ГЛАВА 1

      Выйти из здания суда Марку и Кире не составило труда, и, стараясь вести себя максимально естественно, они не спеша вышли на рынок, который полностью занимал небольшую площадь на окраине города. Это шумное и пыльное место было заставлено лавками и шатрами из потертого дерева и разноцветных тканей, словно соревнующихся между собой, какая ярче. Торговцы в самых разных нарядах громко зазывали покупателей, предлагая различные товары и перекрикивая блеяние овец и коз. Воздух был наполнен резким запахом рыбы и пряных трав. Под ногами прохожих месилась влажная земля после дождя, превращаясь в вязкую кашу, которая хлюпала под офицерским ботинком. И хотя Марку это место казалось грязным и хаотичным, Кире оно было уже хорошо знакомо и прельщало намного больше, чем тихая сырая темница. Вот только ожидаемого облегчения она не почувствовала. На рынке Ворнхейма взгляды всех горожан были прикованы к ним.       — А люди всегда так пялятся на тебя? — Кира спросила Марка, поправляя козырек фуражки как можно ниже, чтобы было трудно разглядеть ее лицо.       — На наследника Империи? Нет, что ты, сам удивляюсь, — в спокойном тихом голосе Марка она узнала знакомый ей сарказм. — Ты разве еще не привыкла к такому вниманию, когда я рядом с тобой?       — Мы всегда виделись с тобой за стенами крепости, там все не так… как здесь.       Взгляд Киры привлекла одна из торговых лавок. На ярком прилавке, утопающем в символике Империи, были разложены золотые медальоны с гравировками имперского герба, миниатюрные фигурки элитных солдат с имплантами, реплика семейного портрета Императора и фотографии-хроники. Рядом висели имперские мундиры для коллекционеров и аксессуары с интегрированными сенсорами — лишь отголосками настоящих военных технологий. Торговец, с гордостью демонстрируя товар, увлеченно рассказывал покупателю о достижениях науки.              Из пробегающей мимо компании ребятишек отбился один мальчишка, который, воспользовавшись тем, что мужчина отвлекся, схватил один из прототипов.       — А ну вернись! Засранец! — торговец в сердцах стукнул кулаком по столу в попытках воззвать к совести хулигана. От его удара весь товар на завале звонко подпрыгнул. Мальчишка же, весело прикладывая к глазу, судя по всему, своё новое оружие в “дворовых битвах”, со звонким смехом догонял своих собратьев.       — Думаешь, нам стоит вот так шастать у всех на виду? Мы всего пять минут назад сбежали, по пути уложив парочку офицеров.       — Во-первых, не пять, а восемь, — Марк сверился с наручными часами. — Во-вторых, при наилучшем раскладе надзор заметит твое отсутствие или офицеров в отключке не ранее, чем начнется обход. Немного времени до объявления в розыск у нас есть. И в-третьих, сбежали не мы… — парень выдержал паузу и повернул голову к Кире. — …а ты.       Девушка сжала губы в тонкую линию, сдержав недовольство.

***

      С рыночной площади они свернули налево, на аллею Гроггстед, куда стекались все жители города за услугами мастеров, какой-никакой едой, выпивкой и последними новостями. Лавки и таверны теснились рядом с друг дружкой на маленьком пространстве длиною всего в два жилых дома, что, впрочем, никак не смущало посетителей: на аллее кишела куча народу. Кто-то торопливо переходил дорогу из одного магазинчика в другой, кто-то активно и громко обсуждал соседей, а кто-то пьяным сидел у входа в заведение, где оставил свои последние гроши.       Здесь Кире стало поспокойнее, в сравнении с немного унылым пригородным рынком тут жизнь била ключом. Слабый аромат специй, похлебки и хлеба не перебивает запах пота и перегара, а тоска и усталость пляшут во взгляде людей, торопящихся по своим делам. Во всей суматохе офицерская форма не привлекала столько внимания, тем более представители закона регулярно наведывались в какое-нибудь заведение по приказу Императора. Хотя чаще всего этот “приказ” заканчивался пьяным раздольем и приставаниям к дочери трактирщика.       Марк с Кирой подошли к пабу “Пышная Эльсинда”, которая, судя по всему, была изображена на вывеске несколько похабного содержания.       — Куда собрался, фиолетовый? — у входной двери как из ниоткуда появился грозный крупный мужчина, обращаясь к Марку. — Мест нет.       — Служу Империи! — правой рукой юноша приложил два пальца сначала к виску, потом к сердцу. — Что сегодня подают на ужин?       — Ужин? Ха, ну, тебе могу приготовить по особому меню, — здоровяк показательно размял плечи и шею.       — Позови, пожалуйста, Тарвека, — Кира торопливо высунулась из-за спины Марка, слегка приподняв фуражку.       Громила узнал Киру и, ворча себе под нос, зашел в трактир, перед этим еще раз смерив парня недовольным взглядом.       — Молодчина, Марк, — с усмешкой высказала Кира, разглядывая отдыхающих посетителей за пыльным темно-зеленом окном трактира.       — А что я сделал не так? Я же сказал кодовую фразу.       — И отдал честь? Все равно что на лоб записку приклеить: “Дай мне в морду”.       — Но все офицеры должны так начинать разговор.       — Ключевое слово — “должны”. Никто так давно уже не делает.       Свое секундное раздражение девушка спустила, сорвав со стены афишу театральной постановки «Первый в Ардении», на котором красовался молоденький рядовой в форме и блестящими от железного сплава глаз.       — При мне все отдают честь, — немного погодя, недовольно пробурчал Марк.       — Н-да, тебе стоит почаще выходить за стены своей сказочной страны пирожных.       — Да ты сама эти пирожные и…       Перепалку прервал колокольчик, задетый открывающейся входной дверью.       — Тарвек! — Кира подошла к вышедшему из трактира юноше. — Мы…       Парень приложил палец к губам. Осмотревшись по сторонам, он рукой подозвал Киру и Марка отойти подальше от входа.       Неоднократно слышав от Киры рассказы об одном из лучших разведчиков Сопротивления, Марк мысленно рисовал портрет невысокого, мелкого и юркого паренька. Реальная же внешность Тарвека его явно удивила: рядом с ними стоял молодой мужчина выше него на полторы головы, крепкого телосложения, с угольной кожей.       «Трудно такого назвать незаметным…» Марк волновался с самого утра. От запланированной на сегодня выходки он был немного напуган. В последний раз он сбегал из дворца три года назад, на весенние празднества: очень уж хотелось потанцевать у костра с ребятами. Спал он плохо, всю ночь прокручивая в голове все возможные варианты неудач. Самым страшным из них был тот сценарий, где в Службе порядка Ворнхейма заподозрят неладное, когда наследник Империи без предупреждения заявится к ним с желанием попрактиковаться на смене, и кто-то из начальства отправит уточняющую весточку во дворец. На завтраке Марку было не лучше. Кира столько рассказывала о Сопротивлении и о главнокомандующем Бозе, о своих вылазках после городского отбоя по их мелким поручениям, о товарищах и единомышленниках. Юноше эта часть жизни единственной подруги казалась очень далекой и непостижимой, чужой и дикой. И оттого жуть какой интересной. Принц нервничал, сможет ли влиться в тако общество. За пределами дворца ему были знакомы лишь определенные маршруты и ограниченный круг лиц. Дворец — Новая Церковь, Дворец — зал Парламента, Дворец — Главная площадь. Принц не то что не знал о Сопротивленцах, он и газетчика-то в глаза ни разу не видел. Поэтому эта сторона Ворнхейма привлекла любопытство Марка. А как его воспримут члены Сопротивления? Там его имя было синонимом преданности трону, живым напоминанием о власти, от которой они пытались скрыться. Лютой ненависти к своему отцу он не понимал, да и народ в большинстве своем был доволен правителем. Для Марка всё это выглядело чем-то подростковым: вечные разговоры о справедливости, подпольные встречи, самодельные листовки, которые никто толком и не читал. И всё же именно эта безрассудная, почти театральная свобода щекотала его душу. Он не знал их лозунгов, не верил в их заговоры — но нестерпимо хотел оказаться среди них, увидеть этот тайный город с изнанки, стать частью чужого, странного мира Киры. Любопытство оказалось сильнее страха.       — Почему вы в форме? — как можно тише поинтересовался Тарвек.       — Возникли некоторые трудности, пришлось импровизировать, — ответил Марк.       — Мы не можем пустить вас через бар в таком виде, привлечет внимание клиентов, возникнут вопросы. За углом черный вход на кухню, постарайтесь максимально незаметно зайти оттуда. Есть информация, что за «Эльсиндой» следят агенты Императора.

***

      Марк в первый раз оказался в штабе Сопротивления. Погреб трактира оказался заметно меньше и не таким помпезным, чем описывала ему Кира. “Наверное, хотела покрасоваться,” — решил он про себя. По правде говоря, комната ничем особо не отличалась от любого другого погреба в любом другом трактире. В помещении стоял запах сырости, копченостей и кисловатый аромат алкоголя. Потолок погреба был низким, поэтому казалось, что паб богат на еду и напитки. На фоне полок с продовольствием выделялся только небольшой стол по центру, освещенный парой газовых ламп на бочках с соленьями по бокам от него.       У стола с кипой бумаг и книг на краях карты, которая занимала всю поверхность, стоял мужчина средних лет в пропитанным маслом кухонном фартуке. Он был крепкого телосложения, хотя выцветшие татуировки и нарушающие их узор давно заросшие раны на руках говорили о том, что своей физической подготовкой мужчина давно не пользовался “по назначению”.       Мужчина задумчиво разглядывал контуры на пергаменте. Морщины на его лице разгладились, когда его позвала Кира:       — Боз!       Имя, с таким детским восторгом произнесенное Кирой, как колокольчик пробежало по воспоминаниям Марка. С этим мужчиной он был не знаком, а вот девчачий радостный визг подруги и последующий смех Марк неоднократно слышал, проходя мимо дверей кухни во время приготовлений к какому-то празднеству.       Марк и Кира в сопровождении Тарвека подошли ближе ко столу.       — Как все прошло? Что это на вас?       Ребята переглянулись.       — Дургана сдал его коллега по цеху, меня задержали как подозреваемую в содействии сговору.       — Что с ним сейчас?       — В последний раз мы его видели, когда офицеры уводили его из зала суда…       На миг возникла будто бы траурная тишина. Все присутствующие понимали, что следующая их встреча с Дурганом, если она вообще состоится, будет на площади у дворца, рядом с гильотиной.       — Они забрали все мои вещи, включая схемы производства. Так что, если судья не совсем глуп, то сложит два плюс два и…       — Насчет этого не волнуйся, — перебил девушку Марк, — я забрал чертежи, как только их принесли для расследования.       Он достал из-за пазухи сложенный в несколько раз ватман и легким движением бросил его на импровизированный стол. Боз сначала осторожно глянул на карту и взял ее в руки. Оглянувшись на Тарвека, который одобрительно хмыкнул, бывший вояка посмотрел на Марка и сказал:       — Ну хорошо. Допустим, от тебя все же есть толк.       Марк и Кира воспряли духом. Для наследника было не впервой доказывать свою пользу и, хоть он был очень доволен проделанной работой, сумел сдержать улыбку и скромно опустить глаза. Кира же с облегчением выдохнула: идея привлечь к такому плану наследника Императора мало кому была по душе в Сопротивлении. Если же совсем откровенно, она никому не была по душе.       — Ладно, времени у нас совсем мало. Тарвек?       — Без десяти семь, — Тарвек сверился с часами.       — Тогда приступим.       Все скучковались вокруг развернутой карты.       — Итак, последнее сообщение от Гаренса мы получили девять дней назад, когда крайним сроком было семь. Он официально признан пропавшим.       — Что было сказано в последнем сообщении?       — Пятого дня Кайриса он отчитался, что все идет по плану, а еще что наткнулся на что-то «любопытное» и хочет проверить свою теорию.       — Любопытное? Что это значит? — Кира нахмурилась.       — Он не сказал, — Боз развел руками. — С того момента мы отправили ему три сообщения в разные точки его путешествия с разницей в три дня. Где он находится неизвестно. Мы даже не знаем, дошли ли сообщения до него… или кого-то другого.       — Во что этот задира опять ввязался… — Марк с Кирой переглянулись. В глазах друг друга зарождалось беспокойство.       — Единственный вариант это узнать — отправиться в Лумберг. Мы не можем потерять такого связующего, придется рисковать. Кира уже посвящена в подробности, поэтому рассказываю для тебя, Марк.       Юноша кивнул и приготовился запоминать каждую деталь.       — Вот-вот Киру объявят в розыск по подозрению в планировании теракта. Тебя, Марк, по нашим предположениям, запишут в ее заложники. Сначала все бросятся искать вас во дворце.       — А мои родители? — спросила Кира.       — Они предупреждены и проинструктированы. Поскольку конкретных улик против тебя у них нет, дальше обычного расспроса они не двинутся. Не переживай, я лично буду приглядывать за Сталлом и Лирой, — Боз посмотрел Кире прямо в глаза. Та, не отрывая взгляда от карты, кивнула. Марк точно знал, что обещания не усыпят ее переживания.       — Конечно, по городу они тоже пустят патрули, но времени проскользнуть у вас хватит. Единственный вариант сделать это незаметно — пройти через квартал Тенариона к Северному мосту и броситься в лес. К этому часу в квартале будет уже много народу, сольетесь с толпой, проблем возникнуть не должно.       — Но у моста уже будет вечерний патруль. Как мы пройдем мимо них?       — Тут остается надеяться на удачу. Или на хваленую Кирой, как ты там говоришь, — мужчина слегка толкнул девушку в плечо. — интуицию? Боз и Тарвек хохотнули, на что Кира недовольно закатила глаза. Да только полчаса назад чуйка в очередной раз ее спасла: если бы она застрелила веснушчатого офицера там, в коридоре, аромал бы учуял запах крови моментально…        — Ладно-ладно, не дуйся, мы просто шутим, — примирительно продолжит Боз. — Думаю, с мостом возникнуть сложностей не должно. После этого притаитесь в лесу на какое-то время, устройте привал, пока есть такая возможность. Имперские офицеры еще какое-то время будут искать вас в черте города, у них нет никаких оснований полагать, что вы его покинули. Далее, если не возникнет форс-мажоров, направляйтесь на восток, — мужчина провел пальцем по карте до следующей точки. — Наткнетесь на городок Валмир, там вы встретитесь с Олином. Гаренс встречался с ним, может быть, он расскажет что-то полезное о его исследовании. Если в Валмире вы его не встретите, там же соберите провизию и двиньтесь к горной цепи на северо-востоке от города.       Боз прочертил пальцем путь на карте.       — Попробуйте найти воргридов. Мы послали Гаренса обратно через горы, чтобы он попытался записать их в союзники.       — Воргридов? Вы хотите договориться с дикарями с гор? — Марк искренне удивился такой новости.       Воргриды послужили вдохновением для многих страшилок и всегда описывался как горный народ, нелюдимый и агрессивный. Не так давно эти люди были такой же частью населения Ардении, как и все остальные. Все изменилось, когда ученые Лумбергского университета открыли миру эллириум — редкое железо, добываемое только в горной цепи на востоке от столицы науки, — а вскоре после этого появились и первые образцы имплантов. Некоторые были несогласны с активным внедрением в обычный быт еще плохо изученного материала, и раскол во мнениях привел к разделению церкви на Новую и Старую. Новая церковь была сторонником технологического прогресса и обзавелась защитой Империи (хотя до сих пор неясно, что чему послужило), приверженцы Старой церкви же быстро утратили поддержку общества и были признаны обычной сектой.       Старая церковь не собиралась так просто уйти в забытье, и еще некоторое время «староверующие» старались сохранить интерес граждан именно к своей религии. В публичных выступлениях, чтениях и призывах Совет Империи увидел угрозу прогрессу, и такие сборы стали притесняться. Конфликт быстро набрал обороты, и, после нескольких кровопролитных стычек староверующих и имперской армии все, кто был верен Старой церкви, ушли глубоко в горы. Смысл в их преследовании Император и Совет не видели: староверцы спрятались в тяжелой для обитания зоне, и пока они не препятствуют внедрению новых технологий в страну, пусть там и живут. Так бывшие граждане страны Ардении стали независимым горным племенем воргридов, отделенных от цивилизации, со своим бытом и традициями.       На какое-то время все забыли о конфликте. Воргриды напомнили о себе, когда Империя начала масштабную добычу эллириума в восточной стороне горной цепи Алерт. Горный народ то и дело срывали операции по добыче ресурса, но дальше мелких столкновений дело не доходило. Любые попытки договориться с воргридами были безрезультатны.       — Враг нашего врага — наш друг, — коротко ответил Боз. Кира бросила взгляд на Марка. До этого она не называла отца Марка «врагом», да и вообще старалась не затрагивать дела Сопротивления в общении с другом. Тем более для нее удивительно то, что он все же решился присоединиться к ней в поисках Гаренса. «Видимо, тоже переживает за него,» — подумала Кира.       — Сразу предупрежу, дружелюбными они не будут, — встрял в разговор Тарвек. — Скажите вождю Ариму, что вы от меня, я с ним вел первые переговоры. Авось что и получится.       — А если Гаренса нет и у воргридов? — в вопросе Марка маленькими лапками проскочил страх.       Повисла пауза. Был слышен только радостный нетрезвый гул над потолком.       — Ребята, вы его найдете, — попытался приободрить их Тарвек.       — Да… Если бы Гаренса застали офицеры или агенты, мы бы уже об этом знали, — Марк посмотрел на Киру. — Знаешь же его, наверняка сделал все дела и загулялся, забыв все на свете.       — Сменная одежда и провизия здесь? — Кира решила перевести тему, чтобы не казаться нервной.       — Все здесь, — Боз положил на стол два больших рюкзака. — Тарвек?       — Без трех семь.       — Времени нет. Переодевайтесь.