Четверг

Павлова открыла глаза и первым делом начала шарить рукой по дивану в поиске своего телефона. На экране высветилось 8:47. «Чёрт… Через 27 минут надо быть у Полонского, а я в таком состоянии…»  Тут женщина обнаружила, что поверх одеяла на ней что-то лежало. Что-то чёрное и кожаное. Она прищурилась и узнала в вещи куртку своего ночного гостя. Что ж, под утро в кабинете и правда стало прохладно. Она взяла куртку и медленно поднесла к лицу, вдохнув его запах и подавив волну возбуждения. «Боже, да что это со мной такое на старости лет?» Женщина успокоила себя мыслью о том, что у неё просто давно не было секса. Из под двери в комнату проникал свет, но этого было явно недостаточно для того, чтобы окончательно проснуться. Павлова аккуратно поднялась с дивана, не надевая туфель, дошла до входной двери и щёлкнула на кнопку выключателя. Яркий свет наполнил комнату. Заведующая резко зажмурилась, и ей понадобилось добрых минуты 2 чтобы проморгаться. Наконец, она полностью открыла глаза, и тут она уже точно проснулась, потому что её взгляд упал на рабочий стол, а вернее на то, что лежало на нём.  На столе стояла большая термокружка и контейнер с неизвестным содержимым. Павлова подошла поближе, взяла кружку и приоткрыла. По комнате распространился приятный запах кофе. Причём она отметила, что это явно было не то пойло, которое было в кофейном аппарате при входе в отделении, и мысленно этому порадовалась. В контейнере лежали четыре больших сырника. Глаза Павловой открылись ещё шире при виде еды, потому что она поняла, что не ела ничего уже почти сутки. Завтрак был поглощён в считанные минуты, на часах было 9:00, и у неё как раз остались 15 минут, чтобы поправить макияж и переодеться в чистый костюм, который она вчера прихватила из дома, когда заезжала туда в течении рабочего дня. Во-первых, вчера ей очень хотелось принять душ, во-вторых, она соскучилась по собаке и в-третьих, она понимала, что домой в ближайшее время попасть не получится, поэтому нужно запастись какой-то одеждой. Думала ли она о том, чтобы ночевать в отеле? Думала, да. Но она вовремя поняла, что оставшись там одной, в тишине даже самого роскошного люкса, ей будет плохо. Всё-таки на работе всё как ни как по другому. То услышишь разговор проходящих мимо санитаров, то медсестра будет делать ночной обход пациентов и пройдёт мимо её кабинета. Так было как-то спокойнее. К тому же, диван у неё в кабинете был не такой уж и скверный. Мысль о диване восстановила в голове картину прошедшей ночи. Павлова нервно схватила свой блеск для губ от Clarins, когда в голове всплыл образ мужчины. Того самого мужчины, в чьих объятиях она вчера уснула, и который утром укрыл её своей курткой. Пока женщина наносила тонким слоем блеск на свои губы, она осознала, что сегодня первый раз за последние 3 недели, когда она действительно поспала и более того выспалась. Сегодня было первое утро спустя 3 недели, когда руки не дрожали и не хотелось провалиться сквозь землю. В моменте Павлова подумала, что ей бы хотелось, чтобы и этот завтрак принёс ей тоже Брагин, но она понимала, что времени у него на это не было. Сырники и кофе явно были домашние, поэтому их принёс Гена. Ирина Алексеевна взяла телефон, открыла чат с мужем и написала небольшое сообщение, в котором поблагодарила его за кофе и сырники. Гена. Имя, которое принесло столько хорошего в её жизнь. Так почему же сейчас ей так тяжело от любой мысли о нём? Почему к нему больше не тянет? Почему в голове не осталось никаких воспоминаний кроме тревожных? Из погружения в размышления её выдернуло уведомления. Кривицкий ответил практически сразу. «Ириш, какие сырники? Ты вообще про что? У тебя точно всё хорошо?» 9:05 Павлова улыбнулась. «…» Рано утром, до начала рабочего дня, Олег осторожно поднялся с дивана и выскользнул из кабинета. Но прежде, чем он это сделал, заметив, что в комнате находиться довольно зябко, оставил заведующей напоминание о себе, накрыв её тело своей курткой. Больше всего (помимо того, что ночью в его объятиях была его начальница) он удивился тому, что он не разбудил Ирину Алексеевну. Значит, сон был глубокий. Олег мысленно улыбнулся этой хорошей новости. Брагин знал, что сегодня его жена ему не позвонит и не напишет. Он никогда не думал, что такое произойдет, но сегодня эта мысль его порадовала. Ему не нужно больше придумывать отговорку, почему он снова не придёт ночевать домой, не нужно говорить шаблонные фразы и наигранно желать доброй ночи. У него есть время на то, чтобы всё обдумать. И на другую женщину.  Таким образом, единственной заботой на момент утра четверга у него был план «доставить завтрак своей начальнице».  На часах было только 6 утра (на удивление, мужчина был очень бодр), утренние московские пробки ещё не начались, поэтому он в 20 минут добрался до дома, и ему больше ничего не пришло на ум кроме того, как приготовить… сырники. Это было очень иронично, но в это утро он готов был сделать это. Собрав всё в контейнер и заварив крепкий кофе (со сливками и одним кусочком сахара, если, конечно, у неё не поменялся вкус), он также быстро вернулся обратно в Склиф и аккуратно протиснулся обратно в кабинет Павловой. На его счастье, женщина ещё спала. Едва не споткнувшись о стул, он поставил еду на стол и вышел, специально хлопнув дверью. Он знал, что по четвергам у неё часто бывают планёрки с глав врачом, и не хотел, чтобы она проспала. <…> Была где-то половина третьего. В Склиф привезли пациента с огнестрельным и сильными осложнениями. — Нин, я приму, — крикнул Брагин, — Везите сразу в операционную, — приказал хирург санитарам. — Павлову ко мне ассистентом, — сказал Олег Нине на ходу. — Михалыч, ты уверен? Может, она вообще не согласится? — Услышав это, Олег остановился. — Скажи, что я попросил. Согласится, — бросил мужчина через плечо, — Какая операционная? — Четвёртая! — Крикнула ему вдогонку Нина «…» Уже почти 20 минут Брагин и Павлова работали, и за всё это время едва ли перебросились парой слов. — И всё-таки зачем вам понадобилась именно я на этой операции? — Первой нарушила тишину заведующая. — Я подумал, что вы хорошо выспались, и теперь можете хорошо поработать. Разве не так?  Брагин улыбнулся и Павлова поняла это учитывая даже то, что на мужчине была маска. — Не остыл, — тихо сказала Павлова. — Что? — Кофе не остыл, — она не подняла на него взгляд, — Был ещё горячим. Спасибо, — ещё тише добавила она. «…» Операция закончилась успешно. Павлова первая вышла из операционной быстрым шагом. — Куда направляемся, Ирина Алексеевна? — Быстро догнал её Брагин. — Не знаю, куда вы, а я на склад за таблетками от головной боли. — А я тоже прямиком туда, — быстро нашёлся Брагин. — Причину ещё не придумали? — Ирина Алексеевна улыбнулась. — Нет, пока ещё в процессе, — в ответ улыбнулся ей мужчина. Дверь на склад захлопнулась. Павлова сразу пошла к таблеткам, а Брагин облокотился о стеллаж и ждал, пока она заговорит. — Олег Михайлович, вы напрасно думаете, что мне нужна охрана в вашем лице, — сказала Ирина Алексеевна, всё ещё стоя к нему спиной. — Да ну? Судя по этой ночи, я бы так не сказал, — спокойно ответил Брагин. — Ах да, по поводу этого. Впредь больше никогда себе такого не позволяйте, ясно? — Павлова подошла к нему и посмотрела ему в глаза. — Что значит «такого»? — Брагин сделал нарочито глупое лицо. — Вы сами знаете, — стойко держалась Павлова. — Понятия не имею, — продолжил упорствовать Брагин. — Хорошо. Больше не смейте прикасаться ко мне без моего разрешения. Так понятно? — Павлова понизила голос и сделала ещё один шаг навстречу к мужчине, чтобы он точно услышал её. — Договорились, — Брагин не отводил взгляда от её зелёных глаз, — Ах да, чуть не забыл, мне тоже нужно вам кое-что сообщить. Сегодня вы ночуете у меня дома. В 20:30 буду ждать вас на парковке. — Ни за что, — Брови заведующей взлетели вверх от такой неслыханной наглости. Он тоже сделал шаг к ней. Их тела находились буквально в паре сантиметров друг от друга, а напряжение возросло до максимума. Дверь склада резко открылась. Павлова отшатнулась назад. Новая медсестра посмотрела на врачей недоумевающим взглядом. Брагин первый направился к выходу. — В 20:30, — специально громко, уходя, повторил он. Глаза Павловой широко открылись от возмущения. Медсестра продолжала тупо пялиться на начальницу, неловко теребя в руках край своей униформы. — Почему стоим? Что, работы мало в отделении? — Чуть ли не прошипела заведующая в сторону медсестры и громко захлопнула дверь с другой стороны. «…» Весь день Павлова занималась только одним: ждала 20:30. Ладно, конечно, она занималась и своими прямыми обязанностями, но мысли её были далеко от этого сегодня.  У неё наконец появилось то, чего можно с приятным трепетом ждать в течении рабочего дня. Так прекрасно было снова почувствовать это. «…» На часах было уже 20:28. Брагин сидел в своей машине и постукивал пальцами по рулю. Он не нервничал по поводу того, придёт ли она, в этом не было смысла. Он знал, что она точно придёт. Но в голове было много других причин, чтобы переживать. Как минимум, он не понимал, что будет дальше с его жизнью и чем может закончиться хотя бы сегодняшний вечер. Он увидел её, выходящую из больницы и аккуратно озиравшуюся по сторонам в своём бежевом весеннем плаще нараспашку. Она была очень забавна сейчас. И красива. Женщина быстро нашла его машину глазами. И издалека ему даже показалось, что он увидел её умоляющий взгляд, который просил его не высовываться из машины. Дверца приоткрылась, и Павлова быстро села на переднее кресло. Она не сказала ни слова, а просто молча смотрела на ярко светившие фонари сквозь лобовое стекло. — И вам добрый вечер, Ирина Алексеевна, — усмехнулся Брагин. Павлова закатила глаза. — Перед началом нашей увлекательной поездки по московским пробкам мне нужно заполучить мои права из бардачка, который находится прямо перед вами. Павлова недоумевающим взглядом посмотрела на него. — Сможете достать? — Ласково сказал он. — Боже, не нужно разговаривать со мной как с ребёнком, — женщина открыла бардачок и начала шарить в нём рукой в поиске водительских прав Брагина. — Ну? — Да тут чёрт ногу сломит. Это же надо было так засрать отсек… Брагин усмехнулся. Ему всегда нравилось, когда она ругалась. — Вообще-то, Ирина Алексеевна, бардачок на то и называется так, потому что происходит от слова «бардак» Брагин ещё секунд 20 посмотрел на то, как его начальница безуспешно пытается найти его водительские права в машине. — Господи… — Он понял, что продолжать это бессмысленно, поэтому пригнулся и потянулся своей рукой к бардачку, коснувшись колена заведующей. Ирина Алексеевна сделала резкий вдох и отпрянула назад. Секунд 10 он потратил на то, чтобы найти и достать свои права, а Павлова эти 10 секунд молилась, чтобы, во-первых, никто не увидел их сейчас в таком положении в машине, а во-вторых, чтобы Брагин поскорее достал эти чёртовы права и больше не находился так близко к ней. «…» До дома Брагина они добрались достаточно быстро. Во время дороги они особо не разговаривали. Разве что Павлова тактично спросила у Олега, не против ли Марина Владимировна её пребывания в их квартире, на что тот ответил, что жены с детьми нет и ещё долго не будет дома, так что ей не о чем беспокоиться. Брагин открыл дверь своим ключом и пропустил Павлову, чтобы она первой вошла в квартиру. — Ну, обустраивайтесь. Чувствуйте себя как дома, — Олег вошёл следом за ней, быстро скинул обувь и прошёл на кухню, соединённую с гостиной. — Я сейчас буду готовить ужин, а вы пока отдыхайте. Будете стейк? — Олег обернулся на только что вошедшую в комнату женщину. — Да, конечно. Спасибо.  — А, да, на диване чистое полотенце, возьмите себе, — вспомнил Олег. — Я так понимаю, вы приготовили его еще утром вместе с сырниками, когда я ещё не согласилась ночевать здесь? — Павлова облокотилась на стенку. — А что, вы могли отказаться? — Могла, — утвердительно кивнула Павлова. — И что же не отказались? — Брагин вопросительно посмотрел на неё. Вопрос явно был риторический, и она это поняла, — А, да, точно, сейчас пойду найду вам какую-нибудь домашнюю одежду, у жены всё равно целый шкаф… — Нет-нет-нет, что вы, не надо, — одна только мысль об этом привела Ирину Алексеевну в дикое смущение, — У меня есть с собой домашняя одежда. Я же заезжала недавно домой за вещами. Вот, — подытожила она. — Я пока схожу в душ, вы не против? — Павлова прижала к груди полотенце. — Нет-нет, конечно. Вторая дверь справа по коридору. Уж извините, не могу проводить, — Олег уже разделывал на доске большой кусок мяса. «…» Павлова стояла под горячим душем, медленно смывая с себя прошедший день сильным напором воды.  Сегодня предстоящая ночь больше не пугала её своей тишиной и темнотой. Внутри сегодня ей было гораздо спокойнее, и она понимала, почему. Спустя 10 минут она выключила воду и ступила ногами на мягкий коврик. Медленно вытерев тело, она аккуратно отжала полотенцем свои мокрые волосы, надела свою пижаму и засунула ноги в тёплые тапочки, которые заботливо приготовил для неё Брагин. Павлова прикрыла за собой дверь ванной комнаты и зашла на кухню. Брагин обернулся. Она выглядела так очаровательно без макияжа и с короткими влажными волосами, которые она осторожно заправила за ухо правой рукой. Верхняя пуговка её пижамы была расстёгнута и слегка приоткрывала красивую грудную клетку молочного цвета. — Всё хорошо? — Сглотнув, спросил мужчина. — Да-да, спасибо, — она села на барный стул за высокий стол и положила голову на руку, согнутую в локте. Ирина посмотрела на широкую спину Олега и сильные руки, которые готовили для неё ужин. — Красное или белое? — Олег повернулся и показал заведующей две бутылки вина. — Ээ… — Павлова отвлеклась от своих мыслей и попыталась сосредоточиться на вопросе. — Понял, — Олег улыбнулся, — Достаю коньяк. «…» Через минут 30 стол уже был накрыт. Ирина помогла расставить тарелки и столовые приборы и вернулась на свой стул. Олег расположился напротив неё. — Я надеюсь, получилось неплохо, — улыбнулся Олег и разлил коньяк по рюмкам, — За что пить будем? — Да хоть за что угодно, — Павловой очень хотелось выпить, но больше рюмки в планах на сегодня не было. — Тогда за ваше здоровье, — Брагин чокнулся с рюмкой Павловой и лёгким движением выпил алкоголь. Ирина последовала его примеру. — Хороший коньяк, — Павлова сморщилась от крепкого алкоголя, который она давно уже не пила, и потянулась к уже отрезанному маленькому кусочку стейка, — Ммм… Боже, это очень вкусно! — Она закатила глаза от удовольствия, — Вообще я считаю, что это очень сексуально, когда мужчины умеют готовить, — Она подняла глаза на мужчину, от чего Олег спустя очень долгое время первый раз смутился. — Я запомню, — он улыбнулся ей, от чего неловко стало уже Павловой, потому что сболтнула она явно лишнее. — Как вы себя чувствуете, Ирина Алексеевна? — Олег сменил тему. — Ну, сегодня всё очень даже неплохо. У меня есть энергия и ресурсы, чтобы что-то делать. Уже прогресс, — Начальница отправила в рот ещё один кусочек мяса. — Это хорошо. Мы, наверное, с вами к психотерапевту сходим на следующей неделе. У меня есть один знакомый, прекрасный врач, мастер своего дела, — аккуратно начал обсуждение острой темы Олег. — Я могу сама. — А я и не говорил, что не можете. Просто вдвоём то веселее, а? — Перевёл всё в шутку мужчина. — Ну, это да, конечно. Хорошо, я согласна, спасибо, — На глаза женщины навернулись слёзы. Олег понял, что не надо было так резко и во время ужина начинать обсуждение этого вопроса, но обратно отмотать плёнку было нельзя. Хирург положил руку на руку заведующей и посмотрел ей в глаза.  — Ну же, всё будет хорошо. Тревога медленно, но верно отступает, вы же сами замечаете, да? Ещё может какие-нибудь курсы лечения пройдём, попьём успокоительные, и всё точно вернётся на круги своя. Это не трагедия. Это можно исправить, и мы это исправим. Она посмотрела на него в ответ. Этот личный момент нарушил звук уведомления на телефоне Ирины. На экране высветилось «Кривицкий». Брагин по инерции тоже посмотрел на экран и увидел знакомое имя. Через секунду ему стало неловко, что он нарушил её личное пространство, но, увидя её замешательство от сообщения, сказал ей, что всё-таки стоит ответить. Она согласилась, взяла телефон в руки и вышла в коридор, чтобы позвонить мужу. — Алло, Ген?  — Привет, любимая. А я зашёл к тебе в кабинет, хотел побыть с тобой сегодня ночью, а тебя всё нет и нет, — в голосе Кривицкого звучало недоумение. — А, да, Ген, я забыла предупредить, — Павлова обернулась на Олега. Он сидел к ней спиной, — В общем, я сегодня у Брагина. — Как это? — Ну, очень просто. Он позвал переночевать, я согласилась. — Неожиданно как-то даже. Что-то он воспринял мою просьбу уж очень буквально. — Какую просьбу? — Павлова насторожилась. — Ну, я попросил его помочь тебе разобраться с твоим состоянием… — Ах разобраться с моим состоянием… Знаешь, что, Кривицкий, с моим состоянием всё нормально. В любом случае, твоя помощь мне уж точно не потребуется, от неё всё равно никакой пользы, — Ирина бросила трубку и подошла обратно к столу. — Всё нормально? — Брагин посмотрел на её расстроенное лицо. — Нет, — Павлова слегка откинула голову назад, — Потому что вы не сообщили мне, Олег Михайлович, что инициатором всей вашей резкой заботы обо мне был мой многоуважаемый муж. Олег стушевался. — Знаете что, я в ваших одолжениях не нуждаюсь и, как вы правильно заметили, могу сделать всё сама, — она повысила голос. — Я не поэтому нахожусь рядом. — Конечно, не только поэтому, вам ведь ещё, наверное, захочется похвастать снова перед всеми своим очередным «подвигом». Но не в этот раз! — Павлова взяла тарелку и кинула её об пол. Посуда звонко разбилась и разлетелась на осколки разных размеров. Женщина сразу же резко замолчала и испуганно оглянулась по сторонам. — Боже… Я не хотела, — она подняла взгляд на Олега, — Простите меня, пожалуйста, я случайно, я правда не хотела… — Ирина, продолжая тихо оправдываться, опустилась на колени и начала собирать руками осколки. Брагин выдохнул и опустился рядом с ней. — Ирина Алексеевна… — Начал тихо Брагин, взяв её за запястья, но она словно не слышала его и продолжала собирать осколки, которые уже начали ранить её кожу. — Ирина Алексеевна! — Крикнул Брагин. Павлова разжала ладони, и он аккуратно выложил кусочки керамики обратно на пол. Она посмотрела на него. Из её глаз потекли слёзы. Он всё ещё держал её ладони в своих. Олег резко притянул её к себе. Женщина уткнулась носом в его плечо и начала громко плакать. Брагин хотел дать ей выплакаться. Он лишь осторожно гладил её по голове и крепче прижимал к себе. Через несколько минут рыдания прекратились, но ни один из них не отпрянул. — Помоги мне… — Прошептала женщина.  Он закрыл глаза и ещё сильнее сжал её в объятиях.