Глава 13. Одежды, что краснее клёнов, кожа, что белее снега. Часть первая

风不夸草坚，草自弯而不折. — «Ветер не похвалит траву за стойкость, а она всё же гнётся, не ломаясь.»

老神如秋叶，美却无用. — «Старый бог — как осенний лист: красив, но не нужен.»

十年如一梦，万事皆成空. — «Десять лет как один сон, всё течёт, всё изменяется.»

      — Перерыв окончен. Пэй Мин вернулся! — так же радостно прощебетала девочка.

***

      — Все в сборе? — обведя всех взором, спросила Оридзуру.       — Из гостей? — мягко поинтересовался Се Лянь. Получив кивок в ответ, он тем же тоном продолжил: — Вроде да.       — Отлично! — ярко улыбнулась Яку и вернулась на своё кресло, рядом с диваном Се Ляня и Хуа Чэна. — Сейчас ещё Юаньхэна дождёмся и можем начинать!       Тишина ненадолго окутала комнату. Все собирались с мыслями и готовились слушать дальнейшие события.       Се Лянь, что не удивительно, был полностью спокоен и даже слегка радостен. В новых одеждах, наконец-то отдохнувший и сытый. И в полном восторге от компании новообретённого друга. Впервые за долгое время его кто-то захотел слушать. Впервые за долгое время с ним захотели разговаривать. Впервые за долгое время о нём так беспокоились.       Бань Юэ, расположившись на одном диване с Пэями, пыталась перестать сжиматься в плечах. Ей было страшно. Страшно узнать что будет дальше. Страшно представить что случиться, если слова Пэй Су окажутся правдой. Страшно за самого Пэй Су. А ещё страшно за реакцию человека, что её вырастил. Что он скажет? Каковы будут его мысли?       Пэй Су, незаметно придерживая девушку одной рукой, сосредоточился почти на том же. Но в его голове крутились ещё и другие вопросы. Что случиться с Бань Юэ? Что случиться с ним самим?       Ши Циньсюань легко помахивал веером, в предвкушении ожидая продолжения.       Хэ Сюань так же легко поглощал лапшу из миски, которую ему разрешили взять с кухни.       Инь Юй, сумевший наконец-то выспаться и немного заняться своими делами, сейчас сидел и просто ждал начала. Мыслей толком не было. Он лишь держал наготове блокнот, который ему вручила Яку. Настроение было хорошее, как у него, так и у того, на кого он работает.       Хуа Чэн, в прекрасном расположении духа, прикрывая своё лицо так, что бы никто не увидел куда именно направлен его взгляд, лишь любовался своим Божеством. Такой красивый, такой умиротворённый, такой... такой, каким он должен быть. Такой, каким он заслуживает быть. И этот ничтожный призрак сделает всё, что потребуется — лишь бы Бог был счастлив.       Пэй Мин глядел то на него, то на Се Ляня. Изначально он, как прилежный бог войны, начал переживать на счёт подобного общения. Что если демон захочет навредить его будущему коллеге, а потом перекинется на Небеса? Но получив ответ от девочки он расслабился. Теперь он был заинтересован дальнейшим развитием событий — ещё никому не удавалось очаровать Собирателя Цветов под Кровавым Дождём. Что же такого особенного в Его Высочестве? Может Хуа Чэн нашёл в нём что-то такое, что и Небесам поможет? А может... у них там первая любовь? Не такая, какой он любит своих женщин. Другая. Он слегка нахмурился, вспоминая недавнюю проблему в виде Сюань Цзи. Кажется, Пэй Мин уже успел выслушать одни и те же едкие замечания и подколки от обоих братьев Ши.       Му Цин сидел в неглубокой медитации. Ему надо было чем-то себя занять. Не хочется ему видеть ни старого недруга, ни уже давно не близкого человека, ни демона, что так ластиться к принцу. Не за чем ему это.       Фэн Синь откинулся на спинку дивана, закрыв глаза. Голова слегка болела — Юаньхэн заставил их играть в идиомы сначала пятнадцать чёртовых часов, а затем на следующий день ещё двенадцать! Даже Се Лянь так их не наказывал! Да что уж там Се Лянь, даже на Небесах так наказывали! Эта необычная парочка действительно не любит нарушителей.       Лан Цяньцю сидел, уперевшись взглядом в пол. За последние два дня он прочёл столько здешней литературы и при этом мало что понял об этом месте и о его обитателях. Лишь снова убедился в собственном мнении о наследном принце Сяньлэ. Тот терпеливо подсказывал, отвечал на вопросы, поправлял если Тайхуа ошибался.       Внезапно открылась дверь. За ней показалось светлое существо, которое осторожно входило в комнату, стараясь не зацепиться ни за что своими рогами.       — Прошу прощения за опоздание. — мягко произнёс Юаньхэн. Он прошёл внутрь комнаты, почему-то остановившись рядом с Се Лянем и Яку. Он что-то протянул им обоим. — Вот возьмите.       Это были пышные венки из маленьких белых цветов, что росли в саде Юаньхэна. Девочка потянулась к презенту, но Юаньхэн отдёрнул ту руку, в которой он держал венок для неё и сам одел его на голову Сяохэ. Се Лянь же бережно взял подарок из рук существа и, слегка оглядев его, надел на голову.       — Он не завянет. — уверенно заверил рогатый дух.       — Спасибо. — осторожно кивнул принц, благодарно улыбнувшись.       — Пожалуста. — тем же кивком ответил Юаньхэн. Он прошёл на своё место, опустился и принял удобную позу. Взял в руки красную книгу и открыл почти на середине. Потом поднял голову и оглядел всех в комнате. — Мы можем продолжать?       — Да! — ярко улыбнулась Яку. — Спасибо тебе за венок!       — Всегда пожалуйста, Сяохэ. — мягко усмехнулся Юаньхэн, после опустив голову и начал чтение:       — «Глава 13. Одежды, что краснее клёнов, кожа, что белее снега. Часть первая       Вслух он, естественно, этого говорить не стал. Зато теперь ему стала понятна реакция Нань Фэна и Фу Яо на упоминание серебряных бабочек: очевидно, вместе со своими генералами они немало пострадали и от самих бабочек, и от их хозяина.»       «— Чем они так опасны?» — непонимающе уставился на книгу Се Лянь       — «— Ваше Высочество, — спросил кто-то осторожно, — когда вы повстречались с Хуа Чэном, он... он что-то вам сделал?       Вопрос прозвучал так, словно Се Лянь непременно должен был там лишиться руки или ноги.       — Ничего не сделал, только... — начал принц и осёкся.»       — Только что? Проводил Вас, да? Словно невесту? — с улыбкой продолжил за книжным Се Лянем Пэй Мин.       — Генерал Пэй!       — «А что сказать? Что демон встретил его в лесу, помог выйти из паланкина и всю дорогу держал за руку? Се Лянь продолжил, тщательно подбирая слова:       — Он только разрушил наложенное Сюань Цзи заклятие лабиринта, а затем провёл меня по горе Юйцзюньшань...»       — Вы очень тщательно подбираете слова. — покивал Мингуан. «Следовало сказать прямо, что бы все там ахуели.»       — «Похоже, ему никто не поверил: волна изумлённого шёпота прокатилась среди собравшихся, а затем все замолчали. Раздался неуверенный голос:       — И что вы по этому поводу думаете?       Се Лянь никого не видел, но с лёгкостью мог вообразить, как в этот момент небожители качают головами и разводят руками.»       «— Это всё что они умеют делать.» — внутренне закатил глаза Хэ Сюань.       — «— Не имею ни малейшего понятия, — признался он.       — Что бы он ни замышлял, выглядит это нехорошо...       — Поди догадайся о его планах!»       «— Прибрать к своим рукам своего драгоценного принца, про которого он мне все уши прожужжал.»       «— Не думаю, что Сань Лан стал бы так относиться ко мне, если хотел бы навредить...»       — «Се Ляню демон не показался таким уж ужасным. Честно говоря, он даже был ему благодарен: по итогу этой истории получилось собрать нужное количество подношений, которые принц задолжал Небесам.»       — О, хорошие новости! — радостно воскликнул Ши Циньсюань. Се Лянь лишь мягко улыбнулся.       — «Ранее они с Линвэнь условились, что все молитвы с горы Юйцзюньшань пойдут Се Ляню, но минуло немало времени, прежде чем убитый горем после известия о смерти дочери чиновник вспомнил о своём обещании. Вышло чуть меньше, чем рассчитывали, но немного тут, немного там — и в конце концов удалось наскрести те самые восемь миллионов восемьсот восемьдесят тысяч заслуг. Расплатившись, Се Лянь почувствовал невероятное облегчение. Теперь можно было со спокойной душой заняться чем-нибудь ещё: например, своей божественной карьерой, а также поиском друзей в небесных чертогах.»       — Это хорошее решение, но боюсь, что это будет не так уж и просто. — как-то скомкано пробормотал Фэн Синь. Му Цин на это фыркнул.       — «Большую часть времени в духовной сети было тихо, но, если уж разгоралось какое бурное обсуждение, шум сотрясал Небеса.       Когда небожители пребывали в хорошем настроении, они могли обсудить с другими интересные новости, поделиться какими-то забавными наблюдениями или даже отпустить несколько шуток. И хотя Се Лянь пока не различал большинство из них по голосам, он старался внимательно всех слушать. Почувствовав себя достаточно уверенно, он принялся тоже вставлять свои замечания: «Надо же, как интересно!», «Я тут услышал очень красивые стихи. Позвольте зачитать», «Это очень действенный способ борьбы с болью в суставах».       Но почему-то всякий раз, как он высказывал своё мнение или пытался дать полезный совет, тут же повисало неловкое молчание.»       — Почему? — как-то даже грубо вопросил Циньсюань. — Вы же им ничего ещё сделать даже не успели!       — «Позже Линвэнь не удержалась и объяснила ему при личной беседе:       — Ваше высочество! Те новости, которыми вы делитесь, конечно, очень интересные, вот только они устарели уже на добрую сотню лет.»       — Ох вот оно что...       Се Лянь вздохнул. Десять лет как один сон, всё течёт, всё изменяется. Откуда ж ему знать как теперь решаются подобные вопросы? Особенно, если учитывать его образ жизни...       — Вы, главное, не расстраивайтесь..! — попытался подбодрить его Лан Цяньцю.       — А? Ох, я и не расстраиваюсь. — заверил его Се Лянь.       — «Се Лянь загрустил.» — Вы уверены в своих словах? — «Он был далеко не самым старым из небожителей, но чувствовал себя среди них каким-то древним дедом, неспособным поспеть за молодёжью. Наверное, его не было на Небесах слишком долго. К тому же он нечасто интересовался тем, что происходит в мире, и уже не знал, как наверстать упущенное.»       — Ой, как же я тебя понимаю! — вздохнула Яку.       — Неужели ты тоже живёшь достаточно долго? — спросил недоумевающий Се Лянь.       — Нет. — тут же ответила девочка. — Просто в нашем мире всё быстро меняется и я не успеваю за такой скоростью.       — «Что ж, довольно грустить о том, чего не можешь изменить! И Се Лянь решил выбросить эту докуку из головы.       Оставалась другая проблема: он так и не обзавёлся храмами. Может, где-то они и сохранились, но на Небесах об этом ничего не слышали. Даже самый ничтожный божок земли имел какое-никакое святилище и изредка получал подношения, а Се Лянь, по-настоящему вознёсшийся (трижды!), остался не у дел. Неловкая выходила ситуация.»       «— Вот уж действительно...»       «— Гэгэ, я построю для Тебя хоть тысячи храмов.»       — «Однако, пока другие боги за него краснели, принц не терял бодрости духа. В скором времени его посетила идея, которую он не преминул озвучить:       — Раз никто не совершает мне подношений, займусь этим сам. А почему нет? Должно получиться!»       «— Он... совсем отчаялся? Неужели пал настолько низко..?»       — «Небожители не нашлись с ответом. Неслыханное дело! Это до какой степени надо отчаяться, чтобы ляпнуть такое?»       — Отчаяться? — склонив голову в вопросительном жесте, произнёс Се Лянь. — Да нет, я так развлекаюсь.       «— Ничего себе, вот это у него развлечения.»       — «К тому моменту Се Лянь уже привык, что стоит ему высказаться — воцаряется гробовая тишина. Он научился развлекать себя сам, без оглядки на других, и потому, едва приняв решение, отправился в мир людей.       На сей раз он очутился вблизи горной деревеньки.       Се Лянь окинул взглядом зелёные холмы, петляющую среди них речушку с прозрачной водой и рисовые поля. «Какой прекрасный вид! — подумал принц. — Похоже, в этот раз мне повезло!»       Покрутив головой по сторонам, он заметил выше по склону ветхий домишко. Поспрашивав крестьян, Се Лянь узнал, что хижина давно заброшена: хозяина у неё нет — только бродяги изредка заходят переночевать.              Что-то подобное он и искал! Принц сразу направился к домику.»       — Ты собираешься сделать из развалюхи — храм!?       — Ну да. — пожал плечами Се Лянь, отвечая на вопрос Фэн Синя. «На большее денег у меня и нет.»       — «Вблизи строение оказалось ещё большей развалюхой, чем можно было решить поначалу. Две из четырёх опор по углам прогнили до основания, а дом скрипел и раскачивался от малейшего дуновения ветра, угрожая рухнуть в любой момент. Однако Се Ляня это вполне устраивало. Он вошёл внутрь, осмотрелся и принялся наводить порядок.       Когда деревенские узнали, что кто-то решил всерьёз здесь обосноваться, они очень удивились и пришли поглазеть на чудака. Впрочем, людьми они оказались весьма добродушными: заметив, что парень перепачкался с ног до головы, принесли ему новую метлу и вдобавок подарили корзину свежесобранных водяных каштанов — уже очищенных от скорлупы, нежных и сочных. Се Лянь уселся в дверях и мигом умял угощение, а затем сложил руки в благодарственном жесте, очень довольный. Про себя он решил назвать это место святилищем Водяных Каштанов.»              «— Мда. Фантазией не блещешь»       «— Звучит... не как название для храма.»       «— Звучит как что-то спокойное и тёплое. Мне нравится!» — одновременно подумали Се Лянь и Хуа Чэн.       — «Внутри дома — теперь уже святилища — нашёлся небольшой столик. Протереть его — и сгодится для подношений. Когда селяне поняли, что задумал незнакомец, они принялись наперебой спрашивать:       — Чей это храм?       — Ну... В этой обители будут совершаться подношения его высочеству наследному принцу Сяньлэ, —прокашлявшись, объявил Се Лянь.       — И кто это? — удивлённо спросили крестьяне.       — Честно говоря, сам не знаю. Какой-то наследный принц.       — Надо же... И за что он отвечает?       — Должно быть, за благополучие!       А также за сбор мусора.       Людей такое объяснение не устроило.       — Наверное, он приносит богатство? — допытывались они       Се Лянь вспомнил, что сам недавно рассчитался с долгами, и мягко ответил:       — Очень сожалею, но похоже, что нет.              Тогда местные принялись забрасывать его советами:       — Уж лучше молиться Повелителю Воды. Он дарует успех в делах!       — Или совершенному владыке Линвэнь! Может, тогда в нашей деревне родится какой-нибудь выдающийся человек              А одна женщина робко предложила:       — Как насчёт... Вы не думали...       — О ком? — ободряюще улыбнулся ей Се Лянь.              — О генерале Цзюйяне.       Се Лянь не стал даже отвечать на это. Задумай он построить здесь обитель Цзюйяна — можно не сомневаться, Фэн Синь бы немедленно поразил его стрелой с небес!»       «— Не стал бы я так делать!» — нахмурился Фэн Синь.       Се Лянь, услышав реплики деревенских жителей, слегка огорчённо выдохнул. Старый бог — как осенний лист: красив, но не нужен. Зачем же он кому бы то ни было, если есть кто поизвестней?       Хуа Чэн заметил это. Чуть поразмыслив, он осторожно прикоснулся к руке принца и тот оглянулся на него, наткнувшись на тёплый взор, который словно говорил — я здесь, я с тобой. Ты нужен мне.       — «После поверхностной уборки в обители Водяных Каштанов там всё ещё недоставало курильницы, палочек для предсказания судьбы и прочих мелочей. И самое главное — нужна была божественная статуя. Се Лянь повесил за спину свою бамбуковую шляпу и вышел за дверь... Ох, верно, двери тоже не было. Поразмыслив, Се Лянь признал, что эта лачуга определённо нуждается в ремонте, и установил у входа табличку: «Обитель в аварийном состоянии. Искренне просим добрых людей пожертвовать на восстановление. Ваши заслуги при умножатся».»       — Это ты называешь аварийным состоянием!? — не смог удержать изумления Му Цин.              — «Покинув святилище, он прошёл семь или восемь ли и до брался до поселения. Зачем? Разумеется, чтобы заработать на хлеб. Он вернулся к своим прежним занятиям.       В легендах и преданиях говорилось, что бессмертные не испытывают потребности в еде. На самом деле это было не совсем так. Наделённые великой силой действительно могли черпать необходимую энергию напрямую из солнца и дождя, но... мочь-то они могли, вот только кому такое понравится?       Некоторые небожители блюли аскезу и сохраняли своё тело в чистоте, избегая вульгарной пищи. Надумай они съесть мясо, рыбу или масло — их бы скрутило, как простого смертного от какой-нибудь отравы. Эти боги вкушали исключительно волшебные плоды и специально выращенных животных: то, что могло продлить их жизнь и увеличить силу.       Но для Се Ляня такой проблемы не существовало. Он носил проклятую кангу, а значит, мог, как обычный человек, питаться чем угодно. И был к тому же весьма неприхотлив: пролежавшая месяц маньтоу, покрывшееся слоем плесени пирожное — его желудку всё было нипочём. Так и выживал в те времена, когда приходилось побираться.»       Ветер не похвалит траву за стойкость, а она всё же гнётся, не ломаясь.       «— Он очень... стойкий..?» — неуверенно подумал Цяньцю, глядя то на Се Ляня, то на книгу в руках Юаньхэна.       — «Интересно, конечно, получалось: на строительство обители требовалось много денег, а сбор хлама, напротив, приносил неплохой доход. Выходит, мусор собирать куда выгоднее, чем пытаться обустроить жизнь в небесных чертогах.»       «— Зачем мне возноситься вообще?»       — «Хорошие манеры и одежды даоса сыграли ему на руку, и совсем скоро Се Лянь разжился всем необходимым. На обратном пути он заметил запряжённую старым волом повозку, нагруженную доверху рисовой соломой. Се Лянь припомнил, что, кажется, видел эту телегу в деревне Водяных Каштанов, и спросил возницу, не согласится ли тот подбросить его до места. Крестьянин кивнул. Принц поспешил забраться в повозку со своим скарбом — и обнаружил там ещё одного пассажира.       Похоже, попутчик прилёг отдохнуть: из-за высокого стога сена торчали только ноги, небрежно закинутые одна на другую. Се Лянь даже позавидовал такой беспечности. Со своего места он мог видеть пару дорогих сапог, обтягивающих стройные голени. Се Лянь вспомнил вечер на горе Юйцзюньшань и присмотрелся к этим сапогам: убедился, что с них не свисают серебряные цепочки. «Что ж, — подумал принц. — Наверное, это юноша из обеспеченной семьи, который просто отправился развеяться».»       «— Он даже заметил сходство! Но почему здесь он не боится сидеть рядом с этим юношей..?»       — Сань Лан! — улыбнувшись, произнёс Се Лянь.       — Рад наконец-то официально с тобой встретиться, гэгэ! — шутливым тоном произнёс Хуа Чэн.       — «Телега мерно покачивалась; Се Лянь устроился поудобнее, поправил бамбуковую шляпу за спиной, достал свиток и приготовился читать. Прежде он мало внимания уделял происходящему в мире, но теперь решил наверстать упущенное, чтобы пореже повисали эти неловкие паузы в разговорах. Спустя какое-то время они въехали в рощу. Подняв голову, Се Лянь увидел неописуемой красоты клёны, пламенеющие на фоне зелёных полей. Вдалеке виднелись горы, пахло свежескошенной травой, и Се Лянь позволил себе ненадолго расслабиться, очарованный этим пейзажем.              На него нахлынули воспоминания. В юные годы принц проходил обучение в монастыре Хуанцзи, местность вокруг которого тоже была засажена клёнами. И горы там выглядели точно так же: золото, охваченное огнём.»       — Ох, Сяньлэ... — ели слышно выдохнул принц, с тёплой улыбкой на губах, в которой просачивались оттенки горечи.       — «Какое-то время принц мечтательно смотрел вдаль, а затем вернулся к чтению свитка. И первой же на глаза ему попалась фраза: «Наследный принц Сяньлэ, трижды вознёсшийся, бог войны, Мусорный Бог, дух поветрия».       Се Лянь вздохнул.       — Ладно, — вслух принялся рассуждать он. — Если подумать, между богом войны и богом мусора не такая уж большая разница. Все боги равны между собой, как и всё живое...»       «— “Не такая уж большая разница”!? Он совсем не понимает как устроены Небеса!?»       — Ваше Высочество, разница огромная! — воскликнул Пэй Мин.       «— Не сказал бы так...»       — «В этот момент из-за его спины раздался смешок, а затем незнакомый голос лениво протянул:       — Да разве? Люди, конечно, любят так говорить. Но если бы это было правдой, небожителей бы не существовало вовсе.»       «— Надо быть наготове.»        — «Се Лянь обернулся и увидел, что его попутчик по-прежнему расслабленно лежит за кучей сена, даже не помышляя встать. Вряд ли он собирался продолжать разговор — так, вставил реплику мимоходом. Се Лянь улыбнулся.       —В твоих словах есть смысл.       Он вернулся к чтению: «Многие верят, что, будучи духом поветрия, наследный принц приносит несчастье. Тексты, написанные его рукой, и портреты его высочества способны наслать проклятие, если прицепить их кому-то на спину или к воротам дома...»       — Да что ж такое...       Из такого описания и не поймёшь, речь о боге или о демоне.»       — Вот именно! — встал на защиту принца Ши Циньсюань. — Вы сейчас здесь, с нами! И несчастий, вроде как совсем не принесли за всё это время!       — Прошло всего лишь два с половиной дня! — напомнил Се Лянь. — Не стоит недооценивать мою неудачу...       — «Се Лянь потряс головой и решил больше не читать про себя.       Лучше уж узнать подробнее о других небожителях, чтобы не попадать больше в неловкие ситуации. Вспомнив, что крестьяне упоминали Повелителя Воды, он принялся просматривать свиток на предмет какой-нибудь информации об этом божестве и нашёл вот что: «Повелитель Воды Уду. Ведает водой и богатством. Торговцы устанавливают его статуи в домах и лавках, чтобы привлечь удачу в делах...».»       — О, Ваше Высочество, — встрепенулся Циньсюань.— это мой брат!       — Ваш... брат? — удивился Се Лянь.       — Да! Мой брат!       «— Тот ещё уебан.» — мысленно оскалился Хэ Сюань.       «— Водяной самодур.» — слегка нахмурился Хуа Чэн.       — «Се Лянь вслух удивился:       — Интересно, какое отношение бог воды имеет к богатству?       И снова заговорил юноша, лежащий за стогом рисовой соломы:       — Купцы перевозят товары кораблями. Перед тем как отправиться в путь, они приходят в храм помолиться о безопасном плавании и по возвращении не забывают отблагодарить своего покровителя. Вот так постепенно бог воды стал богом торговли.       На сей раз ответ незнакомца пришёлся действительно кстати. Се Лянь снова повернул голову в его сторону и сказал:       — В самом деле? Как интересно. Должно быть, этот Повелитель Воды невероятно могущественен.»       «— Конечно, это же мой брат!» — с гордостью подумал Циньсюань.       — «— Ага, — усмехнулся юноша. — Водный Тиран.»       Младший Ши чуть воздухом не подавился.       — «Судя по тону, он откровенно насмехался: видимо, не испытывал симпатии к этому небожителю.       — Почему тиран? — спросил Се Лянь.       — Любая спущенная на воду лодка оказывается в его власти. Захочет — поплывёт, захочет — встанет на месте, — охотно пояснил юноша. — Забудешь поднести ему дары, впадёшь в немилость — и твоё судно пойдёт ко дну. Тот ещё тиран. За это и заслужил прозвище — как у генерала Большого Члена или генерала Подметалы.»       Двое упомянутых генералов нахмурились и переглянулись.       — «Каждый небожитель за всю жизнь успевал обзавестись множеством кличек, в том числе весьма обидных. Как только ни называли Се Ляня за глаза: посмешище трёх миров, тот самый чудак, ходячее бедствие, бездомный пёс... Иногда во обще многозначительно покашливали! Разумеется, вслух так никто к небожителям не обращался. Осмелься кто обозвать Му Цина в лицо генералом Подметалой — и он испытал бы на своей шкуре, что такое гнев бога войны. Принц мысленно сделал пометку, как ни в коем случае нельзя называть Повелителя Воды,»       — И правильно сделали , Ваше Высочество!       — «...и сказал:       —Вот оно как. Спасибо, что разъяснил. — Се Лянь помолчал немного, а затем подумал, что у юноши очень интересная манера выражаться, и не удержался от комментария: — Друг, ты так молод, а уже столько знаешь.       — Ой, да ладно, — отмахнулся тот. — Заняться нечем, вот и читаю всё подряд, когда есть время.       Среди смертных широко распространены были книги о богах и демонах. Одни тексты несли в себе глубокий смысл, другие рассказывали о всяких пустяках. Встречались как правдивые истории, так и вымышленные от начала до конца. Всяких хватало, и потому не было ничего удивительного в том, что начитанный юноша знал немало. Се Лянь отложил свой свиток и спросил:       — А о демонах ты тоже можешь рассказать?»       «— Почему ты интересуешься об этом у мальчишки?» — генералы юга нахмурились сильнее.       «— Будет весело если он спросит у Хуа Чэна про Хуа Чэна.» — усмехнулся Хэ Сюань.       — «— Смотря о ком.       — Об Собирателе Цветов под Кровавым Дождём, Хуа Чэне.»       — А что бы гэгэ хотел узнать? — раздался шёпот возле уха Се Ляня. Он слегка повернул голову. На него с хитрым прищуром и игривой улыбкой смотрел Хуа Чэн.       — Даже не знаю. — мягко смеясь, так же шёпотом ответил Се Лянь.       Так они переглядывались пару мгновений, но тут раздался голос Фэн Синя.       — Почему ты спрашиваешь у него? — он хмуро смотрел на них двоих.       — А у кого ещё мне спрашивать? — вместо ответа принц так же задал вопрос. Получив непонимающий взгляд, он слегка пожал плечами и несильно вскинул руки. — Я не хочу тревожить Линвэнь!       «— Ты мог бы спросить у нас!» — одновременно подумали и Фэн Синь, и Му Цин.       — Бросьте. — раздался голос Яку в их головах. — Или вы забыли какие у вас с ним отношения?       — «Услышав это, попутчик хмыкнул и сел прямо. Се Лянь с интересом принялся его рассматривать. Он увидел юношу лет шестнадцати-семнадцати в одеждах краснее кленовых листьев, с кожей белее снега. Глаза его сияли как звёзды, когда тот улыбался, искоса глядя на Се Ляня. Он был необычайно красив,» — Необычайно красив..? — «но в лице читалась некая неуловимая дикость. Тёмные волосы были небрежно собраны на затылке: похоже, вид собственной причёски его не сильно заботил.       Повозка продолжала ехать через кленовую рощу, словно объятую огнём, и листья, опадая, танцевали в воздухе. Один приземлился юноше прямо на плечо. Склонив голову, он легонько подул на него, а затем вновь посмотрел на Се Ляня со странной полуулыбкой:       — Итак, что ты хочешь узнать? Спрашивай, не стесняйся.»       — Можно подумать, что Вы ответите на все вопросы.