Часть 3

      Эве было больно за несчастных. Ужас и паника волной накатывали на девушку, когда очередной аристократ с точностью попадал в бедного пленного. Шансов спастись у них не было никакого. Территория была частная и огороженная, они бежали в никуда и рано или поздно столкнулись бы со стрелами. Некоторым относительно везло, удар приходился прямо в сердце и они умирали мгновенно, другие же…       Болезненный стон сорвался с уст Эвтиды когда всадник, который ехал рядом с ними попал в плечо хрупкой девушки. Оскалившись, брюнет с наслаждением смотрел как та мучалась, кричала от боли и истекала кровью.       Почему Амен взял её собой Эва не знала. Она не участвовала в этом ужасе, да и он особо не целился, ибо было неудобно. Зато вместо стрельбы, Амен часто мял ее грудь через одежду и сжимал меж пальцев твердеющие соски. Мужчина целиком был занят Эвтидой и лишь делал вид что участвует в…       — Как охота закончится, — горячее дыхание Амена обожгло ее кожу, — Я с радостью сорву с тебя одежду и заставлю вновь кончить.       От слов полководца дыхание Эвы участилось, на лбу же выступил пот. Сколько эти издевательства будут продолжаться? До каких пор Амен будет брать её не зная даже имени? А что потом? Пустит по кругу? Или же заставит участвовать в охоте и самолично пристрелит? Боже и почему ее не убили ещё во время осады столицы? Тогда бы она не испытывала все эти ужасы.       — И знаешь что? — ладонь мужчины нашла сосок и сжала его меж указательным и средним пальцами, — В этот раз я не засуну кляп в твой рот, ибо хочу чтобы ты выкрикнула мое имя.       Катись в преисподнюю!       Он точно чудовище! Не человек! Зачем ему все это? Для чего лишать воли? Связывать и унижать? Мало было ей стыда за то, что она смела испытывать удовольствие, так ещё и теперь Амен сделает все, чтобы она в агонии произносила его имя, в то время как мужчина не знал, да и не хотел знать её имя. Эвтида действительно была для него игрушкой, с которой полководец делал все, что душе угодно.       Мысленный поток Эвы был прерван брюнетом, что подстрелил несчастную рабыню, который вновь, поравнявшись с ними, заговорил с Аменом.       — Прекрасная охота, друг мой, — проговорил он потянув поводья своего коня, дабы тот не обгонял скакуна Амена, — Я в полном восторге!       Хоть говорил мужчина с полководцем, однако Эва заметила, как он довольно быстро прошёлся по ней взглядом и остановив взор в области декольте Эвтиды слабо оскалился. Правда быстро взяв себя в руки пожелал Амену удачной охоты и отъехал чуть вперёд…       Не успел брюнет отойти на приличное расстояние, как Амен достав лук и стрелы, прицелился и с лёгкостью попал в него.       Не ожидая подобного Эва ахнула, Джон же, а именно так звали брюнета, вскрикнув, упал с коня, больно ударившись головой.       Стрела попала прямо в цель, а именно в ногу мужчины, потому он рухнув на сырую землю не смог даже встать, в то время как Амен спрыгнув с коня, направился в его сторону, не забыв при этом перебросить удивлённую Эву через плечо.       Из-за случившегося представления все аристократы, позабыв об охоте, притормозили скакунов и стали с опаской наблюдать за происходящим. Вмешиваться, либо говорить что-то когда Амен зол никто не осмеливался, опасаясь его гнева. Молча стоя в стороне они могли лишь в душе жалеть Джона, который перешёл дорогу такому человеку как Амен…       Полководцу же данный спектакль был как раз на руку, пусть знают все, что бывает с теми, кто смотрит, либо думает присвоить то, что принадлежит лишь ему!       Поставив Эвтиду на пол, Амен бросил ей:       — Сдвинешься с места также стрелу в тебя пущу.       Увидев кивок от напуганной девушки, довольный Амен зашагал в сторону хнычущего Джона.       — Амен, друг, за что? — сквозь боль, проговорил брюнет.       Спорить, кричать, обвинять полководца было глупо, потому Джон попытался вразумить его.       — Думал не замечу, как ты с похотью взглянул на мою вещь?       — Я… не… — захотел Джон обелить себя, но было поздно.       — Хочешь сказать я лгу? — повысил Амен голос, окончательно сократив расстояние между ними.       — Я просто оценил красоту твоего трофея, друг, не более, я знаю — она твоя женщина.       Повисла пауза, которая прерывалась неровным дыханием напуганной Эвы, перешёптыванием аристократов и тихими вздохами Джона, которого распирала боль.       — Интересно, — пугающий оскал возник на лице полководца, — Оценивал значит, ну и как тебе моя женщина?       Джон чувствовал — от Амена веет опасностью, был бы шанс он убежал куда глаза глядят, но увы… И почему, черт возьми, он посмотрел на эту…       — Красивая, такой девицей лишь ты достоин владеть, — тараторил Джон, моля Бога помочь ему.       — Я рад, что тебе она понравилась, — напускное спокойствие полководца пугало больше, чем располагало. Будто позабыв о боли, Джон, затаив дыхание, наблюдал за тем, как Амен, присев возле него на корточки, принялся изучать его лицо.       — Прости, — прошептал Джон, — Я забылся, не должен был смотреть и…       — Да, ты ошибся, — проговорил Амен так, чтобы его было слышно всем, а затем быстро добавил, — И за это ответишь.       Не успел Джон понять смысл сказанных слов, как Амен ловко схватил его руками за лицо и большими пальцами грубо, резко проткнул глаза Джона, моментально ослепив.       Ужасающий вопль эхом прошёлся по всей территории. Крича от неописуемой боли, Джон из глаз которого текла кровь, начал корчиться, пока остальные замерли от ужаса. Некоторых девушек вырвало, другие мужчины потеряли сознание. И лишь более бравые, среди которых была и Эва, которая лишь от бессилия рухнула на колени, с ужасом смотрели на Амена.       — Смотрите и запоминайте, — спокойно проговорил полководец, — Так будет с каждым, кто посмеет посмотреть или посягнуть на то, что принадлежит мне! — с этими словами Амен, достав из кармана платок, с безразличием начал вытирать кровь Джона с пальцев. После же бросив испачканную ткань на землю, он заявил, что охота окончена и что все могут быть свободны.       Боясь гнева Амена, аристократы не думая даже о кричащем Джоне буквально убежали прочь и лишь Эвтида, сидя на коленях задыхалась от страха и отчаяния. Она понимала, что если Амен так расправился с «другом» и равным себе, то, одному лишь Богу известно, что уготовано ей…       — Чего расселась? — наглый голос Амена вернул в реальность, — Мои планы на тебя не изменились. Встала и пошла в покои и пока мое имя не выкрикнешь задыхаясь от оргазма, спать и есть не будешь.       Не успела Эва осознать сказанные мужчиной слова, как Амен устав ждать, рывком поднял ее с земли и перебросив через плечо направился в сторону замка…