь. А Хуа Чэн, Лань Ванцзы и Шэнь Цинцю, на руках у Ло Бинхэ, лишь были вынуждены. Однако этого дитя... эх... больше интересовали те, кто наоборот не желали участвовать. Да что ж такое... Вэй Усянь прыгал и так, и сяк, но попытка привлечь внимание безвозвратно проваливалась. Се Лянь же смущённо стоял в стороне, а для младенца он был словно призрак, которого и не видно, и не слышно. Но больше всего страдали именно Шэнь Цинцю и Ло Бинхэ. Почему? Да потому что они выглядели самыми яркими: и чернильный, и светло-салатовый, и алый, каштановый, да зелёный. Оказались немного цветастее, чем Хуа Чэн, чего ребёнок в первый раз и не заметил. Сейчас же он, не подбирая своё оружие, пытался ловить руками. Кстати говоря, пару раз чуть не споймал. И в очередной раз, увернувшись, что вышло довольно неуклюже, Ло Бинхэ растерянно посмотрел на учителя, чьё лицо на этот момент показалось ему темнее сажи. — Учитель, я чувствую опасность, — подметил он, враждебно смотря на ребёнка, что опять промахнулся, целясь в Лань Ванцзы. Шэнь Цинцю закрыл рукой лицо: «И ты только сейчас заметил, болван?! Ох, кого я вырастил...» Конечно, вслух мужчина выговорил совсем другое: — Это моя аура разочарования, если что. А Вэй Усянь, только что откинутый ребёнком, будто назойливая муха, пару раз кувыркнулся и приземлился на спину, растопырив руки: — Эй-ей! Полегче! У нас тут вообще-то раненый! Играешь ты нечестно! Однако ребёнка он до такой степени не интересовал, что он, откровенно говоря, начал его игнорировать, а если уж слишком навязывался — откидывал в сторону, проделывая себе дорогу к остальным "игрушкам". В то же время Хуа Чэн, увернувшись от атаки, закружился и стал ровно, а его красные одежды, больше похожие на багряные листья, сорванные ветром поздней осенью, наконец утихомирились, легко осев на «землю». А Вэй Усянь во время всего произошедшего не упускал ни единой детали. Если на этого божка действует лишь тёмная энергия, притом ни у кого из них нет оружия — выходит, стоит его сделать. И какие ресурсы имеются? Хм... Во-первых, когда этот Хуа Чэн запустил в него призрачную бабочку, он спрятался за спину Лань Чжаня, который, в свою очередь, использовал струну, чтобы мелодией рассеять мотылька. Струны есть. Также во время закупыривания в пузыре было выяснено, что снаружи шар липкий и скользкий. Когда Ло Бинхэ прижал ладони к липким стенкам, некая часть клея осталась на ладонях, которую он благополучно отёр о одежду. Клей есть. Также имеются ножны от Бичэня и Суйбяня, но самого оружия нет. Ножны есть. И ещё понадобится материя, желательно светлого цвета... Лань Чжань? Точно нет. Когда он и другие проделали брешь в стене, липкая, вонючая кровь жёстко пропиталась в его одежду, делая её слегка скользкой, так что рисовать заклинание на ней будет неудобно. Остаётся только... — Эй, Наследный принц, раздевайся!