Подношение.

«Если убийца оставляет дары, значит, он ждёт благодарности.»

Сегодня был особенный день в жизни детектива, пусть и стал он таковым не так давно. Пять лет назад Северина и представить не могла, что однажды будет проводить этот вечер в одиночестве, запивая горечь на душе крепким виски. Но сегодня… сегодня всё было иначе. Она не была одна. Преданный поклонник преподнёс ей подарок, аккуратно завёрнутый в чёрную ленту, словно в знак их тайной связи. Нож, пронзивший сердце уже мёртвого человека, завершал эту жуткую композицию. Всё выглядело тщательно продуманным, с той особой скрупулёзностью, которой отличаются лишь по-настоящему одержимые. Не хватало только открытки с посвящением — возможно, убийца считал, что их отношения ещё не перешли к таким сентиментальным глупостям и пока застряли в начальной, “конфетно-букетной” стадии. Где один выбирает красивую шкатулку, а другой пытается угадать, что же внутри. Внутри этого “подарка” не оказалось ничего. — Что значит, у него извлечены органы? — Северина взглянула на патологоанатома, с трудом подавляя раздражение. — Это значит ровно то, что вы слышите, детектив, — женщина взялась за край простыни и приподняла её, обнажая аккуратный разрез в районе живота. — Все внутренности удалены, кроме сердца. — И… каким образом? — Принц склонилась ближе. — Вот в том-то и дело, что это почти невозможно, — спокойно ответила патологоанатом, — разрез маленький, ювелирный. Обычно такое делают при мумификации, но даже там используют больше пространства. Внутри только сердце… и вот это. Она развернулась, подошла к холодильнику и достала небольшую стеклянную банку. Северина взяла её в руки и чуть нахмурилась. — Лепестки? — Розы, — кивнула женщина. — Какой бы больной ублюдок за это ни взялся, он оставил нам сердце на подушке из розовых лепестков. Она коротко усмехнулась. — Достаточно романтично, если бы не было таким чертовски буквальным. Северина провела пальцем по стеклу банки, разглядывая алые лепестки. Спустя мгновение она вновь взглянула на патологоанатома. Пам была женщиной чуть за сорок, невысокой, с тёмными волосами и светлой кожей, что неудивительно, учитывая её работу. В ней было что-то от человека, которого давно охладили не только холодильные камеры морга, но и сама жизнь. Однако от прежнего, более живого её облика осталась привычка к лёгкой суетливости и что-то похожее на старую привязанность. Когда-то они с Севериной работали вместе и часами изучали повреждения жертв, обсуждая детали убийств и возможные зацепки. Но с тех пор, как Принц ушла из полиции, их встречи стали редкостью. Сейчас же обе чувствовали лёгкий оттенок ностальгии, который не имел ни малейшего отношения к их текущему делу. — Слушай, Принц… Мне кажется, этот подарок предназначался исключительно тебе. Северина оторвалась от созерцания лепестков и посмотрела на неё с лёгкой усмешкой. — Может быть. Она убрала банку на стол. — Но он молчал пять лет. Не поверю, что вдруг воспылал ко мне своей извращённой любовью. Принц повернулась к выходу, но, уже сделав пару шагов, остановилась и обернулась через плечо. — Позвонишь, если найдёшь что-то ещё? — Разумеется, — ответила Пам, закуривая. — Куда я без тебя, Принц? Принц не ответила. Её мысли давно унеслись в прошлое, где тела, выставленные напоказ, ещё не были выпотрошены. Что изменилось? Почему убийца исчез на пять лет? Где он был всё это время? И, главное, он ли это? Она шла, задумчиво покусывая дужку очков. Всё было неправильно от начала и до конца. Количество вопросов давно перевесило количество ответов. Может быть, в этот раз… в этот раз она его поймает? — Что там было? — Поттер нагнал её, неловко перебирая бумаги. — Я забрал копию результатов анализа крови. Ничего подозрительного, разве что жертва принимала лекарства от болезни почек. Более подробно сказать не смогли, потому что… почек нет. Он запнулся, словно только сейчас осознал всю абсурдность сказанного. — Там правда не осталось органов? Он говорил слишком быстро, слишком нервно. Это раздражало. Северина планировала хорошенько обдумать ситуацию, а не слушать беспокойное бормотание ассистента, который вёл себя, как младенец, только что оторванный от груди матери. Но, возможно, это было даже к лучшему. Закоренелые полицейские не задают свежих вопросов — они работают по шаблону. А Поттер, каким бы неопытным он ни был, мог взглянуть под другим углом. Она протянула руку. — Да, все, кроме сердца. Какие лекарства он принимал? Поттер поспешно отдал ей документы. Судя по отчёту, мужчина принимал внушительный список препаратов: Фосло, Земплар, Эпобин… Всего около десяти наименований, и все строго рецептурные. Это хорошо. Найти источник их выдачи будет несложно — а значит, можно выйти на лечащего врача и получить первые нити, за которые можно потянуть. — С таким набором он был на гемодиализе. Возможно, у него осталась всего одна почка, но теперь мы этого уже не докажем. — Почему же? — Северина приподняла бровь. — Если бы он перенёс операцию по удалению почки, Пам бы такое не пропустила. Значит, просто хронически больной. Она задумалась, теребя край бумаги. Каков шанс, что органы продали на чёрном рынке, если они напичканы медикаментами? Практически никакой. Разве что убийца либо совсем не разбирался в трансплантологии, либо этот аспект его вообще не волновал. Но если не продажа, то зачем? Извлекать органы ради развлечения? Оставлять только сердце как знак? Мысль ей не нравилась. — Ты звонил в участок? — спросила она, переворачивая страницу. — Они установили личность жертвы? Когда начнутся допросы? Поттер замялся. — Допросов не будет. Они взяли показания у свидетеля на месте и отпустили его. Принц резко остановилась. Она медленно вдохнула, досчитала до пяти. Всё хорошо. Главное — не дать эмоциям взять верх. Дышать, просто дышать. Её взгляд скользнул к колесу автомобиля, и только дисциплина удержала её от того, чтобы не пнуть его со всей силы. — Я надеюсь, ты хотя бы взял имя и адрес этого свидетеля? Выдох. Вдох. Ещё раз. Пусть только попробует облажаться. Поттер торопливо кивнул. — Взял. Он замялся, затем взглянул на неё с явным беспокойством. — С вами всё в порядке? Давайте для начала позавтракаем. Вы бледнее того трупа. Северина посмотрела на него так, будто уже видела его в списке следующих жертв. — Без завтрака, так без завтрака, — пробормотал он, пряча взгляд в бумаги. *** Квартира встретила их запахом старости и чего-то ещё — то ли несвежего табака, то ли вчерашнего ужина, о котором забыли. Обои, некогда кремовые, теперь имели неопределённый оттенок жёлтого, местами пузырясь от времени. Книги, газеты и старые фотографии лежали стопками на столе и подоконнике, создавая ощущение, что хозяин либо коллекционирует воспоминания, либо просто не умеет выбрасывать вещи. Жилистый старик, его седые волосы неопрятно торчали в разные стороны, будто он слишком давно не заглядывал в зеркало. Глаза глубоко посаженные, цепкие, но не хитрые — в них не было той осторожности, с которой люди обычно врут. Он сидел в кресле, держа на коленях огромную лапу мастифа, который выглядел почти так же, как его хозяин: старый, тяжёлый, с потускневшими глазами. — Проходите. Только не ссорьтесь с Геркулесом, у него характер. Пёс лениво приоткрыл один глаз, уставился на Северину и снова закрыл. — Вы нашли тело, — напомнила Принц, не отводя взгляда от мужчины. — Я его не убивал, если вы об этом, — хмыкнул тот. — Если бы убил, не стал бы звонить копам. — Это-то как раз спорно, — заметила она, скрестив руки. Поттер молчал, осматривая комнату. Ему казалось, что здесь всё застыло в моменте где-то лет двадцать назад: потёртый ковёр, фарфоровая статуэтка на телевизоре, допотопный телефон с дисковым набором. Всё выглядело так, будто мир давно ушёл вперёд, а эта квартира осталась в прошлом. — Как это было? — спросила Северина, присаживаясь на край стола. Старик почесал мастифа за ухом, словно собака могла помочь ему ответить. — Да как… Гуляли мы. Ночью, как всегда. Старый он, днём жара его выматывает. Геркулес в подтверждение тяжело вздохнул. — Подошли ближе, смотрю — человек. Думал, может, пьянь какая, но как увидел эту… ленту на глазах… Он поморщился и покачал головой. — Пёс зарычал, шерсть дыбом. Не люблю связываться с этим дерьмом, но подумал, что, если не я, то утром дети из дома напротив увидят. Так что вызвал полицию. — Во сколько это было? Мне нужно знать, мог ли еще кто-то до вас увидеть тело. Старик задумался, став оттягивать свою мочку уха, видимо по привычке. — Так где-то в часа два ночи. Я как раз матч досмотрел, и пошли мы с Геркулесом. Наши то французов этих только так раскатали. — Судья Рамис всегда отличался справедливостью. — Так не Рамис же был? Этот лысый какой-то, на Канаберу был похож, но меня зрение уже подводит. Принц кивнула. — Вы ничего не трогали? — Я не идиот, детектив. — Кто-нибудь был рядом? Может, слышали шаги, голоса? Старик задумался. — Тихо было. Только фонари потрескивали. Он посмотрел на Северину, впервые чуть пристальнее. — Если это тот же, что и раньше… — мужчина не закончил, но в глазах промелькнуло нечто вроде понимания. Детектив не ответила, но Поттер заметил, как Принц чуть сильнее сжала руки на груди. Мастиф заворчал, встревоженный напряжением в комнате. — Если этот ублюдок снова здесь, — спокойно проговорил старик, — я надеюсь, в этот раз его поймают. — Надеюсь, — так же спокойно ответила Принц, поднимаясь. Поттер задержался у двери на секунду дольше, глядя на Геркулеса. — Он ведь что-то чувствовал, да? — тихо спросил он, кивая на собаку. — Псы всегда чувствуют, — отозвался старик, снова гладя огромную лапу. — Вот только сказать ничего не могут. Дверь за ними закрылась, оставляя квартиру в том же застывшем времени, где её хозяин жил, ожидая, что рано или поздно прошлое снова постучит в дверь. *** — Проверь, кто судил последний матч с французами. Алкоголь давно выветрился, так что Северина сама села за руль. BMW E39 был с ней ещё со времён первого дела в полиции. С тех пор в жизни изменилось многое: работа, статус, даже жизнь, но машина оставалась неизменной. Привычно проведя ладонью по рулю, Принц не сразу осознала, что сделала это уже машинально. Поттер плюхнулся на сиденье рядом. — Думаете, он мог это сделать? У него же сил не хватит задушить даже курицу! Северина раздражённо выдохнула. — Поттер, включите уже мозги. Конечно, он не мог, - Принц бросила на Гарри взгляд, полный лёгкого презрения. — Но этот мужчина очень стар. Он легко мог перепутать дни, время… Может, он сидел у трупа пару часов, пока не понял, что надо звонить. Нужно сверять данные. — Да, простите, — пробормотал Поттер, неловко почесав затылок, растрепав и без того хаотичную шевелюру. Затем всё-таки захлопнул дверь — громко, с неприятным хлопком. Принц сузила глаза. — Поаккуратнее. Это вам не грузовик. Гарри что-то невнятно пробурчал себе под нос, но на этот раз хотя бы пристегнулся. — Умоляю, давайте позавтракаем. Вы подняли меня среди ночи, а уже два часа дня. Ещё немного, и я съем все документы по этому делу. Северина скептически посмотрела на него. — Если вы не забыли, Поттер, меня тоже вытащили из постели. Причём раньше вас. Так что хватит ныть. Она запустила двигатель, надавила на газ. — Отпечатки уже пробили? — Вот именно! — возмутился Гарри. — Ничего ещё не пробили! Документов при нём не было, так что у нас есть время на обед! Он явно был доволен своей логикой. Принц закатила глаза, но внутренне сдалась. В конце концов, она тоже была голодна. Но пусть этот мальчишка думает, что она сделала ему одолжение. — Чёрт с вами. Северина вырулила на дорогу, бросив взгляд на часы. — Неподалёку от участка есть кафе. Заодно вытащу Люциуса на разговор. *** Дело было даже не в кофе, который, к слову, был вполне сносным — особенно после мутной жижи из кофемашины в участке. И не в том, что Люциуса Малфоя сюда было легче всего заманить. Даже не в том, что отсюда отлично просматривалась парковка. Дело было в пироге. Да, да, именно в нём. Мисс Принц имела свои слабости, и яблочный пирог с корицей, который пекла Розмерта, был, пожалуй, единственной вещью, за которую она без раздумий продала бы душу. Впрочем, знала об этом только сама хозяйка кафе. Пока Поттер лениво изучал летний пейзаж за окном, Северина водила взглядом по записям, сверяя их с заметками в телефоне. Параллельно что-то помечала, запивала пирог кофе и при этом умудрялась не выглядеть ни суетливой, ни неаккуратной. Гарри даже залюбовался, но тут его внимание отвлёк голос Малфоя. — Дорогая, ты бы поехала домой, поспала, — Люциус бесшумно придвинул стул к их столику и сел. Он был точно таким же, как и ночью. В отличие от Северины, Малфой выглядел неприлично свежо — идеальная кожа, ни следа усталости, ни тени тёмных кругов под глазами. Что ж, если кто-то и продал душу дьяволу, то явно он. — На том свете высплюсь. Тем более, что это ты виноват, - Принц, не поднимая глаз от бумаг, откусила ещё кусок пирога. — Что у вас там, эпидемия? Лаборатория вымерла? Где, чёрт возьми, отпечатки? И кто ведёт дело? Надеюсь, ты не просто так меня вытащил, и я имею официальный допуск? Люциус лениво провел пальцами по волосам, словно только сейчас раздумывал, стоит ли ей отвечать. — Конечно имеешь. Результаты обещали отдать в течение пятнадцати минут. — Вам что-нибудь принести? Рыжеволосая девушка осветила всех улыбкой, протягивая Малфою меню. Тот отмахнулся. — Чёрный кофе. Без сахара и молока. Официантка кивнула и скрылась в глубине кафе. Северина постучала ногтем по столу. — Дело, Люций. Кто ведёт? — Офицер Бёрк. Помнишь такого? — Сойдёт. Был толковым. Дай его номер. — У меня уже есть, — подал голос Поттер, чувствуя себя лишним в этом разговоре и потому сосредоточенно доедая сэндвич. Принц подняла бровь и прищурилась. — Что? Я сразу узнал, кто ведёт дело, взял номера телефонов. У меня даже ваш есть… — он покосился на Малфоя. — Твой начальник — это я, — хмыкнула Северина, возвращаясь к разговору. Люциус спокойно отпил кофе, никак не отреагировав на информацию о том, что его номер каким-то образом оказался в руках Поттера. — Вы уже подняли список тех, кто отсидел за последние пять лет и недавно вышел? — Севи, я не первый день на работе. Конечно, подняли. Мои ребята уже готовят копии. Прошлые дела у тебя и так с собой. Но почему ты не хочешь разбирать это в участке? — Ты знаешь ответ, - она сделала глоток кофе и вернулась к документам. — Пусть Бёрк пустит меня на допросы. Больше мне ничего не надо. Не собираюсь сидеть там ни на минуту дольше, чем необходимо. Люциус тяжело вздохнул, покатал чашку в руках, бросил взгляд в окно. На улице кто-то бежал в их сторону, лавируя между машинами и прохожими. Добежав до тротуара, парень споткнулся, рассыпал бумаги, торопливо их собрал и помчался дальше. Гарри тоже посмотрел в окно, слегка наклонив голову от любопытства. — Ой. Ломтик помидора из его сэндвича соскользнул и оставил алое пятно на брюках. Поттер судорожно схватил салфетку и принялся яростно его затирать, пока Малфой сдержанно посмеивался, а Северина фыркнула. — Господин начальник! Я нашёл! Нашёл… Парень влетел в кафе, согнувшись пополам, тяжело дыша и упираясь ладонями в колени. — А вот и помощник Бёрка, — лениво прокомментировал Люциус. — И почему он бежит к тебе, а не к нему? — поинтересовалась Принц. — Потому что я так велел. Малфой протянул руку и забрал у него бумаги. — Итак, - он бегло пробежался по страницам, затем зачитал вслух: — Ксандр Мерчкинс. 32 года. Уроженец Болгарии. В Англии живёт уже 18 лет. Образования нет. Работал в баре “Скай” охранником и грузчиком, - Люциус пролистал дальше. — Так… это не то… не то… ага. Проживает по адресу… Бумаги исчезли из его рук. Северина вчитывалась в каждую строку с таким видом, будто в них содержался ответ на все вопросы. — Обычный, ничем не примечательный житель, - она закрыла папку, глухо шлёпнув её о стол. — Ни семьи, ни образования. Серая мышь, на исчезновение которой никто бы даже не обратил внимания. Принц подняла взгляд на Люциуса. — Но убийца обратил. Северина потянулась за ключами, машинально проведя пальцами по брелоку BMW. — Мы едем в бар “Скай”, да? — спросил Гарри, уже зная ответ. Принц хмыкнула и поднялась. — В бар “Скай”, Поттер. Она бросила на него быстрый взгляд, уголок губ чуть дёрнулся вверх. — И если повезёт, мы там найдём не только разливное пиво.