Часть 40: Четвёртый удар

Миновав некоторые станции, парни ступили в туннель на Боровицкую. Продвигаясь умеренными шагами, они прислушивались к звукам, особенно Иккинг. Он боялся повторить судьбу после туннеля на Таганском Треугольнике, особенно, когда ганзейцы забрали оружие, мол, в целях безопасности. Неудивительно, ганзейцы не любят красных, а красные ганзейцев. Туннель был сухим, немного грязным. Протез, который нацепил на себя парень был сделан с неведомого пластика и ведомого металла. Погружаясь немного в грязную землю, он периодически застревал, но всё же двигался к своей цели. Полянка близко, место, которое привело его сюда и сказала лишь одно — миссия. Уничтожить монстра, который своим огненным пламенем хочет поглотить все вселенные. Так сказала Полянка в первый раз, и так объяснил Хан. В принципе, план есть, как с Красной Смертью у себе в измерении, вытянуть чудовище из недр и убить, всё просто. Но ситуация складывалась не в его пользу, Червь, судя по всему, знал об этом и сделал обвал Краснопресненской. Теперь, наверное, числиться среди погибших, и монстр думает так же. Хоть все тонкости он не понимал, но всё же часть понятную для него сумел. Рейх, вторая задача на этот раз, почему некий "Фюрер", решил устроить покорение всего подземного мира? Какая цель и цена этому? Неужто люди там настолько обезумели, что стали убивать за цвет кожи? В принципе, у него в мире точно также было, только с животными, которые были рабами Красной Королевы. Астрид, наверняка исплакала всё слёзы, стала привыкать без него, а может, забыла. Тут у всех, как говорится: родственники рядом бродят. В мёртвом понимании. Доберётся и будет с ней сколько захочет, пусть весь мир подождёт! Вернётся! Раздумий прервал Артём, указав дробовиком на станцию(оружие всё таки вернули в их распоряжение). Полянка, проклятая станция, которая сделала его жизнь кошмарной, отцовской и странной. Наверняка сюрпризы подготовила! Проходя мимо мраморных колон, станция была чистая, не было интерьера и намёка, что здесь жили люди. Только лучи фонарика выбивали с лап тьмы заросший потолок. И вдруг, вспышка. Вспышка костра в самом конце станции у входа в туннель на Боровицкую. Огонь так мастерски подрагивал будто играл с сидящими людьми, которые вовлеченно играли в какую-то игру, напоминающий привычные, и давно забытые "Булавы и Когти". Только там были фигурки вождей и воинов, а здесь черные на белых. Мужичок с бородой и добротной серой накидкой, белые волосы были усыпаны полукругом открывая облесевшую голову. Он долго что-то потирал в районе губ своими пальцами, будто пробовал найти их за бородой. Напротив сидела молодая женщина с роскошными тёмными волосами, и красном платье, которое расползлось, как замершая вода. Она также усердно тёрла подбородок после своего и противника хода. Парни переглянулись, сидящие будто не замечали их, но всё же Артём сделал подтягивание и вскарабкался на мраморный пол. Подав руку Иккингу, оба подошли с нимыми вопросами, без ответов разумеется. — Шах и мат, дорогуша, – сказал удовлетворённо мужчина, закинув ногу за ногу и сложив свои мозолистые руки на коленях. — Погоди, этого судьба нераскрыта, она откроется, когда наступит Рагнарёк!– белая фигура с чёрным крестом стала за белой поменьше с круглой "шапкой" наверху. — Вот как..., – хмыкнул старец, наклонившись вперёд, – а вот так вот, минус знакомый, погребён в паучьей норе. — Тут твоя смерть обходит стороной, – рука подняла фигуру коня и забрала одного противника. — Она не должна вмешиваться в дела иномирцев, они — ключ к разгрому дьявола! Смерть, твоя, пусть подождёт. — Тут ты не права, – его рука взяла башне подобную фигуру и убрала коня противника. — Законы действуют во всех изменениях одинаково и, возможно, они даже будут благосклонны к нему. — Его защищают все, кто стал на путь истинный, враг будет разбит, а вот эта пешка, – подняла она двумя пальцами пешку, – получит славу и спокойную жизнь в Метро, уничтожив врагов, если... он не образумится, и не ударит по ним ракетами. — Всё равно человечество вымрет в метро, а он — сорвётся с Останкино! – нервно сказал старик, выдвинув коня. — Несорвётся, если образумится, – женщина забрала вражеского коня с помощью странной фигуры, небольшая, выпуклая с разрезом по диагонали и кругом чёрного цвета, забрала пешку. — Он и так молодец, сможет многое сотворить. Игра этих двух странных людей продолжалось до решающего момента, пока наконец-то, или случайно, фигура покатилась по мраморному полу к Артёму, тот поднял и протянул мужчине. — Благодарю Артём, судьба ждёт тебя, великая!– улыбнулся он. — Кто вы? – спросил уже Иккинг. — Это Судьба, – указал мужчина на женщину, – я Несчастье, а вы молодые люди, молодца, держались как звери, особенно ты Артём. — Откуда вы знаете наши имена? — Мы всё знаем! Кто, где, с кем, мы решаем судьбу всего Метро! – сказала, почти пропела Судьба. — Вы Невидимые Наблюдатели?– спросил Артём, надеясь по страху, узнать истину. — И да, и нет, – сказал Несчастье, пока глаза его бегали по парням, – Наблюдатели ещё как видимые! А мы — нет! Мы играли в партейку на ваши жизни, боюсь, все сложится прекрасно для вас! — Что?– спросил удивлённо Иккинг, как так играть жизнями? — Тут надо быть глупым, викинг, – улыбнулась Судьба, – ты все равно не поймёшь. — Постойте, погодите, – прервал Артём, – о каком решении речь шла, и что за иномирец? — Пусть он тебе всё и расскажет, – указал старик на викинга, – а ты, думай головой. Всё, как говорит Ульман: приплыли. Если Артём поверит этим призракам, значит, всё придётся выкручиваться. Хранить эту тайну было тяжело, особенно, когда за тобой следят. Артём благополучно это делал с ним, намекая, что если рыпниться — умрёт. Но тут буквально проклятая станция, указала ему на него, а значит правда, насколько она не была горькой. — Я потом тебе всё расскажу, даже так: покажу, – нервно замялся всадник. — Что ты мне покажешь? Что ты скрываешь?! Что это за странные люди и место?! – спутника разрывало непонимание и тревога, исходящая от викинга. — Это станция Судьбы, – сказала женщина, – попрошу успокоиться, у нас здесь не базар. Ты, Артём, должен подумать над своим решением, от него зависит судьба всего Метро... — Какое решение? Вы о чём? — Ты сам прекрасно знаешь, нападение на твою родную станцию, – сказал мужичёк. — Вы галлюцинации... Да, вы галлюцинации! Вы понимаете, что говорите?! У меня люди гибнут! Что за секреты?! — Ты сам прекрасно знаешь Артём... забыл в детстве о своём спасителе..., – покачал головой старик. — Я не понимаю... Что за тайны?! — Артём, успокойся... — Что успокойся Иккинг?! Мне утверждают, что я не прав? — Идём. — Куда?!– почти крикнул спутник Иккинга. — В Полис, я тебе и покажу, и расскажу. Артём резко схватил его за запястье, повернув лицом к себе. — Говори!– приказал парень и сразу обмяк, моментально у него закалились глаза. Рука оторвалась от запястье и он рухнул на мраморный пол. — Артём!– попытался что-либо сделать викинг, но сам не заметил, как тьма окутала его и он погрузился в сон.

***

Патроны заканчивались, Десятый мёртв, а у фрицев танк... Не тот привычный, самодельный, из разных кусков мусора и металла. — Приказываем сдаться, связи нету!– кричал офицер к ней. Надежда была на то, что отец на Смоленской, но, наверное, он находился где-то в Полисе. Стиснув зубы, она, нагнувшись, стала перебегать с одной квартиры в другую. Рептилия оставляла свои следы царапая штукатурку, осыпая её на лестницу. Глянув на верх, не оставалось другого решения, как двигаться на чердак. Внизу послышался лай собак, и снайпер, двинулась быстро вверх. Когда-то жёлтый цвет, превратился в белый, пепельный и только добавлял унылости в обстановке. Мелькнувший отклик немецкоговорящего, заставил Аню как можно скорее добраться до злополучной двери. Откинув, на неё сразу был направлен ствол, и девушка выбила с рук мутантки оружие в снег. — Удивила..., – сказала скавенка потирая руки, которые наверняка болели от удара. — Не время! Вперёд!– Анна закинула винтовку за спину, сев на рептилию, закрепив себя с помощью верёвки обмотала шею дракона, а затем и свою талию. — Ну!? Мутантка уселась прижалась к спине. — Давай, Беззубик..., – почти спокойным тоном сказала Аня. Хоть дракон недовольно фыркнул, разогнался и прыгнул. Как огромная кошка, которая бродит по метро, на соседнюю крышу, пока фашисты упустили шанс на поимку.

***

— Что значит взорваны?!– воскликнул Мельник перед ганзейским охранником. — Вся Кольцевая линия стоит, – как нивчём небывало ответил ганзеец Белорусской. — Связь? — Нету товарищ полковник, если вас это успокоит, то скоро всё наладится. — Людей пустите на Кольцо! – Мельник хотел по возможности эвакуировать гражданских Маяковской. — Неположено. Эти слова действительно не на шутку разгневали командира Ордена, он моментально прижал спиной ганзейца об прилавок какого-то торговца, который вскрикнул. — Теперь, положено? Открывай чёртовы ворота! – прорычал полковник подставив острой гранью нож к шее ганзейца. — Хорошо, хорошо!– затрясся охранник и, освободившись, двинулся к гарнизону Белорусской. Потирая горло своей большой ладонью. — Идиоты..., – тихо сказал полковник, подойдя к своему небольшому отряду. — Как думаешь, Сэм, когда расчистят?– спросил молодой спартанец у американца. — Откроют, не куда, недъенуться... Товариш Полковник, что вы узнали?– обратился непосредственно к Мельнику. — Всё закрыто, Рейх взорвал все коммуникации на Ганзе, а значит, мы тут застряли на долго, – мрачно ответил Святослав Константинович. — Всъё настолько плохо? Командир кивнул, указав на переход на близняшку Белоруской. — Там и сами ганзейцы на станцию спустились, ужас что твориться... Анархисты принимают мигрантов, но не всех. — Есть предложение пойти по поверхности, по карте которую составил Иккинг, – сказал Идиот. — И далеко уйдём?– спросил с позывным Мыш. — Фрицы, может, уже караулят выход со станции. Даже если пойдём на юг, через зоопарк, то есть большая вероятность попасть в лапы хищнику. — И что ты предълогаешъ?– задался вопросом Сэм. — Ждать и помогать другим, выйдем, когда пути будут свободны... Последнее слова потерялись в криках и взрывах, спартанцы моментально собрались и пятьдесят рыл двинулись в переход. Выйдя на независимую близняшку, бойцы заприметили зеленоватый дым со стороны Маяковской. — Маски! Выводим остальных!– приказал Мельник и подхватив кашлюющию женщину, стал двигаться к переходу. Прогремели выстрелы, послышались крики со стороны блокпостов. Торговцы и беженцы ломанулись на станцию, в сторону Кольца и дальше на Динамо. Свет моментально погас и только крики ганзейских патрулей и автоматные очереди, заглушали хаос на нейтральной станции.

***

Бой происходил и на Смоленской. Через шлюз шахты рейховцы забрели на станцию. Моментально открылись гермоворота и фашисты ввалились на станцию, взорвав туннель к Полису. Отступать только к Киевской, и то, с большими потерями. Ульман с Востоком засели за обеденным столом, но вряд-ли получится отбиться. Стол превратился в ненадёжное укрытие, старость постепенно, как и пули — ломали его. Выстрел и фриц плюхнулся на пол, от пули Ульмана. — Паша, отходить надо! – почти прикрикнул Эдуард. — А остальные?!– ответил громким голосом Павел. — Надеюсь, доберутся..., – резкая вспышка светошумовой гранаты, которая отключила сознание спартанца. Облаченные в киргизовые сапоги, расхаживая, как по своей территории рейховцы, проверяя на прочность оставшихся спартанцев. Броня ихняя была сделана из всякого хлама защитного цвета с элементами черного металла, но некоторые, выглядели как из какого-то фэнтези мира, с их масок в обе стороны тянулись трубки к специальным жёлтым баллонам. Остальные солдаты Метромаха проверяли выживших спартанцев, а потом, добивали. План удался у них, кажись. Половина Ордена сейчас раскидана по всему Метро, учитывая обстановку вокруг. Ганза буквально была разопщена, а Красная Линия, пыталась найти лаз в сторону Рейха. Как только Ульман попытался приподнятся, то сапог моментально остудил попытку дать бой. Выстрел прозвучал расколённо, заставив матюкнутся на фрица и получить за это от черношинельного по рёбрам. — Nun, Herr Spartan, haben sie es geschafft? Kommen sie schon, im Reich ist alles zivilisiert, es ist nur schmerzhaft..., – проговорил с акцентом офицер. — Германштампфюррер, взяты две представительницы Ордена, несколько выживших спартанцев мы уведём наверх, – доложил, судя по всему, эфрейтор. —Gutt... bis drachen?– спросил офицер поправив шляпу. — Нет, только хвост существа валяется, – прокричал эфрейтор. — Verdammt... raus, raus, raus!– стал жестикулировать главный по операции. В рот запихнули кляпы, руки больно скрутили. Рейховцы отправлялись к гермоворотам, которые они смогли открыть. Как они прошли оборону, ответ был понятен, шлюз с Арбатского Проспекта, это место хранили в случае эвакуации, но в итоге, получилось всё наоборот.