Эпилог

Спустя полгода после отъезда Кесем, Турхан все же приехала к ней. Той понадобился совет по внешней политике государства. И пусть эта встреча была полна различных неловкостей, все же Кесем с готовностью поделилась с ней своими мыслями. С тех пор Турхан стала навещать её всё чаще и, таким образом, Кесем вновь начала участвовать в управлении Империей, пусть и косвенно. Но учитывая то, как она скучала по этому, то такая возможность была ей лишь в радость. Большего она и не желала, поскольку увидела в этом ту самую золотую середину, которую ей изначально и хотелось достичь. Иногда Турхан привозила с собой Мехмета и других внуков Кесем. Подозрения относительно возможных уловок со стороны бывшей Валиде Султан окончательно развеялись и они смогли наконец восстановить теплоту их отношений. В один из своих визитов, новоиспеченная Валиде Султан завела необычный разговор: - Госпожа, я хотела бы задать Вам вопрос, который уже долгое время не даёт мне покоя. - Спрашивай, конечно, - улыбнулась Кесем, поднося к губам чашку с кофе. Они сидели в саду. В том самом месте, где когда-то Турхан предложила ей свою помощь в свержении Ибрагима. Но все это осталось в далеком прошлом и обе Султанши мудро смотрели в будущее. Турхан задумчиво покрутила на своем пальце изумрудное кольцо и наконец решилась: - Я поняла, почему Вы отказались от власти, но... Мне интересно, почему Вы сделали это именно в тот момент? - Та старушка, которая посещала меня последние недели моего пребывания во дворце... Она была провидицей, - женщина не видела смысла скрывать от Турхан правду, поэтому решила рассказать все, как есть. - И открыла мне свое видение о том, как может закончиться моя жизнь, если я не избавлюсь от отравляющего меня яда власти. Поначалу я ей не поверила, не хотела верить... Но чем больше мы с ней разговаривали, тем лучше я понимала всю суть этого замкнутого круга... Тогда я и увидела выход из него. И именно тогда у меня наконец появилась возможность сделать этот выбор! Но, разумеется, для этого мне нужно было доверить тебе свою жизнь. Я не могла быть полностью уверена в том, что мы наладим отношения и ты не попытаешься... - Кесем замолчала, не решаясь закончить свою мысль. - В общем, я пошла на риск и не жалею о своем выборе. - Вы говорите, что у Вас появился выбор только тогда, но... - Турхан замялась. - Не поймите меня не правильно, но разве раньше его не было? С Вашим положением и возможностями... Кесем грустно вздохнула и положила свою ладонь поверх ее руки. - О, Турхан... Мы ведь становимся Султаншами не потому, что у нас такой выбор. Мы становимся ими, потому что выбора у нас нет! Повисла тяжёлая тишина, в которой каждая из них осознавала, насколько поистине верными были эти слова. Но через несколько минут Кесем продолжила: - Это борьба за выживание. Ты либо забираешь всю власть себе, либо же каждый день живёшь в страхе за свою жизнь и жизнь всех, кто тебе дорог, - отпустив руку Турхан, женщина задумчиво обвела взглядом цветущий сад. - Жизнь Султанши принесла мне немало слез... Не буду отрицать, было и много радостных моментов. Но был ли это изначально мой выбор? Я была свободолюбивой девочкой Анастасией, пока меня не похитили с моего острова... И никого не интересовали мои желания. Я подстроилась под тот мир, в котором оказалась. Не могу сказать, что жалею о том, что меня оторвали от дома. В конце концов я прожила необыкновенную жизнь! Но каждый выбор, который я делала на протяжении всех этих лет не был только моим... Мне всегда приходилось принимать решения исходя из нужд других людей или государства. Ни разу я не сделала выбор, который мог бы принести радость лично мне и осчастливить лишь меня. Не только потому, что это было бы эгоистично, но и потому, что это было попросту невозможно. И лишь после того, как та провидица открыла мне глаза на все это, я смогла наконец вернуть себе свободу и... счастье. Они замолчали. Каждая из них с грустью вспоминала тот день, когда их оторвали от родного дома и привезли в Топкапы. День, когда их жизнь изменилась раз и навсегда. - Это поразительно мудрые слова, Султанша... Я даже и не думала об этом с такой точки зрения, - задумчиво произнесла Турхан, а затем, словно вспомнив о чем-то, резко подняла руку, подзывая свою служанку. Та незамедлительно подошла к своей госпоже и отдала ей какой-то сверток. Отослав ее обратно, женщина покрутила этот сверток в руках, а затем подняла глаза на Кесем: - Я долго думала о тех словах, что Вы сказали перед тем, как покинуть дворец. О том, что хотите счастья и чтобы в Ваше сердце вновь пришла весна... Я успела хорошо Вас узнать, чтобы понимать: эти слова Вы сказали не просто так. Более, чем уверена, что должен был быть кто-то, с кем Вы планировали разделить это счастье... - Не понимаю, о чем ты, - мгновенно напряглась Кесем. - Кеманкеш, не так ли? Вы оставили регентство еще и по той причине, что хотели быть с ним! - Не говори глупостей... Лицо Турхан озарила загадочная улыбка из-за которой внутри Кесем все похолодело. - Жаль... Неужели все мои старания напрасны? - наигранно огорчилась та. - Какие старания? - сердце Кесем было готово вот-вот выпрыгнуть из груди из-за страха. Решив больше не мучить женщину, Турхан вложила в её руки тот свёрток и, не дожидаясь пока Кесем его развернет и прочтёт содержимое, пояснила: - Спустя долгие недели переговоров, я наконец смогла добиться этого разрешения, - гордо заявила она. - Этот документ официально подтверждает, что сегодня утром между Вами и Кеманкешем был заключён никях! Разумеется, это нужно держать в тайне, но, по крайней мере, перед лицом Всевышнего отныне вы будете мужем и женой. Кесем, прочитав на пергаменте подтверждение слов Турхан, медленно подняла на нее округлившиеся от шока глаза, в которых стояли слезы. - Но я... я не... - В моих глазах Вы заслужили это, когда отступили, решив быть мне наставницей и подругой, а не врагом... Я хотела показать Вам, насколько ценю это и ту жертву, которую Вы принесли... - женщина подсела ближе к Кесем. - А еще извиниться за свое предательство. Понимаю, что нельзя было действовать у Вас за спиной... Нужно было хотя бы попытаться поговорить с Вами. - Боюсь, у тебя не вышло бы меня вразумить. Я должна была прийти к этому сама... - И все же, - Турхан сжала руку Кесем. - Простите меня. - Я простила еще тогда, когда поняла, что ты лишь хотела защитить сына, - улыбнулась женщина. - А теперь даже не знаю, как благодарить тебя, - потрясенным голосом продолжила Кесем, все еще вглядываясь в документ. - Не верю, что это произошло на самом деле... Турхан подняла руку Кесем к своим губам и поцеловала тыльную сторону ее ладони, прикоснувшись затем к ней лбом. - Не нужно благодарностей, Валиде! Просто благословите меня, чтобы я могла и дальше нести любовь в этот мир, как Вы и учили... Ведь Вы правы: у нас, Султанш, никакого выбора нет и никогда не было. Мы пленницы этого государства, пусть и носим короны... Но своим примером Вы вдохновили меня изменить это! По крайней мере настолько, насколько я смогу. Так пусть же Ваш никях станет первым шагом к этому! Кесем растрогалась от подобного обращения еще больше. Пусть она уже и не была Валиде Султан, но все же смогла стать Валиде для Турхан. В отличие от ее отношений с Сафие, в Турхан она видела не наложницу Султана, которой пыталась бы управлять в угоду себе, а почти дочь, которую она воспитала и стремилась защищать даже от собственного сына. И теперь, осознав последствия истинного воздействия власти на человека, Кесем желала уберечь ее еще сильнее, поскольку ей не хотелось, чтобы Турхан испытала все то, через что пришлось пройти ей самой, Сафие и другим их предшественницам. И, более того, ей не хотелось, чтобы власть изменила Турхан так же сильно, как и всех остальных... не хотелось, чтобы в конце своего пути она чувствовала бы себя столь же одинокой и несчастной, и жила бы тем единственным, что у нее осталось - властью. А потому Султанша решила поддерживать и помогать ей во всем, чтобы у ее "дочери" была надёжная опора в этом переменчивом, опасном и жестоком мире. Улыбнувшись сквозь слезы, она поцеловала свою приемницу в лоб: - Благословляю тебя, милая. Будь сильной, слушай свое сердце и тогда у тебя обязательно все получится! А я всегда буду рядом с тобой! Поговорив еще немного, они попрощались. Турхан уехала обратно в Топкапы, а Кесем неспеша вернулась в свой дворец, чтобы подготовиться к встрече с новоиспечённым супругом. Ей было так непривычно думать о нём в таком ключе, и так непривычно было вновь примерять на себя роль жены, что она несколько часов не могла найти себе места, дожидаясь Кеманкеша с охоты, на которую тот уехал еще рано утром. Но вот вдалеке послышался топот копыт и лицо Кесем озарила улыбка предвкушения. Крепко сжимая в руке их договор о никяхе, она поспешила выйти к нему навстречу. На улице ее встретило ослепляющее солнце. Несмотря на то, что близился вечер, солнечный свет заливал собой все вокруг. Но вот перед Кесем возник силуэт, который она с трудом могла рассмотреть сквозь сощуренные глаза. Он приближался и его черты становились все отчетливее, пока не соединились наконец в любимое ею лицо. - Я нарвал диких цветов для тебя по дороге домой, - Кеманкеш протянул ей прекрасный букет и заключил в крепкие объятия. - Таких же диких, как и нрав моей госпожи. Женщина беззаботно рассмеялась, а он поцеловал её шею. - Как прошла охота? - Очень даже неплохо, нас ждёт чудесный ужин, - он слегка отстранился, чтобы заглянуть в её глаза. - Ты выглядишь взволнованной... Что-то случилось? От переполнявших её эмоций, Кесем не смогла подобрать нужных слов, поэтому лишь протянула ему аккуратно свернутый документ, подтверждающий официальность их союза. Выпустив её из объятий, Кеманкеш развернул пергамент и внимательно прочитал содержимое. После чего замолчал, лишённый дара речи и поднял на женщину изумленные глаза. - Это правда, - заверила Кесем, проводя ладонью по его щеке. - Но... но как? Как это произошло? - все ещё находясь в шоке, прошептал он. - Пойдём в дом, я все тебе расскажу... Она взяла его за руку и повела в сторону дворца. Но не успела сделать и пары шагов, как Кеманкеш, придя в себя, притянул её к себе и, слегка приподняв, закружил в воздухе. Женщина завизжала, требуя поставить её на землю. И, когда он повиновался, они оба рассмеялись. - Видимо вечер будет куда интереснее, чем я себе представлял, - промурлыкал он и втянул Кесем в долгий поцелуй. - Наша первая брачная ночь обещает быть жаркой, - многозначительно ухмыльнулась женщина, отстраняясь. И вдруг её взгляд упал на букет в собственных руках и она застыла подобно статуе. - В чем дело? Тебе не понравились цветы? - заметив перемену в настроении Кесем, поинтересовался мужчина. - Нет, я... Я просто уже видела точно такой же букет, - задумчиво пробормотала она и осмотрелась по сторонам. - И все это тоже... - О чем ты? - Кадер, - прошептала женщина. - Перед своей смертью, провидица показала мне это мгновение. Я запомнила его, потому что меня заинтересовало, что было в той бумаге, которую я протягивала тебе... - Кесем взволнованно посмотрела в его глаза. - Кеманкеш... Если это видение сбылось настолько точно, во всех деталях... значит, и то могло... И я... я и правда лишилась бы тебя во время бунта! Увидела бы... - она осеклась, делая глубокий вдох. - Не хочу вспоминать то, что видела. - И не нужно, - мужчина бережно взял ее руки в свои. - Этого ведь не будет, ты изменила нашу судьбу, - он оставил легкий поцелуй на ее виске. - У нас все будет хорошо, Кесем! - Да, - совладав с собой согласилась она и прижалась к его груди. - Все будет очень хорошо. Вернувшись во дворец, который уже успел стать им настоящим домом и обсудив необычайно ценный подарок, преподнесенный Турхан, они отправились готовиться к предстоящей ночи по-отдельности. Кесем не хотелось излишеств, но особенность этого дня невозможно было переоценить, а потому она облачилась в платье темно-бордового цвета, расшитого золотыми нитками и отделанного кружевными вставками на груди и предплечьях. Это платье идеально подчеркивало ее фигуру и не менее идеально сочеталось с темными волосами, которые вьющимися локонами опускались на ее плечи и были украшены тикой с рубинами. Образ завершала вуаль под цвет платья, прикрывающая ее волосы и лицо. Как только приготовления были закончены, Хаджи ага не удержался от восторженного комплимента. И Кесем ответила ему теплой улыбкой с благодарностью за то, что тот всегда был рядом с ней, разделяя радости и печали. В этот особенный для нее день, ей было важно видеть рядом человека, который был с ней на протяжении почти всей ее жизни и не пал жертвой проклятия, отравляющего ее жизнь долгие годы. Видя его живые, радующиеся за нее глаза, она смело могла признаться, что он стал для нее не просто хорошим помощником, но и поистине близким другом. Вопреки обычаям, Кесем не осталась в своих покоях в ожидании супруга, а отправилась к нему сама. Этот поступок был символом их необычного союза и демонстрацией того, что с Кеманкешем они отныне были равны. Проследовав с небольшой делегацией по коридорам дворца, она вновь оказалась у тех покоев, которые уже давно стали символизировать начало нового этапа в их отношениях. Этот случай, разумеется, не стал исключением. Войдя в безупречно украшенные к их свадьбе покои, Кесем с грацией кошки медленно подошла к Кеманкешу. Оставив на его губах легкий поцелуй и соединив их руки, она лучезарно улыбнулась: - Муж мой... - Жена моя, - смущенно прошептал мужчина, повторяя ее улыбку. Даже спустя годы и все то, через что они прошли, между ними все еще сохранялось это легкое чувство неловкости, придающее их отношениям особый шарм. - Когда-то я сказала тебе, что ты заслуживаешь построить свою семью и что я не могу дать тебе этого, - тихо произнесла Кесем, поглаживая его по щеке. - Как видишь, я была не права. - Я был готов любить тебя издалека... О таких подарках судьбы я даже и помыслить не мог, - Кеманкеш заключил ее в крепкие объятия. - Как и я, - согласилась женщина, опуская ладони на его грудь. - А теперь нас ждет еще одна новая глава нашей жизни и я уверена, что мы проживем ее еще лучше и счастливее, чем все предыдущие! - Так и будет, госпожа моего сердца, - улыбнулся мужчина, наклоняясь к ее лицу. - Ведь я так сильно люблю тебя... - А я тебя еще сильнее, мой Мустафа, - ответила ему с улыбкой Кесем и, приподнявшись на носочках, запечатлела на его губах долгий и чувственный поцелуй в подтверждение своих слов. Выбрав открыть свое сердце Кеманкешу, она не просто совершила эгоистичный поступок, пойдя против всех существующих правил и законов, которые обязана была соблюдать. Она так же поставила под угрозу честь всей Династии Османов. Но именно в тот момент, когда над головой Кеманкеша занесли саблю, все это перестало иметь значение, ведь она вновь услышала голос собственного сердца, которое вынужденно молчало долгие годы. Её сердце кричало, что она не должна допустить его казни и Кесем не просто услышала его, но и прислушалась. Именно с того момента, как у ее сердца вновь появилось право голоса, перед ней предстал тот самый выбор, в котором она все же приняла решение в пользу себя. Поставила себя и свои чувства на первое место впервые за долгие-долгие годы. И в конце концов это избавило и ее, и близких ей людей от ужасных последствий, которые могла бы принести ее жажда власти. Говорят, что те, кто играют с властью, либо побеждают, либо погибают, а среднего им не дано. Но Кесем нашла эту середину, оставаясь советницей Турхан и при этом живя в счастливом браке с Кеманкешем. И это решение принесло мир и покой не только в ее сердце, но и в государство. Никто не знает, что именно у них было дальше. И лишь у Кадер было видение о том, как две души, столь отчаянно жаждущие любви, прожили очень долгую и счастливую жизнь вместе, и умерли в один день, тут же воссоединяясь в ином мире вновь.